Читать книгу Сферотехник-2. Прикосновение Змея - Мария Камардина - Страница 5

Выделенная ему комната оказалась узкой, вытянутой – в ней всего-то и помещалось, что кровать и небольшая тумбочка, да ещё дверь в углу вела в крошечный санузел. Темные обои делали помещение ещё меньше и мрачнее, казалось, древние стены вот-вот двинутся навстречу друг другу, чтобы раздавить назойливого человечишку, непрерывно бродящего из угла в угол.

Ильнар на секунду остановился и прижался лбом к оконному стеклу – мутно-белому, словно присыпанному сахарной пудрой. На несколько мгновений пришло блаженное ощущение прохлады. Чувствовал он себя странно, в основании затылка скопилась тяжесть, виски ломило. В комнате было тепло, даже жарко, и думать становилось все труднее. Организм настоятельно требовал принять горизонтальное положение и отключиться часов на восемь-десять, но беспокойство ворочалось внутри, не давая даже присесть, а в голове вновь и вновь прокручивался разговор с Дареей.

Она не врала, когда говорила, что сможет продлить ему жизнь, но в бескорыстную помощь он действительно не верил, а то, с какой легкостью их лишили свободы передвижения, наводило на мрачные мысли. Кеара сказала, что члены Ордена дают клятву не использовать магию, но вряд ли существовал прямой запрет на то, чтобы завести себе ручного колдуна. И если бело-синие действительно смогут спасти ему жизнь, то взамен придется помогать Матери-Настоятельнице в ее делах. Если повезет, его даже будут выпускать, когда понадобятся услуги магического характера. Но ненадолго – колдуны все еще вне закона, и тот же Кир его с удовольствием арестует.

Если только самого Кира выпустят отсюда живым.

Зло ударив по подоконнику обеими ладонями, Ильнар выпрямился и огляделся. Нужно срочно занять чем-то руки… в идеале, конечно, и голову, но сосредоточиться на чтении или медитации сейчас было бы слишком сложно, а на отжимания просто не было сил…

Решение пришло само и достаточно быстро. Шпилька Кеары снова лежала в кармане – этакий волшебный талисман. Гнулась она неохотно, но против разозленного колдуна у кусочка проволоки не было никаких шансов. Завиток, другой, пальцы ноют с непривычки – совсем отучился работать руками, пока болел, непорядок. Матрицу бы, да посложнее, только где ж ее взять. Здесь выпрямить, здесь – загнуть… И думать дальше.

Конечно, Исцеляющая длань – не Карающее пламя, сомнительно, чтобы целители тайком проводили запрещенные ритуалы. С другой стороны… Да кто ж их знает. Пока пленников вели к гостевым комнатам по коридорам и галереям, Ильнар попытался оценить размер резиденции, но не особо преуспел. Подземный ход под озером позволял предположить, что подвалы тут глубокие, и какие тайны могут в них прятаться, известно только Дарее.

Увы, из альтернативы был только поход в Дикие земли. Если б можно было разрушить заклинание и отправить Таро туда, куда он уже двести лет как опаздывал, то Дарея, пожалуй, сказала бы об этом сразу. Или отказалась бы показывать тетради. А раз согласилась – значит, нужной информации в них нет. Впрочем, если бы ему и удалось избавиться от духа, то вопрос с Магистром вряд ли можно было решить на расстоянии. И если всего неделю назад Ильнар был интересен Лейро исключительно как носитель брата, то смерть провидца ему вряд ли простят. Когда черно-красные узнают, что их добыча в монастыре, вряд ли исторический запрет на посещение резиденции сможет всерьез их удержать. А если об укрывательстве колдуна станет известно Императору, бело-синие и возражать особо не смогут, выдадут как миленькие.

А потом просто поставят на площади второй памятник.

Он скрипнул зубами и, глубоко вздохнув, на несколько секунд задержал дыхание. Выдернутая из воротника булавка-маячок тускло блеснула в пальцах, в Диких землях в ней точно не будет необходимости. Виток, другой, проволочные крылышки цепляются за иглу, розовая сфера прижимается к белой жемчужинке…

А ведь в Дикие земли идти придется совершенно точно. Интересно, как скоро Магистр догадается об их планах, учитывая, что Ильнар лишил его только одного провидца? Вряд ли Карису успели обучить как следует, но что-то подсказывало, что уж его-то она отыщет хоть на другом конце Империи. Надо же было так неудачно отразить приворот…

«Что, лучше было б не отразить?»

Отвечать Ильнар не стал, всерьез опасаясь за свой самоконтроль. Он и сам понимал, что легко отделался. Если бы Карисе удалась ее магия, он уж точно никуда не сбежал бы, и тогда его не волновали бы ни артефакты, ни Дикие земли…

Ни Кеара.

Ильнар коротко вздохнул и оглядел свое творение. Бабочка вышла крошечной, кривоватой, а чтоб заставить ее летать, нужны были дополнительные сферы, проволока и несколько часов свободного времени. У него не было ни одного, ни другого, ни тем более третьего, однако привычная работа помогла слегка успокоиться.

Совсем немного.

***

Секретные документы хранились не в основном корпусе библиотеки, им даже не пришлось покидать остров. Алтина привела их в небольшую полукруглую комнату, выходящую окнами в вечерний сад. Солнце ещё не село, закатные лучи живописно подсвечивали покрытые инеем ветви за окном, на темном паркетном полу лежали пятна света и росчерки теней. Вдоль противоположной стены стояли высокие книжные шкафы, Ильнар осторожно провел ладонью вдоль стеклянной дверцы, чувствуя, как покалывает пальцы от близости магии.

Как-то странно в этом монастыре соблюдают клятвы.

Тетради уже лежали на широком круглом столе – три штуки, в темных кожаных обложках, каждая толщиной с палец. Текст был не только зашифрован, но и написан на староимперском, но Дарея любезно предоставила в их распоряжение переводы.

Чтение оказалось весьма занимательным. Приостановление дыхания и сердечной деятельности, пять страниц со схемами. Восстановление того и другого, ещё шесть страниц. Подчинение сердечного ритма артефакту, возможность движения крови в отсутствие пульса, еще что-то про кровь, ее энергетический рисунок и способы его воспроизведения…. Интересно, зачем все это нужно?

Память услужливо подбросила воспоминания о мертвых девушках в подвале и рисунках на полу. Старший брат Таро был целителем, и вряд ли он мог предположить, как воспользуется его наработками младший. Ильнар украдкой покосился на друга детства. Тот, сосредоточенно хмурясь, медленно водил пальцем по строчкам, то и дело закусывая губу и устремляя взгляд в пространство. Наверняка тоже прикидывает, как можно применять полученные знания на практике, вон какое вдохновение на лице…

– Вот оно, ваше заклинание.

Дарея раскрыла нужную тетрадь и выложила на середину стола. Ильнар и Эл разом наклонились над текстом и едва не столкнулись лбами.

«Все-таки артефакт», – в мысленном голосе Таро слышалась досада.

– Ага, артефакт, – пробормотал Эл и, пользуясь тем, что Ильнар выпрямился, утянул всю тетрадь ближе к себе. – Так-так… интересная схема.

Эксперименты с аурой, диаграммы и графики, отражающие зависимость физических параметров от ментальных и наоборот. Половину тетради занимали теоретические выкладки объединения энергетических линий человека и артефакта вперемешку с техниками ментального воздействия…

А ведь артефакты Лейро тоже появились благодаря этим тетрадочкам.

«Он потерял жену, – неожиданно произнес Таро. – Она упала с лестницы, перелом позвоночника. Он едва с ума не сошел, все свободное время проводил в работе, перерыл всю университетскую библиотеку… Все говорил, что ему не хватило пяти минут».

Эл потер переносицу.

– Чтобы проводить такие исследования, действительно нужна серьезная лаборатория.

– Адреса здесь, как видите, нет, – с долей насмешки произнесла Дарея. – Если не верите переводу, можете полистать оригинал, но зря потратите время.

Кир пожал плечами.

– Значит, начнем с его дома в Алеме. Этот адрес Таро известен?

«Городской дом мы перерыли полностью, – буркнул маг. – Там не было условий для подобной работы. И никаких документов, никаких зацепок. Хотя после смерти Гейлис он почти не жил там, у ее родителей была усадьба к северу от города. Но там мы тоже ничего не нашли, да и прислуга что-то знала бы. Лейро ездил туда несколько раз, и если б что-то было…»

Маг умолк. Ильнар медленно вдохнул и выдохнул, честно пытаясь сдержать ругательства. Лейро несколько раз ездил в дом мага, привез оттуда интересные тетрадочки… Где взял? Нашел. А где нашел – ну какая, в сущности, разница, но никакой лаборатории точно никто не видел, не было ее там.

– Координаты, – потребовал Кир.

Из кармана он вынул карту – квадрат тончайшей светлой пленки, разрисованной синим и красным, был свернут в тугой рулончик, легко помещающийся в ладони. Указанная Таро точка оказалась в двадцати километрах к северу от города.

– Выходит, младшенький был в курсе, куда намылился старший? – Фин задумчиво потер нос. – А если так…

«Если он знал…»

Пришедшая от мага волна эмоций – боль, горечь, гнев, – заставила Ильнара поморщиться и сжать виски ладонями. Если Лейро знал, где искать брата, даже если он собственноручно его убил – теперь-то какая разница? Вот разве что забрать артефакт он действительно мог, и тогда было бы очень обидно явиться в лабораторию и узнать, что экспедиция опоздала на двести лет.

– Не может не радовать, что нам хотя бы не нужно пилить на побережье, – пробормотал Фин, рассматривая план. – Или на накопитель, – он ткнул пальцем чуть правее. Алемский накопитель, сердце Диких земель, располагался к востоку от города. Что там сейчас творится, точно не мог сказать никто.

Однако конкретные координаты резко повысили общее настроение. Разыскивать лабораторию в конкретной усадьбе было куда проще, чем прочесывать всю долину. Кир немедленно принялся прикидывать маршрут от базы пограничников до города, но по всему выходило, что топать по зимнему лесу придется не меньше недели.

– В Дикие земли, зимой, пешком… – Дарея покачала головой. – Это верная смерть, Кир, вас не спасет даже легендарный Алемский Хранитель. Я помню, что для тебя работа всегда была на первом месте, ты даже на Ту сторону отправишься, если это нужно для дела. Но ты ведь тащишь с собой и этих мальчишек тоже. Их гибель будет на твоей совести.

Мальчишек? Ильнар поморщился, вспомнив мнение даны Ниалы по вопросу его службы. Эта, похоже, тоже не способна всерьез воспринимать людей, работающих в силовых структурах. И что за Хранитель такой? Он вопросительно взглянул на командира, и тот пожал плечами.

– Есть старая байка, ей лет пятьдесят, наверное. Якобы охотников, попавших в беду, иногда вытаскивает странный тип, по виду маг, но без чешуи. Указывает дорогу, лечит… По шее дает, если надо, – майор многозначительно сощурился на обоих сферотехников, затем перевел взгляд на бывшую жену. – Только байки остаются байками. А они не мальчишки, Дара. И работа тут ни при чем. Почти.

– Тогда зачем?

Кир усмехнулся и принялся сворачивать карту.

– Сложно поверить, но в этом мире есть люди, которые мне дороги, и которых я предпочел бы видеть рядом с собой и дальше. Живыми. Их очень мало, и примерно половина находится сейчас здесь. – Он сделал паузу и добавил: – Так что мы или найдем этот артефакт и отключим его к Змею, или умрем все вместе.

Повисло молчание. Кир редко говорил о своих чувствах, он и мысли-то почти не озвучивал, и тем неожиданнее было слышать от него подобные слова. Ильнар осторожно переглянулся с напарником, Фин сделал большие глаза, но комментировать тоже не стал. Да и чего комментировать-то…

Все, что сказал Кир, Ильнар мог без колебаний повторить. И не он один, судя по выражениям лиц друзей. И если бы змеев маг оказался не в его голове… То ничего бы не изменилось. Они все равно пошли бы в Дикие земли. Вчетвером. Плечом к плечу, спина к спине, какие ещё пафосные слова говорят в таких случаях…

– Сумасшедшие, – повторила Дарея.

– И в этом наша сила, – ухмыльнулся Фин. – Врагам ещё придется поломать головы, чтоб угадать, на что мы способны! Да мы непредсказуемы и внезапны, как…

– Не продолжай, – Кир тоже коротко улыбнулся, но тут же стал серьезным. – Мы готовы рискнуть. Кроме того, лично я не вижу причин, по которым мы не сможем дойти до Алема пешком. Дороги существовали и до Катастрофы.

До Катастрофы… Ильнар замер. Идея, была достаточно бредовой – но ничем не хуже марш-броска через Дикие земли.

– Что насчет портала?

– Простите?

Дарея очень убедительно изобразила недоумение. Ильнар вздохнул и взглянул на нее в упор.

– В подвале монастыря был стационарный портал, Таро и Джания сбежали из города именно через него. Будете отрицать?

Повисло напряженное молчание. Ильнар смотрел прямо на собеседницу, кожей ощущая на себе взгляды друзей – удивление, недоверие, любопытство… Он и сам сомневался в том, что стоило пытаться будить древнюю магию, особенно после рассказа Таро. Но что, если выйдет?

– Для того, чтобы воспользоваться порталом, – медленно проговорила Дарея, – нужен маг. И специальные знания. К тому же, все порталы давно запечатаны, так что…

– У нас есть маг, – напомнил Кир, выпрямляясь. – И я не верю, что в твоей библиотеке нет тех самых специальных знаний. А что касается печатей – семь лет назад я работал с заброшенным порталом, его нужно взрывать, чтобы добиться хоть какого-то результата. А два способных сферотехника, пожалуй, смогут решить этот вопрос и без магии.

«Сломать стационарный портал действительно сложно, – неожиданно проговорил Таро. – А вот перенаправить – вполне реально. Если там осталось достаточно энергии, мы можем попробовать перенестись почти к самой лаборатории, плюс-минус пара километров».

– А если энергии не хватит? – хмуро уточнил Эл, когда Ильнар озвучил слова мага.

«Придется идти пешком от точки выхода. Но даже с минимальным зарядом портал способен перенести человека на несколько километров, так что вопрос с незаметным переходом границы мы решим».

Таро немного помолчал и добавил:

«А ты молодец. Я не подумал про портал, хотя должен был. Хорошая идея».

«Не подлизывайся», – буркнул Ильнар. Но маг явственно шел на мировую, и лучше было договориться с голосом в голове, чем скандалить.

– Если мы сумеем воспользоваться порталом, выйдет удачно, – Кир коротко глянул на подчиненных, потом перевел взгляд на бывшую жену. – Нам позволено снять с документов копии? Эл, наверное, сможет восстановить по памяти, но это было бы неудобно.

Дарея неопределенно взмахнула рукой – мол, делайте, что хотите. Майор вежливо кивнул и взялся за коммуникатор, настраивая режим сканирования. Мать-Настоятельница несколько минут наблюдала за ним, а потом вдруг резко встала.

– Мне нужно поговорить с вами, дан Дьери. Наедине.

– О чем? – Ильнар подозрительно сощурился, но сквозь ее щиты ауры видно не было.

– И почему нельзя поговорить об этом при всех? – Кир взглянул на бывшую жену с неудовольствием, и Ильнар несмотря на серьезность ситуации, с трудом подавил смешок – как же дан майор не любит, когда от него что-то скрывают! Интересно, он с детства такой, или это работа в Тайной канцелярии наложила отпечаток?

– Идемте.

Дарея, проигнорировав оба вопроса, подошла к двери, распахнула ее и полуобернулась. Ильнар вздохнув, встал. Что-то в последнее время много развелось желающих им покомандовать без объяснения причин…

***

Сразу за стеной библиотеки обнаружился небольшой кабинет, с огромными, от пола до потолка, окнами, выходящими на запад. Солнечные лучи пробивали комнату насквозь, пятна света и тени играли на темных деревянных панелях стен. По всему кабинету были расставлены и развешаны горшки с цветами и миниатюрными деревцами, и все вместе вызывало ощущение, что письменный стол стоит на солнечной лесной полянке.

Хозяйка кабинета прижалась спиной к двери, скрестила руки на груди и неожиданно тихо поинтересовалась:

– Ильнар, зачем вам все это?

Он даже растерялся. Ей что, не очевиден факт, что жить с духом в голове, мягко говоря, некомфортно? Инициация, приступы, ищейки Лейро – уже этих причин было вполне достаточно, чтобы ломануться в Дикие земли за шансом избавиться от Таро.

Видимо, выражение его лица стало весьма красноречивым. Дарея раздраженно качнула головой.

– Вы не можете не понимать, что не вернетесь. Даже если удастся найти лабораторию и отключить артефакт, что само по себе маловероятно, вы просто не переживете ритуал. Не с вашими травмами. А мы могли бы вам помочь.

В то, что ритуал его убьет, Ильнар до сих пор так и не поверил окончательно, не в последнюю очередь потому, что в это не верили друзья. А если Кир считает, что у них есть шанс, значит, шанс точно есть. К тому же, полагаться на слова Лейро действительно было глупо, сначала надо смотреть, что там за ритуал и что за артефакт, а потом уже делать выводы.

Но объяснять все это Дарее не обязательно.

– Зато я смогу обломать Лейро его бессмертие.

– Прекрасная цель, – она пару раз хлопнула в ладоши и саркастически улыбнулась. – Пожертвовать собой ради мести – отличная героическая мотивация. Правда, вашей семье не станет легче от того, что вы этой цели добьетесь.

Это был подлый удар, но прежде, чем Ильнар успел возразить, Дарея нанесла следующий.

– Это не говоря о невесте. Или она поддерживает ваши самоубийственные намерения? На Алтину вы произвели впечатление очень гармоничной пары, не думаю, чтобы девочка желала вам смерти.

Он хотел возразить, что помолвка была заключена только для того, чтобы забрать Кеару из Баоны, но собеседница щурилась так насмешливо, что глупо было бы пытаться врать.

– Из нас в любом случае не выйдет гармоничной пары, – глухо произнес он, отворачиваясь. – Послушницам Ордена запрещено вступать в брак, так ведь? А колдунам вообще не положено иметь личную жизнь.

Дарея медленно прошлась по кабинету. Остановилась у стола, обернулась, оперлась бедром о столешницу, склонила голову к плечу, наблюдая за ним из-под ресниц с легкой усмешкой.

– Вы настолько принципиальны, что не готовы ради любимой девушки нарушить правила? Или на вас влияет Таро?

– Причем здесь…

Скрытый смысл ее слов до него дошел не сразу. Ильнар вскинул голову, пытаясь ухватить и сформулировать свою догадку. Дарея, встретив его взгляд, улыбнулась шире – и сняла щиты.

Двойные узлы в ауре…

Таро выругался – кажется, впервые Ильнар слышал от него подобные слова.

«Озвучить?»

«Не вздумай».

Выражение его лица Дарею явно позабавило. Она восстановила щиты и лукаво склонила голову к плечу:

– Я не хотела раскрываться, но она считает, что вам можно доверять. Обоим.

Она?

Таро потрясенно молчал. Ильнар облизал пересохшие губы и медленно проговорил:

– Джания?

Она кивнула. Очень интересно…

«Ты говорил, что она погибла!»

«Я так думал! Я понятия не имел, что она…»

Ага. Он, видите ли, понятия не имел. А в чужую жизнь лезть не постеснялся.

«Не бесись».

«Буду».

– Я так понимаю, что теперь ваша очередь подробно рассказывать, – Ильнар хмуро взглянул на собеседницу.

– Можете спрашивать. Она готова отвечать.

Дарея легко опустилась в кресло, откинулась на спинку, положила обе руки на подлокотники, слегка сощурила глаза. Улыбка, насмешливая и дразнящая, ей шла и делала лицо Матери-Настоятельницы еще моложе. Да, в такую мог бы влюбиться даже Кир – если бы она захотела.

Спрашивать… Единственный вопрос, который хотел бы задать сам Ильнар, укладывался в три слова – какого Змея происходит?! На собеседницу он старался не смотреть – когда их взгляды встречались, казалось, что в стороны начинают искры сыпаться, а в кончиках пальцев ощущался жар. Чтобы дышать медленно и ровно, приходилось прилагать усилия. Ильнар крепко подозревал, что его самочувствие тесно связано с эмоциями мага. Ему-то, конечно, все можно.

Он сжал кулак, ловя слетевшую искру, зажмурился и стиснул зубы. Не хватало еще и тут устроить пожар.

«Уймись уже!»

Таро немного помолчал, а потом неожиданно попросил:

«Дай мне с ней поговорить».

«А как же твои философские размышления о котиках?»

От мага пришла волна досады, но Ильнар успел уловить нотку раскаяния. Так-то. За двести лет можно научиться сначала думать, а потом высказываться.

– Если бы Джания воспользовалась заклинанием, – медленно проговорил он, – Таро бы знал. И та статуя на площади…

Наверное, он выглядел действительно забавно. Улыбка с ее лица так и не сходила, хотя вещи, о которых она говорила, смешными не были. Перепуганная девушка, в умирающем городе – у нее не было никого, к кому она могла бы пойти, кроме Таро. Чужие тайны и чужие желания, чужое лицо и чужой голос – она сумела узнать его и поверить. Разумеется, о заклинании он сказал ей сразу. Вот только объяснить толком действие не смог, а сознание потерял почти сразу после того, как вывалился из портала в подвале монастыря. Она была интуитом, она знала, как выглядит аура умирающего…

И произнесла Заклинание Бессмертия для него.

– Я не знала, насколько долго оно действует, – произнесла Дарея, и Ильнар вздрогнул, ощутив изменение в ее голосе. Цвет глаз тоже стал другим, теперь они были темно-синими и слегка светились. – Испугалась, что он умрет во второй раз, окончательно. Он и умер…

Она осознала свою ошибку несколько лет спустя, уже после собственной смерти. Ей повезло куда больше, чем Таро – интуитов в Ордене всегда было много, и покидать монастырь за двести лет ей ни разу не пришлось. В отличие от Лейро, Джания научилась договариваться с людьми. Ее перемещения перестали быть случайными, а ритуал, которым дух привязывался к очередному носителю, был куда менее разрушителен, чем методы Магистра. Женщины Ордена Исцеляющей длани добровольно давали ей возможность использовать свое тело, а взамен она позволяла использовать свой дух – для магии.

Единственным человеком в Ордене, не давшем магической клятвы, была именно Джания.

– Видите перстень? – она подняла руку, демонстрируя украшение. – Он и поддерживает связь между духом и физическим телом, и позволяет использовать энергию мира. Разумеется, очень ограниченно, если злоупотреблять этой возможностью, то даже хорошие отношения с магобезопасностью нас не спасут. Но кое-что мы можем. В том числе – помочь вам выжить без этого безумного похода.

Ильнар прислонился спиной к двери и закрыл глаза, пытаясь уложить в голове полученную информацию. Джания жива. Ему не обязательно умирать. Ему можно остаться в монастыре, и жить, и Кеара…

Нет, не думать о ней. Вот сейчас – точно не думать.

– Лейро все равно меня найдет.

– Лейро не войдет на территорию резиденции, – уверенно произнесла Дарея… или Джания. – Это тоже магическая клятва, при вступлении в Орден каждый послушник обещает в том числе никогда не нарушать границ. След клятвы остается в ауре, и люди Магистра просто не пройдут сквозь щит.

Ну конечно. Одни обещали не использовать магию, вторые обещали не заходить в гости к первым… А врут, разумеется, все. К тому же, что мешает Лейро нанять людей, которые не давали клятвы?

– И кстати, что касается вашей великой цели. – Мать-Настоятельница снова взглянула на свой перстень – белое серебро, темно-синий камень. – Если вам вдруг интересно, то даже в случае отключения основного артефакта нам ничего не грозит. Перстень – результат двухсот лет работы, он вполне способен удержать душу. А теперь подумайте – неужели Лейро не сумел бы обезопасить себя?

О том, что отключение артефакта с равной вероятностью может разорвать связь Джании и Дареи, он действительно подумать не успел, и хорошо, что этой проблемой можно не нагружать собственные мозги. Вот только… Змей побери, сколько людей в этой стране воспользовались этим долбаным заклинанием?! Пока он был уверен, что рискует только собой, план отключения артефакта выглядел безупречным: смерть Лейро казалась достойной ценой за свою собственную, и уж конечно, ни он, ни Таро не собирались жалеть Магистра. Но раз уж Магистр умеет притягивать к артефакту чужие души, то о своей тем более смог бы позаботиться.

С другой стороны, тетради лежали в монастыре двести лет, и сколько ещё нашлось желающих обеспечить себе бессмертие? И не выйдет ли так, что Лейро останется жить, а погибнут совершенно посторонние люди?

Он задал этот вопрос вслух, и Дарея, к его облегчению, покачала головой:

– Не беспокойтесь, о тетрадях знали очень немногие и самые доверенные. К тому же, это не такое уж завидное существование, чтобы о нем мечтать. И я могу даже понять Таро… Но я, как и Кир, предпочла бы, чтобы вы остались в живых.

– Я или Таро?

Немаловажный вопрос, учитывая, что сферотехников в стране полно, а вот с магами явный напряг. Ильнар крепко сомневался, что лично он нужен Ордену Исцеляющей длани в какой-то другой роли, кроме как материального носителя – ха! – для мага и его заклинания.

Дарея выдержала его взгляд.

– Оба. И я бы на вашем месте не уменьшала собственной значимости. Да, нам нужен Таро. Более того, скажу честно – он нужен в первую очередь Джании. Но способный сферотехник, а теперь и маг, из хорошего рода, умный, сильный, амбициозный тоже может оказаться полезным Ордену. Мужчины в нашем Ордене никогда не играли заметной роли, но это можно изменить.

Она поднялась и подошла ближе. Глаза строгие, серьезные, и снова не синие, а серо-голубые с серебристыми искрами в глубине, и что таится в этой глубине помимо искр…

– Вам не обязательно умирать, Ильнар. Подумайте. Оба.

«Что скажешь?»

«А что ты хочешь услышать? – с раздражением ответил маг. – «Нет, я не хочу жить, пойдем скорее сдохнем в Диких землях?!» Или я должен уговаривать тебя остаться? Не спорю, предложение заманчивое, но…»

Он умолк, и Ильнар понял, что маг тоже не может толком сформулировать это самое «но», хотя и осознает его наличие. Он искоса взглянул на Дарею. Что еще она может скрывать?

– Вы мне не верите, – с печальной улыбкой произнесла Дарея.

Она стояла совсем близко, и Ильнар сам не вполне понимал, кто больше нервничает от этой близости – он или Таро.

– А должен? Лейро тоже произнес прочувствованную речь, когда пытался меня завербовать…

Она вдруг тряхнула головой и выпрямилась.

– Хорошо. Я сниму щиты. И вы тоже, раз уж хотите полной откровенности. Будем играть честно. Но при условии, что все сказанное останется между нами двумя.

– Нас четверо.

Идея была неожиданной, но, в конце концов, почему нет? Никаких страшных тайн он не хранит, а если бы и хранил – даже полноценные маги не умеют читать мысли.

Если, конечно, не сидят в вашей голове.

Дарея передернула плечами – двое, четверо, какая разница? Ильнар глубоко вздохнул и кивнул:

– Согласен.

И постараться не думать о том, насколько его может шарахнуть ее чувствами. Она, конечно, не производит впечатления чересчур эмоционального человека, но кто ее знает…

Она открылась первой. Ильнар еще секунду помедлил, разглядывая вспышки цветов в ее ауре, и пытаясь вспомнить, что какой цвет значит. Собственный щит убрать опять оказалось сложно, но Дарея ждала, и он заставил себя расслабиться, раскрыться, вслушаться в окружающее пространство, стремясь уловить в исходящих от нее эмоциях ответ на свой вопрос…

А потом она улыбнулась и коснулась его груди перстнем.

На мгновение в глазах потемнело. Ильнар успел обреченно зажмуриться и обозвать себя идиотом, попытался вздохнуть, не смог, испугался… А потом понял, что именно произошло.

«Эй!»

«Это не я. Она как-то сумела тебя заблокировать. Не злись, я постараюсь все вернуть».

– Святое небо, как же я соскучилась, – еле слышно пробормотала Дарея, обвивая его шею руками… Вернее, уже Джания. Ее глаза снова потемнели, а аура сияла бирюзой и золотом. Так вот, значит, как должна выглядеть Великая Любовь Навсегда…

Ильнар постарался успокоиться, когда его руки сами поднялись, осторожно легли на ее плечи, не давая прижаться вплотную.

«Да ладно, обними ее уже», – мрачно буркнул он. Физически он ничего не ощущал, даже когда маг последовал его совету и прижал к себе свою давно потерянную любовь. Это было странно, но, признаться, интересно.

«Мы, кажется, разговаривать собирались, нет? О том, насколько я могу им доверять. Кажется, все-таки не очень».

Таро негромко вздохнул и отстранился.

– Джан, это попросту невежливо. Отпусти его.

– А ты все такой же исключительно правильный зануда, верно? – она насмешливо сощурилась, и на щеках появились ямочки. У Дареи их не было, как у них так получается? – Двести лет, Таро. Двести лет я ждала, что ты вернешься, я работала, как проклятая, я так соскучилась по твоему голосу, по твоим прикосновениям…

«Ага, за двести лет без мужика…»

«Ильнар!»

«Двадцать восемь лет Ильнар. Заканчивайте сопли разводить. Вернет мне кто-нибудь тело или все уже решено?»

«Я сейчас почти ничего не могу сделать. Либо она тебя отпустит – либо ты сделаешь это сам. Сосредоточься. Попробуй ощутить себя не физическим телом, а энергией. Просто одной из линий в узоре ауры. Тогда сможешь попытаться замкнуть щит. И, пожалуйста, без дурацких шуток в стиле твоего напарника».

Легко сказать – сосредоточься. Ильнар честно попытался представить себя сгустком энергии, просто часть ауры, просто одна из линий, вон тот двойной узел… Джания говорила что-то еще, Таро отвечал, они, кажется, вспоминали что-то давно прошедшее, из прошлых жизней, когда оба были живы и могли любить друг друга, не используя посредников. Он почти не слушал, целиком поглощенный своей задачей. Маг честно пытался ему помочь, но его действия выглядели неуклюжими, словно попытки медведя сесть на шпагат. Вроде и ясно, что от тебя хотят, а растяжки не хватает…

Заклинание, которое использовала Джания, напоминало тончайшую сеть и весьма походило на результат воздействия ментального артефакта. Таро и впрямь мало что мог противопоставить этой сети, но изнутри действовать было можно. Ильнар даже сообразил, куда должна потечь энергия, чтобы поставить щит, но вот ассоциировать себя с этой самой энергией, а не с руками-ногами-головой, пока не получалось.

– У Лейро всегда были с этим проблемы, – неожиданно громко произнес Таро, и Ильнар, снова упустив силовой поток, беззвучно выругался. Маг, впрочем, не обратил на него внимания. – Все, что не вписывалось в его картину мира, он просто вышвыривал из нее – этику, мораль, а временами и здравый смысл тоже. Мнение других людей для него и вовсе не существовало. Он же гений, у него идеи, он вполне имеет право на бессмертие. И наплевать, сколько народу погибнет из-за этих его идей.

– Зато для тебя чужое мнение всегда значило слишком много, – тон Джании был ровным и ледяным, но Ильнар с удивлением понял, что она на грани истерики. – Всегда. Никаких отношений со студенткой – мало ли, что подумают коллеги. Сначала замуж, а потом все остальное – впрочем, тут ты недолго сопротивлялся, помнишь? Магия важна для людей – и ты был готов сдохнуть и оставить меня совсем одну ради того, чтоб помешать брату. А инициация – даже странно, что ты мне ее запрещал, это ведь как раз помогало тем самым людям.

– Которые в итоге сдали тебя карателям.

Голос Таро тоже был ровным, но Ильнар прекрасно ощущал его настроение. Горечь, боль, привычный гнев на брата… Он любил ее, так, как умел, но даже ради нее не хотел поступаться принципами – и это можно было понять. Непонятно другое – неужели ждать встречи двести лет стоило ради того, чтобы разругаться вдрызг через пять минут?

Маг ничего не ответил, но следующая волна эмоций явно предназначалась Ильнару. Сформулировать чувства Таро можно было одной фразой: «Заткнись и займись делом, Змей тебя возьми!!!»

– Сдали такие же, как ты, правильные и принципиальные.

– Они просто хотели получить награду от Ордена. И боялись попасть за решетку за укрывательство.

Она помотала головой и закрыла лицо ладонями. Таро протянул руки, чтобы обнять ее, но она передернула плечами и вывернулась.

– Я так любила тебя… – ее голос звучал глухо и сдавленно, а когда она убрала ладони от лица, щеки оказались мокрыми. – Я ведь до сих пор тебя люблю! Я ведь только ради тебя все эти годы… ради тебя… а ты… так и не простил…

Она всхлипнула, медленно опустилась на пол – и разрыдалась.

«Не простил чего?»

Таро раздраженно передернул плечами, вздохнул и тоже сел на пол, мягко обнял Джанию, прижал к себе, осторожно гладя по волосам. Та уткнулась в его плечо, пытаясь, похоже, выплакаться сразу за двести лет.

«Потом, ладно? И кстати, чего ты там до сих пор возишься?»

С подсказками мага дело пошло легче. Правда, Таро не столько советовал, сколько критиковал, но делал он это, похоже, именно для, того, чтобы разозлить интуита до рабочего настроения. Поэтому Ильнар не обижался, а добросовестно старался почувствовать, что…

Он – энергия. Он – тонкая сияющая сеть пульсирующих волокон, оплетающая грубое физическое тело. Вот здесь остались следы от щупалец паука, и до сих пор, оказывается, больно, а вот эти темные нити – сила Джании, они дрожат в такт ее дыханию, их хочется рвать и кромсать, но это не нужно. Работа в опергруппе хорошо приучает отделять инстинкты, вопящие об опасности, от дела, которое нужно сделать. Поэтому рвать никто ничего не будет, нужно лишь осторожно оплести темную нить своей силой, мягко и аккуратно, а теперь ниточку сюда, и сюда, эх, энергетических бусин не хватает, но кто бы мог подумать, что плести «паутинку» придется в собственной ауре…

Еще одно касание, осталось совсем немного…

– Поцелуй меня. Пожалуйста, в последний раз. Ты ведь все равно уйдешь, и хорошо, и пусть, раз ты так решил… – Она всхлипнула и подняла заплаканное лицо. – И я помогу, обещаю, но… Один раз. На прощание.

Таро заколебался, и Ильнар мельком ему посочувствовал – когда любовь и принципы вступают в конфликт, жить становится очень грустно. А потом в дверь неожиданно постучали, а губы Джании оказались совсем близко, мягкие, требовательные, и маг попытался отстраниться, но не успел.

Ну здравствуй, эмпатия.

В голове словно взорвался фейерверк. Это Джания, ее любовь напополам с болью, кисло-сладкая и горькая одновременно. Это Таро, он раздосадован и пытается все-таки вернуть на место щит… Хотя не очень-то и пытается, это его поцелуй, и бирюзовые вспышки в ауре тоже его. Собственное тело на волне чужих эмоций откликается, голова кружится, а в дверь снова стучат, открывают, чужие чувства накрывают волной, еще немного – и он не выплывет, и он из последних сил вцепляется в заклинание и рвет силовые нити, и в глазах снова темнеет, а щит вдруг возвращается – резко, рывком…

А, змеевы потроха!

Ильнар откинулся назад с такой силой, что не удержал равновесие и упал на пол. В голове зазвенело, зато прояснилось. Сфокусировав взгляд, он увидел склонившегося над ним Кира и, ухватившись за протянутую руку, кое-как принял вертикальное положение. Выражение на лице командира было абсолютно бесстрастным, а вот смотреть на его ауру отчего-то совсем не хотелось. За спиной громко ахнули, Алтина протиснулась мимо них и захлопотала над сидящей на полу Дареей. Та осторожно потерла виски, кажется, ее тоже отпустило.

– И что это было? – негромко поинтересовался Эл. Кир молчал, Фин, как ни странно, тоже. Ильнар обернулся на друга детства, успел поймать взгляд его сестры и удивиться, в библиотеке ее совершенно точно не было, а потом…

Ох ты ж.

Секунду Кеара смотрела на него, потом развернулась и стремительно вышла в коридор. Ильнар рефлекторно рванулся следом, но Кир ухватил его за плечо.

– Ты не ответил на вопрос.

Майор переглянулся с Фином и коротко кивнул на дверь. Ильнар поймал взгляд напарника, тот виновато пожал плечами и выскользнул в коридор следом за Кеарой. Ну, по крайней мере, она не сбежит далеко. Что-что, а договариваться с девушками Фин умеет.

Движение Дареи Ильнар скорее почувствовал, чем увидел, но теперь он был начеку и шарахнулся в сторону, едва не сбив с ног Эла. Ее рука с перстнем на мгновение замерла в воздухе, потом бессильно упала на колени. Что именно она хотела сделать, он не представлял, но позволять ей использовать магию не стоило.

– Не вздумайте. – Собственный голос показался хриплым и чужим. Он откашлялся и с неожиданной злостью взглянул сначала на Дарею, потом на майора. – Она одержима. И мне тоже очень интересно узнать, что это сейчас было!

– Встреча двух влюбленных после двухсотлетней разлуки, – равнодушно бросила та, поднимаясь. – Проявите понимание, дан Дьери.

Отрицать она не пыталась, но выглядела раздосадованной. Ильнар на всякий случай обновил ментальный блок. Перстень Карисы наверняка показался бы детской игрушкой в сравнении с артефактом Дареи, но хоть какая-то защита…

– И давно? – подал голос Кир.

Мать-Настоятельница медленно покачала головой.

– Если ты хочешь знать, была ли я одержимой, когда выходила за тебя, ответ – нет. Это случилось уже позже. И уходила я по собственной воле.

Майор кивнул.

– О чем вы здесь говорили?

Дарея искоса взглянула на Ильнара, и тот упрямо наклонил голову, всем своим видом показывая, что молчать не будет.

– Мне нужно идти, – произнесла она. – А вам – готовиться. Портал в монастыре действительно есть, и я вам его покажу. Хотя у меня будут условия, Кир, и тебе придется их выполнить. Но это все завтра. А сегодня нам всем нужно отдохнуть.

– И мы можем вам верить? – поинтересовался Ильнар. Дарея, уже шагнувшая к выходу из кабинета, обернулась и окинула его долгим взглядом.

– Разве у вас есть выбор?

Ильнар хотел было возразить, но она открыла щит – всего на пару мгновений.

«Она не врет».

Он вздохнул и молча кивнул. Дарея тоже кивнула и вышла.

– Не нравится мне все это, – проворчал Эл.

– Полностью согласен, – буркнул Ильнар. – Ладно, Змей с ней.

Он встряхнулся, огляделся и решительно двинулся к выходу.

– Ты куда? – окликнул Кир.

– Мириться с любимой девушкой, – с неуместной злостью в голосе отозвался Ильнар. С удовлетворением послушал удивленное молчание за спиной и захлопнул за собой дверь.

«Попробуешь что-нибудь выкинуть – я сам не знаю, что с тобой сделаю!»

Таро промолчал.

Ему же лучше.

***

Голос напарника Ильнар услышал издалека и замедлил шаг, стараясь ступать тише. Подслушивать, конечно, нехорошо… но иногда жизненно необходимо.

Фин и Кеара стояли у высокого окна. Сферотехник, надев сенс-очки, крутил в руках что-то некрупное, приглядевшись, Ильнар понял, что это шкатулка.

Вот девушка что-то сказала негромко, Фин фыркнул и взглянул на нее поверх стекол.

– Скажем так, я еще не готов к столь серьезному шагу. И вообще, глупо связывать свою жизнь с одной-единственной женщиной, когда вокруг столько прекрасных альтернатив.

Ага, кажется, Кеара поинтересовалась его мнением о браке. Ильнар замер, прислушиваясь.

– Это как-то… – девушка замолчала, подбирая слова.

– О да, низко, грубо и не романтично. – Фин демонстративно закатил глаза. – Впрочем, пока меня не расплющил сферотанк ваших моральных принципов, поспешу отметить, что, во-первых, я никого не принуждаю, и все мои девушки вполне счастливы. А во-вторых… – Он поймал взгляд напарника и коварно ухмыльнулся. – Разве правильнее трепать парню нервы, пока он сам не перестанет понимать, чего больше хочет – жениться или сбежать в Дикие земли и там сдохнуть, лишь бы больше никогда вас не видеть?

Кеара потрясенно ахнула:

– Это он так сказал?!

– Нет.

Девушка стремительно обернулась, выглядела она сердитой и растерянной. Ильнар подошел ближе, на секунду прикрыл глаза, потом выразительно взглянул на напарника. Тот понял без слов:

– Все-все, уже сваливаю! – он снова ухмыльнулся и сунул другу шкатулку. – А раз ты меня прогоняешь, то и чини все сам. Должна же от тебя быть какая-то польза!

Он церемонно поклонился Кеаре и, насвистывая, удалился. Ильнар проводил напарника взглядом, справедливо опасаясь, что подслушивать умеет не он один. Потом осторожно покосился на девушку. Голубое платье и белое кружево, голубоватый камень стен и морозные узоры на стеклах… На миг показалось, что древние стены впитывают ее в себя, принимают, чтобы никогда не вернуть.

Наваждение…

Кеара смотрела в окно, и ему не было видно ее лица, лишь тяжелый узел золотистых кос, единственное яркое пятно в сумраке коридора.

– Злишься?

– Разве? Ты свободный человек и можешь целоваться с кем захочешь, – она с улыбкой обернулась, и снова пришло ощущение взгляда-выстрела. Ильнар не отвел глаз, только вздохнул.

Контрольный в голову, все равно умирать…

Хотя нет, не все равно. Между понятиями «умирать» и «умирать, зная, что она считает тебя сволочью» есть весьма ощутимая разница.

– Я тут вообще ни при чем. Это Таро и… В общем, эта дурацкая легенда в чем-то права. Дарея тоже одержима.

Взгляд девушки стал удивленным, но она почти сразу отвернулась к окну и равнодушно пожала плечами.

– Никакой разницы… Займись шкатулкой, пожалуйста.

Ильнар молча кивнул, цепляясь за возможность постоять рядом с ней еще немного. Она действительно неплохо умела ставить блок, и с первого взгляда определить, что там творится у нее в голове, было невозможно. А может, ей действительно все равно?

Из-под крышки шкатулки потянулся аромат – что-то цветочное и одновременно хвойное. Приятный запах и отчего-то знакомый. Ильнар вдохнул поглубже, пытаясь вспомнить, что в его жизни могло так пахнуть.