Читать книгу Хочу тебя навсегда - Маша Малиновская - Страница 10

Варя

Я выхожу из школы и иду в сторону автобусной остановки.

Погода сухая, но тучи так низко, вот-вот прорвёт дождём. Воздух кажется тяжелым, оседает на лёгких.

День прошёл, но легче не стало. Ни капли. Я словно вся сжата внутри. Плечи сведены, живот в узле, пальцы дрожат, хотя я стараюсь держать себя в руках.

Хочу домой. Но… знаю, что если приеду сразу – просто сойду с ума. Надо немного сбить этот клубок в груди. Разгрузить голову.

Я часто так делаю – готовлю, когда на душе полный кошмар. Это помогает, хотя бы на время. Мама-повар как-то с детства привычку такую привила. Вымесить тесто, нарезать овощи, очистить картошку – всё это даёт хоть какую-то иллюзию контроля.

Выхожу на своей остановке через двадцать минут и забегаю в супермаркет. Хожу между полок медленно, будто время тяну. Потом складываю в корзину разного. Нервы натянуты настолько, что будет и первое, и второе, и десерт. Только вопрос, кто это всё потом есть будет?

Дома кормлю Мию, она с благодарным мурлыканьем трётся о ноги, и я уже почти успокаиваюсь, когда приходит сообщение.

От Баварского.

«Добрый вечер, Варвара. Подъедь, пожалуйста, в студию. Возникли вопросы по твоим документам по совмещению. Это займёт немного времени»

Я хмурюсь. Документы? Какие там вопросы могли возникнуть, вроде бы со всем сразу разобрались. Я же всё сдавала с основного места работы.

Неохотно переодеваюсь снова из домашней одежды и вызываю такси. Спустя двадцать минут я уже в студии. Сотрудников почти нет, коридоры пустые. Охранник у входа кивает и сообщает, что Баварский у себя в кабинете.

Я коротко стучу и открываю дверь. Станислав Борисович сидит за столом, как обычно. Рубашка расстёгнута на верхнюю пуговицу, часы блестят на запястье, взгляд тяжёлый.

– Проходи, Варвара, – кивает, не вставая. – Садись.

Я сажусь напротив. Смотрю внимательно, пока он какое-то время молчит, перебирая бумаги на столе. Возникает какое-то тревожное ощущение, но я списываю на напряжение после всех событий последних суток.

– У тебя… больше нет необходимости приходить на работу, – говорит наконец, вскидывая на меня взгляд.

Я моргаю.

– Простите?

– Ты уволена. Сегодняшним числом.

Я сжимаюсь, задержав дыхание. В груди становится как-то неприятно, саднит.

Уволена? Просто вот так? Без предупреждения, без объяснения?

– Но… за что? – выдыхаю. – Я ведь всё делала… никогда не опаздывала, не подводила. Я…

Он поднимает глаза, медленно, с какой-то ленцой.

– Подпиши, пожалуйста. Вот тут и тут.

Протягивает бумаги. Я беру ручку, всё ещё не веря. Это ведь были деньги, которые шли впритык. Я считала каждый рубль. И эта работа… она меня очень выручала. Не так уж много я получаю в музыкальной школе, и была очень рада найти такую подработку.

Кручу ручку несколько секунд в нерешительности, пробегая глазами по приказу об увольнении. А потом ставлю подпись, прикусывая губу, чтобы не сказать ничего лишнего.

Ничего не понимаю. Бред какой-то…

В этот момент Баварский встаёт и обходит стол. Я продолжаю сидеть, собирая бумаги. И тут – чувствую его руки на своих плечах.

Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь.

– Что вы делаете?

– Всегда думал, что ты… правильная, – голос меняется, становится вязким и липким. – Такая чистая, скромная девочка. А ты, оказывается, такая же шлюха, как и все.

Меня будто током прошибает. Я отстраняюсь и резко встаю.

– Не смейте говорить такое.

Он смотрит с откуда-то взявшейся ненавистью. С каким-то внутренним ядом, от которого меня передёргивает.

– Я-то думал, ты особенная. Даже хотел с тобой… серьёзно чтобы. А ты – мафиозная подстилка. Ты даже не сопротивляешься. Раздвигаешь ноги перед этим… монстром. Перед Касьяновым. Это ведь он отдал приказ уволить тебя.

Грудь простреливает. Я чувствую такую вспышку злости, что теряю контроль. Рука взмывает сама по себе и раздаётся пощёчина. Громкая и звонкая, обжигающая ладонь.

Меня тут же начинает бить крупная дрожь. Воздуха не хватает, глаза жжёт. Я пребываю в полном шоке от этого разговора и не могу поверить, что это сейчас вообще происходит.

Баварский отшатывается. А потом его глаза темнеют.

И в следующий момент он бросается вперёд. Резко. С каким-то ненормальным, диким взглядом. Хватает меня за руки и толкает на стол. Его лицо так близко, что меня обхватывает ужас.

– Ты думала, можешь меня унизить?! Меня? Маленькая сука! Я покажу тебе, что бывает, когда плюют мне в лицо!

Он тянет мои руки вверх, пытается стянуть рубашку. Я начинаю задыхаться, мне кажется, будто всё это нереально. Даже закричать не получается – настолько я в шоке. Да и кто тут услышит.

– Отпусти… – шепчу, вырываясь. Паника бьётся в горле. – Отпусти меня…

И вдруг – он замирает.

Лицо его искажается. Сквозь зубы он издаёт хриплый, звериный звук. В глазах – шок и боль.

А потом мне прямо на лицо капает что-то горячее. Через секунду я с ужасом осознаю, что это его кровь. А капает она с плеча, из которого, прямо возле ключицы, торчит небольшой нож с фигурной металлической ручкой.

Баварский отшатывается, пятится назад с перекошенным лицом.

Я подскакиваю со стола, одёргивая рубашку, не могу даже моргнуть от ужаса.

– Знаешь, Станислав, – говорит Игнат медленно. В голосе такая тьма, что меня обдаёт льдом. – Я, конечно, понимал, что ты подлый, но чтобы настолько откровенно тупой – как-то даже не догадывался.

А потом мне приходится зажмуриться, потому что то, что я вижу, повергает в шок.