Читать книгу Лохматый театр. Дилогия - Мэд Фоксович - Страница 6

11 ноября 1994 года

Рейсовый паровоз дальнего следования прибыл в Западное графство. Группа грузчиков еле сумела вытащить из товарного вагона тяжеленный деревянный ящик, отмеченный символами «П5». Вахтер, таинственный мужчина в сером балахоне, пересчитывал стопку купюр. Сторож подозрительно огляделся по сторонам и вручил одному из служащих деньги.

Пересчитав бумаги самолично, оператор погрузочно-разгрузочных работ, тучный усатый человек в рыжей каске, с недоверием посмотрел на вахтера, после чего махнул рукой служащим. Те водрузили на себя огромный ящик и двинулся напрямую к выходу к автомобильной дороге, целенаправленно проигнорировав досмотр крупногабаритного груза.

По пыльному перрону важно шагал Лохматый Директор. Сгорбившись и сложа руки за спиной, лохмач неспешно подошел к стойке регистрации.

– Добро пожаловать в Западное графство, – послышался подозрительный голос билетерши. – Цель вашего визита?

– Деловая встреча, – ответил Директор, улыбнувшись и важно прикрыв глаза.

– Хорошего вам дня, сэр, – дружелюбно ответила сотрудница. – Будьте бдительны, вы ведь уже слышали о серийном убийце, не так ли?

Со лба Директора стекла капля пота, лохмач настороженно огляделся по сторонам. Многочисленные мраморные колоны вокзала были увешаны объявлениями, предупреждавшими о неопределенном лице по прозвищу маньяк-кукловод, виновном в жестокой расправе над восточной графской семьей, получившей широкую огласку неделю назад.

– Разве убийца не промышляет в Восточном графстве? – поинтересовался Директор.

– Да, – ответила билетерша, – но его намерения туманны, и никто не знает, каким будет его следующий ход.

– Хм… – лохмач усмехнулся и почесал затылок. – Вам, и вправду, будет крайне трудно предугадать его действия.

Директор маниакально улыбнулся и зловеще исподлобья посмотрел на ящик «П5», который как раз подтащили к выходу.

– Я надеюсь, ты отключил «Прототип-6»? – спросил лохмач у вахтера на выходе из здания вокзального комплекса.

– Он активирован, но находится в нейтральном режиме, – хриплый голос сторожа прозвучал из-под капюшона. – «П6» не выберется за пределы театра, но убьет любого незваного гостя подвальных ярусов.

– Мудро, – Директор похвалил своего помощника.

Лохмач поднял голову вверх. Директора сильно удивило отсутствие дождя. Хорошая погода была в новинку для жителя востока. Сквозь немногочисленные серые тучи проглядывалось голубое небо.

***

15 ноября 1994 года

Западное графство – административно-территориальная единица Коловрата, родина доктора Джонатана Волкера и точка зарождения кукольной цивилизации. Городская архитектура в славянском стиле конца XX века. Словно водяной ров, огромное золотое поле для выращивания зерновых культур окружало город. Даунтаун кишел дорогими католическими церквями и синагогами. Здание парламента страны располагалось именно здесь.

Резиденция Тэбора Фишера, более известного как Западный граф, стояла на окраине мегаполиса, вплотную прижавшись к кромке необъятного злакового поля.

День клонился к закату. Граф, полноватый лысеющий мужчина, пожаловал на второй этаж просторной террасы собственной резиденции с потрясающим видом на богатые золотые угодья. Лицо Тэбора Фишера было покрыто длинными старческими морщинами и одарено толстой надбровной дугой. Сам граф был одет в легкую полурасстегнутую черную рубашку с мятым белым галстуком. Рукава рубашки были небрежно завернуты до локтей.

Сунув руки в карманы, Фишер шагнул в сторону навесного балконного столика, за которым восседала его дочь, высокая девушка с длинными окрашенными светлыми волосами и широкой ехидной улыбкой.

– Как прошел рабочий день? – вдруг послушно пропищала девушка.

– Нормально, – ответил граф тягучим хриплым голосом. – Согласовали пару вопросов в парламенте, выделили денег баронессе Восточного графства, чтобы та смогла хоть что-нибудь предпринять по поводу нескончаемых протестов.

– Протестов? – переспросила дочь.

– Да. Временному правительству Востока пришлось ввести ежедневный комендантский час после того, что случилось, – объяснил Тэбор, тяжело вздохнув и болезненно откашлявшись.

Вытерев со лба пот, Фишер огляделся по сторонам и подозрительно посмотрел на высокую стеклянную дверь к пожарному выходу.

– Папа, ты уверен, что нам не о чем беспокоиться? – поинтересовалась девушка.

– Я убежден, милая! – граф уверенно и величаво ткнул пальцем в потолок. – Маньяк-кукловод орудует лишь на Востоке и к нам он не сунется!

– А почему главный вокзал и вся центральная площадь города увешаны предостережениями? – Западная баронесса задала резонный вопрос.

На самом деле, Западный граф до дрожи боялся маньяка-кукловода. Тэбор понимал, такой беспринципный убийца, как кукловод, непременно разделался бы и с его семьей, если захотел бы этого.

– Профилактику никто не отменял! – фальшиво оправдался граф, чтобы не выглядеть трусом в глазах собственной дочери.

Зрачки Фишера принялись нервно бегать туда-сюда. Граф вновь остановил взор на пожарном выходе. Дверь состояла из толстого желтого стекла, и было бы очень сложно рассмотреть через него что-либо, даже если бы предмет по ту сторону располагался вплотную.

– Кстати, папа, я давно хотела поинтересоваться, – начала девушка, – почему наш правитель Ходячий Король никогда не выступает с заявлениями и референдумами? Неужели он настолько занятой человек?

Ходячий Король считался верховным монархом Коловрата, удерживавшим власть в своих руках с первого дня существования мирового государства. Король действительно появлялся на публике крайне редко, и то лишь в самые первые годы своего правления, в итоге полностью передав публичные дела членам Графского Совета и их семьям.

Правитель Коловрата получил свое прозвище не просто так. Король был очень старым человеком, на его лысой макушке, усеянной пигментными пятнами, набекрень сидела нелепая высокая треснувшая белая корона. По иронии судьбы нижняя часть тела монарха была полностью парализована, и тот был вынужден передвигаться исключительно в инвалидном кресле.

Руки Ходячего Короля, усеянные проводами и медицинскими трубками, плетьми лежали на подлокотниках коляски, а пальцы были безжизненно скрючены. Люди, кто находился рядом с монархом на протяжении длительного времени, были вынуждены слушать постоянный ленивый писк пульсометра, подключенного к машине жизнеобеспечения короля.

– Ты думаешь, Ходячий Король действительно что-то здесь контролирует? – усмехнулся Западный граф.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась баронесса.

– Дочка, ты – мой единственный наследник, поэтому, я думаю, настало время поведать тебе один темный секрет, – Фишер нервно почесал затылок. – Ходячий Король скончался три года назад.

Девушка широко разинула глаза от изумления.

– Графский Совет контролировал Коловрат с самого начала, – объяснил Тэбор, ехидно оскалив зубы. – Король был обыкновенной формальностью. Нам нужен был монархический строй, чтобы обеспечить самим себе гарантию вечного правления.

– Значит… – задумалась дочь, – Ходячий Король жив только на бумаге уже как три года?

– Фактически, да, – граф подковылял к перилам террасы и взглянул на золотое поле. – На самом деле, он не был дееспособен на протяжении куда большего времени. Мы просто поняли, что поддерживать жизнь этой сушеной камбалы финансово невыгодно…

Внезапно подул сильный ветер. Звонкий свист холодного вихря приглушил обрывистый гул механических шарниров, донесшийся со стороны пожарного выхода. Фишер вздрогнул и вновь параноидально взглянул на стеклянную дверь. Ничего не изменилось.

Хоть Тэбор с Западной баронессой и были единственными людьми, присутствовавшими на террасе в тот момент, Фишер буквально чувствовал на себе чей-то сверлящий посторонний взор. Окончательно убедившись, что опасности поблизости нет, граф поплелся обратно к столику.

– Папа, но, получается, мы поступаем очень плохо, разве нет? – воскликнула графская дочь.

– Что ты?! – Фишер принялся оправдательно размахивать руками. – Люди обожают нас! Жить без нас не могут! Да, и потом, если не мы, то кто?! На территории всей нашей необъятной родины еще не успели сыскать кандидата, сравнимого по уровню профессионализма с нынешними участниками Графского Совета.

– А как же…

– Это не преступление! – граф понял, о чем вновь собралась твердить его дочь, и предусмотрительно заткнул ее. – Мы у власти уже почти тридцать лет! Что такого плохого, что наши династии будут править вечно, дорогая моя? Разве лично тебе это как-то навредит?

– А! – баронесса улыбнулась и хлопнула себя по лбу. – Точно! Наша семья обеспечена, значит, у меня будет хорошее будущее, так ведь, папа?

– Конечно, милая! – граф торжественно развел руками. – Наконец-то дошло!

Веселая графская семейка принялась задорно хохотать. Вытерев слезы счастья со щек, напоследок Тэбор Фишер решил вновь посмотреть в сторону пожарного выхода. Не переставая смеяться, Граф медленно повернул голову вбок.

За дверью кто-то был…

Сквозь желтое стекло просвечивался мутный черный силуэт. От всепоглощающего неизбежного ужаса у Западного графа перехватило дыхание.

Существо, что стояло по ту сторону, было очень низким. Незваный гость приложил свои маленькие копыта к стеклу. Тут существо медленно отвело руки от дорогостоящей фурнитуры и, сведя когтистые формирования в кулаки, с невероятной силой вмазало по двери.

В тот же миг гармонию тишины пронзили треск и звон. Стекло разлетелось на сотни осколков. Острые, словно бритва, фрагменты битого стекла посыпались в разные стороны и засыпали половину второго яруса террасы.

Тэбор начал нелепо кричать от ужаса и в панике пятиться, пока не запутался в собственных кривых ногах и с треском не рухнул на пол. Фишер взревел от боли, когда стеклянные осколки впились ему в спину. Баронесса принялась оглушительно визжать.

В проеме разбитой пожарной двери стояло окровавленное чудовище: гниющая заживо, источавшая зловонный трупный смрад, саблезубая взломанная кукла, напоминавшая свинью с безумными красными апертурными глазами. Это был Прототип-5, тот самый объект, который Лохматый Директор с вахтером тайно провезли через границу, одно из двух существ, чьи способности были протестированы на инспекторе службы безопасности.

Существо не двигалось, будто наблюдая за эмоциональными и физическими страданиями своих жертв. Западная баронесса в ужасе визжала до тех пор, пока ее голос окончательно не осип и не перерос в приступ болезненного кашля.

Внезапно, словно полностью игнорируя жгучую боль, граф перевернулся на живот и, с трудом подняв свою тушу на ноги, помчался в сторону балконных перил в надежде сбежать любыми возможными методами. Взломанная кукла сорвалась с места и, за один прыжок очутившись максимально близко к Тэбору, полосонула его своими острыми, как лезвия, копытами, оставив на спине Фишера глубокую кровавую рану. Полумертвый диктатор вновь рухнул на пол, на этот раз лицом вниз.

Взвыв от невероятной боли, Западный граф взмолился:

«КУКЛОВОД! – взревел Фишер сквозь стиснутые зубы. – Я знаю, ты – обыкновенный человек, и я знаю, что ты слышишь меня!»

Взломанная кукла заинтересованно скрипнула апертурами.

– Я дам тебе все, что пожелает твоя душа! – жалобно пропищал Тэбор, с непосильным трудом перевернувшись на спину и вновь взглянув на куклу своими заплаканными глазами. – Ты хочешь денег? Ты получишь деньги! Хочешь власти? Я сделаю тебя членом теневого правительства Коловрата! Если ты просто хочешь утолить свою садистскую жажду крови, забирай ее, а не меня! – лысеющий трус ткнул пальцем в сторону собственной дочери. – Только не убивай меня! – заверещал гадкий граф, упиваясь слезами!

Лохматого Директора явно не впечатлил этот королевский перформанс. С жутким механическим гулом взломанная кукла подпрыгнул до самого потолка, после чего приземлилась на Западного графа и жадно вгрызлась ему в глотку. Хлынул фонтан крови.

Дождавшись, пока тело диктатора окончательно не перестало дергаться в предсмертных конвульсиях, Прототип-5 медленно перевел взгляд на забившуюся в угол Западную баронессу…

Солнце зашло за горизонт.

***

19 ноября 1994 года

На улице темнело. Лофф-стрит погрузилась в слой густого холодного тумана. Вдали можно было услышать глухие гнетущие раскаты грома, облака чернели, собирался сильный дождь.

Лохматый Директор покинул Восточное графство и отправился в командировку восемь дней назад. Перед отъездом начальник временно переложил свои полномочия на креативного директора по имени Ай-Ай.

Девятый день после отъезда лохмача трудно было назвать рыбным. За целые сутки в стенах театра не появилось ни одного богатого посетителя. Персонал собрался в комнате переговоров на втором этаже здания: Лиса отреченно пялилась в запотевшее от холода окно, Рекс сидела прямо напротив Ай-Айя и, воодушевленно улыбаясь, выслушивала многочисленные отвергнутые начальством идеи арт-директора. На фоне шумел телевизор.

– То есть тебе нравится моя идея по поводу носорогов в балетных пачках?! – воскликнул Ай-Ай, широко разинув глаза и влюбленно взглянув в сторону Рекс.

– Это смотря какие носороги! – Рекс деловито прищурилась и щелкнула пальцами. – Если с рогом, то да, а если без рога, это уже бегемоты.

– Точно! – Ай-Ай искренне воспринял бессвязный бред своей коллеги как нечто абсолютно гениальное. – Бегемоты в балетных пачках! – пушистик сделал пометку в блокноте. – Рекс, да у тебя настоящий талант! Ты – больше чем обыкновенный человек искусства!

– Да ладно! – на щеках Рекс выступил румянец, мышь стеснительно махнула рукой. – Я просто в пачках секу. Грузчиком на заводе сигарет работала раньше.

– Правда? – удивился Ай-Ай, вновь схватившись за блокнот.

– Правда – это сила! А сила в правде, чтоб ты понимал, – Рекс снова начала нести какую-то чушь. – Следовательно, это – сила в квадрате!

– В квадрате?! – на Ай-Айя словно снизошло озарение. – Это нужно записать!

Арт-директор вновь принялся чиркать в своем блокноте. Лиса наконец соизволила обратить внимание на парочку «людей искусства» и перевела на Ай-Айя и мышь свой недовольный усталый взгляд…

– А чем мы вообще занимаемся всю неделю? – проворчала рыжая кукла.

– Мы разрабатываем идеи! – проголосил Ай-Ай.

– Вы ведь понимаете, что, когда ЭТОТ вернется из командировки, все ваши идеи будут смыты?.. – Лиса решила всыпать серьезную долю реализма в мечты арт-директора.

– Правда? – поразился Ай-Ай, будто не был отвергнут еще с десяток раз до этого.

– СИЛА В ПРАВДЕ! – крикнула Рекс, взобравшись на стол.

– Я понял! – Ай-Ай чуть не упал со стула от неожиданного возгласа своей коллеги.

– Да, Ай-Ай! Он обольет вас грязью с ног до головы, в своем стиле… – презрительно проговорила Лиса, в очередной раз напомнив всем присутствовавшим о скверном характере начальника.

Рекс ахнула от удивления.

– Не обижай хозяина, Лиса! – возмутилась мышь. – Он не настолько жесток, чтобы отвергать такие классные идеи. Директор умеет ценить искусство. Директор – это настоящий тиран мысли,! – Рекс погрозила пальцем.

– Ты хотела сказать «титан мысли»? – Лиса ехидно повела бровью.

– Может быть, и хотела! – Рекс обидно фыркнула.

– К тому же разве вы с ним не друзья? – вступил в обсуждение Ай-Ай.

– Что?! – скривилась Лиса. – Он некомпетентен! В своем собственном театре он не может наладить абсолютно ничего, начиная с атмосферы рабочего коллектива.

Лиса, будто постеснявшись собственных слов, стыдливо потупила глаза. Кукла сама не до конца понимала, почему сказала это. Конечно, Лиса очень сильно очернила свои настоящие мысли по поводу Лохматого Директора, с которым она и вправду начинала находить все больше общего.

– Я пойду, – Лиса перевела тему. – Поздно уже.

Кукла встала со стула и направилась к выходу.

«Над Лохматым театром висит облако из легенд и слухов, – размышляла про себя Лиса, спускаясь по лестнице на первый этаж. – По таинственному совпадению большое количество кукол пропало именно в окрестностях улицы Лофф.

Лохматый Директор – мрачноватый тип, и с каждым новым днем работы здесь я убеждаюсь, лохмач что-то скрывает. Директор прячет от посторонних глаз некий ужасный и холодный секрет…»

Вместо того чтобы пройти к парадному выходу, Лиса завернула в служебный коридор. Взгляд куклы остановился на старой заплесневелой двери…

«Дверь тринадцать… – подумала Лиса, – что же в тебе особенного?»

Внезапно все в глазах рыжей куклы стало мутнеть. На Лису снизошло давнее воспоминание, кукла в мельчайших деталях воссоздала в голове ситуацию, приключившуюся с ней, когда она решилась приоткрыть завесу тайны в первый раз…

Тогда Лиса решительно приложила ладонь к ржавой металлической ручке. Тут огромная холодная человеческая рука вцепилась кукле в запястье. Это был Директор, таинственно возникший из тьмы служебного коридора. Лохмач грубо прижал Лису к стене.

Вскрикнув от неожиданности и испуга, кукла тут же попыталась вырваться из пут, но хват одной лишь руки лохмача оказался невероятно сильным. Лиса медленно подняла голову. На лице Директора красовалась маниакальная улыбка. Начальник явно получал некое садистское удовольствие от факта, что он не только предотвратил проникновение кого-либо в подвальные помещения, но и полностью сковал движения и волю своей сотрудницы на неопределенное время.

– Лиса… – протянул Директор, то ли со злобой, то ли с наслаждением. – Что я говорил тебе по поводу посещения комнаты тринадцать?

Лохмач с силой сдавил запястье Лисы, послышался треск суставов. Лиса вскрикнула от боли и начала тяжело дышать. От всепоглощающего ужаса сердце куклы забарабанило в диком ритме.

– Отпустите меня! – пропищала Лиса.

– Отпустить? – с издевкой переспросил Директор. – А что, если я не хочу делать этого?

Лохмач нагнулся на уровень глаз Лисы и максимально приблизился к ней. Черты лица Директора вновь начали уходить в тень, подчеркивая широкий зубастый оскал и безумные желтые глаза.

– Но почему?! – заикаясь спросила Лиса.

– А что, думаешь, только тебе можно делать все, что взбредет в голову? – проговорил Директор поучающим, но от этого не менее жутким тоном.

Начальник медленно отпустил Лису и отшагнул к противоположной стене.

– Тебе ясно было сказано, – добавил лохмач, – мой кабинет – дверь номер четырнадцать… не перепутай.

Чертоги разума вновь перенесли Лису в настоящее. На сей раз никто не стоял у нее на пути. Кукла настороженно огляделась по сторонам: длинный пыльный служебный коридор был пуст и гнетуще безмолвен. Лиса решительно приложила ладонь к ручке двери.

«Прости уж… – кукла злобно ухмыльнулась, представив Директора перед собой, – перепутала!»

Тринадцатая дверь была открыта…