Читать книгу Развод, который ты не забудешь - Мил Рэй - Страница 5

Катя

Следом за Кириллом, как марионетки на ниточках, прибегают постовая медсестра и мой лечащий врач. Цирк натуральный…

Разобравшись, кто пропустил следователя, выяснив формальности, Воронцов успокаивается. Медперсонал уходит.

Следователь встает со стула, незаметно нажимает кнопку диктофона.

Кирилл же ведет себя так, что стыдно за него становится.

– Вас газетчики наняли или мои конкуренты проплатили, м? Отвечайте! И какого хера вы допрашиваете мою жену без моего ведома?! – орет Воронцов так, что стены содрогаются.

– Не ругайтесь, господин Воронцов. Я имею право поговорить с потерпевшей, – строго чеканит девушка, хотя сначала она немного опешила от появления Кира.

Муж бросается ко мне, обнимает меня. Но я не хочу, чтобы он касался меня после всего.

– Я все равно вызову ее на допрос. И вас тоже, – обращается к Кириллу, приводя его в бешенство.

– Вы меня обвиняете в чем-то? – выгибает бровь.

– Кирилл, отпусти, – шепчу, так как он меня буквально трусит в руках.

Со стороны выглядит ужасно.

Муж старается оградить меня или просто закрыть рот…

– Вы делаете больно вашей жене. У нее все тело в ушибах, – напоминает девушка в форме.

После недолгих пререканий, она уходит.

Мы остаемся вдвоем. Судя по поведению персонала больницы, лимит посещения у моего мужа не ограничен.

Я же видеть его не могу…

– О чем вы говорили? – спрашивает.

– О нашей жизни, о дне, когда все произошло, – нехотя отвечаю.

– И что ты рассказала ей? – выспрашивает пытливо.

– Кирилл, я не хочу говорить. Мне все ясно. Иди к своей, как ее зовут… Кстати, про слабительное в еде я тоже рассказала следователю, не сомневайся, – говорю как есть, эту историю я успела рассказать до его прихода.

– Что ты говоришь такое? Какое еще слабительное? – муж подскакивает с края моей койки, словно ужаленный.

Если бы не трубка капельницы, то я бы тоже вскочила, наверное.

– Кирилл, хватит отпираться! Как ты можешь врать?! – спрашиваю, с трудом выговаривая слова через тугую повязку.

– Да я не вру, Котенок! Что за чушь ты несешь? – нервно машет руками.

– Твоя любовница приходила сюда. Приносила «передачку» от тебя.

– Ты что-то путаешь. Я нанимал доставку, – мотает головой.

Снова вранье.

Пытается сделать из меня дуру…

– Не верю. На камерах видно, что за доставщицу ты прислал, – сдавленно говорю.

Муж присаживается около моей постели, бережно берет мою руку и прислоняется к ладони лбом.

– Котенок, у меня никого нет. Я не присылал тебе слабительное, что за дичь! Это сервис доставки, просроченный салат, видимо, – шепчет, покрывая мою ладошку поцелуями.

– Я не верю ни единому слову! Нападавшие четко сказали, что заказчик женщина. И следователь в курсе! Когда я выйду из больницы, мы разведемся, – говорю на выдохе, без эмоций.

– Родная, на тебя напали обычные воры. Они еще один коттедж вскрыли на днях, – качает головой. – Катя, у меня нет любовницы! Я платил по счетам любовницы моего дяди. Ты хочешь, чтобы он сам тебе все это подтвердил? – упирается взглядом в меня муж.

– Хочу, – твердо выдаю, так как знаю, что ничего не сработает.

– Хорошо. Он приедет на днях в столицу. Я устрою вам встречу. Заодно, познакомишься с ним из-за своей глупой ревности, – кивает муж, закипая от злости.

Я смотрю в окно, пропуская фигуру моего мужа, словно его и нет здесь.

Кирилл что-то быстро пишет в телефоне, а потом снова смотрит на меня. Прожигает взглядом зеленых глаз мое лицо, мой силуэт, очерченный белой простыней.

Муж сжимает мои бедра через простыню, кладет голову на мой живот, едва его касаясь…

Я чувствую пустоту, бабочки в животе больше не порхают.

Кир же смотрит на меня через черные ресницы и целует, целует…

– Котенок, я так соскучился. Прости, что не мог приехать. Прости, что меня не было рядом в тот вечер. Я тебя никогда не оставлю больше, – сокрушенно выдыхает.

Он садится на кровать, тянется к моим губам, но свободной рукой я упираюсь в его грудь. Слабо отталкиваю мужа, и он отстраняется.

– Я рад, что с тобой и нашим малышом все хорошо. Больше мне ничего не нужно, – со слезами в голосе произносит муж.

Его страдания такие искренние, за душу невольно цепляет…

Я ведь могла потерять ребенка. У самой глаза увлажняются, когда думаю о том, что могло быть.

– Я найду их. Наши соседи тоже написали заявление в полицию по факту проникновения в их дом, – говорит между прочим, будто бы оценивая как я отреагирую.

– Кирилл, они не просто проникли в наш дом! У них были ключи. Калитка даже не скрипнула! – противоречу мужу.

Он снова качает головой, словно я несу какую-то глупость.

– Это женская солидарность, Катя? Она тебя уже настроила против меня? – кивает с сторону закрытой двери.

Кир давит на то, что он стал публичным человеком в последнее время. Вокруг происки конкурентов, всем нужны грязные сплетни и только дай тему, чтобы ее извратить и опубликовать в какой-то желтой газетенке…

– В твоих соцсетях тоже много компромата, но это тебя не смущает, – фыркаю недовольно.

– Я не сплю ни с кем их этих девушек. Да, есть фото, ну и что?! – снова голос повышает.

Мы могли бы спорить, кажется, бесконечно.

Сейчас все тайны всплыли, обстоятельства давят, а муж только отрицает и считает все ерундой. Кирилл говорит, что я ревную на ровном месте, что меня настроила следователь, моя мама или подруга Ярослава…

– Я говорил с доктором. Через несколько дней тебя выпишут, дома будет реабилитация, – ставит перед фактом.

– Я не хочу домой, – мотаю головой.

– Катя, не глупи. Ты сама убедишься, что я не вру. Я познакомлю тебя с пассией дяди, с ним. Я сделаю все, чтобы ты мне поверила, родная. А пока моя мама позаботиться о тебе.

Я подняла брови под повязкой, хотя это было очень трудно сделать.

– Что ты сказал? – спросила я у мужа. – Как твоя мама из Рязани будет за мной ухаживать? Мне не нужна нянька.

– Мама переедет к нам. Она уже выставила свой дом на продажу. Я сказал ей, что этот гроши и дом продавать не нужно, но ты же ее знаешь, – улыбается мой муж.

Я не хочу даже слышать о том, что он говорит.

– Почему ты против? Мама будет тебе помогать пока ты будешь восстанавливаться после больницы. А потом тебе понадобится помощь с малышом.

Я не могла поверить, что муж так серьезно говорит о том, что моя свекровь перекочует к нам.

Отношения у нас с Галиной Валентиновной всегда были натянутые.

Сначала она не хотела, чтобы мы с Кириллом встречались. Она даже нашла номер моей мамы и позвонила ей. Моя будущая свекровь представилась сотрудником университета и соврала, что у меня очень плохая успеваемость. Галина дала моей маме совет:

– Заберите свою Катю домой. Она здесь не учебой занимается, а меняет парней, как перчатки.

Кирилл узнал обо всем и пришел в бешенство. Он пригрозил матери, что перестанет с ней общаться. Галина Валентиновна сама пришла ко мне в общежитие и стала извиняться.

Потом, когда Кирилл настоял на том, что мы решили пожениться, его мать вроде бы сдалась. Она помогла нам, двум студентам, организовать пышную свадьбу.

Несколько месяцев ее не было на горизонте.

Но спустя почти полгода после свадьбы, она приехала к нам в съемную квартиру, якобы в гости. И вот тут начался настоящий ад наяву.

На самом деле свекровь приехала с проверкой.

Галина Валентиновна видела мои недостатки и минусы во всем.

В первые два дня я узнала, что не так готовлю, не так стираю, не так убираю и даже не так ем и хожу…

Все мои действия подвергались критике. Но все это было, пока я была дома. Когда с работы возвращался Кирилл, его мать вела себя тише воды, ниже травы.

При сыне она хвалила меня, лицемерила, глядя в глаза…

Я говорила мужу, что происходит в его отсутствие. Кирилл мне поверил и снова серьезно поговорил со своей мамой…

Галина Валентиновна собралась домой также быстро и внезапно, как и приехала к нам.

– Ты бы не спешила рожать. Брат моего мужа предлагает Кириллу хорошую должность в его фирме. Не порти карьеру моего сына, – сказала она на прощанье.

– Извините, Галина Валентиновна, но не вам решать, когда мы будем рожать. Тем более, что Кирилл сам настаивает на том, чтобы я забеременела.

– Ну, вы только полгода живете. Его отец ушел от меня как раз, когда я была в положении, – прыснула ядом свекровь.

– Но это ваша жизнь. Тем более, что вы сами говорили, что вложили в сына всю душу и характером он в вас пошел. Значит, мы будем жить душу у душу, – парировала я в ответ на ее неприятные слова.

Галина только ехидно мне улыбнулась…

Я знала, что она часто бывала в нашем городе, но мы с ней больше никогда не виделись.

За четыре года нашей семейной жизни, я ни разу не бывала на дне рождения свекрови. Она тоже ответно не приезжала на наши семейные праздники.

Новость о моей беременности немного сгладила острые грани наших отношений.

Но для меня стала громом среди ясного неба то, что мать моего мужа будет жить с нами.

– Кирилл, мы на грани развода. У нас все и так плохо! Я не хочу, чтобы в нашу семейную жизнь влезала еще и твоя мать, – твердо отвечаю мужу.

Но Воронцов меня не слышит.

– Катя, мы не грани развода. Я тебя люблю. У меня другой женщины, еще раз повторяю. Мама просто будет ухаживать за тобой.

– Кирилл, если она переедет, то я сниму для себя и ребенка другую квартиру!

Муж обнимает меня за плечи, крепко сжимая руками.

– Катя, куда ты пойдешь? Твои родители живут далеко. Одна ты не потянешь аренду квартиры, няню.

Я стою на своем.

Не буду жить с мужем-лжецом, да еще и со свекровью в одном доме…

– Ладно, хорошо. Если захочешь, потом мы вернемся к этому разговору. Не нервничай. Ты сейчас должна думать о нашем ребенке и восстанавливать после нападения. Остальное сделаю я, малышка.

Он кратко поцеловал меня в лоб, сказал еще что-то о дне выписки и ушел, оставив меня одну в палате.

Я свернулась в клубок, насколько позволяли мне бинты, капельница и жутко ноющие руки-ноги.

Мысли одна страшнее другой крутились в голове.

Я знаю, что не смогу выйти на работу сразу после больницы, буду в зависимом положении, и это пугает мне до дрожи. А новость о няньке в лице свекрови так и вовсе меня убила.

После всего, что случилось, свекровь не будет хозяйничать в моем доме.

Раньше я терпела ее только из-за любви к Кириллу, а теперь....