Читать книгу Развод, который ты не забудешь - Мил Рэй - Страница 8

Катя

– Посмотри на свое лицо! Квазимодо! Прислуга, сделай нам лучше кофе, – пыхтит от смеха Ника, натягивая на полную грудь красивое кружевное белье.

Мой муж говорил, что такое не любит.

Когда я купила полупрозрачный белоснежный комплект, чтобы надеть в первую брачную ночь, Кир сказал:

– Зря тратилась, Котенок. Я сорву с тебя его зубами. Вообще, нормальному мужику не нужны все эти фетишистские штучки. Я люблю тебя и без всего этого!

Наша гостиная сейчас походила на нечто противоположное.

Голая девушка в чулках наспех надевает лифчик, мой муж, который вообще жаждет продолжить с ней.

Ника красуется передо мной и перед Киром, поправляет грудь и нагибается, чтобы найти трусы на полу.

Кирилл слюни пускает на изогнувшуюся любовницу.

– Кать, уйди уже. Малыш, тебе нужно уйти, – негодуя, хрипит Кирилл.

Дальше я не знаю, что со мной произошло…

Перед глазами блеснула радуга слез, потом острая боль разрезала душу из глубины.

Он ведь был моим первым мужчиной.

Я отдала мужу сердце, а он его безжалостно втоптал в грязь.

Да еще и приказывает мне убраться, чтобы продолжить…

Я вылетаю из гостиной, сразу же спешу в кухню, куда меня и послали.

Касаюсь руками своего лица, которое разлиновано полосами от грубых рук нападавших.

Боль и обида скручиваются в жгучий, ядерный комок внутри меня.

Не понимая, что делаю, я бросила взгляд в окно на машину мужа.

Новенький Порше подарил ему все тот же проклятый сноб-дядюшка.

– Чтоб вас всех, Воронцовы! – шиплю я, разыскивая в кухонном шкафу аптечку.

Я сразу сообразила, что убьет мужа больше всего.

Но сначала Ника…

Я не могу терпеть, когда передо мной та, кто разрушил мою жизнь и едва не сделал уродом и инвалидом…

Через минуту я возвращаюсь в гостиную.

Ника ноет и что-то требует от моего мужа.

Кирилл в расстёгнутой рубашке теребит ремень своих брюк.

Но видно, что он в самое сердце убит тем, что я помешала им трахаться в нашем доме.

– Одевайся уже! Какой может быть секс, если Катя тут! – рявкает ей Воронцов.

– Да она после нас еще и кроватку застелет, любимый! Твоя клуша все стерпит! Она свихнется, если ты ее бросишь. Давай, я тебя сейчас заведу, что-то ты быстро сдулся, – она семенит к Киру.

Перед тем, как опуститься перед ним на колени, Ника видит меня с чашкой в руке.

– О, твоя духовка принесла кофе! – она отодвигает Кира и выступает, чтобы белозубо улыбнуться мне.

Но улыбка победительницы не получается.

– Держи, тварь! – говорю и выплескиваю ей в лицо коктейль из зеленки.

– Ай, сука! Кири-и-лл! – визжит Ника и хватается за лицо.

Муж в ужасе смотрит на всю эту картину. Его зеленая жаба прыгает по гостиной без трусов и вытирается лицо.

– Катя, у нее будет ожог! Ты с ума сошла! Ты зачем это сделала?! – орет Воронцов.

– Пометила преступницу, которая решила убрать меня с помощью тех отморозков! А ты… Ты просто ничтожество! – кричу мужу.

– Катя! Успокойся и вызови скорую! – приказным тоном шипит Кирилл.

Пока мой муж бросился успокаивать свою шкуру и повел ее в ванную, чтобы отмыть зеленку, я вышла во двор.

Бинты мешали мне полноценно двигаться, но в теле парила неимоверная решимость и легкость.

Я иду в гараж, беру первое, что попалось под руку. Это был небольшой лом.

Кирилл купил его прошлой зимой, чтобы вскрывать сарай на нашей даче, так как деревянную дверь все время клинило от мороза…

Перехватив его менее травмированной рукой, я двигаюсь к машине мужа.

Новый Порше подарил дядя, как я помню.

Хотя, может и нет вообще никакого дяди. Может быть, Кир спит с Никой из-за карьеры, бизнеса.

Явно, деньги у нее есть, иначе организовать покушение на меня стерве не удалось бы. Значит, Кирилл спит с ней из-за выгоды…

Я осознано задушила поток оправдательных мыслей.

Я не адвокат для своего мужа. Скорее, наоборот.

Если уж сделал, то понимал, как убьет меня изменой, как мне будет больно.

Прикладываю руку к животу и бью второй рукой изо всех сил по лобовому.

Меня хватило всего на три удара. Капот и лобовое стекло.

Дальше я едва не падаю на том самом месте, где меня бросили нападавшие.

А из дома уже бежит муж.

– Катя! Твою мать! Это… Это звездец! – матерится и хватается за голову.

Он кидается к машине и трогает пальцами тонкую сетку трещин, которые украсили новенькое авто. Как наша семья, все трещит и лопается на осколки.

– Кирюша, вызывай полицию! Она чокнутая! – верещит позади него Ника.

Она уже одета. Платье с большим декольте не прикрывает грудь, которую я полила зеленкой. На лице – тоже зеленые пятна, большие. Ника похожа на жабу, которая влезла в чужой дом и позарилась на чужое счастье, безжалостно разбив его.

– Скажи спасибо, что я ее разбавила, – думаю и смеюсь до истерики, а Ника смотрит на меня перекошенной зеленой физиономией.

Мне еще никогда не было так весело, наверное.

Но отдельная вишенка на торте – вытянувшееся лицо моего мужа. Я лишь улыбаюсь, глядя, как он возится и кряхтит, обнимая Порше.

– Катя, что ты наделала?! Машина кредитная! – гремит надо мной голос мужа.

– Меньше будем делить при разводе. Наш развод ты никогда не забудешь, Воронцов! – говорю парочке.

Кирилл смахивает стекло рукой и усаживает Нику в машину.

Я ухожу в дом, лишь бы не видеть больше ничего.

Чувствую, что сердце грохочет в груди, чувствую, что слезы сейчас хлынут градом. Но не при них…

Вхожу в наш дом. Он уже не мой.

Мне противно даже шаг ступить по комнатам, которые еще недавно обставляла с любовью.

Ухожу в свою спальню и закрываю двери на ключ. Уткнувшись носом в подушку, я плачу, как маленький ребенок. От боли, обиды на мужа.

Когда мы стали чужими? Какие ощущения давала она ему?

Я никогда не была духовкой, слежу за собой, одеваюсь и выгляжу не хуже Ники. Я моложе, чем она… Но мужу, видимо, не это нужно.

В голове бьется одна мысль: я хочу отомстить Нике и мужу.

Я заставляю себя встать. В небольшой сумке, которую привезла из больницы, нахожу смятую визитку следователя, которую она успела оставить мне.

Я набираю номер, но он занят.

Сглотнув слезы, пишу ей голосовое, короткое и сдержанное: «Я хочу с вами поговорить завтра. Я знаю, кто на меня напал. Это любовница моего мужа. Ее зовут Ника.»

Все.

Меня вырубает.

После больничного покоя нервная встряска дается мне ой как тяжело.

Малышу такие передряги тоже не нужны. Хоть он еще и совсем крошечный, но я хочу лишь, чтобы ребенок рос в нормальной обстановке.

Глажу круговыми движениями свой плоский живот.

– Прости меня. Я больше не буду так нервничать. Но я не могла терпеть, – шепчу, словно она или он меня слышит.

Закрываю глаза и почти проваливаюсь в сон, как мой мобильный начинает сходить с ума от сообщений.

Мне пишет Ярослава, моя лучшая подруга. Я без Яськи как без рук. Если бы моя подруга не уехала в командировку, она бы помогла мне.

Но я осталась одна, и сегодня впервые поняла, что такое остаться без помощи и поддержки родного и понимающего человека.

Стирая слезинки, которые приросли к щекам и всматриваюсь с профиль мужчины на экране. Он стоит боком к камере.

– Что за урод самодовольный? – стараясь не гнусавить от слез, я спрашиваю у нее.

– Кать, ты не узнаешь этого дядечку? – будто издевается Яська.

– Нет. Ясь, я застала их у нас дома. Мне сейчас не до шарад и ребусов, – уже даю волю слезам.

– Вот ублюдок! Ты надеюсь не просишь его?! – тут же встревает в ситуацию моя защитница Яська.

– Нет, – снова гнусавлю, подавившись слезами.

– Моя девочка! Я скоро приеду. Давай ты переберешься ко мне до развода? – спрашивает меня Ярослава.

Я не хочу сбегать, не хочу садиться на шею подруге…

Но и жить тут не хочу.

Мой дом стал чужим, благодаря мужу и его жабе…

– Так кто этот дядечка? – стараясь успокоиться, возвращаюсь к загадочному фото.

– Это дядя твоего мужа. Странно, что ты его совсем не знаешь. Он живет в элитном поместье, недалеко от вас. Правда, он и во Франции живет, там у вас большая часть бизнеса.

– У нас кредитный дом и кредитная машина, Яр, – смеюсь, вспоминая слова мужа.

– Я к тому, что не так редко он здесь бывает. Ты бы нанесла ему визит. Рассказала, как ведет себя племянник.

Я еще раз растянула экран и всмотрелась в фото брутального мужчины. Он мне совсем не понравился.

– Он такой же ловелас, как и Кирилл. Кир говорит, что это его любовнице он оплатил все те услуги. Но… Я просто думаю, что он поддержит племянника. Рука руку моет. Я лучше найду хорошего адвоката, – говорю Ярославе.

Закончив разговор, беру и просто удаляю фото заносчивого Воронцова, который пригрел га груди своего племянника.

– Дядя тоже приложил руку, чтобы Кир стал таким, какой он сейчас, – думаю я перед тем, как провалиться в сон….