Читать книгу Шесть кофейных зернышек - Милана Шторм - Страница 2

Несса стояла на краю низины, подняв лицо и руки к лазурному небу, а ее босые ноги обнимал теплый песок. Шаловливый ветер играл с подолом легкого льняного платья, то заставляя его облеплять голени, то раздувая куполом-колокольчиком. Внизу пронзительно шелестели листья серебряных ив и тихо шептала все тайны миров чистая вода огромного озера Цветных Снов.

Несса закрыла глаза, вся отдавшись прекрасному ощущению свободы и покоя. Она знала, что скоро ей придется вернуться в школу, где ее ждут обязанности строгой воспитательницы. Старая Энн, увидев, во что превратилось платье Нессы, будет ворчать себе под нос всякие глупости про дурные привычки, не подобающие женщине положения Нессы, но все равно поможет вычистить одежду, а потом принесет свежие маковые булочки, хрустящую ягодную пастилу и мягкий травяной чай.

Но это будет потом, когда ветер чуть стихнет, уступив место сонному полуденному покою, а солнце станет слишком уж жарким, и на Озерный Край Второго Мира опустится зной.

Несса глубоко вздохнула, на несколько мгновений раскинула руки, словно птица, что хочет взлететь, а потом опустила голову, наклонилась и, схватив большую корзину, содержимое которой было тщательно скрыто, начала спускаться в низину. Она шла сквозь кружевную тень шепчущих ив, ощущая босыми ступнями прохладу влажной земли, туда, где никто не мог ее увидеть.

Туда, где она сможет провести свой еженедельный ритуал. Зимой делать это было сложнее, приходилось идти на всяческие ухищрения, чтобы провернуть все, не выходя из стен школы, но сейчас, когда Озерный Край был во власти солнечного тепла и легкого ветра, у Нессы была возможность заняться делом там, где никто не сможет ей помешать.

Странно только, что она совсем не помнит, как наступило это лето, ведь кажется, будто еще вчера Второй Мир был во власти поздней зимы, и по оконным карнизам весело барабанил стук капели.

Стук капели, что так похож на дождь.

Несса внезапно ощутила, как по спине спускается непрошенный холодок неясной тревоги. Шепот серебряных ив и их рваная тень больше не производили впечатление хорошего убежища от любопытных глаз, а легкий шелест воды, набегающей на берег, казался предостерегающим бормотанием старой Энн.

Корзина исчезла из ее рук в мгновение ока, будто испарившись, и Несса тихонько вскрикнула от удивления и ужаса. Оглядевшись, она обнаружила, что вода озера Цветных Снов больше не кажется спокойной. Раньше она была синей, отражая небо, но сейчас казалась почти черной.

Несса, внезапно озябнув, обняла себя за плечи и бросилась прочь. Выбравшись из-под ивовых крон, она обнаружила, что небо изменилось. Оно было покрыто свинцовыми тучами, тяжелыми и мрачными, как в середине осени. Легкое платье не спасало от холодных порывов мокрого ветра, несущего первые капли злого осеннего дождя.

Замерев, Несса обреченно смотрела, как тяжелое небо замирает, а потом обрушивается на Озерный Край безумным ливнем.

Ей нельзя попадать под дождь с непокрытой головой!

Никогда.

Но дождю было все равно.

Платье промокло, а по шее с мокрых волос потекли первые противные струйки. Они пачкали черным светлое платье Нессы, которая могла лишь беспомощно смотреть на все это, думая о том, что в школу она больше не вернется. Если кто-нибудь заметит ее в таком виде, беды не миновать.

С отстраненной горечью Несса подумала, что не так уж ей и хотелось дослужиться до должности старшей воспитательницы.

Дождь все лил и лил, делая мягкий песок колючим, превращая поверхность озера Цветных Снов в кипящий котел и обнажая все тайны Нессы.

Даже те, что она хотела бы навсегда забыть…

Глазам стало горячо, и Несса обнаружила, что плачет. Слезы смешивались с дождем, стекали вниз по подбородку и падали.

И падали.

И падали.

И Несса, закрыв щипающие от слез глаза, падала вместе с ними…

Долго ли длилось это падение или все случилось за один миг? Несса не знала. Но дождь будто шел вслед за ней.

А потом она поняла, что лежит на чем-то мягком, укрытая тонким шерстяным покрывалом, и чья-то ласковая рука легонько поглаживает ее по лбу, даря прохладу и ощущение счастья.

Пахло пряностями, лечебными травами и чем-то горьким и бодрящим. Последний аромат был ей знаком и незнаком одновременно. Так пахли странные коричневые зерна в ее обереге, но со временем запах выветрился, превратившись в воспоминание.

– Энн? – тихонько пробормотала Несса. – Что со мной?

Рука исчезла, заставив Нессу едва ли не застонать от разочарования.

– У тебя аллергия на гусиный пух, – сообщила Энн странным хриплым голосом. – Ты не представляешь, чего мне стоило найти для тебя подушку из цветов песчаника. В Третьем Мире, знаешь ли, это почти невозможно. Особенно в это время года.

Несса резко открыла глаза и поняла, что на них лежит лечебная примочка. Дрожащей рукой она сдернула ткань с век и обнаружила, что ее сон продолжается. Но не тот, в котором она стояла на мокрой земле, и беспощадный ливень стирал все ее надежды на спокойную жизнь, а тот, где она находилась в непонятной комнате в компании странного мужчины.

Рой. Его зовут Рой.

И это не сон.

– Слава Шести Богам, помогло, – пока она была в беспамятстве, Рой оделся и привел себя в порядок: сейчас на нем красовался темно-коричневый костюм-тройка, состоящий из сюртука, жилета и безупречно выглаженных брюк, а также рубашка мягкого кремового цвета.

– Что помогло? – Несса, делая вид, будто пытается пригладить волосы, потянула одну прядь и убедилась, что она все же черная.

– Средство от аллергии. Ты больше не похожа на жертву сотни ос, – хмыкнул Рой. – Хотя лицо еще красноватое.

Несса отбросила тряпицу и попыталась сесть. Хмырь на картине все так же недовольно смотрел на нее, сидя над своим жарким, да и в остальном обстановка комнаты никак не изменилась. Разве что на двери платяного шкафа висело нечто похожее на бархатное платье цвета нежной лилии.

В голове было столько вопросов, что Несса никак не могла понять, какой из них самый важный. И поэтому первый вопрос задал Рой, удивив ее до кончиков пальцев.

– Хочешь кофе? – спросил он.

Несса перевела на него осторожный взгляд.

– Кофе? – переспросила она. – А что это?

Пришло время Роя таращить на нее удивленные глаза. Впрочем, мужчина быстро взял себя в руки, усмехнулся, горько и весело одновременно, а потом напустил таинственный вид и поднялся с небольшого пуфика, стоявшего у изголовья кровати.

– Сейчас узнаешь, – подмигнул он и стремительно покинул комнату, оставив Нессу наедине с барабанной дробью дождя по карнизу.

Пользуясь случаем, она впервые осмотрела комнату повнимательней. Кровать, платяной шкаф, прикроватная тумбочка, да небольшой обеденный столик. Почему его не поставили возле закрытого ставнями окна? Все же намного приятнее принимать пищу, смотря наружу, а не на хмурого мужика на картине, который буравит тебя неодобрительным взглядом. Три свечи горели на тумбочке, еще четыре освещали комнату со столика. Из комнаты вели две двери, расположенные почти вплотную друг к другу. За одной из них скрылся Рой, а значит, вторая, скорее всего, ведет в уборную.

Несса, двигаясь осторожно, чтобы не спровоцировать еще один приступ беспамятства, двинулась туда. Она не ошиблась: за второй дверью ее ждала крохотная комнатка с удобствами, полочкой, на которой расположились щетка для волос и шкатулочка с зубным порошком, и главное – зеркалом.

Узрев свое отражение, Несса почувствовала прилив стыда: никому и никогда она не позволяла увидеть себя в подобном состоянии. Краснота с лица почти спала, но веки все равно еще были опухшими, а волосы превратились в воронье гнездо.

Сейчас вернется Рой с загадочным кофе, тщательно расчесанный, одетый с иголочки, и пусть самым главным вопросом все еще остается, как она попала в Третий Мир, Несса поняла, что пока она ждет ответов, стоит заняться чем-то привычным. Может, это позволит привести в порядок разбегающиеся мысли?

Плеснув на лицо холодной воды, Несса взяла немного порошка и провела по зубам, освежая дыхание. Привкус был необычный: будто бы, кроме мятного настоя, при его изготовлении добавили какие-то ягоды или лепестки.

Вкусно.

Расчесав волосы, Несса почувствовала себя намного лучше: как будто вместе с беспорядком во внешности исчезла и часть ее проблем. Вспомнив про платье на дверце шкафа, Несса решила, что стоит надеть его. И все странности пробуждения, обморока и другого мира отошли на второй план, когда она вспомнила, что именно сегодня ей нужно было проводить своей еженедельный ритуал.

Оставалось лишь надеяться, что она сможет понять, как возвратиться домой до того, как ее тайна станет очевидной для всех.

Вернувшись в комнату, Несса подошла к шкафу и провела рукой по мягкому бархату, наслаждаясь ощущением шелковистого уюта. Во Втором Мире бархат могли себе позволить лишь богачи, и надеть подобное для Нессы было сродни кощунству. Она ведь простая воспитательница, не пристало ей носить столь шикарные вещи. Но другой одежды не нашлось, а в комнате было довольно прохладно. Дождь продолжал стучаться в ставни, требовательно, нагло, будто нахальный гость, перебравший малиновой наливки.

Однажды такой долго стоял у школьных ворот, пьяно ругаясь и требуя, чтобы ему вернули его дочь. На дворе стояла глубокая зимняя ночь, но он будто и не замечал холода. Несса помнила, как ее тогда удивил вид того пьянчуги: он очевидно был весьма богат, но явился в школу пешком, без сопровождения. Он плакал и смеялся, а время от времени из его рта вырывалось такое, что Нессе ничего не оставалось, кроме как зажимать уши своим воспитанницам. В руках беспокойный гость стискивал огромную бутылку с малиновой наливкой, сладкой и крепкой.

Ему не открыли, и пьяный возмутитель спокойствия ушел, прокричав напоследок, что он все равно добьется своего и вернет себе дочь, даже если ему придется разрушить школу до основания. Он разбил бутылку с остатками наливки о каменную кладку дорожки и запах пряной сладости еще несколько дней беспокоил каждого, кто входил и выходил из школьного двора.

Директор потом целую неделю пытался выяснить, кто из его воспитанниц приходится родственницей тому проходимцу, но по всему получалось, что никто.

Тот случай забылся, но Несса решила, что никогда не будет пить малиновую наливку. Наверное, потому, что запах сладких ягод здорово раздражал.

Взяв платье, Несса вновь скрылась в уборной. Ей не хотелось, чтобы Рой застал ее за переодеванием. Конечно, она уже вряд ли могла его чем-то удивить: пока она валялась в обмороке, он ухаживал за ней, и думать об этом было невыносимо.

Но Несса не хотела спрашивать у этого странного мужчины, что он видел и чего не видел. Хотя бы потому что ворот ее сорочки был расстегнут, и только слепой не смог бы разглядеть небольшую татуировку в форме капли, объятой терновым кольцом под левой ключицей.

Платье оказалось удачного фасона: высокий ворот, охватывающий основание шеи и скрывающий все ненужное, свободные рукава-фонарики, пояс, подчеркивающий талию и расшитый белоснежными лилиями подол. Оказывается, в Третьем Мире довольно интересная мода: кипенно-белая вышивка на кремовом бархате казалась Нессе удачным решением.

Оправив платье и спрятав мешочек-оберег на груди, Несса аккуратно сложила сорочку и вышла из уборной, обнаружив, что пока она приводила себя в порядок, мужчина, с которым она проснулась в одной постели, вернулся.

Рой был занят тем, что расставлял на столик содержимое подноса: высокий серебряный чайничек с узким носиком, две белых чашки, корзиночку с хрустящими даже на вид хлебцами, творожными ватрушками и медовыми пряниками, а также маленький кувшинчик, очевидно, со сливками.

Странный горький аромат окутал Нессу с ног до головы, и она, не сдержавшись, сглотнула набежавшую слюну.

Рой повернул голову и ослепительно улыбнулся.

– Я принес кофе, Солнышко, – сообщил он, небрежно бросив поднос прямо на незастеленную постель.

Несса только сейчас осознала, что он называет ее Солнышком не впервые. Почему он ведет себя так, будто они давно знакомы?

Загнав очевидный ответ на задворки мыслей, Несса положила сорочку рядом с подносом и выпрямилась, подарив Рою внимательный взгляд.

Дождь продолжал стучать по карнизу, как свидетель того, что происходит, а неверные огни свечей превращали небольшую комнату в обитель теней.

Вопросы снова вышли на первый план. И опять их было намного больше, чем можно было спросить.

– Мы ведь на постоялом дворе, да? Или как в Третьем Мире называют места, где можно переночевать за деньги?

– Так и называют, – пожал плечами Рой. – Мы с тобой находимся в таверне «Перекресток».

– И как надолго? – задала еще один вопрос Несса, имея в виду тот момент, когда их захотят выселить за неуплату.

Рой снова улыбнулся.

– Заплачено до конца дождя, – безошибочно определив подоплеку ее вопроса, ответил он. – Здесь время измеряют дождями.

– И кто заплатил? – холодно спросила Несса, не обращая внимания на мольбы желудка, наконец, позавтракать.

Рой посерьезнел.

– Заплатил не я, – сказал он.

И это было правдой.

Решив на время удовлетвориться и таким ответом, Несса осторожно приблизилась к столику.

– Значит, кофе – это напиток? – спросила она. – Пахнет вкусно.

Рой, чему-то обрадовавшись, поспешил предложить ей стул, а затем налил в чашки темно-коричневую жидкость, от которой исходил совершенно неповторимый аромат. Несса, не сдержавшись, вдохнула его полной грудью, вбирая все до капли.

– Это не просто, напиток, Солнышко, – Рой добавил в ее чашку сливок. – И я хочу увидеть твое лицо, когда ты сделаешь первый глоток.

Несса не стала тянуть. Взяв чашку, она поднесла ее ко рту и позволила ароматной жидкости коснуться языка.

И поняла, что она больше никогда не хочет возвращаться во Второй Мир, где ничего не знают о такой вещи, как кофе…

Незнакомый, но при этом совершенно родной, аромат обволакивал Нессу, даря ощущение покоя и уверенности, что все будет хорошо. Бодрящая горечь, сдобренная нотками карамели и сливок, превращала Нессу в самого счастливого человека во всех мирах, пусть и ненадолго.

Сделав еще один глоток, Несса вернула себе это счастье и зажмурилась от удовольствия. О Третьем Мире много говорили. Говорили, что здесь никогда не светит солнце. Говорили, что здесь никогда не прекращается вечный дождь.

Но никто и никогда не упоминал, что здесь, в Третьем Мире, существует такой волшебный напиток.

Не осталось ничего вокруг. Ни странной комнаты, ни таверны, ни таинственного незнакомца. Даже дождь будто бы затих, затаился, даря Нессе возможность сполна насладиться мимолетным счастьем. Кто бы мог знать, что пара глотков чего-то горького может подарить такие прекрасные ощущения?

– Поешь, – голос Роя вернул ее в реальность. – Поверь, медовые пряники тоже достойны внимания.

Несса потрясла головой. Она совершенно не хотела портить этот невероятный момент такой обыденной вещью, как еда.

– Не переживай, когда кофейник кончится, я принесу еще, – Рой хохотнул.

Открыв глаза, Несса обнаружила, что мужчина смотрит на нее со смесью восхищения и непонятной жалости.

Впрочем, ей самой было себя жалко. Как она будет жить потом, вернувшись домой? Туда, где не представляют, какой сказочный эликсир, горький и ароматный, существует в Третьем Мире.

– Откуда ты знал, что мне понравится? – Несса, не понимая, что делает, облизала губы и, смутившись, перевела взгляд на стол. Медовые пряники выглядели действительно хорошо.

Рой пожал плечами и сделал глоток из своей чашки.

– Я встречал мало людей, которым не понравился бы кофе, – ответил он. – Некоторые к нему равнодушны. А что до тебя… я видел, как ты время от времени принюхивалась к аромату, проникающему в комнату. Он тебе определенно нравился. Поэтому я был уверен, что тебе понравится и его источник. Ну и я был осторожен: выбрал для знакомства самый мягкий вариант. Сливки забирают в себя часть горечи.

Несса снова облизала губы и посмотрела на чашку Роя.

– Но сам ты пьешь без сливок, – заметила она.

Он подарил ей озорную улыбку.

– Я все же пью кофе не в первый раз. Этот напиток лучше постигать постепенно, Солнышко. Дождь закончится нескоро. У нас еще есть время познакомиться… со всеми сортами и разновидностями.

Судя по всему, сначала он имел в виду знакомство совсем не с кофе.

Познакомиться поближе с человеком, с которым проснулась в одной постели. Звучит заманчиво, особенно в свете того, что Несса не представляла, как ей выбраться отсюда. Первый, Второй, Третий и Нижний Миры были соединены между собой радужными мостами, но вот уже несколько десятилетий подходы к мостам были закрыты для простых людей навсегда. Считалось, будто переход между мирами вредит здоровью, но Несса была уверена, что дело в другом.

Магия.

Магия была запрещена повсеместно, а люди, обладающие хоть толикой магического дара, были обречены на вечное заточение в стенах инквизиторских дворцов.

Переход по мосту между мирами – прикосновение к забытой магии, а те, кто считал ведьм и колдунов исчадиями, пришедших из-за Пелены, в существование которой верили отнюдь не все, не желали терять свою власть.

Дождь снова стал сильным. Как же люди живут здесь, в мире, где время измеряется не днями, а дождями? Как они строят и ведут хозяйство?

– А когда кончится дождь? – спросила Несса, сжимая в руках чашку и вдыхая кофейный аромат, бодрящий и успокаивающий одновременно. Аромат, дарящий надежду. Как будто это был не просто приятный запах, а нечто большее.

Рой допил свой кофе и налил себе еще. Как и Несса, он не спешил приниматься за еду.

– Не знаю. Но однажды кончится. И выглянет солнце.

– Солнце? – удивилась Несса.

– Конечно, – Роя, кажется, позабавило ее невежество. – Первый Мир, знаешь ли, тоже состоит не только лишь из бескрайних пустынь. А в Нижнем Мире не везде царят вечные льды.

Несса согласно кивнула. После того как радужные мосты были закрыты, связь между мирами почти оборвалась. Неудивительно, что немногочисленные сведения обрастали легендами, мало имеющими отношения к реальности.

– Значит, мы здесь надолго? – спросила она, сама не зная, на что надеется. Пожалуй, с одной стороны, ей хотелось задержаться здесь и попробовать все разновидности кофе, а с другой, ее мучила совесть. Наверняка в школе уже давно заметили отсутствие одной из младших воспитательниц. И пусть за десять лет Несса так и не завела близких друзей, о ней все равно будут волноваться.

– Не знаю, Солнышко, – Рой добавил в свою чашку кусочек сахара и размешал. Звон ложки по стенкам разошелся по комнате, играя в унисон со стуком дождевых капель по карнизу.

– Почему ты меня так называешь? – спросила Несса, зачарованно слушая странную мелодию, которую создавали Рой и дождь.

– Потому что ты похожа на солнце, – Рой закончил размешивать сахар. – И будешь похожа еще сильней, когда перестанешь красить волосы каждую неделю.

Волшебный момент покоя рассыпался, словно осколки зимнего хрусталя.

Несса закашлялась и опустила голову, скрывая лицо.

– Чт-то? – хрипло спросила она.

– Ты понимаешь, – в голосе Роя слышалась просьба. Почти мольба не отрицать правды.

– Я не…

– У тебя рыжие волосы, Солнышко. И ты красишь их, скрывая ото всех. Потому что рыжий считается цветом, указывающим на наличие магического дара, а ты не хочешь попасть в руки инквизиции.

Несса глубоко вздохнула. Сейчас даже аромат кофе не мог ее успокоить.

Как же так?

Зачем?

За что?

Несколько раз выдохнув, Несса подняла глаза и твердо посмотрела на мужчину, сидящего напротив.

– Кто ты такой? – спросила она.

Рой удовлетворенно усмехнулся.

– Я рад, что ты не против познакомиться, – ответил он. – В конце концов, чем нам еще заниматься до конца дождя?