Читать книгу Грани реальностей - Надежда Васильевна Ефремова - Страница 5

Надо же! Это большущий чёрный котяра – брат ведьмы! Вот как заботилась о брате эта необычная девушка, укрывала его от злых глаз людей! Я бы даже и подумать не могла, что у ведьмы может быть такая душещипательная история жизни. А точнее, выживания среди себеподобных, которым стремилась помогать она и вся её семья.

Кеша, выговорившись, пошёл на крыльцо. Как будто начал переживать, задумался. Наверное, беспокоился, не наговорил ли чего лишнего. Я пока не стала ничего больше спрашивать, хотя вопросы не закончились. Но я решила дать котику передышку и сходить к недавно приглашавшей меня в гости старушке. Спрошу-ка я ещё у неё про ведьму Варвару. Что же поведает мне суетливая пожилая женщина, неугомонный свидетель, так сказать, всех деревенских событий.

Я умылась, переоделась, чтобы выглядеть поприличнее, и пошла к бабе Маше. Дом её находился недалеко, она его показывала при знакомстве, я хорошо запомнила. Наличники и ставни были свеженько выкрашены белым. За жилищем вёлся уход с душой и заботой. Я не знала, обитала ли она в нём одна или всё-таки с кем-то. Заходить в ограду как-то сразу не решилась. Несколько минут стояла возле него, всматриваясь в окна. Их было видно через палисадник, в котором росла черёмуха. Но в стёклах лишь отражались ветки кустов. Их колыхания меня даже как-то заворожили. Я засмотрелась. Стало интересно, много ли в этом селе живёт молодёжи или почти одни старики, чем занимаются, где работают? Мне пока была непривычна даже сама атмосфера деревни, где не снуют туда-сюда машины, нет постоянного шума, криков и всех прочих «прелестей», присущих городу.

Вдруг какой-то скрип вернул меня в настоящий момент из заоблачных мыслей. Очнувшись и осмотревшись, я никого не увидела. Видимо, это вздохнул рассохшийся забор у соседей. Возможно, там кто-то ходил, а за пышной растительностью было и не видно. Наконец я собралась с силами и решилась на активные действия. Подошла к калитке, потихоньку постучала. Во дворе залаяла собака, но никто не вышел. Я повторила попытку громче. Пёс-сторож ответил мне аналогично. И начали вторить соседские.

– Ой! – подумала я. – Сейчас как разгавкаются все, да кто-нибудь выйдет и обвинит меня в том, что я их дразню тут стою.

– Чего долбишь, давай, заходи!

Я подпрыгнула от неожиданности. Опять эта маленькая бабуся очутилась рядом со мной совсем не слышно! И, приглашая за собой жестом, пошла вперёд. Проходя, как оказалось, в незапертую калитку, она открыла мне секрет, что у неё всегда открыто, а пёс Бай любит иногда и попусту побеседовать с местными псами. А если уж чего и услышал, то тем более разойдётся и будет долго громыхать своим тяжёлым голосом.

– На ферму я сутра хожу. Стряслось чего?

Видимо, в глазах моих чётко читался вопрос, откуда она взялась и почему не дома.

– Да не-ет, – неуверенно протянула я. – Просто хочу с Вами получше познакомиться. Соседи ведь. Да и Вы – единственный человек в этой деревне, с которым я общалась. Ведь даже дом мне показывал городской риелтор, а не кто-то из местных. Не знаю здесь никого, а обживаться как-то надо.

Я пыталась зачем-то оправдаться в своём визите.

– Ох уж эти городские, – буркнула себе под нос баба Маня, наливая мне молока в кружку.

Я поняла, что для этой женщины сразу угощать гостей было совершенно обыкновенным делом. Мы уже сидели на кухне, где находилась побеленная печка, а также вход в подвал в полу, прикрытый с одного края пёстрым ковриком собственного изготовления.

– Баба Маня, а расскажите мне про Варвару.

– Тьфу, тьфу, тьфу. Зачем тебе про эту ведьму ещё что-то знать? – старушка сразу сделалась недовольной. – Говорила я тебе уже.

– Ну как… Я же живу в её доме. Да и интересно. Любопытно.

– Любопытно ей. Ой, не знаю, не знаю. Зачем тебе? Не думай ты о ней, да и всё! Поживи у меня.

Хм, не думай. Как у неё всё легко, в самом деле.

– Спасибо, – тихо отблагодарила я, совсем не ожидая такого предложения.

Да, эта женщина полна сюрпризов!

– Ну, ладно, слушай, – вдруг согласилась она ввести меня в курс жизни местной ведьмы.

Бабушка и себе налила молока. На столе парили свежие оладушки, которые баба Маша ловко скидывала с горячей сковороды.

– Да вот, тесто ещё сутра завела. Как раз сейчас поднимутся хорошо, – объяснила она быстрое угощение.

Вкуснотища! Деревенская еда! Красота! Я была очень рада такому застолью, хотя и позавтракала у себя.

– Варварина семья и мать её, а также бабка, прабабка и так далее – все ведьмами были. Творили с народом, что хотели. Если бабка её как-то помочь могла, травы ведала, заговоры от хворей, то мать с Варварой совсем никуда стали. Стариков не слушали, девчонок молодых обижали, прогоняли. И когда Павел Тимофеевич, решил сселить их на окраину деревни-то, вот тут и началось. Напустили они на село болезни да неурожай.

– А кто в их прошлом доме живёт? – о том, что уже кое-что знаю, я ей не стала раскрывать, чтобы не спугнуть её рассказ.

– Так Павел Тимофеевич, председатель наш, он и поселился с семьёй. Дом хороший, большой. Прадед Варварин строил, дед достраивал. Чего добру-то пропадать да просто так простаивать? Хорошо ведь они жили, пока не начали наш народ изводить. Чего мы им сделали? Ну и жили бы дальше с соседями в дружбе да в мире, но нет же. Вот не могли по нормальному! Ведьмы и есть ведьмы, что с них взять!

Она швырнула оладушку на тарелку с такой страстью, что две другие съехали на стол. Бабуля растерянно посмотрела на произошедшее, но поправлять ничего не стала. Вновь отвернулась к плите. И продолжила:

– А как Варька одна-то осталась, так мы и понадеялись, что ведьмин род пропадёт, да и слава богу! Зачем нам здесь такие люди пакостные вообще нужны? Да и поселили её подальше от центра. А зачем ей, одиночке, большой дом? Ей с котом много не надо.

Баба Маша то и дело повышала голос.

– А давно этот пушистик у неё?

– Я точно не помню, был, да был. Не знаю.

– А что случилось с ней самой? Умерла?

– Да кто ж её знает, куда эти ведьмы пропадают? Живут они нестерпимо долго, а что потом – не знаю. Сгинула, да, и всё. Не стало. Дом пустовать начал. Один кот по огороду да по крыше лазил. Хорошо хоть не орал. Павел Тимофеевич стал приезжим, командировочным, да молодым семьям жильё сдавать, но никто там даже переночевать не мог! Убегали прямо ночью. Дух Варварин не упокоенный выгонял людей оттуда. Вот вредная девка какая, даже после смерти людям покоя не даёт, пугает да мучает. Кому волосы вырвет клочьями, кого расцарапает. Ну, ужас, просто ужас. Я и думала, увидев, что ты с сумкой в тот дом заходишь, что через пару часов вылетишь оттуда, как ошпаренная. Вот и показала тебе свой дом, чтоб хоть ко мне прибежала, а то куда впотьмах деваться-то от испуга, не имея здесь ни близких, ни знакомых? Говорю же, городские у нас не задерживаются, особенно если ночлегом им становится Варварин дом. Так что ты давай, перебирайся ко мне, да и всё! Я одна обитаю, места хватит.

Бабуля оставила на время сковороду и села на табурет. Как-то устало вытерла лоб рукой, в которой была кухонная лопаточка и посмотрела в окно.

– А как Варвары не стало, нормально зажили? – я проигнорировала предложение о переезде, потому что даже представить было сложно, как общаться с этой активной женщиной более двух часов.

Баба Маша громко вздохнула, не отводя взгляда от окна.

– Не знаю. Нормально, вроде. А ты чего сюда решила приехать?

– Ай! – теперь вздохнула я. – От бетонных высоток отдохнуть, можно так сказать. Скорее, душой. Не могу я больше там находиться, город большой, а будто тесно в нём. Асфальт, пылища, духота. Летом как-то особенно в нём невыносимо. Да и круглый год что: постоянный гул, вечные разбирательства людей между собой, их нескончаемые жалобы, жалобы, жалобы. Друг на друга да на жизнь. Причём ноют те, у кого всё нормально. Вот и захотелось уехать оттуда.

– А у тебя самой проблемы какие-то в городе были, да?

– Ну, личного, в основном, плана. Наверное, в городе у всех проблемы, другого расклада я и не видела. У кого какие.

– Ясно, ясно. Бывает, Катюша, у всех бывает. Молодец, что приехала.

Женщина снова взялась за готовку с выкриком: «Ой», когда сковорода начала скворчать громче наших голосов, а масло стало стрелять во все стороны.

– Но ведь она жилище своё оберегает. Варвара. Вот и не пускает, наверное, чужих-то. Как-то она должна это делать. Мне бы, например, не понравилось, если бы ко мне в дом селили посторонних, – размышляла я вслух, поглощая оладьи одну за другой с большим удовольствием.

– Людей же она мучает, Катя! Какая разница, где: в доме или не в доме? Не знаю, как ты вот её появление пережила. Смотрю, не расцарапана, и волосы вроде не подёрганы.

– Да я нормально, меня она не обидела. Мне сложно поверить, если честно, что она кого-то прям истязала! Ну, напугать, наверное, да, могла.

Бабуля повернулась ко мне лицом и пристально на меня посмотрела.

– Ты что, тоже из этих?

– Из кого из этих?

Я подняла на неё округлённые от удивления глаза, а оладушка встала у меня поперёк горла так, что не стало возможности её проглотить.

– Ведьма?! – как отрезала баба Маша.