Читать книгу Спасите Жюля Верна - Наталья Масальская - Страница 13
Глава 13
ОглавлениеОказавшись внутри, Гилбертон прислушался. В тесной прихожей было так темно, что полагаться он мог лишь на свой слух. Ему необходимо попасть в ту самую комнатку, где за потайной дверью исчез старик. Глаза понемногу привыкли к темноте. Стараясь ступать как можно тише, Смит двинулся по узкому, заставленному каким-то хламом коридору. Быстро открыл дверь слева, заглянул внутрь и, убедившись, что попал куда нужно, вошел.
Похоже, что эта комната служила хозяевам кабинетом. Все стены занимали стеллажи с книгами, а слева у окна располагался небольшой, изящный «давенпорт», который тут же привлек внимание инспектора. В этих простеньких на вид столах, лондонцы обожали делать потайные отделения. Он тут же зашарил под столешницей в поисках рычажка и, откинув массивную крышку, заглянул в скрытый от глаз ящик. Бумаг в тайнике оказалось немного. Какие-то приходные документы. Похоже, на опись прибывших морем товаров, среди которых инспектор заметил уже знакомый ему груз карбонадо. Два ящика алмазов ввезли в страну месяц назад. Смит припомнил, что, когда неделю назад наведывался к мистеру Грею, видел у него лишь один ящик. Значит другой, преступники уже успели пустить в дело. Он вернул бумаги на место оглядел столешницу. Набор довольно изысканных канцелярских принадлежностей, и свежий выпуск «Таймс». Да, не густо. Он взял в руки газету. На первой же странице, в статье посвященной празднованию дня рождения Ее Величества Королевы Виктории он заметил пометку, сделанную карандашом на полях: «Старая леди объявит наследников в 11:00». Что за наследники? Смит задумался. Ну конечно! Мелькнувшая в голове мысль стрелой пронзила сердце. Он вспомнил пару прекрасных Ахалтекинских жеребцов во дворе дома шейха. Он тогда еще подумал, что тот привез их в подарок королеве. Это что же получается, воры решили воспользоваться отсутствием шейха Саида, который наверняка возьмет с собой на праздник большую часть гвардейцев из личной охраны, чтобы беспрепятственно проникнуть в его дом. Смит пожалел, что не предупредил шейха о готовящемся преступлении, когда была такая возможность. И теперь уповал на собственное везение и чутье Фоссета.
Стоп! тут же отмел он эту мысль. Двадцать третьего мая, то есть накануне, сокровища переедут из-под охраны шейха в музей. Что-то не сходится. Смит, погруженный в раздумья, забыл, где находится. В этот момент ветер с силой швырнул в стекло упругие капли дождя. Смит вздрогнул. Ему показалось, что за окном кто-то есть. Что если «клетчатый» и «долговязый» не уехали, а лишь вышли проводить своего восточного гостя? Что, если видели, как он проскользнул под завесой дождя в дом и сейчас наблюдают за ним из темноты? Недолго думая, он задернул тяжелую занавеску. Так-то лучше!
Положил газету на место, и принялся шарить взглядом по тому самому стеллажу, за которым совсем недавно чудесным образом скрылся старик. Попытался припомнить какой рычаг тот использовал, но кроме книг на полках больше ничего не видел. Его ладонь перебегала от одного книжного корешка к другому, наклоняя книги, как рычаги, но стена оставалась неподвижной.
Смит закусил губу. Он слишком долго возится, это становится опасным. Но беспокойство за судьбу плененного негодяями человека, было в нем так велико, что он отмахнулся от тревожных мыслей и еще раз внимательно осмотрел стену. Где же чертов рычаг?
В этот момент дверь тихо отварилась и на пороге появился «клетчатый».
— Опачки, — бросил он застывшему с книгой в руке Смиту. — А кто это у нас тут?
Из-за его спины показался второй — низкий, плотно сбитый человек неопределенного возраста с плутоватым прищуром водянисто серых глаз. Увидев чужака, он расплылся в кривой ухмылке.
— Так я это… Слышал вам крепкие парни нужны, — отчеканил Смит, как отче наш, сам удивляясь своей находчивости.
— И кто же тебя надоумил без спросу в чужой дом лезть? — «клетчатый» подошел ближе, продолжая нагло рассматривать незваного гостя.
— Так на улице-то вона как поливает. Неужто выбросите человека на двор, как какую дворнягу? Ну вот я и пристроился в сторонке, никому неудобств не чиню, книжки разглядываю, — благоговейно произнес Смит, стараясь скрыть державшее за горло волнение.
— Еще скажи, читать умеешь, — оскалил кривые желтые зубы «клетчатый».
— Вот чего не умею, того не умею, — развел руками Смит.
— Так от кого, говоришь, слышал, что нам парни рукастые нужны? — подозрительно сощурился «клетчатый».
— Так как же, — шестеренки в голове Смита крутились с такой бешенной скоростью, что казалось из ушей вот-вот повалит дым. Спина его взмокла, и рубашка неприятно прилипла к телу. К резкому запаху мокрой шерсти от высыхающего бушлата начал примешиваться едва заметный аромат его парфюма, что могло выдать неудавшегосявзломщика с потрохами. Смит старался не распрощаться с жизнью здесь и сейчас. — Мистер Грей, — буквально выкрикнул он спасительное имя, затерявшееся в памяти от волнения. — Тот, что колониальными товарами торгует, — добавил он, чувствуя необъяснимую радость.
— Мистер Грей говоришь? — детина поскреб заросший неряшливой щетиной подбородок.
Похоже, Гилбертон попал в цель.
— Ладно. Эй, Дюкенс, посмотри-ка, что у него в карманах.
Приземистый малый подошел к Смиту и отточенными движениями быстро обхлопал его куртку и голенища. Вытащив отмычки и револьвер, передал их товарищу. Тот язвительно хмыкнул и убрал все в карман.
— У меня пока побудет, — бросил он Смиту. — А ты, — обратился он к приземистому. — Запри его в дальней комнате, да глаз с него не спускай.
Громыхая по полу подкованными сапогами, «клетчатый», вышел. Со Смитом в комнате остался «приземистый». Судя по не сходящей с его лица хамоватой ухмылке, он не из робкого десятка и словами вопросы решать не привык. Постукивая изящным шестизарядным «Миротворцем» о ладонь, он приблизился к Гилбертону и, толкнув его к выходу, направился следом.
Под конвоем Смит прошел метров десять пока не уперся в неприметную дверь. «Приземистый» открыл ее и направив в грудь Смита дуло револьвера, заставил войти в меленькую душную комнатенку.
— Тут будь, пока Рикстон пробьет тебя. Или прибьет, — заржал он и захлопнул тяжелую дверь. В замке два раза повернулся ключ, отрубив для Гилбертона путь к свободе.
Он отошел в середину тускло освещенной керосинкой комнаты и крутанулся на каблуках, желая оглядеть свою тюрьму. Ни окон, ни других дверей, кроме той, за которой дежурил «приземистый», здесь не было. Он в западне. Повезет, если Рикстон пойдет наводить о нем справки только утром, а что, если он делает это прямо сейчас? Эта мысль отчаянием затопила грудь. Схватившись за голову, Гилбертон опустился на деревянный настил, служивший тем, кто оказывался здесь не по своей воле кроватью и закрыл глаза.
— Дурак, — прошипел он. — Так глупо попасться.
Гилбертону вдруг стало так тоскливо. Он представил свою одинокую могилку. Под ногами слякоть, моросит мелких дождик, поливая чахлые желтые лютики, оставшиеся по краю свежевскопанной могилы. Смиту непременно хотелось, чтобы там была Берилла. Он представлял ее в черном кружевном платье, с накинутой на лицо вуалью, скрывающий слезы, которые она в последний раз дарила ему — своему нечаянному партнеру, спасшему ее мужчине. Смит поморщился, прогоняя видение. Как после приступа морской болезни во рту появился кислый привкус отвращения.
Он поднялся, еще раз обвел комнату внимательным взглядом. Должно же здесь что-то быть, шептал ему в утешение внутренний голос. Должно. Ищи да поскорее. Наверняка мисс Вейн не остановится и снова попытается влезть в дом шейха или сделает еще какую-нибудь глупость. Возможно, она подвергает себя опасности прямо сейчас. Эта мысль заставила Смита собраться. И снаружи, и внутри дом деревянный, а значит, найди он подходящий инструмент… Гилбертон схватил со стола чадящую едким черным дымком лампу и высоко поднял ее над головой, стараясь найти хоть что-то, что поможет ему избежать бесславного конца.
Комната была пуста. Смит снова опустился на кровать и в приступе отчаяния, взлохматил волосы на затылке. Не может быть, чтобы не было никакого выхода, рычал он. В этот момент в коридоре послышались шаги и низкий мужской голос, скорее всего «приземистого», решил он. Неужели Рикстон так скоро обернулся, и сейчас они выведут его на грязный сырой двор и пристрелят как собаку? Смит вскочил и подошел к двери. Но голос уже смолк, а за ним стихли и шаги. Пронесло. Он развернулся спиной и в полном бессилии сполз по дверному полотну на пол.