Читать книгу Легкие шаги в Океане - Наталья Солнцева - Страница 7

Часть II
Глава 4
Москва

Оглавление

– Мне придется отлучиться часа на два, – извиняющимся тоном сказал он. – Приготовишь что-нибудь? Продукты в холодильнике. Бери, что хочешь.

Оставшись одна, Ангелина Львовна открыла холодильник. Она не любила стряпню, но иногда приготовление пищи развлекало ее. Выбирая между мясом и рыбой, она предпочла тушку лосося. Красная рыбка в нежном соусе с овощами и лимоном будет как раз кстати к белому вину.

Время пролетело незаметно. Лосось поспел, салат из креветок и мидий горкой лежал на тарелке, а Марата все не было и не было.

От скуки Закревская сварила себе кофе. После второй чашки ей захотелось позвонить ему на мобильный и устроить выговор. Она обожала отчитывать его, понимая, что это все игра, приятная для обоих, и что он тоже понимает и охотно подыгрывает ей.

Калитин позвонил первым.

– Я уже еду, – сказал он. – Ты сердишься?

– Еще как! Будешь теперь есть холодного лосося.

– С удовольствием.

Марат свернул к дому, размышляя о том, как удачно складывается его жизнь. Встреча с Линой – настоящий подарок судьбы. Он осознал это полностью только там, в горах Памира, когда решал для себя: оставаться ему или возвращаться[3]

После Памира он смотрел на людей отстраненно, ощущая себя заезжим гостем. Потом эта отстраненность сменилась интересом к людям. Что они знают о себе? Может статься, многие из них такие же залетные пташки, как и он. Так же, как и он, забывшие свои истоки. Начало почти всегда утеряно.

Впрочем, повседневные дела и заботы взяли свое. Очень быстро чувство отчужденности прошло, и все вернулось на круги своя.

«После Памира я стал другим, – понял Марат. – Или самим собой. Мне предстоит познавать себя вновь. Это будет захватывающе!»

Никто не замечал произошедших в нем перемен, – и он снова стал Маратом Калитиным. Главного о нем не знал теперь никто, кроме Лины. Это сделало их любовь особенной, сокровенной тайной.

Лина встретила его в прихожей со словами:

– Где ты пропадаешь? Лосось остыл.

– Зато я весь горю, – ничуть не смутился Марат. – А ты, дорогая?

Она увернулась от его объятий и пошла на кухню, где был накрыт стол.

Они пили белое вино и ели остывшую рыбу, которая все равно оказалась вкусной.

Когда Лина уснула, Марат осторожно, стараясь не потревожить ее, встал, достал письмо и отправился в кухню. На столе стояли оплывшие свечи. Он зажег одну и раскрыл конверт. Читая послание «с того света» третий раз, он искал в нем разгадку смерти Багирова…

«Привет тебе, Марат! – писал тот. – Раз ты читаешь мое послание, значит, я уже мертв. Возможно, общение с мертвецами тебе не по нраву? Сделай исключение для старого товарища. Я и сам не любитель подобных штук. Всю сознательную жизнь я придерживался теории материализма. Только события последних месяцев пошатнули мой рационализм и железную логику.

Не так давно вокруг моего босса, небезызвестного Павла Широкова, начали происходить странные события. Сначала я принял их за обычные разборки, связанные с переделом собственности. Но чем дальше, тем больше я убеждался, что не все так просто. Нападения следовали одно за другим, а никаких требований не выдвигалось. Никто не выходил с нами на контакт.

Я задействовал все свои каналы, но никто не смог пролить свет на происходящее.

Пока мне ясно одно: некто спланировал и последовательно осуществляет акцию то ли устрашения, то ли… сам не знаю чего. Посуди сам, каков расклад: обстрел заправок, проникновение в квартиру Широкова, покушение на его жизнь, которое сорвалось по чистой случайности. Киллер ушел, и никто не помешает ему повторить попытку.

За неимением ничего другого, я выдвинул версию личной мести. Но мотивы, мотивы? Единственная зацепка – давний конфликт между Широковым и Георгием Пилиным. Мы занялись отработкой этой версии, хотя мне самому она казалась «притянутой за уши».

Нам удалось захватить одного из налетчиков, некоего Завьялова. Он, как я и думал, оказался наемником и рассказал не много. Интересный факт – парень по фотографии опознал в Пилине заказчика. Если честно, я был удивлен и сбит с толку. Ни психологически, ни логически никак Пилин не тянет на эту роль. Мало того, по словам Завьялова, заказчик не скрывался, на встречу с ним явился лично и даже представился. Знаешь как?

Демоном Мрака!..

Тогда это показалось мне смешным. Сейчас я изменил свое мнение.

Налетчик выглядел ужасно напуганным. Мы рассчитывали с его подачи выйти на заказчика, но Завьялов без видимых причин умер. Прямо в охраняемом бетонированном подвале кто-то сумел с ним расправиться. Причем на теле не было серьезных повреждений. Как ни глупо это звучит… получается, Завьялов умер от страха.

С той минуты мной исподволь овладевала безотчетная тревога. Я ощущал «дыхание смерти» рядом с собой. Не могу передать этого чувства, но смерть как будто приблизилась ко мне вплотную.

То, что ты читаешь это письмо, свидетельствует в мою пользу. Я не псих, не паникер и не фантазер. Я умер! Это непреложный факт.

Я не трус и никогда не страдал неврастенией. Но предупреждаю: за всем, что творится вокруг Павла Широкова, скрывается нечто большее, лежащее за пределами нашего понимания.

Я думаю, после моей смерти он обратится за помощью к тебе. Будь очень осторожен. Выбирай сам, соглашаться или нет. В случае, если ты примешь решение ввязаться в это гиблое дело, тебе лучше знать все.

Подробности опускаю. Появится необходимость, побеседуй с Глобовым. Он посвятит тебя в детали. Со своей стороны оставляю тебе ниточки, которые не успел отработать.

Георгий Пилин.

Эльза Малер, ныне покойная.

Кинжал, оставленный неизвестным лицом в квартире Широкова.

Елена Слуцкая, соседка Широкова по дому.

Все отчеты о проделанной работе хранятся в моем служебном сейфе, в папке № 8. Копии материалов лежат у меня дома, в тайнике на балконе.

Прощай. Не поминай лихом. Борис Багиров».

Далее были приложены записки. Одна для Глобова, чтобы выдал из сейфа означенную папку Марату Калитину по первому требованию; другая – жене Лиде по поводу тайника.

Марат задумался. Смерть Багирова поразила его своей бессмысленностью. Смешно надеяться, что господин Широков не найдет себе другого начальника службы безопасности. Правда, на некоторое время он останется без надлежащей защиты. И злоумышленники попытаются использовать этот шанс.

Калитина не удивило упоминание Багировым Елены Слуцкой. Опять она! Теперь уже в связи с Широковым. Пора бы заняться этой дамочкой всерьез.

– Ты почему не спишь?

Марат поднял голову. Свеча почти догорела и чадила. В ее колеблющемся пламени Ангелина Львовна казалась взволнованной и растерянной.

– Я проснулась, а тебя нет, – сказала она. – Что ты делаешь ночью на кухне?

– Разбираю корреспонденцию, – улыбнулся Марат.

– Почему при свечах?

– Люблю живой огонь. Хочешь выпить?

– Хочу. – Она подошла к столу и посмотрела на письмо. – От кого это?

– От покойника.

– Можно полюбопытствовать?

– Тебе лучше не читать.

– Я сама знаю, что лучше, – она взяла письмо и вопросительно посмотрела на Марата. – Любовное? От женщины! Ты нарочно меня пугаешь, чтобы я не читала. Мертвецы писем не пишут.

– Пишут… иногда.

Калитин налил вина ей и себе. Она все-таки принялась читать, не обращая внимания на его предупреждение.

– Та самая Слуцкая? – спросила она, закончив.

– Интересно, да?

– А кто такой Багиров? Ты его знаешь?

– Знал. Мы пересекались по работе.

– Жуткое письмо! – поежившись, сказала Ангелина Львовна. – Мне холодно, закрой форточку.

Марат исполнил ее просьбу. Некоторое время они сидели молча. Свеча потрескивала, стекая на подсвечник.

– Надеюсь, ты не собираешься охранять Широкова?

– Во-первых, меня еще никто об этом не просил. А во-вторых…

– Не соглашайся, – сказала она. – Мне страшно…

3

Подробнее читайте об этом в первых книгах серии Н. Солнцевой «Золото».

Легкие шаги в Океане

Подняться наверх