Читать книгу В танце лета - Наталья Васильевна Крынкина - Страница 2

– Анютка, а ты куда? – слегка удивлённый возглас отца поймал девчонку на самом пороге. – У тебя же вроде завтра экзамен со злобным преподавателем.

– Пойду проветрюсь, пап, – улыбнувшись, торопливо провела она широкой массажной щёткой по длинным светло-русым волосам, бросая короткий взгляд в зеркало на своё отражение. – Жарко, мозги уже плавятся от количества информации, которую надо запихнуть себе в голову. Самое обидное, что мне она больше в жизни никогда не пригодится!

– Давай-ка недолго, а то будешь потом всю ночь сидеть над учебниками и утром клевать на экзамене носом…

– Лааадно, – бросила она нетерпеливый, но ласковый взгляд на высокого папу с седой бородой, и в глазах её озорно сверкнула солнечная зелень: – Я приду рано! Ты ещё будешь спать!

– Да я тебя… – шутливо нахмурился папа.

И, расхохотавшись, дочь показала ему язык и выскочила в подъезд. Лифт грохотал где-то в шахте, и, чтобы не ждать его, Аня легко побежала вниз по ступенькам, минуя пролёты и этажи. Подол её тонкого голубого платья с крошечными белыми сердечками словно не поспевал за своей хозяйкой и мчался следом. Волосы тоже летели за ней, будто боясь не успеть. И вся она целиком напоминала спешащий за летом ветер – свежий и юный, который ужасно ждут и которому по-настоящему рады.

Всего пять минут назад в чате студенческого отряда кто-то прислал сообщение с приглашением встретиться на мосту. Аня на улицу не собиралась, ведь завтра экзамен. Но парень, который ей нравился, вдруг написал: «Я с вами!»

Разве можно оставаться дома, когда он с ребятами там?

Только она и подумать не могла, что встретится с ним гораздо раньше, чем на мосту.

– Привет, – поздоровался Саша и тут же замедлил шаг.

– Привет, – растерявшись, кивнула она и… пугливо юркнула мимо.

Он легко бы догнал её, если б хотел, но не поторопился.

И, добежав до автобусной остановки, Аня успокоила себя этой мыслью и скосила глаза в его сторону. Парень тоже ступил на платформу и скромно встал немного поодаль.

Кажется, она знала его всегда.

Раньше Аня училась в школе вместе с его старшим братом Пашкой. Этот Кузьменко в то время казался ей большим хулиганом и сущим придурком, так что в сторону его брата-погодки, с которым Пашка был неразлучен, Аня даже никогда и не смотрела. Потому что наверняка он такой же отбитый…

Но теперь целый учебный год они с Сашей часто встречаются на остановке – им по пути на учёбу в один университет. Правда, почти весь этот год они дружно молчали, и она лишь украдкой разглядывала его в автобусах. А здороваться они стали только с тех пор, как весной он пришёл к ним в студенческий отряд.

Саша выделялся среди других парней необычной внешностью. Такой заметный, он не стеснялся высокого роста и конопушек, обсыпавших все его щёки и нос. Не боялся насмешек над тем, что он длинный и ходит большими шагами, как страус. Но самое главное – он светился как рыжее летнее солнце. И это притягивало.

Официально считаться бойцом1[1] он будет лишь после того, как отработает целину2[2] и заслужит право носить бойцовку3[3]. Первый шаг в этом направлении сделан: он уже успешно сдал экзамен после подготовки к трудовому сезону. А ещё Саша активно участвовал в жизни отряда, со всеми ладил и вёл себя дружелюбно. Правда, при этом держался особняком. Как будто ребята в отряде к нему ещё не привыкли и не совсем приняли. Но, наверное, это было делом времени.

Аня знала, куда он едет, и совершенно не удивилась, когда Саша двинулся к тому же автобусу, что и она. Он по-джентльменски пропустил её вперёд, и она устроилась у окна на переднем сиденье возле двери, краем глаза заметив, что парень выбрал место у другого окна за кабиной водителя.

Отвлекаясь на телефон, Аня открыла отрядный чат и увидела несколько новых сообщений. Компания с каждой минутой росла и, улыбнувшись, она не сдержалась, добавив: «Я буду!»

Саша, сидящий напротив наискосок, тоже бросил взгляд на экран своего смартфона и – Аня готова была поспорить на что угодно! – тепло улыбнулся. Но не взглянул на неё, и девчонке вдруг стало обидно почти до слёз.

Это так странно – ехать вдвоём в одном автобусе на встречу к одной компании, знать при этом друг друга с самого детства, но держаться вдали как будто бы вы не знакомы.

Она похлопала ресницами и отвернулась к окну. Вот больше ни за что не повернётся к нему и будет всю дорогу смотреть на улицы, деревья и дома, а не на этого салагу с первого курса!

Маленькая колючая обида повертелась немного внутри неё, задевая острыми иголками девичье самолюбие, и успокоилось. На открытом окне колыхалась короткая серая шторка. С яркого синего неба солнце светило в глаза золотыми лучами, и Аня зажмурилась. Кажется, она выбрала не самое удачное местечко для своего короткого путешествия. А вот Кузьменко устроился лучше всех!

До Советской домчали без пробок, и Саша первым встал со своего места. Пригибаясь, чтоб не задеть головой потолок, заплатил за проезд и взглянул на Аню, которая всё ещё копошилась в сумке, отсчитывая монетки.

– Я за тебя заплатил, – негромко бросил он, и голос его прозвучал откуда-то издалека.

– З-зачем?! – удивилась она, задирая голову, чтобы видеть его лицо.

– Это вместо спасибо? – ухмыльнулся он и качнулся, когда автобус подъехал к платформе. – Нам всё равно с тобой вместе выходить, комиссар.

Двери открылись, и Саша спустился на остановку.

И недоумевая, что это было, Аня тоже вскочила с места и, спускаясь с подножки, увидела протянутую ей широкую ладонь. На секунду застыла, чувствуя, как позади неё образовывается пробка из пассажиров, и услышала снизу слегка грубоватое и неучтивое:

– Ну?! Чего стоишь? Сама спустишься или мне тебя снять?

Аня вспыхнула от возмущения и собралась ему высказать всё, что думает. Ведь кажется, что она не ошиблась, и этот Кузьменко такой же бесцеремонный и наглый, как и его старший брат!

Саша не дал ей возможности додумать и хорошенечко разозлиться. Он внезапно взял её за талию, легко оторвал от пола, заставив взвизгнуть и бросить руки себе на плечи, чтобы не потерять равновесие, а потом опустил на платформу перед собой. Лёгкое платье подпрыгнуло, надуваясь, и колокольчиком закачалось вокруг её бёдер. Волосы подлетели, подхваченные ветром, и перепутались, тут же упав ей за спину.

Аня едва доставала макушкой ему до плеча.

– Кузьменко! – рыкнула девчонка, приходя в себя, и стукнула его по запястьям. – Ты что делаешь? Не трогай меня!

Он отступил и смущённо пожал плечами, засовывая руки в карманы:

– Нууу… Ладно, не буду…

Спохватившись, она достала из сумочки горсть монет, которую собиралась отдать за проезд, и протянула ему:

– И вот… Возьми!

Саша хмыкнул и отвернулся:

– Не надо, – а потом зашагал вперёд.

– Эй! – Аня хмуро посмотрела ему вслед. – Ну-ка вернись и забери обратно! Я тебя не могу догнать! И… и вообще за тобой бегать не собираюсь!

Рыжий бросил через плечо смеющийся взгляд и только прибавил шагу.

Нет, ну, это просто возмутительно!

Аня набрала побольше воздуха в грудь и громко выдохнула. Она имела в виду, что он широко шагает, и ей придётся за ним поспевать, но, видимо, Саша оценил её слова в другом контексте. Ладно-ладно, всучит ему эти несчастные копейки на мосту. А если он и там их не возьмёт, она засунет монеты ему в карман. И, постаравшись расслабиться, Аня помчалась по пешеходной Советской к Уралу.

Июньским вечером на главной улице Оренбурга было шумно и многолюдно. Зной постепенно сменялся прохладой, и пешеходы стекались в центр, чтоб увидеть знакомых и пообщаться в дружных компаниях.

Вот только Аня уже не знала, что делает здесь. Сорвалась из дома посмотреть на Сашу, но умудрилась обидеться на него и даже, кажется, поругаться, не успев добраться до места встречи.

Женская логика в деле. Браво! Аплодисменты!

Высокого рыжего парня было сложно потерять из вида. Он, кажется, никуда не спешил, но Аня всё равно выдохлась, пока неслась за ним вдоль старинных зданий и до блеска отполированных витрин. На набережной он вдруг исчез, и девушка, обогнув по кругу памятник лётчику Чкалову на высоком постаменте, устало повисла на белых перилах и глянула вниз.

Саша стоял на мосту, опираясь руками на металлическую ограду, смотрел, как стремительно мчится куда-то Урал, и пока был один.

Отлично! И, вдохнув побольше воздуха в грудь, Аня вновь полетела за ним вниз по ближайшей правой лестнице. Тени деревьев укрыли гранитные ступени вечерней прохладой, а от воды потянуло свежестью.

Минута, и под ногами пружинит металл моста.

Ещё минута, и она уже рядом.

Он стоял к ней спиной, и Аня бесцеремонно оттянула задний карман у него на джинсах, опуская в него монеты.

– Эээ, – обернулся Саша и уставился на неё в изумлении.

Аня довольно улыбнулась, и он с облегчением выдохнул:

– Ааа, комиссар… Я уж думал, что кто-то бессмертный решил обчистить мои пустые карманы. А это ты меня лапаешь! Фух! – и добавил: – Если что, я не против…

От такого нахальства у Ани снова перехватило дыхание и захотелось затопать ногами. Ну, почему-почему-почему всем симпатичным парням обязательно надо нести такие глупости и быть придурками, которых руки чешутся поколотить???

– Вообще-то, у меня есть имя! – выдавила она, наконец, придушив дурацкое желание и решив благоразумно не нарываться. – Если ты его, конечно, помнишь…

– Конечно, помню, – кивнул он, и девушка вдруг заметила у него в руках зелёные наушники. Кажется, они были сломаны. – Просто тебя в отряде все так называют, и я думал, что это уже стало чем-то вроде прозвища…

– Вообще-то, – вновь завела свою песню Аня, – комиссар – это заместитель командира студенческого отряда. Меня им назначили только весной, и я отвечаю за то, чтоб мы все были дружные и в хорошем настроении!

– Класс! – отозвался Саша, сверкая карими глазами с оранжевым блеском. В свете вечернего солнца они почему-то напомнили ей золотистые бархатные абрикосы. – А кто отвечает за то, чтоб хорошее настроение было у комиссара отряда?

Что? Неужели она сейчас похожа на рассерженного монстра?!

Аня смутилась и, стараясь быстренько придумать, что же ему на это ответить, снова остановила взгляд на наушниках.

– А у моей сестры такие же. Только целые, – почему-то вырвалось у неё, и руки сами потянулись к зелёному гаджету. Она ловко нащупала кнопку «play» и спустя мгновение услышала шорох знакомой мелодии про лето и жаркие дни. Этот кринжовый кринж может слушать только Яна! – Где ты их взял?! – и посмотрела на него с недоумением.

Саша тоже застыл в замешательстве. А потом, словно сложив 2+2, улыбнулся и коротко выдал:

– Так, значит, ты – Аня Лукьянова?..