Читать книгу Все грани любви - Наташа Шторм - Страница 6

ГЛАВА 4

Оглавление

Утром я проснулась от запаха кофе. Натянув халат, вышла на кухню и увидела Яну.

─ Привет! ─ Она улыбнулась. ─ Ты не против, что я похозяйничать решила?

Я искренне удивилась.

─ Конечно, нет. Не понимаю, почему вы не кушаете здесь. Вы могли бы готовить сами. А сейчас я временно осталась без работы. Поэтому на пару недель могу стать кашеваркой.

Яна звонко рассмеялась.

─ Да ты не волнуйся! Алексей Николаевич присылает нам еду прямо на стройплощадку. Кормит на убой. Я скоро не влезу в джинсы. Кстати, как тебе второй этаж?

Я пожала плечами.

─ Ещё не была там.

Любопытство Яны кинуло укор моей Скромности.

─ Как так? Я жду комплементов второй день, а ты даже не удосужилась подняться?

Она вскочила и потащила меня наверх.

Должна отметить, что господа Ракитянские обладали вкусом. А Яна не только вкусом, но и мерой. Вдоль стен расположились кадки с цветами, между которыми висели картины с морскими пейзажами. Каждая комната была обставлена в определенном стиле: от строгого к фривольному.

─ На любой вкус! ─ Засмеялась Яна. ─ Но это ещё не всё. Пойдём на третий.

Она подала руку и потащила меня на мансарду.

У меня просто дух захватило. В центре располагался большой биллиардный стол, покрытый зелёным сукном, в нишах уместилась огромная библиотека, а возле плюшевого дивана на столике стоял огромный японский телевизор со встроенным видеомагнитофоном. Тут же лежало несколько кассет.

─ Я выбрала для тебя нормальные фильмы. А остальной мусор просто выкинула.

Сказать, что я была ошарашена – значит не сказать ничего.

─ Яна! Сколько я тебе должна?

Девушка в очередной раз рассмеялась.

─ Это мы тебе должны. Представляешь, сколько денег потратил бы Виктор Владиславович на утилизацию данной роскоши. А тут раз, два, перенесли и делов-то!

Я всё равно ничего не понимала.

─ А почему не оставить это всё в доме?

Яна хмыкнула.

─ Это Кларе не понравится.

─ Кларе?

─ Да, Кларе Игоревне, жене Виктора Владиславовича. ─ Яна осеклась.─ Ладно, мне пора. Я проспала сегодня. Нужно работать.

Девушка выбежала из комнаты, а я плюхнулась на новый диван. И как я могла забыть, что у моего Принца уже есть Принцесса? Нет, я не забыла, просто информация прошла мимо ушей и не задержалась в уставшем мозге. Теперь я вспомнила фразу Маришки: «Только жена у него очень больная. Нужен морской климат. А у нас тут и горы с соснами, и море с пальмами…» Жена! Я попыталась обдумать ситуацию. Ну и что? Виктор мне не предлагал непристойностей, да и замуж я не собиралась. Так кому помешает наша дружба? «Дружба?» ─ Криво усмехнулась Совесть, ─ «Кого ты пытаешься обмануть?»

Я спустилась на кухню и тут же попала в крепкие объятья Алексея Николаевича. Босс лично решил убедиться, что неоценимая сотрудница жива и здорова, точнее идёт на поправку. Должно быть, Виктор успел растрепать про мои увечья и потребовал положенные отгулы. Алексей Николаевич выставил на стол два огромных пакета и смутился.

─ Это ребята передали, волнуются за тебя очень.

Я сникла.

─ Доктор не разрешил мне работать целых две недели. Вы меня уволите?

Босс затряс головой.

─ Что ты, детка! Виктор мне всё рассказал. Это же надо, что ты вынесла! А за работу не переживай. Сезон закончился, теперь ресторан будет работать до семи. Так что и поработать успеешь, и к экзаменам начнешь готовиться.

Я выгнула бровь.

─ Не спорь. Поступать тебе надо. Я отца твоего знал, и он мечтал, чтобы образование ты получила, да гостиницу подняла. А мечты отцов должны крылья детям давать! Он Москву ради тебя бросил, такой домище отстроил.

Я покраснела. Родилась я в Сочи, но, когда моему отцу предложили преподавать в Москве, мы переехали. Я была совсем малышкой, мало, что помнила. Вот только спустя пять лет, когда у меня диагностировали бронхиальную астму, родители оставили столицу. Воздух больших городов стал губителен для моих лёгких. Бабушка с радостью приняла сына с семьей. Я переросла болезнь, но у моря мы обосновались крепко. Никто не хотел возвращаться в мегаполис. А вот учиться… Отец так хотел, чтобы я получила диплом. Это был для него просто пунктиком каким-то. Но его не стало, не стало и мамы. Я не могла бросить бабушку, которая часто болела. А жить на её пенсию и оплачивать дом, оказалось нереально. Так я пошла мыть полы. Обычная работа, не хуже прочих.

─ Не знаю даже. Репетиторы целое состояние стоят. А школу я три кода назад закончила. Многое успела забыть.

─ Это ничего, детка, историей я с тобой позанимаюсь бесплатно, а там русский или математика…

За русский я не волновалась. Учителя считали, что встречаются люди с врождённой грамотностью, и я была из их числа. Да и чему удивляться, если родители-филологи прививали мне культуру речи с малолетства? Математика не входила в число вступительных, а вот иностранный…

─ А, да, если с языками проблема – Виктора озадачим. Он у нас полиглот: и по-английски, и по-немецки, и по-французски шпарит. Вот уж кого матушка-природа мозгами не обделила!

Я тяжело вздохнула.

─ Он же в Америке живёт.

─ Это да! ─ Кивнул головой Алексей Николаевич. ─ Вот только бизнес у него и тут в гору пошёл. Расширяться будет. Дом уже купил, семью скоро перевезёт.

─ Жену, детей. ─ Подхватила я.

─ Нет у него детей. А Клара так, кукла размалёванная, пустышка. Хоть и жаль мне её, в коляске инвалидной оказалась, но не пара она ему. Холодная, злая. Связала его по рукам и ногам. Бросить совесть не позволяет, а жить с такой… ─ Алексей Николаевич махнул рукой и вытер вспотевший лоб. ─ Ладно, ехать пора.

Я остановила босса.

─ Пожалуйста, расскажите мне о Викторе.

Старик хитро улыбнулся.

─ Значит, и он тебя зацепил?

Мой мозг напрягся. Что значит «И он тебя»? Значило ли это, что и я зацепила заморского красавца?

Босс присел.

─ Ладно, слушай. Служили мы со Славкой Денисовым в одном полку. Не могу рассказать, какие задания выполняли наши группы, да и неважно это. Просто из одной такой командировки друг мой не вернулся. Меня вытащил, а сам погиб уже у своих. Верка, мать Виктора, тогда чуть с ума не сошла. Выла, как белуга. А потом успокоилась. Приходит ко мне и говорит, мол, Лёш, помоги мне в Болгарию путёвку купить. А какая Болгария? Мы же подписки давали, невыездные были все. Но Верка настырной оказалась. Получила она эту путёвку. Вечером забегает к нам и говорит: «Муж мой погиб, а сына я им не отдам. Костьми лягу, но будет у Витьки всё самое лучшее: и дом, и образование, и жизнь другая!» Светлана моя тогда подумала, опять обострение началось. А Вера уехала из страны, и, не знаю как, но подцепила этого американца. Он и вывез её с сыном в Штаты. Что тут началось! Меня чуть из Армии не уволили, из партии не попёрли, да большое начальство вступилось. Нет, не верю, что Вера и память мужа предала, и Родину. Она была настоящей офицерской женой. Просто сделала всё, чтобы сыну жизнь другую дать. А с Виктором я недавно встретился, пару лет назад. Большим человеком стал. Компьютеры в Россию поставляет. Слышала, что это?

Я пожала плечами.

─ Слышала, да не видела.

─ Ничего! Ещё увидишь! От Виктора узнал, что Вера умерла, покончила с собой. Ох, не верю я в это. Сильной она бабой была, жёсткой. Но что теперь про это говорить! Отчим тоже долго не прожил. Своих наследников у него не было. Так он всё Виктору отписал, но с одним условием, если тот женится на дочке его компаньона. Парню тогда двадцать три исполнилось. Только университет закончил. О чем он думал? Вот теперь мается.

─ Клара всегда была инвалидом?

Леонид Николаевич пожал плечами.

─ Если только на голову. Странная она. Вроде бы и ласковая, и улыбчивая, а в глазах лёд. Только и ждёт момента, чтобы укусить. История там была нехорошая. Машина её сбила. Виктор себя во всём винит. Пять лет после той аварии прошло. Куда он только её не возил, с кем не консультировался… Всё без толку.

Я тяжело вздохнула.

─ Жаль мне его. Неплохой парень, добрый.

Алексей Николаевич поднялся из-за стола.

─ Это да. А ты выздоравливай, девочка, да о себе думай. Всё. Пора мне.


Босс удалился. Старая «Волга» заурчала и покатилась под горку. Я отошла от окна и задумалась. Обилие информации переполняло мозг, который отказывался работать и анализировать. Логика забилась в угол, а Здравый Смысл делал вид, что его эта ситуация никак не касается. Тогда я вспомнила слова бабушки: «Если не можешь решить проблему, отпусти её, и там, на небесах, твой Ангел Хранитель решит всё за тебя». Я отпустила проблему и пошла досыпать. Во сне ко мне явился Ангел. На нём были обычные джинсы и знакомая рубашка-поло. Он сверкнул синими, как море, глазами и заявил:

─ Не парься! Всё будет хорошо.

Взмахнув огромными крыльями, Хранитель принялся стучать в барабан.

Я открыла глаза, но стук не стих. Теперь он исходил от моего окна. Осторожно, чтобы не задеть больную руку, я встала с кровати. В палисаднике стоял мой синеглазый Ангел и явно нервничал.

Распахнув створку, уселась на подоконник и с наслаждением потянулась.

─ Привет, что случилось?

Виктор позеленел.

─ Это я хочу у тебя спросить, что случилось. Уже полдень. Я пытался звонить в дверь, потом стучал во все окна. Ещё немного, и я бы вызвал наряд милиции.

─ Зачем?

─ Дверь ломать.

─ А самому слабо?

Денисов подтянулся и сел на подоконник рядом. Близко, очень близко.

─ Не слабо. Просто я законопослушный гражданин. Может, впустишь?

Я посторонилась.

─ Прошу Вас, сэр!


Виктор развалился на моей кровати, ничуть не смущаясь. Моя Рассудительность оправдывала это тем, что стулья в спальне отсутствовали. Я же стояла скромно, как гостья, у распахнутого окна, ожидая дальнейших распоряжений. И они не заставили себя ждать.

─ Покажи руку.

Пришлось подойти.

Виктор резко дёрнул за пояс, и шёлковый халат упал на пол. Ночная сорочка на тонких бретелях совершенно не препятствовала обзору раны. Мой персональный доктор аккуратно провел тонкими пальцами по травмированному плечу.

─ Больно?

Я чуть не замурлыкала. Мне было и больно, и приятно одновременно.

─ Сейчас потерпи.

Он осторожно снял бинт, отклеил лейкопластырь и заглянул под повязку.

─ Три шва. Боюсь, шрам останется.

─ А вот я не боюсь. Подумаешь, какие мелочи!

Денисов кивнул.

─ Верно. Гораздо страшнее шрамы внутри. Скажем, на сердце. Они плохо заживают, иногда, кровоточат всю жизнь. ─ Принц тяжело вздохнул. ─ А у тебя всё до свадьбы заживёт. Обязательно. Воспаления нет. Это радует, но нам пора в больницу на перевязку. Одевайся.

Я посмотрела на своего ласкового мучителя сверху вниз.

─ Не хочу показаться грубой, но Вам придётся покинуть мою спальню.

Виктор смутился.

─ Конечно. Прости!

Когда за ним закрылась дверь, я подошла к шифоньеру. Выбор пал на чёрные брюки и пестрый пуловер. Как всегда, ничего обтягивающего и вызывающего. В прихожей меня ждали лаковые туфли на низком каблуке. Я осталась весьма довольной собой. Зато мой приятель скис.

─ Вчера ты выглядела лучше. Ради Бога! Позволь купить тебе что-нибудь далёкое от стиля «лав». Я хочу любоваться твоими формами.

Это было уже слишком.

─ Или ты никогда больше не говоришь о моих формах, или навсегда покидаешь мой дом.

Денисов поднял руки вверх.

─ Давай решим так: я никогда не буду говорить об твоих формах в твоём доме.

Я надулась и направилась к машине в полном молчании.

─ Пристегнитесь, мисс Злюка! Сначала мы посетим доктора, а потом займёмся чем-нибудь более приятным.


─Ты умница! ─ Виктор встречал меня у двери процедурного кабинета.

Перевязку я перенесла лучше, чем укол. Я шла, прихрамывая, потирая здоровой рукой больную пятую точку.

─ Ещё шесть инъекций. Я этого не выдержу.

─ Выдержишь. И знаешь почему?

Я выгнула бровь.

─ Потому, что ты сильная и смелая.

«А ещё красивая и сексуальная!» ─ Шепнуло моё раздувшееся Самомнение. Я искренне удивилась последнему определению. Это было как-то необычно и ново для меня. Но мне хотелось быть именно такой: красивой, сексуальной, а ещё желанной.

─ Предлагаю выпить кофе, а потом мы тебя переоденем и махнём на ужин к Аркадию Павловичу.

─ Опять переоденем?

Виктор поднял вверх руки и замотал головой.

─ Клянусь, никакой эротики. Просто у тёти Вари пунктик. Она считает, что все девочки должны ходить в юбочках.

─ А так же варить борщи, печь пироги и содержать в чистоте семейное гнёздышко.

Виктор кивнул.

─ Это всё ты умеешь. Да? ─ Он вызывающе посмотрел на меня, и приняла вызов.

─ Умею.

─ Здорово. А, если ещё платьишко симпатичное наденешь, бабуля будет просто в восторге, и вы обязательно подружитесь.

Я не могла понять, почему этому сильному мужчине совершенно безразлично мнение тех людей, с которыми он работал в настоящее время, и так важна оценка стариков из его прошлой жизни. Что ж, мне ничего не стоит уступить. И тут меня осенило.

─ Поехали ко мне! Кофе тебе сварю, накормлю.

Я вспомнила, что на кухне до сих пор сиротливо стояли два огромных пакета, принесённые Алексеем Николаевичем. Надо бы разложить провиант, пока не испортился. А лучше съесть!

Виктор хищно улыбнулся.

─ Если ты приглашаешь… Но у нас только пара часов в запасе.


Я сопроводила дорогого гостя в царство общепита.

─ Вот еда, там плита. Справишься?

Мой Принц скис.

─ Это просто вершина гостеприимства!

─ Это вершина моего доверия. Так справишься?

Виктор пожал плечами.

─ Попробую.

─ Скоро буду.

Не дав товарищу опомниться, вылетела из кухни и заперлась в родительской спальне. Открыв огромный платяной шкаф, я принялась нежно перебирать мамины наряды. Да, мама любила красивые вещи и даже тут, в посёлке, всегда выглядела модно и элегантно. Я достала её любимое платье, синее в белый горошек, и медленно приставила к себе. На глазах навернулись слёзы.

─ Видишь, мамочка! Я уже доросла до твоих вещей!

Скинув бесформенные шмотки, я надела чудесное платье, расправила белый воротничок, завязала пояс и удивилась, как приятно шифон ласкал тело. Склонившись, вытащила с нижней полки упаковку телесных чулочек, которые мама так ни разу и не надела, и лаковые лодочки на высоком каблуке. И тут, словно неведомая сила толкнула меня к туалетному столику. Я открыла шкатулку и достала крошечные золотые серёжки с жемчужинами, мамины любимые. Вынув из мочек дешёвые стекляшки, я аккуратно надела украшения и несколько раз проверила застёжки. Последний штрих. Пара капель духов на запястье и за ушко.


Я занервничала, переступив порог кухни. Виктор стоял ко мне спиной. Он внимательно наблюдал за кофе, который никак не хотел закипать.

─ И?

Мой Принц медленно обернулся и уронил ложку. Я зачарованно наблюдала, как его нижняя челюсть поползла вниз, глаза потемнели и стали практически черными, а кофе перелился через край турки, и растёкся по плите густой вязкой лужей. Не глядя, Виктор выключил газ и подошёл ближе.

─ Ты, ты такая…

«Сексуальная!» ─ подсказало моё Самомнение. «Эротичная!» ─ пришло на помощь Самолюбие. «Желанная!» ─ вставило своё веское слово Тщеславие.

Но Виктор промолчал. Он протянул ко мне руку и провёл по волосам.

─ Тебе бы пошли длинные волосы. Обещай, что не будешь больше стричься под мальчика.

Я закрыла глаза. Когда-то у меня уже были длинные волосы. Каждое утро мама заплетала их в тугую тяжелую косу и укладывала её на моём затылке замысловатым узлом. Когда-то. До того, как…

Я остро ощутила, что моя жизнь была разделена непреодолимой чертой на «до» и «после». На «до» и «после»!

─ Обещаю.


Варвара Степановна, бодрая интеллигентная старушка, суетилась в огромной столовой.

─ Кушай, деточка! Если пироги понравятся, я тебе рецептик дам.

Я едва дышала, но мило улыбалась заботливой женщине. Пироги были лишними после слишком обильного для моего желудка ужина. Виктор стоял на веранде с Аркадием Павловичем и одобрительно кивал.

─ Кушай, Люба. На костях должно расти мясо!

Я бросала злые взгляды в сторону мучителя, проталкивая в себя очередной кусок.

Варвара Степановна деловито объясняла, как лучше раскатывать тесто, как выбирать капусту для начинки. Я же старательно вслушивалась в диалог мужчин.

─ Как Клара?

Виктор напрягся. Я скорее почувствовала, чем увидела это. В его голосе появились уже знакомые металлические нотки.

─ Иногда мне кажется, ей нравится быть инвалидом.

─ Вот как?

─ Она ленивая. Разрабатывать ноги по Вашей системе так и не стала. Сначала я психовал, потом махнул рукой. Но хуже то, что начались застойные изменения в лёгких. Сейчас она в Швейцарии.

Аркадий Павлович помолчал.

─ Лёгкие? Это плохо.

─ Спасибо, что посоветовали купить дом в посёлке. Возможно, чудодейственный воздух поможет?

Старик рассмеялся.

─ Я перебрался сюда двадцать лет назад и просто влюбился в сей дивный край. Когда умерла Светлана, посоветовал Лёшке обзавестись недвижимостью на юге, а он уже тебе. Природа на побережье потрясающая. Нет в мире подобных уголков.

─ …тоненько, тоненько, а начинки побольше. ─ Варвара Степановна записывала рецепт и подробно его комментировала. ─ Ты слушаешь меня?

─ Да, очень внимательно.


Хозяева провожали нас уже в десятом часу. Аркадий Павлович улыбался в седые усы.

─ Спасибо, что навестили. Уважили стариков.

Варвара Степановна суетилась с пакетом, наполненным провиантом. Увидев размеры катастрофы, я чуть не завыла. Ну, кто это есть будет? Впрочем, обижать добрую женщину мне не хотелось. Мы поблагодарили милую пару и двинулись в сторону посёлка. Я с печатью подумала, что хотела бы вот так, как эта замечательная женщина, прожить всю свою жизнь рядом с любимым человеком, состариться рядом с ним и, возможно, умереть в один день.

─ К тебе или ко мне? ─ Спросил Виктор, уже въезжая на нашу улицу.

─ Что это значит?

─ Ничего криминального. Время детское. Можно поболтать и расслабиться. Кстати, гостиную сегодня уже доделали. И мебель завезли. Может, посмотрим?

Я удивилась.

─ Так быстро?

Денисов пожал плечами.

─ Нормально. Всё, согласно прописанным срокам. А хочешь, я экскурсию тебе проведу?

Я кивнула.

Особняк освещал единственный фонарь. Мы подъехали к тяжёлым чугунным воротам, которые сегодня оказались закрытыми. Рабочий день закончился, все разошлись по домам. Виктор провернул ключ в замке и загнал машину во двор.

─ Готова?

Я и глазом не успела моргнуть, как оказалась на руках Принца, который поднял меня на несколько ступеней и поставил вертикально лишь у самой двери.

─ Тут кучи строительного мусора. Не хочу, чтобы ты каблуки сломала.

Я не спорила.

Повозившись с замком, Денисов сделал пару шагов и щёлкнул выключателем. Я вошла следом. Кроме восстановленного электричества на первом этаже ничего не изменилось: те же сваленные в угол инструменты, разбросанные доски, мешки с цементом вдоль стен. Зато лестница, ведущая на второй этаж, была обшита ковролином, а каждая ступенька бережно укутана целлофаном. Я скинула туфли, чтобы не проткнуть тонкую защиту и поднялась вслед за хозяином.

Боже! Чудеса, да и только! Я не поверила глазам. Ещё вчера тут царил строительный хаос, а сегодня… Отмытые окна украшала бежевая органза. Пол блестел, стены, окрашенные какой-то особенной краской, сияли миллиардом искр, зеркала отражали свет огромной люстры. В гостиной стояли три кожаных дивана цвета слоновой кости, несколько кресел в тон им и с десяток стульев причудливой формы. В центре находился стеклянный журнальный столик, увенчанный вазой с фруктами, в углу расположился огромный телевизор.

Из гостиной вели три двери. Одна на балкон, откуда вчера мы любовались закатом, а две другие…

─ Пойдём. ─ Виктор поманил меня за собой и открыл первую. ─ Это мой кабинет.

Внутри огромного помещения ещё ничего не было, зато в углу на стенке висел телефонный аппарат.

─ А там моя спальня. Хочешь посмотреть?

Я кивнула и переместилась в соседнюю комнату.

─ Завтра сюда привезут мебель. Можно будет переезжать. А то загостился я у Николаеча. Там – ванная комната.

Я прошла в указанном направлении. Размеры меня уже не поражали. Я успела привыкнуть к вкусам господина Денисова. Скажу одно: на площади ванной комнаты могла спокойно разместиться стандартная двушка с кухней и лоджией. Здесь уже красовалась навороченная душевая кабина, стояла ванна на витых ножках. Стены, выложенные плиткой цвета морской волны, подсвечивали крохотные лампочки. И только одна была пустой, оштукатуренной.

─ Тут очень скоро появится фреска. Русалка на фоне моря. ─ Пояснил хозяин.

─ Как романтично. ─ Фыркнула я.

Виктор не заметил моего сарказма.

─ Я уже посмотрел несколько композиций. Но ни одна меня не вдохновила. Я хочу, чтобы моя Русалка походила на тебя.

Он подошёл очень близко и взял мои запястья в свои широкие ладони.

─ Пойдём на балкон. Устроим романтический ужин.

Я вспомнила про гостинцы, которые вручила нам Варвара Степановна.

Неожиданно Виктор отстранился.

─ А где твои туфли?

Я пожала плечами.

─ Где-то внизу.

Виктор выбежал из гостиной и вернулся с большим пакетом и моими лодочками.

─ Сядь на диван. ─ Прошептал он одними губами, а потом опустился передо мной на колени и надел сначала одну туфельку, а потом другую.

Его рука с длинными нежными пальцами прошла вверх по моей голени и задержалась на уровне колена. Он резко встал и поднял меня так, что моё лицо оказалось на уровне его плеч. Приподняв подбородок, Денисов улыбнулся.

─ Так мне удобнее на тебя смотреть.

Ещё бы, ведь я стала сантиметров на десять выше.

─ Пойдём.

Мы вышли на балкон, где глобальные изменения явили себя во всей красе. В центре появились плетёные кресла и такой же столик с округлой столешницей, сиротливая лампочка куда-то исчезла, зато на стенах повисли причудливые бра в форме оплавленных свечей. Буфет внушительных размеров занял свободный угол.

Виктор разложил на столе фрукты и сладости, достал с полки бутылку вина и два хрустальных бокала.

─ За нас?

Я кивнула, хотя Здравый Смысл стучал кулаками и грозно предупреждал, что женский алкоголизм не лечится.

Идиллию прервал телефонный звонок, доносившийся из кабинета. От неожиданности я вздрогнула и пролила вино на платье. Виктор чертыхнулся, дал мне салфетку, а сам поспешил ответить. Практически пустые комнаты обладали хорошей акустикой. Мне даже напрягаться не пришлось.

─ Да, да, ─ донеслось из кабинета, ─ естественно, в доме, раз ты звонишь мне сюда. Да, один. Пью вино, любуюсь видом из окна. Ты меня просто изводишь, Клара. Нет, не раньше февраля. Я рад, что тебе лучше. Спокойной ночи.

Мне показалось, что Виктор вернулся раздражённым. Он молча выпил вино и налил ещё.

─ Твоя жена?

─ Что? ─ Рассеянно спросил он.

─ Звонила твоя жена?

Он кивнул.

─ Только давай не будем портить вечер.

Он включил музыку. Нежная мелодия наполнила дом до краёв.

─ Потанцуем?

Виктор обнял меня за талию и нежно притянул к себе. Близко, слишком близко. Я вновь ощутила каждый мускул под тонкой рубашкой. Я слышала стук его сердца и частое дыхание. Он уткнулся носом в мою макушку и просто молчал. Я закрыла глаза и отдалась движениям партнёра.

Все грани любви

Подняться наверх