Читать книгу Проклятый дом - Алексей Макеев, Николай Леонов - Страница 8

Проклятый дом
Глава 7

Оглавление

Гуров успел вернуться в дом Кирилловых как раз вовремя. Когда полицейская машина подъехала к воротам, он увидел во дворе хозяйский «Мерседес», из которого выходила Светлана Кириллова с детьми. Тут же стояло и такси, на котором с поминок вернулись брат хозяйки с женой и адвокат Бессонов. Все вошли в дом, и хозяйка пригласила всех наверх, в библиотеку. Гуров подошел к ней и попросил разрешения присутствовать при процедуре оглашения завещания.

– Зачем вы спрашиваете разрешения, Лев Иванович? – ответила Светлана. – Вы – друг Игоря, именно к вам он обратился в трудную минуту. Значит, вы здесь всегда желанный гость. Проходите в библиотеку.

Гуров поднялся в библиотеку, всю уставленную книжными шкафами и увешанную картинами. Обратив внимание на эти полотна, он отметил, что все это – не копии, а подлинники. Как видно, Кириллов и его жена собирали коллекцию, приобретая работы современных художников. Преимущественно здесь висели пейзажи, но имелись и портреты, в частности портреты самого Кириллова и Светланы Павловны.

Участники события расселись вокруг большого овального стола. Бессонов, сидевший во главе стола, достал из портфеля солидный документ на гербовой бумаге, откашлялся и произнес:

– Мы собрались, чтобы я мог огласить последнюю волю уважаемого Игоря Сергеевича Кириллова. Это завещание он составил в конце прошлого года. Точнее, он продиктовал мне основные пункты документа и попросил перевести его пожелание на юридический язык. В течение января нынешнего года я выполнил его распоряжение, зачитал ему полученный текст. Игорь Сергеевич внес в него несколько поправок, добавлений и подписал. А я нотариально заверил документ, так что он приобрел окончательную форму. Таким образом, текст завещания не является чем-то поспешно изготовленным в последнюю минуту – оно было хорошо продумано Игорем Сергеевичем. Ну вот, я сделал необходимые пояснения, теперь могу зачитать сам документ.

И адвокат стал пункт за пунктом зачитывать текст завещания. Для Гурова в этом тексте ничего нового не было, поэтому он не слишком внимательно слушал текст, а главное внимание сосредоточил на лицах собравшихся, ожидая уловить их реакцию на те или иные пункты завещания. Но здесь его ожидало разочарование: никакой особой реакции он ни у кого не увидел.

Когда Бессонов закончил, Светлана Павловна спросила:

– Но ведь нам, наверное, нужно было вызвать сюда эту двоюродную сестру Игоря, Лидию. И ее детей, которые приходятся Игорю племенниками, тоже надо было пригласить. Иначе как они узнают, что муж им что-то оставил?

– Да, правильно было бы пригласить на оглашение документа всех лиц, упомянутых в завещании, – согласился адвокат. – И я известил Лидию и ее детей о предстоящем событии. Но она мне ответила, что не собирается приезжать на похороны. Так что я извещу их официальным порядком и также официально предложу открыть счета, на которые можно было бы перечислить причитающиеся им средства. Закон в этом случае не нарушен.

– Значит, мне нужно вступить в управление имуществом Игоря? – продолжала спрашивать вдова. – Сколько там упоминается компаний?

– В общей сложности шесть компаний различного профиля, – ответил Бессонов.

– Как же я справлюсь со всеми этими финансовыми проблемами?! – воскликнула вдова, ни к кому конкретно не обращаясь. Она выглядела растерянной и какой-то подавленной. Это можно было прочитать на ее лице, а также тоску и печаль. Одного там не было – радости по поводу свалившегося на нее богатства.

– Если нужно, я останусь и помогу тебе разобраться в этих вопросах, – сказал Борис Новиков. – Хотя опыта управления крупными компаниями у меня нет, но кое-что в бизнесе я все же смыслю.

Гуров отметил эту реплику брата вдовы. Тут сказал свое слово и адвокат Бессонов:

– Разумеется, я тоже буду готов помочь вам, Светлана Павловна, и ответить на любые ваши вопросы. Я готов продолжить сотрудничество с семьей Кирилловых, хотя самого Игоря Сергеевича и не стало.

«Стало быть, вот эти два человека в ближайшее время получат наибольшие выгоды от смерти Кириллова, – подумал Гуров. – Что будет дальше – неизвестно, но пока имуществом будут распоряжаться они. И как слаженно произнесли они свои реплики о готовности приступить к управлению активами Игоря, которые остались без хозяина! Уж не были ли их выступления заранее согласованы?»

Светлана внимательно выслушала слова брата и адвоката, потом сказала:

– Спасибо, Александр Григорьевич, спасибо, Боря. Да, ваша помощь будет мне очень нужна. Впрочем, я вспомнила, что у меня уже есть человек, который готов мне помочь. Мне звонил первый заместитель Игоря по компании «Металлургия» Денис Алексеевич Селиванов. Вы могли его сегодня видеть – он был на похоронах. А на поминках мы с ним немного успели переговорить. Он еще молодой человек, лишь немного старше меня, но я помню, что Игорь говорил о нем, как о самом перспективном своем менеджере, о человеке, который подает большие надежды. Так что вместе с ним у меня получается уже трое помощников. Это хорошо. Да, в таком случае я, наверное, справлюсь…

Гуров мог поклясться, что при этих словах ее брат и адвокат Бессонов быстро переглянулись. Сам он тоже отметил слова вдовы, запомнил имя, которое она произнесла, и подумал: «Вот и еще один человек, который извлечет выгоду из смерти Кириллова. Этот Селиванов был всего лишь заместителем Игоря, причем только по одной компании. А теперь он фактически возглавит весь холдинг. Теперь они будут конкурентами в борьбе за доступ к управлению активами Игоря: Борис Новиков, адвокат Бессонов и Денис Селиванов. Интересно, что он из себя представляет? Жаль, что я узнал о его особом статусе только сейчас, я бы обратил на него внимание на похоронах…»

Процедура закончилась, ее участники вышли из библиотеки. У выхода Светлана Кириллова задержала Гурова.

– Останьтесь, Лев Иванович, – попросила она. – Мне нужно с вами поговорить.

Дождавшись, пока остальные участники совещания вышли, Светлана пригласила Гурова вернуться к столу, закрыла дверь библиотеки и продолжила:

– Мне хотелось спросить вас о ваших дальнейших планах. А также о том, как вы оцениваете ситуацию в нашем доме.

– Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, – ответил Лев.

– Видите ли, вас пригласил Игорь. Пригласил в трудную минуту, когда он находился в отчаянии и ощущал нависшую над ним опасность. И над ним, и над всеми нами. Но теперь Игорь мертв, а полиция считает, что никакой опасности нет. Я еще вчера разговаривала с нашим полицейским руководством, и они полагают, что мне и моим детям ничего не угрожает. Если и вы думаете так же, вы, скорее всего, вернетесь домой, в Москву. Вот я и интересуюсь: как вы оцениваете ситуацию, считаете ли ее опасной и какие ваши дальнейшие планы?

– Вот теперь я вас понял. Я сегодня уже дважды отвечал на этот вопрос – сначала господину Бессонову, а затем своему коллеге майору Кузнецову. Но мне нетрудно ответить и в третий раз. Я не согласен с теми своими коллегами, которые не видят никакой опасности. Они считают, что все странные явления в доме были только результатом расстроенных нервов Игоря и это нервное расстройство довело его до сердечного приступа. Я уверен, что это не так. Опасность Игорю не привиделась, она существует, она реальна. Кто-то хотел, чтобы Игорь погиб. Но только этот неизвестный преступник выбрал не привычные средства убийц – яд, пистолет, подстроенную автомобильную аварию, а нечто совершенно экзотическое. Он изображает невидимку, призрака, старается нагнетать страх, чтобы люди, живущие в доме, совершали безрассудные поступки. Он стремится ими манипулировать, управлять. Так ему легче добиться своей цели.

– Но какова эта цель? – спросила вдова.

– Этого я пока не знаю, – покачал Лев головой. – Ясно, что он хотел устранить Игоря. И этого он добился. Но чем ему мешал Кириллов, пока не ясно.

– А я? – продолжала допытываться Светлана. – А мои дети? Мы тоже ему мешаем? Нам тоже угрожает опасность?

– И этого я не знаю, – ответил Гуров. – Во всяком случае точного ответа на этот вопрос у меня нет. Но моя интуиция подсказывает, что опасность для вас и детей существует. И поэтому я хотел бы задержаться у вас на несколько дней, постараться разобраться в причинах гибели Игоря. А заодно посмотрел бы, что будет происходить.

– О, я очень рада, что вы приняли такое решение! – воскликнула Светлана. – Я сама хотела вас попросить, чтобы вы задержались у нас. А оказывается, что и просить не нужно. Вы можете жить у нас, сколько считаете нужным. Если вам необходимо будет совершить какую-то поездку, Юра вас отвезет.

– Ну, с транспортом у меня проблем нет, машиной меня и полиция обеспечит. Но вот какой вопрос: если здесь для вас существует опасность, не лучше ли вам уехать? Можно купить квартиру в городе или даже переехать в Москву…

– Да, денег у меня хватит, можно принять любое решение на этот счет, – задумчиво проговорила Кириллова. – Но дело в том, что мы с Игорем уже обсуждали этот вопрос. Еще летом обсуждали, когда все эти странные явления в доме только начались. И он решительно возражал против того, чтобы нам всем покинуть дом. Он столько сил в него вложил! Этот дом – его мечта! И он не хотел, чтобы «какая-то нечисть», как он выражался, выгнала его отсюда. А я чту память своего мужа. И потому тоже не хочу отсюда уезжать. Уехать – значит сдаться, признать свое поражение. Нет, я не сдамся!

– В таком случае у меня еще один вопрос. После смерти мужа на вас свалилось много новых обязанностей. Вы не планируете принять на работу новых слуг? Скажем, чтобы присматривать за детьми…

– Да, вы угадали, я думала об этом и даже присмотрела уже гувернантку для Наты и Славы. Она должна приехать сегодня вечером. Ее зовут Татьяна, мне ее рекомендовала моя хорошая знакомая. Она опытная, раньше работала учительницей начальных классов в школе. Она будет не только присматривать за детьми, но и учить их грамоте, музыке, рисованию. А почему вы спрашиваете?

– Меня интересуют все, кто живет в этом доме или часто здесь бывает, – ответил Лев. – Кстати, а эта Татьяна, наверное, будет здесь жить?

– Да, мне сказали, так принято, чтобы гувернантка жила там же, где живут дети, – пояснила вдова. – Ведь она должна проводить с ними весь день, с утра до вечера. Скажите, как вы считаете: а остальных слуг не стоит также поселить у нас? Экономку, водителя, садовника…

– Нет, мне кажется, этого делать не стоит, – покачал головой Гуров. – Вообще не надо пока ничего радикально менять. А куда вы поселите гувернантку – в одну из гостевых комнат?

– Нет, комнаты для прислуги предусмотрены на первом этаже. Так было запланировано еще при строительстве дома. Просто Игорь не захотел, чтобы слуги жили вместе с нами. Но почему вас так заинтересовала эта горничная? Вы ведь ее даже еще не видели…

– Я уже сказал – меня интересуют все, кто имеет отношение к вашей семье, – ответил Лев. – Тем более мне интересен человек, который будет здесь жить. Хотя, скорее всего, новая горничная не имеет никакого отношения к случившейся трагедии. Такова уж моя работа: я должен узнать десятки, сотни мелочей, докопаться до всего. И из этой сотни мелочей, вроде бы не относящихся к делу, вдруг отыщется одна, которая приведет к разгадке.

– И где вы будете искать эти сотни мелочей? – спросила Светлана, поднимаясь с кресла. – Дождетесь Татьяну и будете ее расспрашивать?

– Нет, зачем же дожидаться гувернантку, которая еще не приехала? Она меня интересует не больше, чем люди, которые здесь уже работают, – экономка и водитель. Но еще больше меня интересует сам дом. За прошедшие сутки я не успел его осмотреть. Теперь собираюсь исправить это упущение и осмотреть ваш дом самым внимательным образом. Скажите, здесь есть какие-то помещения, запертые на замок? Если есть, выдайте мне, пожалуйста, ключи от всех замков. Я должен увидеть буквально все помещения.

– Вы намерены излазить весь дом, от подвала до чердака? – удивилась Светлана Павловна.

– Именно так. Именно от подвала до чердака.

– Все ключи, какие есть, лежали у Игоря в кабинете, в нижнем ящике стола. Пойдемте, я их вам отдам. А потом пойду к детям. Я их не видела несколько часов и уже тоскую по ним.

Проклятый дом

Подняться наверх