Читать книгу Не ожидая любви: Книга о том, как перестать просить – и начать жить - Николай Щербатюк - Страница 2

Я долго не понимал, что со мной происходит. Снаружи всё выглядело прилично: я был спокойным, вежливым, терпеливым человеком. Я умел слушать, умел поддерживать, умел быть рядом. Я не требовал, не давил, не устраивал сцен. Я считал это зрелостью. Сейчас я называю это иначе.

Ожидание любви – это не романтика. Это форма медленного самоубийства, растянутая на годы. Ты не режешь вены и не прыгаешь с мостов. Ты просто каждый день понемногу отменяешь себя, откладывая жизнь до того момента, когда кто-то наконец решит, что ты достоин быть выбранным. Ты стоишь с протянутыми руками, но делаешь вид, что это жест щедрости. Ты называешь это надеждой, хотя внутри это давно уже сделка без договора.

Я не жаловался. Это важно. Я был одним из тех, кто «держится». Я не вываливал боль на других, не требовал участия, не просил объяснений. Я терпел. Терпение считалось добродетелью. Мне говорили: подожди, всё придёт. Любовь любит терпеливых. Я верил. Или делал вид, что верю, потому что альтернатива была слишком страшной.

Ожидание очень удобно прячется. Оно маскируется под верность, под глубину чувств, под способность ждать своего времени. Оно делает тебя правильным. С тобой легко иметь дело. Ты не опасен. Ты не рушишь чужие границы, потому что у тебя своих почти нет. Ты ждёшь. А ждать – это всегда безопаснее, чем жить.

Я помню конкретный момент, хотя долго делал вид, что его не существует. Ничего особенного не произошло. Никто не ушёл с громким хлопком двери. Никто не сказал мне жестоких слов. Просто в один из вечеров я поймал себя на странной мысли: если сейчас ничего не изменится, я проживу так всю жизнь. Я буду ждать. Вежливо. Молча. Достойно. И это будет считаться нормальным.

В этот момент внутри что-то щёлкнуло. Не сломалось – именно щёлкнуло, как переключатель. Я впервые честно задал себе вопрос, от которого раньше уходил: а что, если любовь мне ничего не должна? Ни за терпение. Ни за вложенные годы. Ни за мою мягкость. Ни за то, что я был хорошим.

Эта мысль была страшной. Не потому, что она жестокая, а потому, что она разрушала всю конструкцию, на которой держалась моя жизнь. Если любовь не обязана прийти в ответ на мои усилия, значит, я всё это время не ждал – я торговался. Я стоял на внутреннем рынке чувств с табличкой «я хороший, возьмите меня». И чем дольше стоял, тем сильнее начинал ненавидеть и себя, и тех, кто проходил мимо.

Я понял ещё одну вещь, ещё более неприятную. Ожидание делает любовь долгом. Оно превращает чувство в задолженность. Ты вроде бы ничего не требуешь вслух, но внутри уже ведёшь бухгалтерию: сколько ты вложил, сколько недополучил, сколько тебе «должны». И чем дольше ты ждёшь, тем тяжелее становится этот внутренний счёт. Любовь, если она вдруг появляется, оказывается под подозрением. А если не появляется – превращается в источник тихой, вязкой злобы.

Мне потребовалось время, чтобы признать: я ждал не любви. Я ждал подтверждения собственной ценности. Я ждал, что кто-то извне скажет мне: ты достаточно. Ты выбран. Ты нужен. И пока этого не происходило, я продолжал стоять, убеждая себя, что это и есть путь.

Место, где я перестал ждать, не было красивым. Это не была вершина горы или дно отчаяния. Это было обычное утро, обычное отражение в зеркале и ощущение усталости, которая не проходит после сна. Я увидел человека, который слишком долго живёт в режиме «потом». Потом меня полюбят. Потом всё начнётся. Потом я расслаблюсь. И вдруг стало ясно: потом – это ловушка.

Перестать ждать – не значит перестать хотеть. Это важно. Я не стал холодным или закрытым. Я не превратился в циника. Я просто перестал стоять с протянутыми руками. Я опустил их. Не в жесте гордости, а в жесте усталости. И в этом опускании было больше честности, чем во всех моих прежних надеждах.

С этого момента всё начало трескаться. Сначала тихо. Трещины пошли по отношениям, которые держались на моей готовности терпеть. По образу «удобного» человека, которого все ценят, но никто не выбирает. По внутренней морали, где любовь обязательно должна была прийти в награду за правильное поведение. Всё это оказалось хрупким.

Я понял, что ожидание – это способ не брать ответственность за собственную жизнь. Пока ты ждёшь, ты всегда можешь сказать: я бы жил иначе, если бы меня любили. Это удобное оправдание. Оно снимает с тебя необходимость выбирать, рисковать, быть живым. Оно делает твою жизнь условной.

В этом месте нет утешения. Я не буду говорить, что дальше стало легко. Стало честнее – да. Стало тише – иногда. Но легче – нет. Перестать ждать означает остаться с пустотой, которую раньше заполняла надежда. И пустота пугает. Но она, в отличие от ожидания, не лжёт.

Эта книга начинается здесь – не с любви и не с счастья. Она начинается с отказа. С отказа считать любовь чем-то, что обязано прийти за хорошее поведение. С отказа жить в режиме протянутых рук. Если любовь придёт – она не должна быть мне должна. И если она не придёт, моя жизнь всё равно не должна останавливаться.

Это место, где я перестал ждать, не сделало меня сильнее сразу. Оно сделало меня уязвимым по-настоящему. Без прикрытия надеждой. И именно отсюда начинается путь, на котором любовь возможна – но уже не как спасение, а как встреча.