Читать книгу Идите лесом…Инквизитор! - Ольга Коробкова - Страница 4

Парнишка помог мне спустить сумки с вещами и, навострив уши, замер – явно рассчитывал уловить хоть кроху любопытной информации. Ему же надо будет в деревне рассказать, как к ведьме в гости заглянул важный гость.

– Спасибо, что подвезли, – поблагодарила я и взглядом дала понять – пора ехать обратно.

Он разочарованно вздохнул, но послушно взобрался на телегу и тронулся в путь.

– Позволь помочь тебе, любимая! – Матиас шагнул ко мне, раскинув руки для объятий.

Но его резко остановил второй мужчина – тот самый, с нашивками инквизитора.

Я окинула его внимательным взглядом. Высокий, темноволосый, с небольшой горбинкой на носу, квадратным подбородком и тёплыми карими глазами. Внешность, что называется, «с обложки»: уверенная осанка, проницательный взгляд, лёгкая полуулыбка. И всё бы ничего – но эти нашивки на груди и рукаве говорили сами за себя.

– Чем могу быть полезна? – спросила я, не сдвинувшись с места. Голос держала ровный, без намёка на волнение.

– Может, поговорим в доме? – предложил он, и голос его оказался таким же притягательным, как внешность. Уверена: за таким баритоном толпы поклонниц бегают.

– У меня нет привычки приглашать незнакомых мужчин в дом. Особенно, если они из инквизиции, – ответила я с лёгкой усмешкой.

Он поднял ладони в примиряющем жесте:

– Поверьте, вам ничего не грозит. Я здесь не по служебным делам.

– Родная, ты не рада меня видеть? – влез Матиас, явно чувствуя себя лишним и оттого ещё более настойчивым.

– Не особо, – честно ответила я. Настроения любезничать не было совершенно. – Я думала, мы больше не встретимся.

– Но… но… – он растерялся, лицо его дрогнуло, словно у ребёнка, которому отказали в лакомстве.

На секунду мне стало жаль парнишку. Всего на секунду. Потом я напомнила себе: он сам выбрал этот путь, и теперь ему придётся с этим жить.

Инквизитор между тем наблюдал за нами с нескрываемым интересом.

– Матиас, – я сделала глубокий вдох, стараясь говорить ровно, – сейчас не самое подходящее время для сцен. У нас серьёзные проблемы.

Он сжал кулаки, но промолчал.

– Если позволите, я всё же объясню, – вновь заговорил незнакомец, подходя к нам, и в его голосе прозвучала непривычная мягкость. – Я здесь не для того, чтобы чинить расправу. Мне нужна правда. И если вы невиновны, я это докажу.

Я скептически приподняла бровь:

– И с чего такая щедрость? Инквизиторы обычно начинают с ареста, а не с разговоров.

– Потому что я видел достаточно ложных обвинений. И знаю, к чему приводит слепая вера в слухи. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Велена, я не враг вам. Но и не друг. Пока что.

Матиас шагнул вперёд, загораживая меня:

– Она не обязана ничего тебе доказывать.

– Матиас, – я положила руку ему на плечо, – успокойся. – Проходите, – сняла защиту с двери и хотела подобрать сумки, но меня опередил инквизитор.

Ладно, поставим один плюс в его пользу. Правда, то, что он инквизитор, перечеркивает все остальное.

Мы все переступили порог и стало очевидно – мой домик вовсе не рассчитан на приём столь важных гостей. Теснота вдруг сделалась ощутимой – словно стены слегка сдвинулись, подчёркивая неуместность этой встречи.

– Вернулась, – Из-за печи лениво вылез Баламут, потягиваясь и демонстрируя всю свою кошачью грацию. – Опа, у нас гости?

– Говорящий кот? – изумлённо выдохнул инквизитор, брови его взлетели к линии волос.

Я мысленно чертыхнулась: Эх, надо хоть его имя узнать…

– Да ладно? Где? – передразнил Баламут, хитро прищурившись и глядя на гостя с нескрываемой издёвкой.

– Господа, давайте ближе к делу, – твёрдо произнесла я, ставя сумки на стол с лёгким стуком. – Зачем пожаловали?

– Для начала позвольте представиться – Элайджа Вулл. А это мой племянник Матиас. Но с ним вы уже успели познакомиться, – произнёс мужчина с холодной учтивостью, от которой по спине пробежал неприятный холодок.

Да чтоб меня леший кругами водил! Сам глава инквизиции собственной персоной. Ничего хорошего ждать точно не придётся.

– Не скажу, что рада знакомству. Велена. Что нужно? – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Элайджа тяжело опустился на стул, словно вес его должности давил на плечи. Матиас же продолжал стоять, сверля меня взглядом, в котором смешались обида, надежда и что-то ещё – неуместное, почти щенячье. От этого взгляда становилось не по себе.

– Ведьма, – вздохнул Элайджа, и в этом слове прозвучала не угроза, а скорее усталая обречённость, – у нас к вам дело.

– А можно поконкретнее? – я принялась раскладывать продукты, стараясь скрыть лёгкое волнение. Приезд инквизитора никогда не сулил ведьме ничего хорошего. – Я больше суток не спала, спасая людей после нападения грызня.

– Тут был прорыв? – мгновенно встрепенулся он, весь обратившись во внимание.

– Да. Пострадало много человек. Грызень мёртв, – коротко бросила я.

– Где находится тело? – вопрос прозвучал резко, как удар хлыста.

– Понятия не имею, – соврала я без запинки. Нет, а что… Лично я рассчитывала на кое—какие ингредиенты с убиенного. А так он всё себе заберёт. – Давайте не будем отвлекаться.

Элайджа Вулл пристально посмотрел на меня – взгляд тяжёлый, пронизывающий, словно он пытался прочесть мысли сквозь черепную коробку. Этот человек привык видеть ложь насквозь, и я понимала: игра только начинается.

– Велена, – произнёс он медленно, – вы понимаете, насколько серьёзны обстоятельства? Прорыв потустороннего существа – это не просто «несчастный случай». Это признак нарушения баланса. А когда баланс нарушен…

– …начинается хаос, – закончила я за него. – Да, я в курсе основ инквизиторской доктрины. Но это не меняет того, что я не имею отношения к прорыву.

Он откинулся на стуле, сложил руки на груди:

– Допустим. Но тогда объясните: почему именно в ваших землях происходят столь странные события? Листовки с призывами «уничтожить ведьму», нападения грызней, слухи о заговоре… Всё это сходится в одной точке. В вас.

Я сдержала раздражение.

– Потому что я – та, кто остаётся и помогает. Кто лечит раненых, кто закрывает порталы, кто пытается удержать деревню от паники. Если бы я исчезла, всё стало бы только хуже.

Матиас тихо кашлянул:

– Она говорит правду. Меня же она на ноги поставила!

Элайджа бросил на племянника короткий взгляд:

– Ты слишком доверчив, Матиас. Но я не собираюсь обвинять её без доказательств. Я здесь, чтобы предложить сотрудничество.

– Сотрудничество? – я приподняла бровь. – С инквизицией?

Мои слова инквизитору не понравились, он на секунду поджал губы, но потом снова стал спокойным. А когда начал рассказ, то настала моя очередь меняться в лице. Оказалось, что на Матиаса было совершенно покушение. Его пытались приворожить с помощью приворотного зелья. Племяннику удалось уйти, оказавшись у меня, но приворот сработал со сбоем и в итоге парнишка теперь зациклен на мне.

– И что дальше? – мне конечно было жаль паренька, но понять мотивы их приезда пока не получалось.

– После обследования маги вынесли вердикт, что приворот спадет месяца через два, при условии, что объект вожделения будет находиться рядом.

– НЕТ! – категорично заявила я, осознав, к чему он ведет.

– Почему? – от меня явно ожидали иного ответа.

– Во-первых, как вы себе это представляете? – обвела помещение рукой. – Тут мало места для двоих. Во-вторых, мне не нужны домыслы соседей.

– Ну, ведьмы никогда не слыли поборницами морали.

Я сжала кулаки, стараясь не выдать нарастающее раздражение.

– Дело не в морали, а в здравом смысле. – Мой голос звучал твёрдо. – Матиас – ваша проблема, не моя. Я не нанималась сидеть с ним два месяца, пока приворот не рассосётся сам собой.

Элайджа медленно провёл ладонью по столу, словно сглаживая невидимые неровности.

– Велена, поймите – он в опасности. Тот, кто попытался его приворожить, не остановится. А вы… – он сделал паузу, – вы уже доказали, что умеете защищать.

– Умею. Но не желаю превращать свой дом в приют для инквизиторских племянников. – Я скрестила руки на груди. – У вас целая организация. Найдите ему охрану, комнату, няньку – что угодно. Только не здесь.

Матиас наконец подал голос:

– Я не буду тебе мешать. Честно. Просто… мне нужно быть рядом, чтобы приворот ослабевал. Это не моя прихоть, а условие магов.

Я метнула на него острый взгляд:

– И ты думаешь, я поверю, что ты не попытаешься воспользоваться ситуацией? Что не начнёшь вздыхать, признаваться в чувствах, мешать мне работать?

Он опустил глаза, но ответил твёрдо:

– Не начну. Я понимаю, что это не настоящие чувства. И не собираюсь давить на тебя.

Баламут, до этого молча наблюдавший за диалогом, наконец вмешался:

– А если приворот вдруг усилится? Или даст побочку? Мы тут все с ума сойдём от его романтических порывов.

– Риски минимальны, – спокойно ответил Элайджа. – Маги дали чёткие инструкции. Главное – не разрывать контакт полностью. Но никто не требует, чтобы вы жили в одной комнате.

Я вздохнула, глядя в окно. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени. Время шло, а у меня и без Матиаса дел по горло.

– Элай, она права, – взял слово Матиас, и в этот раз его голос звучал иначе. Более четко и внятно. Я даже удивилась, повернувшись к нему. – Я не всегда зациклен на вас, это находит периодами. Видимо, состав был экспериментальный, или же родовая магия так сработала. И я так же должен сказать спасибо за то, что спасли мне жизнь.

– Пожалуйста, – на секунду стало как-то неловко. – И тем не менее, я не собираюсь звать вас в гости.

– Я ведь могу нагрянуть с проверкой, – попытался пригрозить мне инквизитор.

– Вперед! – махнула рукой. – Я ведьма честная, мне скрывать нечего. И кстати, за клевету я имею право подать на вас жалобу.

Если он думал, что я ведьма неопытная, то зря. Я хорошо училась в школе и прекрасно знаю свою права. Инквизитор вновь завис. Даже приятно стало, что смогла дать отпор.

Элайджа слегка приподнял бровь, но в его взгляде промелькнуло нечто вроде уважения.

– Вижу, вы хорошо осведомлены о своих правах, – произнёс он сдержанно. – Это похвально.

– Не просто осведомлена, – я скрестила руки на груди, – а намерена их отстаивать. Если вам нужны мои знания и помощь – будем сотрудничать на равных. Если же вы планируете давить и угрожать – разговор окончен.

Баламут, до этого дремавший на подоконнике, приоткрыл один глаз и фыркнул:

– Вот это да! А говорила, что не любишь конфликты.

– Я не люблю бессмысленные конфликты, – поправила я. – Но когда на меня давят – отвечаю.

Элайджа медленно кивнул, словно принимая мои условия:

– Хорошо, что вы хотите? – спустя время произнес он.

– Ничего, – развела руками.

– Такого не может быть. Всем чего-то не хватает. Я могу сделать так, что вас переведут в столицу, вы не будете ни в чем нуждаться.

– У меня все есть.

Элайджа окинул взглядом мои небольшие хоромы и скептически хмыкнул. Ему не понять меня. Даже по одежде видно, что мы из разных кругов.

– Я ведь могу…, – вновь начал он, и я перебила.

– Послушайте, у вас вообще совесть есть? – уперла руки в бока. – Мало того, что вы даже не сказали мне элементарного спасибо за спасение жизни, так еще и шантажировать пытаетесь. Не выйдет! Мой контракт со школой давно отработан. Я нахожусь тут по собственной инициативе, и меня все устраивает. К тому же я безумно устала после нападения, о чем сразу сказала, но вы давите своей властью, не давая возможности мне отдохнуть и нормально подумать. Я конечно знала, что у инквизиторов нет понятия совести, но что настолько!

Да, от моих слов главного перекосило так, словно он лимона объелся, но словарный запас остался. Правда его в очередной раз перебили.

– Элай, Велена права. Госпожа ведьма, еще раз большое спасибо за то, что спасли мою жизнь. И да, это вам, – мне протянули увесистый мешочек с монетами. – Я понимаю, что это не так много, но прошу принять. И я так же ваш должник. Если понадобится помощь, только скажите, чем смогу – помогу, а теперь мы вас покинем.

Он подошел к дяде и, взяв его за руку, повел наружу. Тот пытался сопротивляться, но Матиас что-то прошептал ему на ухо, и они удалились.

– Еще вернутся, – прокомментировал Баламут, когда мы остались вдвоем. – Сметану принесла?

От мысли, что это не конец, у меня дернулся глаз, но желание сна было настолько велико, что я отбросила все лишние мысли, разложила продукты и, обняв подушку, уплыла в сновидения.

Следующие два дня, как это ни странно, прошли совершенно спокойно. Я готовилась к ярмарке, которая начиналась уже завтра. Нужно сварить несколько очень редких зелий, обычно пользовавшихся спросом у караванщиков. Особенно среди оборотней. Мне удалось изготовить состав, который на время притуплял брачный зов. Оборотни очень восприимчивы к нему, и когда находятся далеко от пары, становятся агрессивными и опасными для окружающих, а так тишь да гладь. Мне еще вчера пришла весточка с заказом и количеством флаконов. Хорошо, что я успела прикупить их у гнома, иначе бы точно не хватило.

К тому же мы с деревенскими успели разобрать грызня на составляющие. Я забрала когти, зубы и некоторые внутренности, из них можно сварить несколько омолаживающих составов и парочку защитных. И самое главное, все мои пациенты выжили. Некоторым я правда запретила вставать, чтобы швы не разошлись, но в остальном была довольна проделанной работой. Хотя в деревне пока старалась не показываться, ибо родственники слегка достали своими благодарностями, зато Бамалут радовался бесплатным угощениям, которые нам несли. Мне уже скоро некуда будет ставить, погреб маленький и наполовину заполнен зельями.

***

Я любила ярмарки за то, что можно узнать последние новости из столицы, прикупить товар и продать свое. Обычно все собирались в деревне Малые Плотики. Не смотря на название, она насчитывала около сотни домов, два постоялых двора и таверну. Да и расположение было весьма удачным – недалеко от основного тракта. Я всегда останавливалась у вдовы, которая даже не брала с меня плату. Вместо этого я готовила ей некоторые крема. Жила она одна и места достаточно. В крайнем случае я всегда могла переночевать в лесу. Ведьм тут уважали и обижать даже не пытались.

Дорога к ярмарке пролегала через густые леса и полные цветущих лугов поля. Пейзаж, мимо которого мы проезжали, был восхитителен. Солнце поднималось всё выше, окрашивая небо в нежные оттенки розового и золотого. Бодрящий ветерок приносил запахи свежей травы и цветущих растений. Соседи в телеге оживлённо переговаривались, обсуждая предстоящие события и товар, который собирались продать. Я же, погружённая в свои мысли, лишь изредка поднимала взгляд, чтобы насладиться окружающей красотой.

Мирон завел разговор о раненных, отчитался, что все рекомендации выполняются, пострадавшие идут на поправку, и некоторые уже начали вставать с постелей. Только один пока еще не до конца пришел в себя и периодически бредит. Нужно будет по возвращению заглянуть к нему. После меня затянули в разговор о ярмарке и том, кто чем торговать собрался. Каждая из подвластных мне деревень постоянно соревновалась, кто лучше. Как бы то ни было, я знала, что это соревнование лишь способ отвлечься от горестей. Несмотря на то, что у нас у всех свои заботы, каждый из них стремился показать, что именно его деревня лучше других. Я иногда улыбалась, наблюдая за ними, когда они обсуждали новые сорта картофеля или секреты успешного выращивания репы. Это казалось таким наивным, но в этом была своя прелесть.

Мирон продолжал разгадывать, кто же на ярмарке предложит лучшее – его голос звучал уверенно, будто он уже предвидел победителя. Я не вмешивалась, стараясь сосредоточиться на своих мыслях о раненом. Реальность оставалась жестокой, и мне не хотелось, чтобы ее тень затмевала эту беззаботную суету.

Вдруг кто-то из деревенских стариков поднял вопрос о том, какой будет погода в день ярмарки. Это вызвало новую волну обсуждений, и я поняла, что показывать свою силу духа они будут до последнего. Словно и впрямь в этом всём кроется какой-то смысл – жить, бороться и верить в завтрашний день. Вскоре телега замедлила ход, и я поняла, что мы приближаемся к месту, где начиналось столпотворение. Сильное волнение охватило меня – ярмарка была не только местом торговли, но и встреч, открытий, и, возможно, новых приключений.

Когда мы наконец-то добрались до нужного места, мысленно выдохнула и, распрощавшись с путниками, поспешила к нужному дому.

– Марьяна, привет, – поздоровалась я с миловидной женщиной, возившейся в огороде.

– Велена, – улыбнулись мне. – Я ждала. Долго вы сегодня ехали.

– Дорога местами не до конца просохла после дождей, застревали.

– Проходи, я уже пирожков напекла.

М-м-м…пирожки у Марьяны получались ужасно вкусными. Я могла съесть десяток, а потом страдать от переедания, но это того стоило. Не знаю, как ей удавалось такие делать. Я даже рецепт брала, и все равно настолько вкусно не выходило. Тут видимо талант нужен. Мы сели за стол, и вскоре воздух наполнился ароматом свежей выпечки. Я, зная, что в жизни важны простые радости, с удовольствием откусила горячий пирожок. Это было не просто вкусно – это было бесподобно.

За чашкой ароматного чая мы провели несколько часов, Марьяна делилась последними сплетнями. В их довольно большой деревеньке имелся храм, посвященный богу Ведуну., и в нем буквально пару дней назад поменялся храмовник. Прошлого повысили и перевели в какой-то город. Новенький пока особо никому не нравился. Слишком напористым был, когда призывал на службу, да и лекции его слишком нудные. Правда, в то же время он был молод и хорош собой. Многие девушки засматривались в его сторону, но он хранил себя и не смотрел в их сторону. Мда, не повезло мужику. Зная местных кумушек, недолго ему холостым ходить, кто-нибудь обязательно окрутит и перевоспитает.

Несколько девушек недавно обручились с оборотнями и после ярмарки собирались переехать к ним. Вообще, мохнатые к своим избранным относились очень трепетно и бережно. Если встретили, то уже никогда не отпустят. У некоторых это доходило до безумия, но такое случалось крайне редко. Поэтому к оборотням относились с должным уважением и мечтали, чтобы кто-то из них оказался мужем. Вдобавок ходили слухи, что любовники они очень даже горячие. У меня пока не было возможности проверить, как-то ни один желающий не зацепил.

В этом году ярмарка обещала быть особенно насыщенной, поскольку прошёл слух о прибытии эльфов. Остроухие решили расширить свой товарооборот и отправились покорять отдалённые местности. Трудно сказать, к чему это приведёт. Однако эти светлые создания весьма наглы и симпатичны, как бы не дошло до драки. Хотя, говорят, они не особо-то любят вступать в отношения с кем-либо ещё.

Основные события должны начаться завтра и сегодня можно просто отдохнуть и насладиться тишиной. Дом Марьяны располагался в стороне от основной улицы, поэтому здесь относительно спокойно. Пару раз мимо проезжали гружёные повозки, создавая шум, но всё это быстро заканчивалось.

Ближе к вечеру мы с подругой достали бутылку красного вина, закуски и предались воспоминаниям.

Утро встретило меня головной болью и похмельем, но лекарство имелось, так что нам удалось быстро привести себя в норму. Места на ярмарке заранее распределены, так что за это можно не переживать. Мы с Марьяной делили один лоток на двоих и находился он ближе к концу. Нагулявшись, народ с радостью купит перекусить, а заодно и зелья рассмотрит. К тому же, меня многие знали и всегда покупали, даже не торгуясь.

Ярмарка в этом году выдалась особенно шумной. Три дня безудержного торга, смеха, музыки и запаха жареных пирожков с корицей – настоящий праздник для всей округи. Первые два дня я планировала торговать, а в последний – закупиться самой. Но пока что даже загадывать не стала: с моей-то удачей всё может обернуться как угодно.

Около восьми утра мы с Марьяной направились на центральную площадь. Там уже царило небывалое оживление: торговцы расставляли товар, перекрикивались через ряды, делились новостями и последними сплетнями. Воздух гудел, как пчелиный улей, а над головами то и дело проносились разноцветные ленты и флажки.

Найдя наш столик, мы с подругой быстро разложили товар – флаконы с зельями, сушёные травы, амулеты и прочие мелочи, за которыми ко мне обычно выстраивалась очередь. Я как раз поправляла вывеску «Проверенные снадобья. Без вреда для здоровья», когда услышала:

– Какая сладкая… – голос был низкий, с едва уловимым рычанием.

Подняла голову – передо мной стоял оборотень. Высокий, статный, с широкими плечами и улыбкой, явно не привыкший к отказам. В глазах – азарт охотника, в осанке – уверенность человека, который привык получать желаемое.

– Для тебя ядовитая, – улыбнулась я в ответ, не отводя взгляда.

Он чуть наклонил голову, будто оценивая меня заново.

– Конфетка моя, я знаю, как сделать тебя мягкой и податливой, – протянул он, и пара его друзей за спиной тут же разразилась похабным смехом.

Я даже бровью не повела. Вместо этого повернулась к Марьяне, уже державшей скалку в руке.

– Марьяна, ты когда-нибудь видела блохастых оборотней? – спросила я, не сводя глаз с наглеца.

– Нет, – коротко ответила подруга, сжимая скалку чуть крепче.

– А хочешь увидеть? – я улыбнулась ещё шире, потянувшись к мешочку с ингредиентами.

Я сохраняла невозмутимость, хотя внутри закипала ярость. Оборотень явно привык к лёгким победам – его самодовольная ухмылка и оценивающий взгляд говорили сами за себя. Но со мной такие приёмы не пройдут.

– Знаешь, блохастые оборотни – не самая большая редкость в наших краях, – ответила я, не отводя взгляда. – Но вот наглых – раз-два и обчёлся. Ты, похоже, из последних.

Его друзья переглянулись, уже не так уверенно улыбаясь. Сам оборотень слегка нахмурился – видимо, не привык к отпору.

– Ты зря играешь с огнём, ведьма, – процедил он, пытаясь вернуть утраченную уверенность.

Я рассмеялась:

– Огонь – моя стихия. А вот ты, кажется, забыл, с кем говоришь.

Марьяна, стоящая рядом, незаметно сжала мою руку. Я почувствовала, как она напряжена, но держится. Хорошо, что она рядом – вдвоём всегда проще. Баламут, до этого притворявшийся спящим под плащом, приоткрыл один глаз и тихо прошипел:

– Ну что, покажем ему, где раки зимуют?

Я едва заметно кивнула. Пора было поставить нахала на место.

– Слушай сюда, – сказала я, шагнув ближе к оборотню. – Если ты думаешь, что можешь заявиться сюда, размахивать своим самомнением и рассчитывать на тёплый приём – ты глубоко ошибаешься. Убирайся. И передай своим друзьям: в наших краях не любят тех, кто забывает о вежливости.

Он замер, явно не ожидая такой резкости. Его друзья начали переминаться с ноги на ногу, уже не выглядя такими уверенными.

– Ты пожалеешь об этом, – бросил оборотень, отступая на шаг.

– Сомневаюсь, – я скрестила руки на груди. – Но если вдруг решишь вернуться с извинениями – знай: я принимаю их только в письменной форме. И с печатью.

Друзья оборотня не выдержали – один из них фыркнул, пытаясь скрыть смех. Это стало последней каплей. Оборотень бросил на них злой взгляд, резко развернулся и зашагал прочь, бросив через плечо:

– Мы ещё встретимся!

– Не сомневаюсь, – пробормотала я, наблюдая, как он уходит. – Но в следующий раз – с мозгами.

– Ведьма, – рыкнул оборотень, словно ругательство. Стало обидно. – Вечно мне не везет, что ни баба, то сразу ведьма.

А вот это он зря. Не люблю, когда меня бабой называют. Продолжая мило улыбаться, мысленно произнесла проклятье. Теперь, когда этот гад обернется волком, то почувствует всю прелесть укусов блох. И вывести их не получится, пока сам не осознает, что девушки существуют не только для удовлетворения своих желаний.

– Господа, будете что-то брать или просто глазеть?

– Пошли отсюда.

Компания ушла, предоставляя место другим желающим.

В первый день продажи шли очень даже неплохо. Народу приехало достаточно, и я распродала все свои запасы всего за один день. Лучше всего расходились средства для остановки крови, заживляющие и бодрящие. Их закупали караванщики. Простой люд больше на меня рассчитывал, не смотря на то, что я не раз говорила держать дома минимальный набор. Караванщикам же зелья помогали в случае нападения разбойников, слишком много их развелось в последнее время. Ходили слухи, что из-за волнений в столице стража стала работать так плохо, что людям приходилось рассчитывать лишь на себя. У нас стражники вообще не особо спешили на помощь простым смертным. Правда, в деревнях кроме нападений животных редко что случалось, воров даже не было. А если и были, то с ними жители сами разбирались, да так, что больше и мысли не возникало что-то украсть.

– Девушка, – у прилавка возник щуплый старик. Даже не могу сказать, сколько лет ему было. – Девушка, мне нужна ваша помощь.

– Какого рода, уважаемый?

Он огляделся вокруг, убеждаясь, что рядом никого нет. Марьяна быстро смекнула и отошла в сторону, словно что-то искала.

– Мне бы средство для поднятия…, – он запнулся. – Настроения.

– Вам долговременного эффекта? – мне было не сложно догадаться, о чем шла речь. Приобретающие такую настойку всегда пытались не произносить вслух название.

– Да. У меня жена молодая, порадовать хочу.

Я сдержала улыбку – подобные просьбы не редкость, но каждый раз их озвучивали с такой таинственностью, будто речь шла о государственной тайне.

– Понимаю, – кивнула я спокойно. – У меня есть как раз то, что вам нужно. Настойка из корня женьшеня, золотого уса и нескольких других компонентов. Действует мягко, но надёжно. Курс – десять дней, затем перерыв.

Старик заметно приободрился, но всё ещё оглядывался по сторонам, словно боялся, что кто-то услышит.

– А… это… не вредно? – спросил он, понизив голос.

– Если соблюдать дозировку – нет. Наоборот, даже полезно для общего тонуса. Но важно: не больше чайной ложки в день, и ни в коем случае не сочетать с крепким вином или острыми специями. Иначе эффект будет обратный.

Он торопливо достал кошелёк, отсчитал монеты:

– Вот, возьмите. Только, пожалуйста, поскорей…

Я достала из сумки небольшой тёмный флакон с плотно притёртой пробкой, наклеила на него бумажку с инструкцией:

– Вот. Храните в прохладном месте, подальше от солнца. И не забудьте про перерыв после курса.

Он схватил флакон, как сокровище, и тут же спрятал его во внутренний карман кафтана.

– Спасибо вам, милая девушка. Вы просто чудо!

– Рада помочь, – ответила я. – И помните: здоровье – прежде всего.

Старик кивнул, ещё раз огляделся и быстро зашагал прочь, чуть сутулясь, но с заметно более лёгкой походкой.

Марьяна подошла ближе, ухмыляясь:

– Ну что, целительница всех страждущих?

– Просто знаю, что людям нужно, – я убрала кошелёк в сумку. – И стараюсь не судить.

На улицу опускался вечер, и нам удалось продать все, что было. Теперь можно отправляться домой. Подруга будет вновь готовить пирожки, а я отдыхать. Средств, вырученных сегодня, мне хватит на покупки.

Следующий день порадовал меня отличной солнечной погодой. Дотащив с подругой пирожки до прилавка, отправилась изучать ярмарку. Сегодня мы чуть-чуть припозднились, поэтому народу в самом центре оказалось так много, что приходилось протискиваться между желающими заполучить очередную обновку. Гномы привезли много кованых изделий. Некоторые из них были настолько тонкими и изящными, что с трудом верилось, что они сделаны из металла. Правда, их было не так много. Деревенским ни к чему такая красота, некуда применить. Они больше по оружию. Конечно, в деревне имелся и свой кузнец, но не все его работы были настолько хороши.

Я купила у гномов еще партию стеклянных флаконов, от души поторговавшись, иначе ни один гном не продаст товар. Уж больно любят они это дело, и редко кому удается перехитрить бородатого.

Оборотни в основном занимались защитой, но были и среди них продавцы. Среди товаров часто попадались отрезки пестрых тканей, много украшений из камней и очень красивые кружевные платки. Никто не знал, как им удается создавать настолько воздушные изделия. Секрет передается внутри клана и никогда не выходит наружу. Не удержавшись, купила себе один из платков и сразу же накинула на плечи. Еще обновила серьги, на этот раз из граната, небольшие, легкие и изящные.

А потом наконец-то добралась до эльфов. Тут естественно было очень много народу. Большинство попросту глазело на невиданных ранее остроухих, я же подошла ближе и стала разглядывать, что они предлагают. Меня окинули взглядом, словно я букашка. Один даже слегка поджал губы, но увидев мой взгляд, нахмурился.

– Ведьма? – голосок оказался певучим и звонким. Кивнула. – В таком захолустье? Удивительно.

Я уж было хотела сильно оскорбиться, но тут он положил на прилавок несколько сушеных трав. Увидев их, едва не завопила от восторга, они росли только в светлом лесу, так что можно сказать – эксклюзив. Жаба внутри взвыла от мысли о их стоимости.

– Сколько?

– Готовы на обмен.

– Какого рода? – включилась моя подозрительность.

– Мы можем поговорить об этом вечером? – вновь кивнула. – Тогда приходите в таверну, будем вас ждать.

Хм… даже представить не могу, что именно им могло понадобиться, но любопытно, что скрывать. А вот насчет красоты светлых рассказы все же преувеличены, честное слово. Худые, высокие, с длинными волосами, которым позавидует половина женщин. Глаза синие, лица надменные. Нет, не мое. Предпочитаю темных. В них и огня больше, и обаяния. Тем не менее, у эльфов нашлись поклонницы. Я заметила семейство Маудигли. Не повезло мужику, у него пять дочерей и ни одного сына. И все характером в матушку – склочные, вредные, никто замуж их брать не желал. Пару раз они пытались затащить понравившегося парня на сеновал, дабы там их застали за непристойным поведением и повели в храм. Но пока никому не удавалось этого добиться. И вот похоже, пара девиц решила выбрать себе в мужья эльфов. Как-то слишком плотоядно они посматривали в их сторону. Даже немного жаль бедолаг, еще не знают, как они попали.

– Велена, – окликнул меня Говард, глава караванщиков. – Рад тебя видеть.

– Я тоже, – подошла и присела рядом с ним. – Как торговля?

– Неплохо. В этом году, как ни странно, все проходит удачно. Было одно нападение по дороге, но мои парни быстро отбились и отделались лишь парой царапин. Кстати, твои зелья помогли, так что я пополнил запасы. И вообще, хочу сделать у тебя индивидуальный заказ, если ты не против.

– Я не успею, – развела руками. – Тут нет возможности что-то приготовить.

– Понимаю. Я имел в виду на будущее. Вот список, – мне протянули лист с аккуратными записями.

– Хм…, на некоторые мне понадобится не менее десяти дней. Есть сложности в приготовлении, да и в лес придется идти за ингредиентами.

– Я готов ждать и заплачу по столичным меркам.

Его слова меня сильно удивили, ведь в городе вышло бы дешевле, поэтому я внимательно посмотрела на Говарда.

– Моя дочь через два месяца выходит замуж за орка. Они уезжают жить в степь, и я не могу отпустить ее без хоть каких-то зелий. Их шаманам у меня веры нет.

– Все сделаю в лучшем виде и пришлю весточку.

Конечно, я сильно удивилась такому сочетанию пары, но мой собеседник утверждал, что это любовь, и он смирился. Несколько раз он пытался объяснить дочери, что жизнь в степи сложна и муторна, но та не желала слушать. Поэтому Говард решил обезопасить дочь и снабдить зельями практически на все случаи жизни. Мне он доверял больше, чем столичным, вот и сделал заказ. Приятно. Мы договорились, что как все будет готово, то он закажет одноразовый портал для доставки. Стоили такие достаточно дорого, но это быстрее, чем добираться из столицы.

Потом мы немного поделились сплетнями. Точнее, я послушала о том, что творится за пределами нашей деревни. Поговаривали, что назревает война с вампирами. Острозубые считали, что их территория слишком мала, и хотели ее расширить. Почему-то за счет территорий людей. Хотя, с другой они граничили с троллями, воевать с ними нет смысла – зубы обломают.

Король так же ищет невесту для своего сына. Тот уже достиг брачного возраста, но на уме у него лишь развлечения. Сейчас он проводит время в одном из имений в обществе друзей. Мда, хорошее у нас продолжение рода и будущего страны.

На пустынном острове вновь проснулся вулкан и сейчас многие ждут, каких последствий ждать. В прошлый раз это произошло более сотни лет назад и тогда открылось сразу несколько разрывов, сквозь которые проникли грызли. Их было так много, что во всем мире наступил трехдневный траур. Боюсь представить, что случится в этот раз.