Читать книгу Акармара - Ольга Козырева - Страница 1

сентябрь 1993

－ Саша, пожалуйста, осторожнее!

－ Хорошо, Шура,ты только не волнуйся.

－ Саша, тише! Дорога вся в колдобинах!

－ Что ты! Тебе показалось! Давно по шоссе едем!

－ Как ты можешь это видеть! Меня трясёт постоянно, значит, ещё на грунтовке!

－ Хорошо, я сбавлю скорость!

－ Да, пожалуйста. В таком «молоке» совсем ничего не видно!

－ Мне видно!

Из-за треска мотоцикла и очень плотного, матово-белого, тумана, скрадывающего звуки, им приходилось кричать. Этой дорогой они ездили на волжскую дачу уже лет сорок. Но Шурочка, Александра Александровна, каждый раз очень беспокоилась, особенно сегодня, девятого сентября, в день их рождения.

Такой дивный день сегодня выдался. Как всегда решили сбежать на Волгу, порыбачить, посидеть у костра, распить бутылочку шампанского вдвоём. На берегу никого и погода идеальная. Вот только сейчас в такой туманище попали, что пришлось плащи брезентовые доставать, чтоб не вымокнуть…

В следующем году сбежать не получится. Сплошные юбилеи. От торжественного празднования не отвертеться. Бывшие сослуживцы, соседи, все придут…Может быть, друзья-«апостолы» смогут из столицы подтянуться, останутся на недельку…Давненько они не виделись…

Александр Васильевич получил чувствительный толчок в бок и услышал крик жены:

－Саша, стой! Саша разворачивайся! Немедленно разворачивайся!

Мотоцикл плавно остановился и Александр Васильевич повернул голову к жене. Как он мог так задуматься, что не слышал её! Стареет…

－Что? Тебе плохо?

－Срочно разворачивайся! Я там видела что-то! Ты медленнее поезжай.

Взревел мотор их старенького, но верного «коня». Не раздумывая ни секунды, бывший лётчик, лихо развернувшись, повёл мотоцикл на малой скорости по встречной полосе.

Через несколько метров из тумана «выплыла» обшарпанная, зелёного когда-то цвета, остановка. Внутри, на скамейке, сложившись как перочинный ножик, подтянув колени к подбородку и обхватив ступни руками, дрожал некто как тростиночка тонкий.

Александр Васильевич помог жене выбраться из глубины коляски. Откатил мотоцикл с асфальта на грунтовку («Ага, всё-таки они уже на шоссе, он был прав!»). Проверил, горят ли фары. Кинув на сиденье давно потерявшие свой вид перчатки, он присоединился к Шуре. Та уже стояла возле ребёнка.

Девочка лет десяти-двенадцати. Вместо одежды одни лохмотья. Босиком, ступни все в крови. Короткие волосы намокли, прилипли ко лбу и расцарапанным скулам. Длинные, тонкие, поджатые к телу голени в кровоподтёках и ссадинах. Руки с содранными ногтями. Александр Васильевич подумал внезапно, что если расцепить кольцо рук, то каждая часть тела девочки начнёт дрожать самостоятельно.

Лицо продолговатое, синюшнее, никакой тебе детской припухлости. Губы бледные, крепко сжаты. Из изящного породистого носика тонкой струйкой тянется сукровица. Отсутствующий взгляд, слишком светлые глаза смотрят куда-то в неведомое.

－ Она жива? － шёпотом спросил он жену. － Что она здесь делает? Автобусы несколько лет назад на этом маршруте отменили!

Шура раздражённо глянула на него:

－ Конечно жива, она же дрожит! Что ты стоишь столбом? Тащи аптечку! Водки у нас собой нет?

－ Откуда? Сегодня же только шампанское брали…

－ Давай, давай,быстрее, и свитер свой из рюкзака вытащи!

Сама она тем временем осторожно, словно к очень хрупкой стрекозе, прикоснулась к запястью девочки и попыталась нащупать пульс. Александр Васильевич сосредоточенно рылся в рюкзаках.

Если кого-то необходимо спасти и Александра оказывалась рядом, можно не беспокоиться. Фронтовая медсестра действовала чётко и безошибочно. Все в городе знали, если за тобой «ходит» тётя Шура, то никаких тяжёлых последствий после операции не жди. Через две недели на выписку!

－ Саша, ты скоро? И носки поищи, хоть какие!

Голос жены звучал глухо и далеко, словно из другой комнаты в конце длинного коридора. Очень напряжённый голос! Александр Васильевич оперативно завершил поиски и поспешил к остановке.

Сочинив из бинта и ваты подобие тампонов и щедро смочив их перекисью водорода, Шура, легко дотрагиваясь, промакивала ссадины и порезы. Девочка никак не реагировала. Александр Васильевич держал в одной руке раскрытую коробку с аптечкой, второй прижимал к груди свёрнутые свитер и носки, прикрыв вещи полой плаща, чтоб не пропитались влагой, с тревогой наблюдая как жена пытается нежно и ласково расцепить девчоночьи руки. Безуспешно. Ребёнок не реагировал ни на голос, ни на прикосновения…

－ Ладно, была не была! － с этими словами Шурочка вскрыла пузырёк с нашатырным спиртом и подсунула под переставший кровоточить носик.

Девочка неожиданно сильно чихнула, отчего ноги и руки разомкнулись, опали и безвольно повисли. Она заморгала и с испугом уставилась на двух непонятных существ в объёмных балахонах.

Одно － высокое, с худым, вытянутым, загорелым до черноты лицом, на котором широко раскрытые серые глаза под густыми кустистыми бровями смотрелись слишком большими. Другое в половину ниже ростом, с круглым румяным личиком. Чёрные глазки и маленький носик тоже кругленькие, а бровей почти нет, только тонкая изогнутая ниточка.

－ Кивни, пожалуйста, если ты меня слышишь и понимаешь. Или, хотя бы, моргни, － проговорило то существо, что пониже, приятным женским голосом.

Девочка кивнула. Существо радостно улыбнулось и всем телом повернулось к высокому.

－ Свитер и носки принёс?

Услышав подтверждающий ответ высокого, посмотрело участливо и сообщило:

－ Я сейчас тебе на ножки носочки натяну. А потом мы с тобой попробуем встать и одеть свитер. Не бойся, они мягкие, колоться не будут. Хорошо?

Девочка ещё раз кивнула и протянула одну ногу, как бы подтверждая своё согласие. Через мгновение её израненные ледяные ступни оказались в ласковом тепле.

－ Это козьи, － пояснила существо с женским голосом. － Я у бабы Дуни пряжу покупаю, у неё самая нежная пряжа выходит. А теперь, давай попробуем встать! － предложила она. － Не бойся, поддержу тебя под руки.

－ Подожди, Шура, － раздался вдруг более грубый голос существа высокого, и девочка съёжилась, как от удара, её затрясло сильнее. － Ты так торопишься. Вдруг она встать не может?

－ Ты мне ребёнка испугал, Саша! Помолчать не мог? Ты же видишь, над ребёнком совершено насилие и тут ты со своим басом!

Высокий нахмурился, но промолчал.

－ У тебя болит что-нибудь сильно? － спросила женщина. － Голова, или живот, или нога?

Девочка попыталась разлепить губы и произнести хоть слово, но не смогла и только отрицательно покачала головой.

－ Вот и хорошо, тогда встаём. Саша! Приготовь свитер!

Операция прошла более чем удачно.

Свитер оказался большим, почти до щиколоток. Плотно связанная вещь дарила тепло и девочка решила, что ни за что теперь с ним не расстанется.

－ Ну вот, можно и познакомится. Меня зовут тётя Шура, а это мой муж, дядя Саша. Ты скажешь нам своё имя?

Девочка пожала плечами.

－ Ну и не к спеху! － бодро заключила тётя Шура. － Пора нам отсюда выбираться. Я сейчас заверну тебя в свою накидку и мы устроим тебя в коляске мотоцикла. Ты знаешь, что такое мотоцикл?

Девочка кивнула.

－ В областную больницу? － громко крикнул Александр Васильевич, заводя мотор, пока заслуженная медсестра устраивалась позади него на узковатом для неё сидении.

－ Домой, Саша! И, пожалуйста, вези нас очень аккуратно!

Туман, казалось, стал гуще…