Читать книгу Люди в белых хламидах - Ольга Обская - Страница 11

Глава 9
Первая пара

Оглавление

Лера едва поспевала за Элианой, которая вела ее к учебным корпусам. В голове неприятно потрескивало. Казалось, собраться с мыслями ближайший час будет нереально. Не помог даже крепкий кофе, который подавали на завтрак в студенческой столовой. Хотя Даркус и отпустил вчера с ночного дежурства пораньше, подремать удалось не больше трех часов. Перед сном Элиана решила расспросить Валерию, как ей понравилась работа врачей реанимации, и разговор затянулся допоздна. Лера ощущала острую необходимость поделиться с кем-то впечатлениями и о медиках, и о пациенте, а Элиана неожиданно оказалась внимательной слушательницей. Тогда, ночью, Валерия была благодарна блондинке, но теперь поглядывала на нее косо. Если б та вовремя пресекла бесконечный разговор, то Лере теперь не казалось бы, что у нее в голове потоптались мамонты.

– Эли, не лети ты так, – недовольно буркнула Валерия.

– Опаздывать нельзя, – нравоучительно изрекла Элиана. – Можно внеочередное ночное дежурство заработать.

– У вас что, так наказывают за опоздание?

– У нас так наказывают за все.

– Замечательная идея, – с сарказмом проворчала Лера. – Человек отдежурил ночь, не выспался – немудрено, что опоздал. Нет бы отгул какой дать. Ага, щас. На тебе новое дежурство, чтобы уж совсем свалился замертво.

– Ничего, – усмехнулась Элиана, – со временем привыкнешь к бессонным ночам. К тому же тебе еще повезло. Первой парой у нас ВР, можно будет подремать немного.

– Что за ВР?

– Вымершая речь. Язык медиков, аналог вашей латыни.

– Ужас какой-то, – опять недовольно пробормотала Лера. – Никогда не понимала, зачем у нас бедных врачей заставляют эту латынь учить. Пережиток какой-то. Ну, а у вас и подавно. Вот объясни мне, зачем нужен мертвый язык, когда есть живой?

– Насчет вашей латыни не знаю. А наш мертвый язык, кстати, он называется джи, очень даже нужен. Несколько столетий назад наш мир населял интересный народец – джиды. Они обладали уникальными знаниями в области медицины и оставили после себя множество манускриптов. Тексты эти до сих пор расшифрованы не все. И до сих пор временами попадаются описания неизвестных на данный момент лекарств и медицинских методик. В библиотеке Академии собраны сотни тысяч свитков. Идет работа по их расшифровке.

– А куда же делись сами джиды? Почему от них остались только манускрипты да мертвый язык?

– Считается, что частично они перемешались с другими народами. И сегодняшние менталисты и эмы – это их потомки. А вот куда делась основная масса джидов – неизвестно.

– Ясно, – кивнула Лера. Судьба таинственного народа интересовала ее куда меньше, чем дисциплина, которую предстояло осваивать, поэтому поинтересовалась: – Наверное, ВР считается сложным предметом?

– Не столько сложный, сколько нудный. Но для тебя, думаю, будет самым простым. Для его освоения никаких особых талантов, никаких паранормальных способностей не нужно – только зубрежка.

– Терпеть такие предметы не могу, которые «только зубрежка», – с досадой произнесла Лера.

– Как же ты тогда на юриста пошла учиться? Ведь там, наверное, «только зубрежка» – девяносто процентов.

Именно! Поэтому Валерии и не хотелось поступать в юридический. Она ощущала себя творческой личностью. Ей нравилась деятельность, где нужен полет фантазии, импровизации и экспромты. Да она бы лучше до скончания веков «доброй феей» проработала, чем копаться в бумажках, разбираться в скучных законах, где шаг вправо, шаг влево – расстрел. Какая импровизация, когда в документах не то что каждое слово, каждая буковка, каждая запятая должны стоять в строго отведенном для них месте? Скукота.

– А ты ведь в юридический не по своей воле поступила, – догадалась Элиана.

– Да, – решила не притворяться Лера. – Отец настоял.

– Мой тоже выбрал мне профессию за меня. Хотел, чтобы пошла по его стопам. Стала угадай кем?

– Неужели юристом?

– Ага, – кивнула блондинка и, хохотнув, добавила: – Прикинь, как у наших отцов мысли сходятся. Только копаться всю жизнь в бумажках – не мое. При первой возможности сбежала из дома и поступила туда, куда хочу.

– Ого! Круто! – искренне восхитилась Лера. – И что отец?

– Да ничего. Лишил материальной поддержки, и все, – усмехнулась Элиана. – Нет, будь его воля, он бы меня проклял. Только как? Мои ментальные способности превосходят его в несколько раз – он не может наложить на меня никакое проклятие.

– А как ты выживаешь без его денег?

– У интернов хорошие стипендии – вполне хватает. Главное, чтобы не было хвостов, иначе стипендии лишат.

Лере бы тоже «без хвостов» не помешало. И хоть, как она поняла, кормят студентов сытно и совершенно бесплатно, но ей же нужны средства на то, чтобы купить все необходимое. Элиана, конечно, за порцию электона готова поделиться и одеждой, и ручками-тетрадками, и средствами гигиены, и вообще всем чем угодно, но Лере не нравилось, что таким обменом она потакает пагубному пристрастию блондинки.

Наполнивший коридор громкий звук бьющегося стекла заставил инстинктивно пригнуться. Элиана, наблюдая за реакцией Леры, засмеялась и попыталась перекричать громыхание:

– Не пугайся. Это звонок на первую пару.

– Креативненько, – с сарказмом заметила Валерия. – Что же вы звук разрывающихся бомб в качестве мелодии звонка не установили?

Блондинка, не отреагировав на реплику, схватила Леру за руку:

– Бежим! Еще успеем обогнать Одувана.

– Кто это?

– Видишь впереди нас чувака в синей мантии? Это препод по ВР. Наша задача заскочить в аудиторию вперед него.

Лера со всех ног помчалась вслед за блондинкой. Хотя такой бешеной скорости, в общем-то, не требовалось. Студентки с легкостью опередили преподавателя, который передвигался крайне неторопливо.

Аудитория, понятное дело, оказалась огромным помещением с колоннами и куполообразным потолком. Но в остальном была похожа на лекционные залы родного юридического. Доска, стол преподавателя и ступенчатые многоуровневые ряды кресел.

Блондинка потащила Леру на последний ряд:

– Если хотим подремать – нам сюда.

Когда преподаватель зашел в аудиторию, Валерия и Элиана уже успели удобно устроиться в креслах.

– Одуван – это имя или прозвище? – поинтересовалась Лера, разглядывая высокого статного профессора.

– Прозвище.

– От слова одуванчик?

– Ага. Профессор Вилдэр – настоящий божий одуванчик. Только по габаритам крупноват, поэтому и Одуван.

Преподаватель снял с головы четырехугольную шапочку с кисточкой, и Лера с трудом сдержала смешок. Короткие седые волосы топорщились вверх. Похоже было, что голова покрыта равномерным слоем пуха. Что тут скажешь – вылитый Одуван.

Профессор поздоровался со студентами и начал диктовать тему лекции.

– Можешь не записывать, – шепнула блондинка.

– Как же мы к следующему занятию готовиться будем?

– Айкен ведет подробный конспект по ВР. Возьмем у него.

У Айкена так у Айкена. Лера отложила тетрадь и попробовала просто слушать профессора. Голос преподавателя был довольно тихим и невыразительным. Теперь стало понятно, почему Элиана считала, что на лекции по ВР можно выспаться. Профессор бубнил так монотонно, что глаза начали слипаться сами собой.

Лера решила последовать примеру Элианы. Сложила руки на парту и пристроила на них голову. Однако стоило сомкнуть веки, как перед мысленным взором встала картина, которую Валерия вчера наблюдала в реанимации: Пашка с огромной раной на груди. Лера вздрогнула – сон как рукой сняло.

– Что? – недовольно буркнула Элиана. – Проснулся интерес к мертвому языку?

– Да. Послушаю немного профессора, – шепнула Лера. – А ты спи.

– Поспишь тут, – проворчала блондинка. – Что тебе покоя не дает?

– Понимаешь, я все думаю, не может же быть совпадением, что и я, и Пашка оказались на грани жизни и смерти в один день. Или может?

– На совпадение не похоже, – согласилась Элиана.

– Вот именно. Получается, кто-то хотел нас обоих убить.

– А что вас с ним связывает кроме работы?

– Да, в общем-то, больше ничего. Учится он в другом вузе, в Политехе. Живем в разных концах города. Даже круг друзей у нас разный.

– Но, может, есть какие-то общие знакомые?

– Ну, есть, конечно. Например, Егор, брат Пашки, и Лика, моя подруга, – они встречаются.

– А твой Пашка, случайно, за этой Ликой не приударял? Может, Егор его приревновал?

– Да ну, полная ерунда. И при чем тут тогда я?

– Ну, ты же не помнишь пятницу. Может, застукала этого своего Павла с Ликой и рассказала об этом Егору. Лика столкнула тебя с высотки за предательство, а Егор напал на Павла из ревности.

– Мексиканский сериал какой-то, – фыркнула Лера. – И Лика, и Егор, и Павел – все трое совершенно адекватные и на такие поступки не способны. К тому же к твоей версии не вяжется мой подвенечный наряд.

– Не вяжется, – согласилась Элиана. Потом, немного подумав, добавила: – Тебе надо на эмов выйти. Узнать у них детали. Хоть и расплывчато, но что-то они видели перед тем, как вас с Павлом переместить.

– А как мне на них выйти?

– Хороший вопрос, – задумалась блондинка. – В твоем случае вижу пока единственный путь – через Даркуса.

– Думаешь, он поможет?

– По доброте душевной вряд ли. Но попробуй сделку. Даркус тяжелый человек, однако у него есть уязвимое место – Илдред. Рано или поздно декан снова обратится к тебе с просьбой повторить попытку вылечить сына. Диктуй ему условия.

– Как-то это неправильно – играть на отцовских чувствах.

– Забудь о морали, когда речь идет о Даркусе.

Люди в белых хламидах

Подняться наверх