Читать книгу (Не) родной сын для майора Абрамова - Оливия Стилл - Страница 8

Оля

– Господи, да! Сашка, еще… – раздался женский протяжный стон, и меня снова будто ударило током.

Я застыла на пороге, сжимая ладонь Матвея, и почувствовала, как кровь приливает к голове, заглушая остальные звуки. Матвей удивлённо поднял глаза, но я резко развернула его и буквально вытолкала на улицу.

– Матюш, иди на площадку, поиграй пока. Я… хочу сделать папе сюрприз, ладно? – мой голос дрожал, но я изо всех сил старалась улыбаться сыну.

Матвей кивнул, всматриваясь мне в лицо своими большими, серьёзными глазами, так похожими на глаза человека, которого я запрещала себе вспоминать.

– Ты скоро, мам? – спросил он осторожно. В его голосе явно звучало беспокойство, и от этого моё сердце больно сжалось.

– Скоро, малыш. Иди, – прошептала я, чувствуя, как дрожат губы.

Матвей побежал к детской площадке, а я, тяжело сглотнув ком в горле, вернулась в дом. Меня трясло от гнева и отвращения, смешанных с отчаянием, которое не отпускало меня уже шесть лет. Каждый раз одно и то же… Те же мерзкие звуки, те же пошлые слова, то же унижение. Как будто судьба решила снова и снова возвращать меня в ту самую ночь, когда меня предал «тот самый мужчина».

Я что, не усвоила урок?! За что мне все это?!

Я запретила себе произносить даже его имя. Оно приносило слишком много боли, особенно учитывая, что мой сын был его копией.

Матвею недавно исполнилось пять, и он был так похож на него – высокий, подтянутый и удивительно сильный для своего возраста. Даже его внезапная страсть к спорту была совершенно чуждой и мне, и Саше. Бокс, плавание, футбол – он словно пытался найти себя или… кого-то другого, кто мог быть ему ближе, чем его «отец».

Сердце болезненно ударилось о рёбра, когда я дошла до двери кухни и резко её толкнула.

На кухонном острове, среди разбросанных бокалов, я увидела Сашу, совершенно голого и поразительно бесстыдного. Какая-то длинноволосая брюнетка, вздрагивая от страсти, цеплялась за его плечи. Увидев меня, она пискнула и тут же начала в панике натягивать на себя платье, схватив сумочку и босиком метнувшись мимо меня к выходу, пискнув какие-то нелепые извинения…

Мне даже не хотелось поворачиваться вслед. Ничего нового.

– Опять? – холодно бросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от омерзения.

– Саша, хотя бы не здесь. Здесь твой сын ест…

Он лениво усмехнулся, не торопясь прикрываться.

– И что? Я здоровый мужик, мне нужен секс. Ты его мне не даёшь. Или передумала? – Его губы изогнулись в гадкой усмешке.

– Размечтался. Никогда, – процедила я, сжав кулаки до боли.

Саша резко шагнул вперёд, нависнув надо мной своей массивной фигурой, заставляя меня вжаться в дверной косяк.

– Мне плевать. Захочу – заставлю, и ты будешь выполнять всё, что я скажу, вместо этих бесконечных баб, – прорычал он мне прямо в лицо.

– Не заставил же пока, – прошептала я, чувствуя, что воздуха катастрофически мало.

– Условия нашего договора составлял ты…

– Ты сама ко мне прибежишь, стоит только пальцем щёлкнуть. Ты на крючке, дорогая. Сын записан на меня, и если ты в тюрьму загремишь, он останется со мной. А мне всего лишь стоит обнародовать несколько документов и… Вуаля. Нравится перспектива?

От его слов холод пробежал по спине, и я задрожала.

– Ты не посмеешь…

– Ну вот тогда и закрой рот и перестань предъявлять мне претензии, – холодно выплюнул он.

– Захочу – буду водить баб даже в детскую. Усвоила?

От него пахло алкоголем. Полдень, а он уже пьян… Значит, на работе проблемы. Мне стало ещё тревожнее, и я заставила себя говорить спокойнее и перевести тему:

– У Матвея теперь ранние тренировки, основной тренер в отпуске. Мы могли бы на это время переехать в городскую квартиру. Ты ведь не против?

Он отошёл, медленно натягивая на себя штаны, даже не пытаясь скрыть раздражения:

– Я тоже поеду с вами. Послезавтра двинем.

– Нам нужно уже завтра, – осторожно возразила я.

– Давай мы сегодня поедем, а ты приедешь, как сможешь?

Чернов тяжело вздохнул, оглянулся и, приблизившись снова, ухватил меня за подбородок:

– Только без глупостей, Оль. Ты даже не успеешь сбежать, будешь в розыске через пару часов.

Я судорожно кивнула:

– Я поняла…

– Вот и умница, – отмахнулся он, отпуская меня и направляясь к бокалам.

– В субботу ужин с Грековыми. Купи себе что-то соблазнительное. Грекову нравится твоя фигура, а мне нужна его подпись на важном документе.

Я похолодела, чувствуя себя грязной и униженной до предела. Чернов снова собирался выставить меня как вещь, как игрушку, чтобы добиться своих целей. Да, до сих пор никто себе ничего не позволял, но роль манекена на его показательных ужинах меня убивала.

– Оля, я непонятно выразился? – его голос стал резче, опаснее.

– Поняла. Можно идти? – мой голос дрожал, но я старалась не смотреть ему в глаза.

– Вали. Приеду послезавтра. Приготовь ужин, надоела ресторанная еда.

Я коротко кивнула и быстро выскользнула из кухни, чувствуя, как бешено колотится сердце. Только выйдя на улицу, смогла нормально вздохнуть, глотая свежий воздух и пытаясь унять дрожь.

Всего пара дней свободы.

      Целых пара дней без него!

И пусть впереди снова был ад, пусть снова унижение и боль, но сейчас я могла думать лишь о том, что хотя бы на эти короткие мгновения я смогу вдохнуть полной грудью.

Подняв голову, я увидела Матвея, который махал мне рукой с площадки, и сердце сжалось снова. Я улыбнулась ему, пряча слёзы и боль глубоко-глубоко внутри. Ради него я выдержу всё. Я справлюсь. Я должна.

Потому что он – моя единственная причина жить дальше.