Читать книгу Ты меня поймал - Риша Вольная - Страница 3

Лара

О том, что я сглупила, стало понятно через пять минут моего присутствия на балу.

Это не моё, все равно что уличную кошку попытаться с первого раза приучить к лотку и миске, а она всё равно норовит нагадить вам на ковер. Гадить я, конечно, нигде не собиралась, а вот исчезнуть очень хотелось.

Сплошное «слишком» вокруг меня. Слишком много людей в дорогой одежде и с пафосными лицами, слишком тесно, шумно и так много парфюма.

Но я обещала и потому смиренно шла за подругой, точнее, она меня волокла за локоть в самую пущу событий.

– Мотылёк, нам надо засветиться как можно лучше, – уверенно шептала Натали, что приходилось напрягать не только мышцы ног на высоких каблуках, но и уши.

– Вознесенская, ты и так светишься на пару метров вокруг себя, – постаралась её успокоить. – Твои камни на платье любого заставят обернуться.

Или упасть под туфли, как тот олень под колёса ночью на дороге в свете фар.

– Скажешь тоже, – фыркнула подруга, но явно более довольная, чем минуту назад.

За разговором не заметила, как мы оказались в центре бальном зале. Сейчас здесь все прогуливаются, попивая что-то из высоких и прозрачных как слеза бокалов, но скоро начнутся танцы. И если у Вознесенской есть свой план – выкинуть меня в это сборище, то мой кардинально отличается – свалить на балкон, который я приметила ещё с улицы.

И, чтобы её величество Победа оказалась на моей стороне, мне надо поскорее найти этого графа и передать с рук на руки трепещущее тело Натали.

– Мотылёк, ты, самое главное, не переживай. У тебя всё получится, – улыбается подруга и ласково гладит по тыльной стороне моей холодной ладони.

– Спасибо. Надеюсь.

Мы с ней о разном, но слова поддержки всегда к месту. Мне жутко неуютно под сканирующими взглядами мужчин и надменными женщин. Хочется снова вернуться в свою квартиру, где меня ждёт любимый мольберт и новый заказ на портрет. Только там с красками и кистями я чувствую уверенность, готовая сражаться с любыми драконами. А тут … бррр…

Пока Наташа оглядывается в поисках объекта и заодно машет знакомым, я решаю оглядеться, так как просьбу подруги – познакомиться в интернете с профилем и анфасом её будущей любви на всю жизнь – выполнить позабыла и не успела, потому помощник в розыске я никакой. Тем более лично для меня здесь есть, на что посмотреть.

Зал чудесный, как в принципе и всё здание с высокими шпилями, широкими мансардами и милыми башенками по бокам. Одним словом, замок.

Внутри тоже продумана каждая мелочь, и чувство, что я попала в романы Джейн Остин, меня не оставляет: колонны, паркет, высокие стены с газовыми рожками в украшении стекляшек, прекрасные канделябры и гвоздь зала – пятиэтажная сверкающая камнями и огнями люстра в середине куполообразного потолка, с которого на вас смотрят нимфы, ангелы и непорочные девы с младенцами.

Если бы кто-то смог убрать от меня это «слишком», то я готова несколько часов кряду любоваться этими потолочными картинами.

– Ларочка, спустись с небес, – одергивает меня подруга, не давая даже шанса подробнее рассмотреть это чудо. – Упадёшь же, не приведи господь.

Упасть – это вряд ли, а вот подвернуть ногу запросто. На таких-то ходулях, гордо именуемых Вознесенской шпильками, даже медленно ходить сложно. Стопы с непривычки ноют, и желание сбросить обувь растёт с каждой минутой.

Но графа, как назло, всё нет и нет. И голубые глаза подруги становятся всё менее лучезарными, уступая грустному серому. Мне её искренне жаль, но затея с этим знакомством изначально была хлюпкая … и ненадёжная.

Звучат первые аккорды вальса, значит, вот-вот начнётся первый танец, а мои поджилки начинают дрожать в такт музыке. К нам с Наташей устремляются сразу несколько мужчин представительного класса, примерно под сорок, с сединой в висках и, я уверена, с приличным количеством нулей на счёте в банке.

А ещё я нутром чую подвох. Сейчас это коварная девушка впихнет моё тельце в чьи-то чужие руки с цепкими колючими пальцами. Боже мой!

Уверенно отступаю назад, собираясь избежать участи – быть облапанной кем-то из этих двоих.

– Клара, прошу… – как церемониймейстер начинает вещать Ната, оборачиваясь ко мне, ускользающей в толпу снующих людей. – Клара…

– Я скоро вернусь, Натали. Мне нужно немедленно перезвонить заказчику, – безбожно вру, даже не надеясь, что она поверит.

Врать, как нам обеим известно, я не умею. Меня выдают метание глаз, сбившееся дыхание и комичное выражение лица по версии той же Наты – «Будто тебе срочно в туалет надо».

Будем надеяться, мужчины мой побег оценят именно так, и не будет потом обид. Если они вообще меня заметили …

Балкон – конечная цель моего шествия. Шагаю уверенно, бросая робкие улыбки и извинения, когда галантно обплыть людей не выходит и приходится буквально протискиваться через них.

Едва оказываюсь снаружи, мне становится невыносимо хорошо. Ночное небо, прохладный ветер на разгоряченных щеках, и я, довольная, делаю большой глоток яблочного сока. Ещё на входе при раздаче напитков я попросила любезного юношу налить мне вместо шипучки и прочего алкоголя обычный сок. Вышло мило, на вид мой напиток смахивает на коньяк, так что подлог с первого раза и не раскусить.

Ближе к балюстраде стоит несколько плетеных кресел с пледами и круглый столик для желающих полюбоваться ночными пейзажами. Хромаю из последних сил туда.

Лихо приподнимая свою длинную юбку платья, усаживаю свою пятую точку в ближайшее кресло и с наслаждением закидываю ноги на противоположное сиденье.

Я, окрылённая комфортом, откидываюсь всем телом на спинку кресла и снова делаю глоток сока.

– Божечки, какая благодать! – неожиданно громко вырывается из меня, когда я ещё и туфли скидываю.

Радостно шевелю одеревеневшими пальцами, пытаясь восстановить в несчастных кровоток.

– Не могу с вами не согласиться, – раздаётся позади меня глубокий мужской голос, вызывая в теле волну мурашек.

От неожиданности и страха.

Лео

Долгожданный вечер открытия моего детища состоялся, а эйфория так и не наступила. А ведь казалось, что, если у меня всё получится, эта пустота внутри тела, что бесконечно пожирает, уйдёт.

Я пообщался с гостями ровно двадцать минут, чтобы принять решение – на остаток сборища схорониться в тишине и покое.

Вечер сегодня прохладный, сказывается приближение осени, а потому желающих прогуляться на свежем воздухе почти нет, поэтому сразу укрылся на балконе в шикарных зарослях вдоль стены. Тут даже небольшая скамеечка имелась, наверное, для крайне стеснительных влюбленных пар.

Расслабленно откинулся, привычно перебирая в памяти распорядок дня на завтра. У меня не просто бизнес, а огромная империя в разных областях, припудренная политикой, и вся эта махина, вроде как работающая сама по себе, требует неусыпного контроля – моего, отцовского и, естественно, материнского.

А теперь и мой новый больничный филиал для лечения редких генетических заболеваний в официальной версии, а в реальности – ширма для совершенно иного вида деятельности. Здесь в первое время приходится держать руку на пульсе, чтобы избежать в будущем ненужных проблем.

Но едва мысли плавно потекли, выставляя в памяти галочки напротив особо важных дел, как неровный и какой-то крадущийся стук каблуков по мраморной плитке меня сбивает.

Если это очередная моя будущая невеста и мать моих детей или любимая будущая тёща, я реально сбегу, даже не выражая никакого знака почтения. На сегодня уже достаточно…

Но девушка в длинном платье цвета капучино, прихрамывая, уверенно шагала к небольшой зоне отдыха, не замечая меня. Зато она передо мной была как на ладони.

Пепельные волосы, уложенные в высокий элегантный пучок, открывали длинную изящную шею и плечи, которых касались намеренно оставленные пряди. В свете луны и фонарей они переливались, напоминая живое серебро. Дивный цвет волос.

Кукольная мордашка с розовыми щеками и припухлыми губами, которые их обладательница нещадно терзала, видимо, страдая от неудобной обуви, выдавала юный возраст девушки.

Мне бы, согласно всем канонам разумности, сидеть и дальше в своей безопасной тени, но желание увидеть глаза этой лунной бабочки не давало покоя. А ещё меня смущал тот факт, что я её не знаю.

А я всегда и всё знаю! Тем более на вечере, устроенном мною.

Пока метался в терзаниях «быть или не быть», незнакомка, подхватив подол платья, тем самым открывая точечные икры, с выдохом полного удовлетворения расположилась в одном из кресел, а потом уложила ступни на другое и наконец-то сбросила туфли на пол.

Я сдался.

– Не могу с вами не согласиться, – нарушаю заветную тишину и любуюсь неестественно прямой спиной девушки, которая после моих слов словно дышать перестала.

Неспешно шагаю к ней, не отрывая взгляда от замершей фигурки ни на секунду.

Незнакомка смотрит только перед собой, и то, что она ещё живая, выдаёт едва заметное дрожание пальцев на тонком стекле её стакана с напитком.

– Добрый вечер, – вспоминая о правилах приличного поведения, я чуть склоняю голову в поклоне. – Не помешаю вам?

Кажется, бабочка всё также не дышит, рассматривая меня слегка расширенными, но потрясающими голубыми глазами. Летнее лазурное небо – вот такая белиберда приходит на ум.

Но меня радует, что, в отличие от монументальности её позы, на лице сменяется гамма эмоций, и нежелание общаться с кем-либо из них главная.

Мне бы сейчас откланяться, пожелав доброго вечера, но меня не отпускает новое желание. И даже не одно.

Её голос. Её улыбка. Хочу их увидеть.

Поэтому я делаю невозможное по всем меркам этикета.

Нахально улыбаюсь и, подхватив одной рукой её ножки за тонкие щиколотки, приподнимаю, чтобы самому усесться в кресло, где секунду назад лежали ее ноги.

Незнакомка оживает и запоздало дёргается, пытаясь освободиться, но я не намерен её отпускать. Чутьё подсказывает – сбежит. Поэтому, продолжая удерживать, укладываю голые ступни с аккуратным педикюром в тон платью к себе на бедро.

– В вашем случае самое лучшее – это размять мышцы, – тоном как минимум доктора медицинских наук заявляю я, слегка поглаживая абсолютно холодные стопы.

К чудесным распахнутым глазам присоединяется приоткрывшийся от удивления рот. Её губы шевелятся, силясь передать нечто, но звука нет.

Немая что ли?!

Чуть сжимаю нежную кожу, растирая и разминая, при этом не отрывая взгляда от взволнованного лица. Там так много всего отражается, что даже я теряюсь.

– Вы с ума сошли, – наконец-то выдаёт первую реплику незнакомка.

Определённо, но ей об этом знать не следует.

Молчу и любуюсь ожившей статуэткой моей бабочки. Волна смущения затопляет её щёки и шею нежно розовым цветом, заверяя меня, что передо мной совсем юная и неопытная ромашка.

Интересно, и как этот простой цветок оказался в моём экзотическом саду?!

– Отпустите! – уже на октаву выше и требовательнее заявляет мелодичный голос бабочки, кажется, даже её пряди волос подрагивают от возмущения.

Наверное, певица, – про себя решаю я. – Начинающая.

– Ну, вам же нравится, – подмечаю я очевидное, которое она неумело пытается скрыть.

– А вам, кажется, даже больше, – дерзит незнакомка и пытается смотреть на меня крайне сурово. – Поэтому отпустите мои ноги, вы явно нездоровы.

Она такая искренняя в своих реакциях, что мне кажется, не встречалось таких целый век, а ещё … эта лунная бабочка меня не знает. Вот совсем!

Разыграть такой спектакль не каждому под силу, но я могу и проверить…

– Желаете стать моим доктором, мадам … – тяну последнее слово с намёком на её имя.

– Желаю, чтобы вы отпустили мои ноги.

– И всё!? – с намёком изгибаю бровь, якобы другого шанса познакомиться поближе у девушки не будет.

– Боюсь, мне придётся повториться, но лучше отпустите мои ноги.

Вид «Бабочка боевая» встречается мне так же редко, как и «Ромашка обыкновенная». Теперь же когда передо мной «два в одном», но оно не желает меня знать, что вызывает в душе лёгкую досаду.

– А если я откажусь? – почти нежно шепчу ей, не забывая при этом разминать маленькие пальчики, возвращая в них тепло. – Плеснёте мне в лицо содержимое вашего стакана? Что вы там пьёте?

Розовые губы поджимаются, а во взгляде мелькает озарение. Видимо, моя идея ей пришлась по вкусу.

– А даже если так? – чеканит бабочка и делает большой глоток из стакана.

– А вы знаете, кто я такой? Не боитесь?! – давлю взглядом бунт на милом личике, но, кажется, напрасно.

Незнакомка в мою игру вступать не желает.

– А надо? – смело бросает мне и, едва я отвлекаюсь на смену её настроения, дёргает ногами.

Ступни со шлепком ударяются об каменный пол, но их хозяйка даже глазом не ведёт. Очень быстро подтягивает лапки под свой стул и на ощупь пытается найти туфли.

– Надо.

– Отлично. Тогда я уже начала вас бояться, и уверена, что лучше мне это делать подальше.

Краем глаза вижу, что одна туфля уже найдена, следовательно, ещё через пару секунд моя бабочка упорхнет.

А как-то не хочется уже с ней расставаться. Без имени.

Едва собираюсь ухватить её запястье с целью извиниться за моё неподобающее поведение и представиться, как на балкон фурией вылетает блондинка с громким визгом «Как ты могла?!».

Немая сцена. Мы все трое друг на друга переглядываемся, замирая в пространстве.