Читать книгу Её тело между строк - RoMan Разуев - Страница 2

Она появляется внезапно – как шквал, обрушивающийся на безоблачное небо. Её приход – не случайность. Это демонстрация силы. Она пришла показать Олегу, насколько он ничтожен, и втолковать раз и навсегда: без неё он не дышит.

Но судьба сегодня играет другими картами.

Рядом с Олегом сидит Оксана. Спокойная. Собранная. Её уверенность не кричит – она просто есть, плотная и незыблемая, как скала.

– Не нравится – не слушайте, – говорит Оксана. Голос ровный, без зазубрин.

Алина медленно переводит взгляд на Олега.

– Шустрый. Уже успел кого-то подобрать? – Она окидывает Оксану оценивающим, презрительным взглядом. От макушки до каблуков. Фыркает. – Безвкусная. Прямо как ты.

Олег молчит. Он уже усвоил: спорить с Алиной – всё равно что пытаться остановить лавину голыми руками. Она жаждет скандала, он ей нужен, как адреналин. Поддаваться – ломать себе кости.

Но её новый спутник, прятавшийся в тени, дёргается. Нервный тик. Он пытается отступить, слиться с парком, но поздно.

– Алексей? – голос Оксаны режет тишину. – Ты что, прячешься? Стыдно должно быть. За неё. Или за себя?

Молодой человек неуверенно выходит на свет. Поправляет воротник. Его пальцы слегка дрожат.

– Здравствуйте, Оксана Николаевна. Прошу прощения… Она не хотела вас обидеть.

– Не стоит, – Оксана складывает руки на груди.

Алина замирает. Поворачивается к парню. Её взгляд выжигает.

– Вы… знакомы?!

– Да, – Алексей глотает. – Это моя начальница.

На лице Алины – смена декораций. Удивление. Раздражение. И наконец – чистая, неразбавленная ярость. Её планы рушатся с сухим треском. Её новый трофей оказывается наёмным работником у этой женщины. Почва уходит из-под ног. Унижение жжёт горло кислотой.

– Пойдём, – говорит Оксана, касаясь локтя Олега. Лёгкое, веское прикосновение. – Оставим их.

Они уходят. У них за спиной уже рвётся голос Алины, требовательный, истеричный. Олег не оборачивается. Он знает: для неё счастье – не цель. Победа – да. А сегодня все её фигуры на доске перевернулись.

Вечер мягко опускается на город, размывая контуры. Олег делает глубокий вдох. Лёгкие расширяются, свободно.

– Спасибо, – говорит он. – Не ожидал такого поворота.

– Пустяки. Подвезти? – Оксана достаёт ключи из сумочки.

– Не стоит…

– Я настаиваю.

Он соглашается. Десять минут в тишине салона, где пахнет кожей и её духами – что-то свежее, с ноткой грейпфрута.

У подъезда он выходит.

– Ещё раз спасибо.

– Давай уже на «ты», – она слегка улыбается. В уголках глаз лучится тепло. – Официальное знакомство состоялось.

– Хорошо, – его губы тянутся в ответ.

Он захлопывает дверцу. Машет рукой на её короткий кивок. Машина отъезжает, красные огни таят в сумерках.

Лестница. Ключ врезается в замок, поворачивается с глухим щелчком. Дверь открывается в тишину. В уют, который вдруг не давит. Он вешает куртку. Ставит чайник и садится за стол.

Телефон в кармане бьётся судорожной вибрацией.

Сообщение. От Алины.

«Прости. Я была дурой».

Ещё одно.

«Мне так плохо без тебя…»

Он читает. Не отвечает. Вынимает из кармана потрёпанный блокнот. Ручка скрипит. Он выводит чётко, будто врезая слова в бумагу:

«Новая жизнь начинается, когда ты перестаёшь оглядываться».

Телефон снова содрогается в ладони. Короткие, навязчивые трели. Они сыплются, как град по стеклу, превращаясь в душевный допрос. Он садится за стол. Сжимает аппарат так, что кости белеют. Боль. Обида. Театральные рыдания в тексте. Он видит каждую ноту этой лжи. И впервые за долгое время – ему не больно. Воздух снова входит в грудь. Свободно.

Терпение лопается – тонкой, хрупкой плёнкой. Он сам набирает её номер. Палец твёрдо нажимает цифры. Без колебаний.

Она поднимает трубку на первом гудке. Он слышит её прерывистое дыхание.

– Хватит писать, – его голос, ровный и холодный. – Всё кончено. Не мешай мне работать.

Он не ждёт ответа. Большой палец нажимает красную иконку. Звонок обрывается. Тишина на секунду. И тут же телефон начинает биться в конвульсиях – вибрация, звон, снова вибрация.

Олег действует методично. Блокирует номер. Закрывает все соцсети – крестики вспыхивают на экране один за другим. Кладет телефон экраном вниз. Стекло глухо стучит о дерево стола.

Он вдыхает. Глубоко. В груди расцветает хрупкое, прозрачное облегчение. Тянется к ноутбуку. Может, сейчас… Сейчас получится.

Но судьба переменчива.

Телефон звонит снова. Иной рингтон – сухой, назойливый. Он переворачивает аппарат. На экране горит: «Тамара Петровна». Хозяйка.

Сердце совершает один тяжёлый, неровный удар где-то под рёбрами. Он подносит трубку к уху. Лицо застывает в ожидании удара.

– Да, Тамара Петровна…

– Олежек, извини меня, сынок, – голос женщины мягкий, но в нём – стальной стержень. – Освободи квартиру. До полуночи. Внучка моя приезжает, понимаешь…

Он понимает. Он слышит не слова, а то, что за ним: месяцы задержек, извиняющиеся смс, её терпеливые вздохи. И этот её тон – смесь усталой жалости и окончательного решения.

– Я понимаю, – говорит он тихо. В горле пересыхает. – Конечно. Сегодня же съеду.

Он кладёт телефон. Закрывает крышку ноутбука с глухим щелчком. Входит в комнату. Откидывается в кресле. Закрывает глаза.

В голове роятся вопросы, лишённые формы, одни сплошные «как» и «где».

Родители.

Мгновенная картинка: кухня, запах жареного лука и вечного беспокойства. Отец. Его шаги, тяжёлые, размеренные, по кафелю. Качание головой.

– Писатель! – будет бубнить он, не глядя. – Совсем умом тронулся! Книжки! А жить на что?

Мать у плиты. Её молчание будет громче крика. Взгляд, брошенный украдкой – в нём тревога, упрёк, бессилие. Для них работа – это станок, табель, зарплата по расписанию. Это надёжно. Это кормит. А то, что он делает – не работа. Блажь. Голодная и бесперспективная.

Но для Олега работа – не способ выжить. Это воздух. Он знает: первая книга редко кричит «бестселлер». Десятая, может быть, прошепчет. Он готов к этому. Каждый день – это строка. Каждая неудача – абзац. Он верит. Даже когда вера иссякает.

Хостел.

Мысль об этом отзывается внутренним спазмом. Комната на шесть коек. Запах – клубок из пота, дешёвого дезодоранта и отчаяния. Ночные храпы, шёпот в телефон, тихие слёзы в подушку. Там не будет тишины. Там не будет стола. Там не будет места даже для одной строчки.

Олег сидит в абсолютной тишине. Слышит только стук собственной крови в висках. Мир резко сжимается до размеров этой комнаты, которую через несколько часов нужно оставить.

Но где-то на дне, под слоем холода, шевелится что-то упрямое. Выход найдётся. Он должен найтись. Просто он ещё за поворотом.

Денег остаётся совсем немного – несколько смятых купюр на дне кармана. Писать не получается. Каждая мысль – тяжёлая, неповоротливая, будто мозг залит свинцом.

Он сидит до ночи. Смотрит в потолок. Перебирает варианты, и каждый рассыпается в прах под весом реальности.

Наконец, он встаёт. Собирает вещи в старый потрёпанный чемодан. Аккуратно складывает одежду. Упаковывает ноутбук. Осматривает комнату последним взглядом. Пишет хозяйке короткое «спасибо». Выходит.

Летняя ночь встречает его прохладным дыханием. Он идёт медленно, без цели. Ноги сами несут его в знакомый круглосуточный бар – тусклый свет, запах подгоревшего масла и пива. Он заказывает кружку. Сидит всю ночь. Изредка прихлёбывает. Смотрит в тёмное окно.

К утру тело становится ватным – онемение от усталости, пустого желудка и этой неопределённости.

На рассвете он выходит. Заходит в ближайший магазин. Покупает два пирожка с картошкой – тёплые, жирные, – и стакан чая. Парк рядом. Он идёт по знакомой аллее, садится на свою любимую скамейку. Ест, глядя на сухой, серый фонтан. Мысли всё ещё клубятся, но он с силой отталкивает их. Открывает ноутбук. Запускает документ. Начинает печатать.

И происходит чудо: несколько страниц выходят легко, почти сами. Словно свежий воздух расчистил ржавые шестерёнки в голове.

К обеду он снова идёт за едой. Возвращается в парк. Внутри уже созрело решение, тяжёлое и неотвратимое: потратить последние деньги на билет. Ехать к родителям. Иного выхода нет. Бомжевать – не вариант. Друзей, у которых можно переночевать, нет. И именно эта бесповоротность, кажется, придаёт шагу твёрдость.

Но судьба снова вступает в игру.

– Уезжаешь?

Олег оборачивается. Рядом стоит Оксана. Она садится на скамейку легко, как будто так и было задумано. Её взгляд опускается на чемодан у его ног.

– Да, – говорит он, прикрывая ноутбук. – Возвращаюсь домой.

– Что случилось? Если не секрет.

– Выселили. Денег – только на билет. Решил, что пора.

Оксана молчит несколько секунд. Смотрит куда-то в сторону фонтана, взвешивая.

– Если хочешь, поживи у меня, – говорит она наконец, поворачивая к нему лицо. – Я весь день на работе, будешь один. Квартира большая. Не подумай ничего… – она делает небольшую паузу. – Просто хочу помочь. Я верю в тебя. Ты добьёшься успеха. Платить не надо. Разве что… стихами. – Уголки её губ слегка приподнимаются.

Он отказывается. Говорит, что не хочет быть обузой. Что не заслужил. Его слова звучат сухо.

Но она не отступает. Встаёт. Протягивает ему руку.

И он понимает. Это шанс. Его нельзя упустить.