Читать книгу Долгая дорога домой - Сергей Беер - Страница 4

Часть 1. «Тень»
Глава 2

Оглавление

Алекс сидел за столиком на уличной веранде кафе на самой крупной площади Лиссабона Праса-ду-Комерсиу1, неспешно пил чёрный кофе и курил трубку. Тридцатиградусная жара настолько разморила, что он перестал обращать внимание на молоденьких мулаток, за которыми, собственно говоря, он и припёрся на эту площадь. Гуляя по улицам Лиссабона, любуясь его видами и одновременно изучая город, Алекс наткнулся на этих двух красоток и лишь искал случая, чтобы с ними познакомиться, но июньская жара мешала ему в амурных делах. Внезапно его внимание привлёк остановившийся неподалёку белоснежный «мерседес». Из машины вышли трое и направились к свободному столику летней веранды, почти рядом со столиком Алекса. Когда они уже рассаживались, он поймал на себе пристальный взгляд одного из приехавших. Это был его армейский друг Вячеслав Баженов. Глядя прямо в глаза друга, граф де Ла Минч сделал едва уловимое движение головой, останавливая порыв приблизиться к себе вплотную. Но так как Баженов всё-таки уже сделал этот лишний шаг по направлению к нему, Алексу ничего не оставалось, как повернуться к другу вполоборота. Вячеслав видел, как его друг взял салфетку и что-то быстро на ней написал. Допив кофе, он встал и как бы случайно уронил салфетку под ноги Баженова. Не торопясь, Алекс дошёл до угла улицы, ни разу не обернувшись.

Баженов взглянул вниз и увидел развязанный шнурок своего ботинка и салфетку рядом с ним. Нагнувшись завязать шнурок, он незаметно подобрал её и сунул в карман. Как ни подмывало любопытство, но заглянуть и прочитать написанное не было никакой возможности. Сидевший рядом с ним босс разглагольствовал, что им не мешало бы отдохнуть где-нибудь на побережье Атлантического океана, но вместо этого придётся ехать в Африку. В этот чёртов Мозамбик, где есть огромный риск быть убитым просто из-за того, что проехал в неудачное время и в ненужном месте. Но не ехать туда нельзя, правительство страны очень сильно ждало очередной валютный транш от братского народа СССР.

Тем временем Алекс сел в свой «форд» и объехал площадь, запарковав машину так, чтобы можно было не только наблюдать за белым «мерседесом», но и легко последовать за ним.

Баженов вернулся на переднее сиденье в «мерседесе» и не сразу заметил идущий за ними синий «форд» с английскими номерами. За рулём сидел Алекс, поэтому, вопреки инструкции, Вячеслав никак не отреагировал на преследование, тем более что водитель не заметил слежки. Автомобиль плавно вкатился на парковку виллы Гарден в районе Аррош, что расположилась в пяти минутах ходьбы от метро Энджос на ветке, идущей к аэропорту.

Улучив момент, Вячеслав отлучился в туалетную комнату, где наконец-то смог развернуть заветную салфетку. То, что он там увидел, повергло его в шок. Всего семь цифр. Немного поразмышляв, Баженов решил, что это номер телефона, но чтобы это проверить, ему нужно было теперь под каким-нибудь благовидным предлогом покинуть стены пансионата. Спустив салфетку в унитаз, Баженов вернулся в большую комнату.

– Слава, возьми деньги и купи в аэропорту три билета с багажом до Мапуту на завтра или на какой-нибудь ближайший день. С собой возьмём лишь часть груза, остальное переправим, когда договоримся о безопасном канале. Не мешало бы и оружие с собой прихватить, но боюсь, таможня этого не одобрит. Остаётся надеяться, что нам его выдадут вместе с охраной.

Выйдя из пансионата, Баженов направился к станции метро. Не успел он пройти и трёхсот метров, как возле него притормозил синий «форд». Водитель молча кивнул на заднее сиденье, и Вячеслав быстро запрыгнул внутрь. Едва за ним захлопнулась дверка, как автомобиль плавно тронулся с места.

Водитель и пассажир одновременно задали один и тот же вопрос и дружно рассмеялись.

– Ты как здесь?

– Давай сначала ты, – предложил Вячеслав. – Как-никак, а всё же воскрешение из мёртвых. Мы с ребятами тебя ещё в восемьдесят пятом похоронили.

– Долго жить буду, а это значит, что ответить на твой вопрос не могу. Как и тогда – выполняю приказ.

– Ясно! Моя история будет длинной. Через год после армии женился.

– Поздравляю!

– Не спеши. Багарда в институт предлагал поступить, да я не согласился, ждали ребёнка, но какие-то уроды убили и её, и ещё не родившегося младенца. Она тогда в Абхазии отдыхала, до родов месяца три оставалось. Следствие год шло, но замяли. Я к Багарде за помощью, так, мол, и так. Он пообещал узнать, что к чему. Узнал… Когда рассказывал, в пол смотрел, а руки в кулаки сами собой сжимались. Сынок какого-то грузинского партийного бонзы оказался в этом замешан, и ещё парочка вместе с ним в МГИМО училась, тоже, видать, не из простых. С ними Багарда помог, упрятал за решётку, а главарь их ушёл за границу. По направлению из ЦК куда-то в финотдел распределился. Не успели с ним. Но теперь определили меня к нему телохранителем и связали по рукам и ногам. Прямых доказательств нет, только показания его дружков. Вот я третий год за ним как хвост собачий всюду следую – куда он, туда и я. Жду, когда он окарается, чтобы своими руками эту гадину удавить.

– Терпеливый… Меня тоже интересует твой шеф, точнее, его намерения.

– В чужую башку не залезешь.

– Ну, не скажи. Это ведь смотря кто в неё полезет. Сейчас куда?

– В аэропорт за билетами до Мапуту. Торопится. Билеты на завтра приказал брать.

– Что ж, за билетами, значит, за билетами. В самолёте я сам ему представлюсь, а напарника отправишь в Москву со всеми пересадками. В Мапуту встретит наш атташе, он же и оружие передаст. И не дай своему боссу уйти. Есть сведения, что он в ЮАР решил сбежать со всеми имеющимися у него финансами. АНБ уже закрепило за ним своего куратора. Только он дурак и не понимает, что для них никакой ценности не представляет. Им нужны лишь те бабки, которыми он рулит. Как только сдаст все свои счета, его тут же вышвырнут голышом на улицу.

– Так, может, пока он их не сдал, его ликвидировать? Я это сделаю своими руками, не побрезгую.

– Месть, Слава, плохой советчик. Нам тоже нужны от него пароли и явки, со всеми банковскими кодами, а они, я так полагаю, у него в голове записаны. Но жёстко мы его допрашивать сможем, только когда он сбежит из Мозамбика куда-нибудь в другую страну, в Руанду, например.

– Но если он сбежит, мы его уже не сможем допросить.

– Поэтому нам нужен его вполне контролируемый побег. Как только он пересечёт границу Мозамбика, можешь прессовать его по полной, а вот контролировать его побег буду я.

– Он не пойдёт с тобой на контакт, поверь мне, уж я-то его знаю не первый год. Он потребует от тебя не только пароль.

– За это не беспокойся, он всё получит – и пароль, и позывной, и код доступа. Главное, чтобы ты его не упустил во время боя. Я так думаю, они готовят не только провокацию, но и операцию прикрытия.

– Но он берёт с собой лишь часть груза.

– Вот именно, нет нужды рисковать всем, а так у него вроде бы есть гарантия, что не грохнут сразу, а дальше он думает их перехитрить. Наша с тобой задача – перехитрить не только его, но и АМБ.

– Я в финансах абсолютный профан.

– Это не страшно, финансами займусь я. Как только буду знать всё, что мне нужно, он твой. Делай из него хоть чучело.

– Ты это серьёзно?

– Абсолютно! Компартии нет, страна разваливается, отчитываться не перед кем, и он это прекрасно понимает, потому что его родственник сам к развалу страны причастен и теперь наверняка участвует в разделе пирога под названием СССР. Только помни, ненависть, она сжигает человека изнутри. Чем жить будешь, когда отомстишь?

– Теперь понятно, почему сегодня утром сдали большую часть наличных в банк. А за меня не переживай, я как раз тогда жить и начну. Мне бы его в Албанию переправить.

– Замечательно! Значит, тем более он нужен живым. А что касается твоего дела, я думаю, мы к нему ещё вернёмся. Как только опорожним его кубышку, мне будет легче нажимать на нужные пружины. Думаю, в деле есть доказательство его вины, просто, как это водится, всё засекретили.

– Тим, а ты, наверное, уже капитан?

– Меня это меньше всего интересует. Я бы с большой радостью обменял эти погоны на возможность вернуться на Родину. Пусть даже под чужим именем, но домой.

– Прости, Тим, я, кажется, не туда залез. Останешься в машине?

– Нет, Слава, я должен проконтролировать весь процесс.

– Валяй, контролируй! А дальше как будем, если ты мне сейчас не доверяешь?

– А дальше как фишка ляжет.

– Убьёшь?!

– Если предашь, даже не вздрогну.

– Жёстким стал…

– Да я таким и был, просто случая не представлялось.

– Капитан Коваленко?

– Был такой клиент…

– Понятно.

– А теперь запомни, с этого момента я для тебя только Бранко Родригес.

⠀⠀ * * *


В Мапуту добирались на перекладных с тремя пересадками.

За всё время поездки, от самой посадки в самолёт Лиссабонского аэропорта до аэропорта близ Мапуту, Гиви Похсиладзе был спокоен, даже несмотря на то, что одного из его старых и верных телохранителей внезапно сменил новый человек. Бранко Родригес тоже был немногословен, как и предыдущий офицер связи. Сев рядом с Гиви, он назвал пароль, свой позывной и код доступа. Возможно, в другое время Гиви и был бы удивлён, услышав последние четыре цифры, но в этот раз он пропустил их мимо ушей, потому что его занимали совершенно другие мысли. Впрочем, Похсиладзе никогда не отличался внимательностью к людям из своего окружения, если только те не были одного с ним статуса или выше его по положению. Всех остальных он называл одним словом – обслуга – и никогда не обращал на них внимания. Всю долгую дорогу до Мозамбик Похсиладзе напряжённо думал, что Джон Смит может попросту оказаться мошенником или вовсе подставой КГБ. Он шёл на риск, так как отец в последней шифровке дал чёткое указание, что ему необходимо бежать на запад, прихватив с собой и всю имеющуюся при нём партийную кассу. Затем обосноваться где-нибудь в Европе и ждать его появления там. На Джона Гиви тоже вышел по наводке отца. Тот, впрочем, сильной заинтересованности не выказал, но сказал, что поможет, только если его папаша выполнит свою часть договора. Вскоре от отца пришла посылка с подробной инструкцией, как надлежит поступить с содержимым. Джон Смит активизировал свою деятельность сразу же, как только Гиви сообщил ему о посылке.

Через месяц Смит подробно проинструктировал Похсиладзе-младшего, введя его в курс предстоящей операции по побегу. На словах всё выходило гладко, но страх провала оставался, даже когда самолёт уже приземлился в аэропорту Мозамбика.

Встретивший их военный атташе сразу выдал им оружие и предупредил, что в случае нападения придётся самим защищать себя, спасать свою жизнь. В стране царил хаос, никто не мог предугадать, когда и где произойдёт нападение. Всего в пяти километрах от аэропорта их ждала засада. Вся сопровождающая охрана была уничтожена в первую же минуту боя. Внезапно начавшаяся яростная перестрелка вокруг их машины была настолько неожиданной, что Гиви попросту впал в ступор. Оба телохранителя вытащили его из машины и, кинув в ближайшую канаву, принялись отстреливаться.

– Слава, твоя задача – выжить в этой передряге. Если он сейчас решится на побег, не мешай ему, а помоги. Заодно и меня прикроешь. Через пару месяцев набери меня по тому номеру, что я тебе дал, и звони один раз в день, ровно в полдень, в каком бы часовом поясе ты ни находился.

Раздался рокот приближающихся вертолётов. Наконец перестрелка затихла. Гиви вскочил на ноги и побежал к одному из уже садящихся вертолётов. Баженов бросился было за ним и тут же получил пулю в ногу. Бранко дал очередь, и возле Гиви образовалась пустота. Кинув перевязочный пакет Баженову, он напоследок только успел крикнуть:

– Постарайся выжить – это приказ! – и бросился догонять Похсиладзе.

Справа, чуть ближе к нему, опустился ещё один вертолёт. Родригес видел, как раненого финансиста втащили в винтокрылую машину, до которой тот уже успел добежать, и поэтому принял решение запрыгнуть в ту, которая была ближе всего к нему. На бегу он стрелял в тех, кто стрелял в него.

Бранко запрыгнул в вертолёт. Они подобрали ещё четверых бойцов, и машина резко ушла вверх, взяв курс на запад. Спустя пару часов все восемь машин сели на военной базе Мададени.

Похсиладзе отправили в госпиталь, а Родригес попал на допрос к майору спецподразделения. Хватило десятиминутного разговора и двух звонков, для того чтобы Бранко доставили в тот же госпиталь, что и Гиви. Американец сидел в коридоре и ждал вердикта врача – Похсиладзе только что закончили делать операцию.

– Смит, мне придётся вас огорчить. Несмотря на всю вашу договорённость с этим русским, я его забираю с собой в Йоханнесбург сразу, как только он сможет…

– Кто вы такой, чтобы распоряжаться здесь?

– Агент британской разведки граф де Ла Минч. Я весьма благодарен вам за успешно спланированную операцию, но, тем не менее, заберу вашего клиента с собой.

– Только после того, как я заберу от него причитающуюся мне посылку.

– Сожалею, Джон, но она осталась в портфеле вместе со всеми деньгами, что он привёз в Мапуту, а портфель в машине.

– Откуда вам известно, что она там была?

– Я видел своими глазами, как русский господин что-то переложил туда из своего кармана, когда наш самолёт приземлился в аэропорту.

– Я должен в этом убедиться лично.

– Для этого вам придётся вернуться в Мозамбик. Ведь это вы втащили его, раненого, в свой вертолёт.

– Мне нужно осмотреть его вещи.

– В таком случае пройдёмте в кабинет главного врача, они сейчас там.

Убедившись в том, что ни в карманах, ни в подкладке вещей ничего нет, Джон удручающе спросил:

– Ну, а вам-то он зачем пустой?

– Это для вас он пустой, а для нас он представляет определённый финансовый интерес. Нам нужны его знания, а не те вещи, которые он привёз с собой.

– Забирай это барахло, – ответил американец, потеряв к этому делу всякий интерес. – Но если что, я тебя из-под земли достану.

Пожав руки, мужчины расстались довольные друг другом. Бранко вернулся к палате и вскоре получил разрешение главврача на транспортировку больного в столицу.

Гиви пришёл в себя спустя несколько часов как раз в то время, когда его вносили в самолёт.

– Где я? – слабым голосом спросил Похсиладзе, увидев перед собой лицо своего телохранителя.

– В самолёте. Мы с вами возвращаемся в Лиссабон.

– Почему в Лиссабон?

– А вы бы хотели, чтобы я вас прямиком переправил в Москву? Или ей вы предпочтёте Великобританию?

Гиви молча прикрыл глаза, плохо понимая, что происходит. Ранение в плечо было не тяжёлым, но послеоперационный наркоз ещё не до конца перестал действовать.

В Лиссабоне Бранко отвёз Гиви к себе на квартиру и предложил добровольно перевести всю оставшуюся сумму из «Банк оф Америка» на указанный им счёт.

– Почему вы решили, что я соглашусь на это?

– Вы, конечно, можете отказаться, но прежде подумайте, что в случае отказа на Родине вас ждёт смертный приговор за измену этой самой Родине. И доказательства вашей измены у меня имеются, например, показания Джона Смита, агента АМБ, которому и предназначались полученные вами материалы.

– Я согласен.

– И не вздумайте юлить, мне известна сумма, которая находится на счёте указанного банка.

– Откуда?..

– Вы мне сами её назвали во время полёта.

– Вы получите всё! Какие гарантии?

– Забываетесь, я не страховой агент, да и у вас не то положение, чтобы требовать какие-то гарантии. Как агент вы мне не нужны, я не собираюсь вас вербовать. Мне нужны все имеющиеся у вас деньги со всех банковских счетов. Только в этом случае я гарантирую вам жизнь.

– Что вы имеете в виду?

– После того как вы немного окрепните, я перевезу вас в Англию. Там вы сможете спокойно дождаться своего высокопоставленного папашу.

– А дальше?

– А дальше как фишка ляжет!

– Что это значит?

– Это значит, что, возможно, вам придётся ответить перед законом за убийство, совершённое вами в составе банды, которой вы руководили, будучи ещё студентом.

– Не понимаю! О чём вы говорите?!

– Всему своё время. Для начала переведите на указанный счёт всю имеющуюся у вас сумму.

– Для этого мне нужно самому отправиться в банк.

– Я упрощу вам эту задачу, завтра вам предоставят удалённый доступ, а пока отдыхайте, набирайтесь сил.

Родригес вышел в другую комнату, оставив своего подопечного в полном одиночестве.

«Кто он такой? Откуда ему известно про убийство? Гэбэшник? Точно он, иначе почему так много знает… Грохнуть его и свалить по-тихому, сделать пластику, и никто никогда не найдёт», – думал Гиви, растирая виски, сидя на кожаном диване.

1

Переводится как «торговая площадь».

Долгая дорога домой

Подняться наверх