Читать книгу История болезни. Том 3. Геронтология - Сергей Валерьевич Уткин - Страница 2

Матушкина трудовая книжка начинается с записи "Общий стаж работы в колхозе до преобразования в совхоз установлен – нет". То есть, формально Тамара Уткина в колхозе до его преобразования в совхоз не работала. На самом деле всё было не совсем так: с двенадцати лет матушка подрабатывала в колхозе – в поле хлеб убирала, на ферме за коровами убирала. Был случай, у коровы роды принимала. Корова долго не могла отелиться, как оказалось, плод шёл ногами вперёд. Ветеринара в деревне не было, за ним в район надо было посылать, но почему-то не послали. Понадеялись на местного зоотехника. Как на грех именно в эти дни зоотехник был в запое. Всё, что он смог – это дойти до стойла с мучающейся коровой, где банально выпал в осадок. Время было к ночи, все разошлись по домам и помочь Томке было некому. Дело грозило обернуться делом уголовным – в случае гибели коровы все причастные шли по статье "Вредительство". Каким чудом удалось спасти и корову, и телёнка, маманька сама толком не понимала. Рассказывала, что словно в бреду массировала живот коровы, пыталась таким образом выправить телёнка в утробе. Промучились так почти до утра, пока на свет не появился бычок… Дед мой, Николай Иванович Уткин, когда про это узнал, маманьке строго-настрого наказал: "Молчи! Тебя в эту ночь на ферме не было, ты дома ночевала!" Зоотехника сперва выставили героем, выдали премию за спасение коровы и телёнка. А, незадолго до преобразования колхоза в совхоз, втихаря уволили за пьянку.

Надо сказать, что хоть в колхозе и были свои алкаши и тунеядцы (а где их не было?), в целом хозяйство было крепкое. Возможно, что колхоз спокойно просуществовал бы вплоть до развала Союза, но тут пошла новая волна – создание гигантов. Для начала упразднили Масловский район, его территорию поделили между Мышкинским и Некоузским районами. А потом все колхозы, что были в Некоузском, стали объединять в один совхоз "Масловский". Пятого июля тысяча девятьсот шестидесятого года матушка уже официально была принята на должность рабочей. А дальше начался типичный советский идиотизм: районное начальство постановило объединить все фермы. Для чего перегнать весь крупный рогатый скот в новый райцентр. До которого по прямой пятнадцать километров, а если по дорогам, то и все тридцать. Транспорта для перевозки коров не было, велели гнать скот своим ходом. Мол, недалеко. Дойдут бурёнки, не развалятся.

С раннего утра погнали коров на новую ферму. Разделили стадо на несколько групп, взрослых коров увели вперёд. А телят гнали следом. И никому в голову не пришла простая мысль – животные не машины. И что телят в дороге надо кормить, а чем кормить, если дойные коровы далеко впереди?

Матушка до самой смерти со слезами вспоминала тот день. Уставшие, голодные телята ложились на дороге, не в силах идти дальше. Уже темнеть начало, холодно стало, телята жмутся друг к другу, пытаясь согреться… Сколько тогда телят погибло, одному Господу Богу известно.