Читать книгу Баллады влюблённого дракона - Степан Мазур - Страница 2

Лэйла Маник всегда была лёгкой на подъём особой. Её обворожительная улыбка сводила с ума мужчин, но своего принца на белом коне она пока не дождалась. Белокурая красавица покоряла мужской мир одним взглядом, но выстрелы попадали не в тех, кому хотелось готовить вкусные ужины.

Если внешностью природа не обидела, то внутри Лэйла была чуткой и ранимой, с мягким нравом. Чем часто и пытались воспользоваться представители сильного пола, на поверку оказавшимися скорее конями, чем принцами. Однако, девушка не отчаивалась и верила в лучшее. А «наверху» когда-нибудь разберутся и вышлют ей суженого в пору и по размеру, с достойной внутренней начинкой и прекрасной оболочкой.

Но время шло, а принцы не появлялись. Ожидание тянулось. Однако, оно не запирало её в пыльных кабинетах офисов, обрекая на жизнь серой мышки. Напротив, робкий характер жаждал закалки и постоянно ставил перед ней новые вызовы. Девиз: «вперёд, навстречу приключениям!» стал для Маник определяющим.

Тяга Лэйлы к новым неизведанным мирам была абсолютной. Постоянно пытаясь утолить эту жажду, она рвалась в путешествия, как пожарный на пожар. Ведь каждый выезд за границу делал её другой, более открытой миру и чудесам. А сердце в тайне надеялось повстречать «того самого». Если его нет на Родине, то в чудном уголке тропического мира точно отыщется!

Девушка давно разочаровалась в туристических передачах и художественных фильмах про путешественников. Она смеялась над книгами и журналами, которые пытались показать ей другие миры, но выходило обозначить лишь крохотную часть, часто опуская важные детали. Изучать мир по книгам казалось Лэйле пустой затеей, подходящей лишь для ленивых домоседов. Единственное правильное восприятие мира складывалось из необходимости самой пребыть в те места и увидеть всё собственными глазами. Вот это и называется – правильное развитие.

Всё, что имела по жизни, досталось ей не от презентабельной внешности, которой наградили родители, а от чуткого ума. Зарабатывала девушка ровно столько, чтобы хватало на любимые путешествия. Плюс позволяла себе некоторые излишки, вроде современных гаджетов. Зачем больше? Надолго задерживаться на одном рабочем месте не было никакого желания. Ведь новые путешествия манили Маник!

В свои тридцать с хвостиком она объездила немало стран. Самым любимым пунктом в её длинном списке пересечений границ в загранпаспорте был Таиланд – королевство слонов. А именно – остров Пхукет.

Маник покорил дух острова, его ощущение свободы и жизнелюбие местных жителей. Ей буквально всё подходило на острове: мягкий климат, приемлемая влажность, обилие солнечных дней в году, сладкие как мёд фрукты, доброжелательные лица аборигенов и тёплое, прозрачное до невозможности, Андаманское море у золотистых песчаных берегов. А побывав на диких островах, подальше от толп туристов, она просто забывала обо всём на свете и едва не осталась там жить.

Но тоска по Родине рано или поздно тянула назад. И Лэйла с удовольствием возвращалась в снежную зиму.

Лишь одно обстоятельство печалило девушку. Почти каждая поездка на «Райский остров» омрачалась отсутствием компании. Не было у путешественницы такой же лёгкой на подъём подруги, разделяющей взгляды. Все знакомые давно обзавелись семьями, осели на местах и не очень-то спешили покидать душных, но комфортных мегаполисов с хорошей зарплатой. Такие «подруги» свой отпуск планировали заранее, а если и выбирались за рубеж, отчаявшись на выход за пределы зоны комфорта, то чаще большими компаниями, которые Маник не любила.

Кому нравятся крики чужих детей, за которыми глаз да глаз нужен? Или пошлые шуточки поддавших мужей, мечтающих лишь о том, чтобы вновь побыстрее добраться до бара?

Но ещё больше Лэйла не любила планирование наперёд. Где спонтанность? Загореться желанием подойти к морю, взять ближайший билет, за пару часов собраться и выйти под конец тяжелого дня уже в аэропорту другого мира – вот что нужно настоящей «лягушке-путешественнице».

Что касается второй половинки, которая могла бы сопровождать Лэйлу на море при всяком удобном случае, то чаще это была просто компания на один раз. Мужчины много обещали, казались интересными собеседниками в родном городе, но стоило выбраться за границу, как очарование спадало. Они становились скучными, пресными и не интересными. Или хуже того – проявляли свою меркантильную суть, строили семейные планы, а то и придумывали имена детям.

Какие дети? Она просто хотела путешествовать!

Всякий ухажер за время поездки успевал надоесть прочувствовавшей вкус жизни женщине. И постепенно в голове Маник сложилась картина мира, где её соотечественники казались ей грубыми потребителями, которые не спешили постигать чужой мир. Они в массе своей смотрели на доброжелательных тайцев с высока. И часто не удосуживались выучить даже пару фраз на местном языке, чтобы быть любезными. С такой компанией местной культуры не постичь. До укромных нетуристических уголков не добраться. А ведь там часто самый смак. В тени таится душа Таиланда. Но кому она нужна, кроме неё?

Подстраиваться под партнера? Нет. Лэйла любила гулять одна, никуда не спешить и просто наслаждаться отведенным ей временем отдыха. Вот только иногда на неё нападала грусть. Она подходила к ней вечерами в ресторанах и, положив руки на плечи, вздыхала на ухо:

– Опять одна? Ну-ну. Планочку то понизь уже.

– Уйди прочь, – шептала в ответ Лэйла, переводила взгляд на соседний пустующий стул и снова грустила.

Столики на двоих её бесили. С каждым годом всё больше и больше. Не хватало и руки в руке у берега моря. Прогулок под звёздами в ночи. Как же порой нужно подхватить чей-то локоток. Опереться, споткнувшись при прогулке у песчаной отмели под ярким солнцем.

Творец либо потерял её половинку, либо банально считал, что она и так целостна по своей природе. И чего ей ещё надо?

Эти мысли забавляли Лэйлу, но других не было.

С одиночеством она мирилась, со скрипом зубов оплачивая туры на двоих, сплошь «двойные номера». Иногда даже долго ворочалась на большой кровати размера «кингз-сайз» во многих отелях.

– Да когда всё это кончится? – спрашивала она у зеркала.

– Кончится? – повторяло зеркало, ехидно улыбалось и шутки ради добавляло не существующую морщинку.

Лэйла хмурилась и долго приходила в себя после такого «общения».

В одиночестве всё же было больше плюсов: тишина, покой и возможность быть самой себе на уме. Все двадцать четыре часа в сутки. Только… с кем их разделить?

Вот и в этот день, устав от работы, и смирившись с отсутствием компании в отпуск, Лэйла открыла ноутбук и зашла на сайт для бронирования билетов. Возле меню, где задавались параметры перелёта, неожиданно выскочила контекстная реклама.

Обычно это были продажи туров с навязанными услугами, без которых она и сама давно отлично обходилась, прекрасно зная, как бронировать номера и заказывать такси до отелей вне трансфера. Но на этот раз девушка не спешила нажимать на крестик, скрывая сообщение. Взгляд зацепился за слог «не с кем посетить Таиланд?».

Попадание в цель!

Впервые сколько себя помнила девушка, контекстная реклама оказалась чертовски верной. Ещё Лэйлу поразило, что вместе с разумным предложением тура на неё смотрел человекоподобный робот. Он обнимал красотку с коктейлем в руках. Та даже улыбалась и хихикала. А под роботом мерцали буквы «специального предложения».

Вчитавшись в него, девушка ухмыльнулась. Хорошо знакомый туроператор предлагал типичный дорогой тур на высокий сезон, но вместе с ним было заманчивое предложение «для одиночек». Под галочкой.

– Это ещё что такое?

Увеличив шрифт, Лэйла узнала, что каждой одинокой душе предлагались скидки на номера, а вместе с тем представлялась возможность взять в аренду «сопровождающего с искусственным интеллектом».

Реклама обещала, что робот способен поддержать любые начинания путешественника благодаря автономности в течение суток. После чего требовался лишь трехчасовой заряд для повторения рабочего цикла. Это стало возможным благодаря новым батареям и системе быстрой зарядки аккумуляторов.

Заинтригованная профессиональная туристка отложила ноутбук и подтянулась к мобильному телефону, чтобы завалить вопросами оператора и вдоволь посмеяться над услугой. Сарказм сквозил в каждом её вопросе, но сколько бы она не насмехалась, все доводы разбились о простые логичные ответы девушки-оператора.

Вопрос-ответ. Вопрос-ответ. Что ещё нужно? Все доводы и сарказм разбились в пух и прах. Прикусив губу, Лэйла решила рискнуть и попробовать услугу.

Через пять часов Лэйла была в аэропорту города и спокойно поднималась по трапу в самолёт. А ещё через восемь часов белоснежный самолёт приземлился в аэропорту Пхукета, вынырнув из-под белоснежных облаков прямо над островом.

Пройдя регистрацию и получив свой багаж, Маник в нетерпении выпорхнула из охлажденного помещения под яркое солнце. Вместе с долгожданным теплом после долгой зимы, на лицо наползла улыбка. На выходе её группу туристов встречал таец в чёрной майке с логотипом оператора. Но никакого робота рядом с ним не было и в помине.

«Что за дела»? – подумала туристка со стажем.

Пытаясь сразу не излить весь праведный гнев на человека, Лэйла даже спросила, почему нет предоставляемой услуги? На что улыбчивый встречающий ответил спокойно с едва заметным тайским акцентом:

– Робот будет ждать на стойке администрации в отеле. Ему нет смысла занимать место в трансфере. Иначе вам пришлось бы платить за обоих.

Слегка расстроившись, но не подавая виду, девушка села в длинный туристический автобус и уже через двадцать минут он высадил её у отеля на берегу пляжа Май Кхао.

Этот пляж тянулся узкой полоской песка с севера на юг на целый десяток километров. Май Кхао предлагал крупнозернистый песок, а не мягкий и нежный мелкий песочек, по которому было приятнее ходить нежным стопам. Как, к примеру, на прочих островах поблизости или других пляжах Пхукета, что располагались южнее на острове. Но Маник ценила этот пляж не за это.

На Май Кхао был самый минимум инфраструктуры из-за близости заповедника. И все минусы легко перечеркивал один жирный плюс – минимум туристов.

Дикий пляж многие потребители обходили стороной, предпочитая более шумные места с дискотеками и ночной жизнью, вроде пляжей Патонга. А ещё Май Кхао находился у самого аэропорта и над ним часто летали самолеты. Но это не означало грязь или обилие шумов. Напротив, тайцы строго следили за тем, чтобы национальный заповедник Сиринат у аэропорта был чистым и уютным. Именно возле него располагался дикий пляж, где турист на десять километрах побережья мог побыть и наедине с собой.

Об этом всем Маник прекрасно знала, посетив почти все пляжи острова. Но сейчас ей было не до пляжей. Мысли постоянно крутились вокруг робота. Она заготовила веские доводы и даже на всякий случай крепкие словечки, чтобы высказать туроператору всё, что думает о его «услуге сопровождения». Они конечно извинятся, вернут деньги, ещё и бонусов надарят, чтобы загладить вину.

Бонусы – это всегда приятно.

Но едва она вышла из автобуса и вошла под тень отеля с несколькими парами веселых туристов, как взгляд зацепился за стойку регистрации. Рядом с ней стоял большой, красивый белый робот. Один единственный.

Её робот!

Лэйла даже ощутила себя новатором. Проводником новых идей и услуг. Она охотно пробовала всё новое при случае. Этот опыт чаще был положительным, чем отрицательным. Цивилизация всё же не стоит на месте, а с ней растёт и сфера услуг. Есть деньги – будет и удовольствие.

Чем ближе Лэйла подходила к администрации, тем больше деталей на роботе могла разглядеть. Он был двуногим, двуруким, с одной головой, что само по себе сравнивало его с человеком. Только вместо кожи андрогенный робот был покрыт пластиком серо-молочного цвета. А вместо глаз у него стояли небольшие стеклянные мониторы примерно три на три сантиметра, в которых вместо зрачков отражались зелёные знаки точек и вопросов.

Он был в ожидании. Знаки плыли лентой на глазах-мониторах, словно робот ожидал загрузки. А ещё он был на голову выше туристки и гораздо шире в плечах. Его немного округлая голова была лысой, как и подобает роботам, которые не хотели маскировки под совсем уж очеловеченных андроидов.

Присмотрелась. Ну, возможно ему бы пошли длинные светлые волосы. Но робот с париком – это слишком.

Что ещё? Рот с застывшей, немного фальшивой улыбкой. И даже нос есть. Наверное, для того, чтобы человек не переживал насчет разительных отличий между ними. А вот антенн никаких не было. И ничего лишнего не торчало из торса или корпуса, за что можно зацепиться и пораниться. Робот был гладким и заизолированным, как и говорилось в буклете.

Зачем изоляция? Конечно, чтобы сопровождающий мог спокойно плавать со своим техно-другом хоть в бассейне, хоть в море. Какой отдых без купания?

Не отводя взгляда от робота, Маник подошла к стойке регистрации. Умный чемодан едва успевал катиться за хозяйкой, ловко преодолевая ровную наклонную поверхность. Времена, когда женщина сама тащила чемодан за ручку или привлекала для этого дела носильщиком или кавалеров, давно канули в лету.

Времена меняются. Но никуда не делась приветливая доброжелательная улыбка администратора, красивой тайки. Она поприветствовала новоприбывшую и быстро считала всю её информацию с чипа умных часов.

В мире после эпидемии пропали все бумажные документы, оцифровались и перетекли информацией в бесконтактные гаджеты. Не отставала и робототехника. С промышленного уровня она шагнула в сферу услуг и частные дома. Вот и робот рядом с Маник вдохновлял её так же легко и просто, как и новые умные часы или новая модель смартфона с проекцией голограмм.

Тайка улыбнулась и коснулась плеча робота.

– Мисс Маник, вот ваш зарезервированный робот. Сейчас я произнесу слова активации. Потом он должен услышать ваш голос. Дайте ему имя-прозвище. После чего произведите первичную настройку. Подстройка доступна в любое время после фразы «произвести коррекцию». По условиям контракта, в ближайшие десять дней и одиннадцать ночей он будет подчиняться только вашим командам. Впрочем, в случае непредвиденной ситуации, у нас есть удаленная команда на его деактивацию. В случае критических моментов и ваших вопросов, я всегда готова на них ответить здесь и сейчас. Звоните по номеру…

Умные часы записали номер, вывели его отдельной иконкой на дисплее мобильного телефона с изображением тайки, подгрузив её аватарку из базы, а Лэйла только кивнула и довольная собой, произнесла:

– Маркуша.

Ещё в средней школе ей нравился парень по имени Марк. Первая любовь осталась безответной, вплоть до истерики и слёз в подушку, но в памяти засела крепко. И нередко в одиночестве она шептала любимую фразу: «что же ты, Маркуша, меня не замечаешь?».

Как назвать робота вопрос даже не стоял. Теперь то она ему всё выскажет!

Робот модели «ай си ди 2025 юнайтед» совместного русско-японского производства или просто «робот», как привычнее было для Лэйлы, перестал отражать точки и вопросительные знаки в глазах, приподнял голову и сказал мягким, но мужественным баритоном:

– Как зовут мою избранницу?

– Избранницу? – улыбнулась Лэйла. – Кто учил вас общению?

Робот повернулся к ней и немного наклонился, все ещё ожидая ответа. Даже попытался улыбнуться, но все той же натянутой улыбкой. Он быстро просканировал её внешность, выражение лица и снова приподнял уголки черных губ в ответ. Маник даже надеялась увидеть за ними язык, но увидела лишь ряд ровных, блестящих зубов.

– Лэйла, – ответила девушка.

И робот склонил голову как при поклоне.

– Рад знакомству, Лэйла. Давайте произведем первичные настройки. Наше общение будет происходить на «ты» или на «вы»? Введите по допустимой шкале от нуля до сотни показатели юмора, такта, неожиданности… робот перечислил ещё два десятка параметров, женщине даже немного наскучило называть цифры.

Но едва завершилась настройка, как новонареченный Маркуша кивнул, подхватил подмышку умный чемодан, застывший в полуметре от женщины, и галантно подал даме локоть.

– Прошу проследовать за мной, моя дорогая.

Лэйла рассмеялась и подхватила жёсткий локоть. Похоже, с настройками она немного переборщила. Но ничего, всегда можно откорректировать. Тем более что все прочие туристы уже давно покинули ресепшн, а трудолюбивая тайка была полностью погруженная в работу. Свидетелей «позора» не предвещалось.

– Ну пойдем, мой дорогой Маркуша, – ответила по-русски Маник.

Буклет говорил, что робот прекрасно понимает все известные человечеству языки, включая мертвые. И сразу же после первой настройки он перешел с английского на ее родной язык. Она не была билингвом с рождения, так что думать и говорить ей было приятнее на русском, если не было необходимости в международном общении.

Робот легко нёс умный чемодан за ручку, чтобы не замедлять хозяйку. Маркушка шёл мягко, без рывков и шатаний, как почему-то предполагала Лэйла должны шагать роботы. Напротив, его мягкие рессоры скользили плавно и бесшумно, а гироскоп с точностью до градуса регулировал наклон корпуса.

А как он внешне красив! Робот был совсем новым, из передовых моделей «для досуга» и красил женщину так же, как новый личный Мерседес с автопилотом.

Они прошли вдоль бассейнов и лежаков, отметив обилие снующих повсюду геконов. Маленькие, миролюбивые и полностью безопасные, но такие проворные ящерки бегали по стенам. Привлекая, давали время на себя посмотреть, а затем исчезали в тени кустов. Сколько раз Лэйла не пыталась их поймать, это ни разу не удавалось.

«Робота что ли попросить? – подумала туристка и тут же самая себя остепенила. – Да не-е-е, зачем мне это? И так понятно, что может и поймает».

В сопровождении робота и пикающего о разрядке батареи чемодана, она миновала несколько корпусов. Остановились у отдельно стоящих бунгало. При любой возможности Маник предпочитала, как можно дальше находиться от людей даже там, где их было мало. Персональное бунгало, рассчитанное на двух человек, стоило дороже типичного номера-«делюкс» в зданиях-корпусах на несколько этажей… Но ведь не в деньгах счастье.

К тому же располагалось бунгало в цепи высоких пальм, которые давали тень от палящего солнца. Двухэтажное строение оплетено цветущими садами плюмерии. Эти кусты с большими белоснежными цветами нравились Лэйле. А тайцы часто делали из них гирлянды для туристов. Или украшали ими «домики духов». Но чаще всего кусты просто бросали цветки в бассейны без особой цели. Те и плавали как лодочки, пока их не подхватывали дети или выуживал длинной палкой с сачком чистильщик бассейна.

Бунгало было небольшим, но продвинутым, напичканным последней техникой от саунд-бара до голографического телевидения. «Персональные владения Маник» почти на две недели отлично сочетались с модным роботом.

Маркуша галантно открыл перед ней дверь и сказал:

– Прошу входить, – и проследовав за ней, осторожно поставил чемодан в углу, и тихо закрыл за собой дверь.

Было приятно войти в охлажденное кондиционером помещение. Но липкий пот после долгой дороги давал о себе знать. Лэйла принялась раздеваться, и вдруг замерла, с сомнением глядя на робота.

– Ты ведь… не записываешь меня, да?

– Разглашение приватной информации, в том числе совершение аудио- и видеосъемки за клиентом по умолчанию запрещены вне режима реального времени, кроме случаев воспроизведения данных по пункту семь по запросу суда, – ответил робот.

Что такое «пункт 7» Лэйла благополучно забыла. Что-то про безопасность. Больше не сомневаясь, она скинула одежду на кровать и спокойно упорхнула в душ. Тёплые плотные струи смыли с неё пыль и усталость дороги. Взбодрившись и накинув белый пушистый халат на плечи, а затем вдев ноги в лёгкие домашние шлепанцы, она вышла из душа в бодром расположении духа.

Мелькнула мысль включить музыку или посмотреть телевизор, но в голове ещё гудело после перелёта. Ей никак не удавалось постичь искусство сна в самолете. Каждый свой перелет Маник мужественно терпела от момента взлета до посадки. А затем ходила первый день с ощущениями вареной картошки.

Робот так и стоял, застыв у кровати в ожидании команды. Повернувшись на звук двери, он окинул её взглядом и спросил:

– Массаж?

– Что? – немного опешила Лэйла.

– Расслабляющий массаж после долгого перелета. Снимет напряжение в шее и пояснице. Для лучшего самочувствия, – охотно пояснил робот и вытянув руки перед собой, пошевелил всеми десятью пальцами. Гибкими, и судя по всему, очень сильными.

В отличие от бело-серого корпуса, пальцы робота были такими же чёрными, как и полоски на голове и губы. Что означало, что они не пластиковые, но латексные или из другого мягкого материала, состав которых для Лэйлы был загадкой. С химией в школе она не особо дружила. А химическая промышленность в последние годы и без того шагнула далеко вперёд, чтобы задумываться о составах готовых изделий.

– О, вас и такому научили, – обронила Лэйла и встала перед кроватью, с сомнением посмотрев на своего сопровождающего. – А ты меня не задавишь?

Вместо ответа робот покачал головой. И тут Лэйла поняла, что то, как он отвечает, тоже зависело от его настроек. Сама его манера поведения была разной. Он подстраивался под неё, как всякий умный самообучающийся квази-организм. Так гласила брошюрка, которую старательно изучала в самолёте.

Лэйла скинула халат и легла на кровать. На живот.

– А тебе не нужны там… масла… или крем?

Вместо ответа отсек в правой ноге робота отодвинулся. На свет показался флакон с кокосовым маслом. С видом знатока робот попшикал себе масла на ладони с дозатора и убрал флакон обратно в отсек.

– О, да ты подготовился, – усмехнулась Лэйла, но робот не обратил внимание на сарказм и уже взобрался на кровать.

Судя по всему, он не собирался стоять радом с кроватью в наклоне, хотя бы потому, что кровать была довольно низкой по уровню.

Первые же прикосновения к пояснице показали, что пальцы у робота тёплые, с подогревом, а ещё мягкие и очень нежные. Он знал меру. Вдобавок пальцы немного вибрировали, что очень нравилось натруженным мышцам после долгого пребывания по аэропортам и самолётам.

Лэйле стоило большого труда не закатывать в экстазе глаза, когда сильные руки робота с нежностью и точностью, не допустимой для людей-массажистов, принялись расслаблять её связки. Кожа от удовольствия покрылась мурашками. А эта легкая вибрация! Что она делала с ней, когда пальцы робота гуляли по ягодицам? Диво-дивное, чудо-чудное!

Стараясь не потерять над собой контроль, и не стонать от удовольствия, Маник пыталась разобраться, что с ней происходит. В принципе всё было просто: её разминал робот и делал это так, что всему организму было непривычно приятно. Честно говоря, она могла провести так часы, забыв про всё остальное.

Но почему её это возбуждает? Эта тонкая грань нежности, щекотки, поглаживаний, и остального физического воздействия. Во истину, массажную программу в робота заложил чудо-программист.

Последние сомнения в необходимости расслабления пропали, когда робот перешёл к шее. Ушло возбуждение от прикосновений, немного зажужжало в ушах от вибрации, а затем замельтешило в глазах от прилива энергии.

Когда та словно перераспределилась, Лэйла поняла, что плывет на грани между сном и реальностью. И это можно не прекращать. Никогда! Ведь это только её персональный робот. На десять дней и одиннадцать ночей.

Никогда не было вложения лучше!