Читать книгу Целительница особого профиля. Темный враг - Теона Рэй - Страница 3

Уже у входа я сунула руку в карман пальто, вытащила холщовый кошелек и высыпала на ладонь несколько монет – все свои деньги. Восемьдесят геллеров, немногим меньше кроны, хватит, чтобы несколько раз зайти в булочную или купить продуктов примерно на неделю. Смотря что можно теперь найти в лавке, судя по быстро тающему ассортименту.

Я, конечно, не собиралась тратить все финансы на ужины для двоих, да и была уверена, что Рэм внесет свой вклад в закупку продуктов, но тем не менее, надолго мне этих денег не хватит. Жалованье должны выплатить со дня на день, но выплатят ли?

Размышляя о поджидающей меня нищете, я шагнула в теплый приемный покой. Дейна суетилась возле сидящих на скамейке посетителей, по очереди высыпала им в руку какие-то таблетки из темной баночки. Заметив меня, практикантка приветственно махнула головой.

– Сэйла Дирт, – твердым голосом обратилась она к одной из старушек, – не вздумайте пропускать прием лекарств как вы обычно это делает, ладно? Жаль, что некому вас проконтролировать, но давайте-ка я возьму с вас обещание.

– Клянусь своей совой, – округлив глаза, произнесла старушка. – Я буду пить по таблетке в день!

– Каждый день, сэйла Дирт, а не как придется.

Получив лекарства, престарелая сэйла ушла, а вслед за ней и другие. Дейна высыпала семь таблеток в руку юной девушки, та поблагодарила ее и тоже вышла на улицу.

– Что это ты им даешь? – заинтересовалась я. Впервые видела, чтобы таблетки раздавали вот так, без какой-либо упаковки, да еще и всем одинаковые.

– Противопростудные. Закончились бумажные пакетики, я решила раздавать прямо так. Доктор Бэйтон предупреждал, что к концу ноября станут приходить люди за лекарствами, но у меня совсем вылетело из головы. Таблетки хранятся в баночках, а баночки в больших коробках. На складе два стеллажа ими забиты, так что думаю, хватит всем. Люди должны пить их ежедневно, пока не наступит теплый сезон. Кстати, на вот, – практикантка взяла мою руку в свою, положила на ладонь полупустую баночку. – Тоже пей. Уж не знаю, из чего они и как помогают, но доктор Бэйтон сказал, что на Севере они необходимы.

– Почему бы не выдать посетителям по банке?

– Не знаю, но доктор Бэйтон запретил – только по семь штук на человека. Поможешь мне в кабинете? Доктор куда-то ушел, не знаю когда вернется. Нам осталось разобрать карточки за четыре тысячи пятьсот девяносто первый год, и на этом все. Набралось уже несколько коробок, все они в подвальном помещении.

В кабинете я сбросила пальто, собрала волосы в небрежный пучок и села за стол. Дейна притащила коробку с карточками, поставила ее на стол между нами, и мы принялись за работу.

– Сэйла Верн плоха совсем, – сказала Дейна между делом. – Боюсь, сегодня ночью она уйдет.

Я прогнала возникшую в груди боль. Надо помнить – я сделала все, что было в моих силах. К тому же, сэйла Юсилия Верн уже довольно стара, она прожила хорошую, долгую жизнь. Да, умирает от проклятия, и ее душа навсегда будет принадлежать темному миру черных магов, но моей вины в этом нет. Зачем она подписала договор? Что ей было нужно? Юсилия не просила ни слуха, ни зрения, ни здоровья – иначе почему она все так же ничего не видит и не слышит? Значит, просила за кого-то другого. За мужа?

Я прочла имя пациента в карточке, отложила к стопке с другими на букву «А».

Надо бы поговорить с Дитто Верном, узнать у него, не случалось ли в последнее время чего-то странного? Может быть, он внезапно разбогател или стал лучше себя чувствовать?

– Шахтер с разбитым лицом, – продолжила Дейна, – готов к выписке. Я жду доктора Бэйтона, чтобы сообщить ему об этом. Ума не приложу, куда этому мужчине идти – его бригада покинула город, стражи, охранявшие их, вернулись в свои башни, а поезд придет еще не скоро. Наверное, придется его пока не выписывать, пусть остается в больнице. Вообще-то он уже начал жаловаться, что утомился лежать без дела.

– Спросим совета начальника, – согласилась я, кивнув.

У меня в руках оказалась карточка мертвеца. Я глянула на даты: год рождения – четыре тысячи тридцатый, год смерти – четыре тысячи девяносто первый.

– Это тоже в архив? – спросила я неуверенно.

Дейна вскинула голову, посмотрела на информацию о пациенте.

– Нет, можно выбросить. Оставляем карты только тех людей, которые еще могут прийти за медицинской помощью. Этот уже не придет.

К концу разбора коробки таких «мертвецов» набралось тринадцать штук. Семеро из них не были слишком старыми, и среди них был даже один младенец. Мое настроение скатилось до нуля – меня всегда печалило, когда кто-то уходил из жизни раньше, чем заведено природой. Неправильно это как-то.

Время близилось к семи вечера, через несколько минут город опустеет – жители запрутся в домах, закроют ставни и задернут шторы. На улицах погасят почти все фонари, и кроме пьянчуг и мальчишек-посыльных на дорогах уже будет никого не встретить.

У меня заныло сердце, когда я вспомнила о сиротах, вынужденных работать по ночам да еще в такую погоду. Когда тепло и дороги чистые, не засыпанные снегом, еще куда ни шло – страшно, но можно убежать. А куда убежишь по льду и сугробам? Не приведи Всевышний еще метель начнется.

Дейна отложила последнюю карту, потянулась до хруста суставов.

– Отнесем вниз, и на сегодня хватит. Думаю, доктор Бэйтон не придет, наверное, на вызовах или уже дома.

«А дома бардак», – вспомнила я кучу ковров у входной двери. Постельное и шторы все еще в стирке, полы голые. Никакого уюта.

Мы с Дейной отнесли в пыльный, темный подвал все карты, рассовали на полки по алфавиту. Практикантка счастливо выдохнула:

– Мы месяц этим занимались! Как я рада, что наконец бумажная работа кончилась. А ты не ходила к Малине? Как у нее дела?

Я вкратце поведала Дейне о ее подруге, и Дейна успокоилась. Малира жила в хорошем доме, не была нагружена работой слишком сильно. О такой практике можно только мечтать.

Так как палата и комната для практикантов была занята пострадавшими во время нашествия тварей, мне негде было лечь спать, чтобы не идти домой по темноте в одиночестве. Дейна уже привыкла ночевать в кабинете на диванчике, не слишком удобно, но выбора не было.

Пока она расстилала постель, умывалась и переодевалась ко сну, я выпила чашку лимонного чая. Собиралась с духом, поглядывая в окно – мне правда нужно идти по такой погоде домой? Почему доктор Бэйтон не забрал меня? На него это не было похоже. Мы мало знакомы, но я уверена, не в его правилах бросать какую бы то ни было девушку совсем одну. Он знает, что в больнице ночевать негде, значит, я не могу тут остаться. Может, еще слишком рано? Время всего семь часов вечера, в такой час больница обычно работает, но работы на сегодня уже не осталось, а Дейна слишком устала, чтобы заняться чем-то еще кроме как лечь спать.

Практикантка залезла в постель, накрылась одеялом и взяла в руки книгу в яркой желтой обложке. Я видела как слипались ее глаза, и решила, что мне пора уходить.

– Не стоит, наверное, – нахмурилась Дейна. – Слушай… Диван узкий, но нам хватит места.

Она отодвинулась к стене, свободными остались всего сантиметров пятнадцать.

– Мне недалеко идти, не волнуйся. Всего-то через дорогу.

Дейна кивнула. Она думала, я живу в общежитии. По-хорошему, мне следовало так и поступить – остаться на ночь в общежитии, а не тащиться по городу в дом Рэма. Потом я вспомнила, что ключи от комнатушки оставила у Рэма, и вариантов больше не осталось.

Но где сам Рэм? Этот вопрос мучил меня всю дорогу.