Читать книгу Наложница фараона. Вот это я попала... - Тина Шеху - Страница 2

Глава 2. Жизнь рабыни

Оглавление

Словно в некоем забытом языческом ритуале, они повели меня вперёд. Я не понимала, что происходит, но не могла сопротивляться. Словно парализованная, я следовала за ними. Ноги сами вели за сомнительными незнакомцами? Или это последствия солнечного удара, а на самом деле я вращалась на больничной койке в лихорадочном припадке?

Тем не менее, проснуться никак не удавалось. Пустынный пейзаж сменился очертанием белокаменных невысоких построен, будто греческие виллы с картинок из интернета, но уж более... простые и грязные.

Вскоре я оказалась в одном из домов. Мужик, который теперь тащил меня через всю улице буквально втолкнул меня в это помещение и свалил восвояси, закрыв дверь так, что чуть не прищемил мне пальцы. Чужие голоса и уличный смех на внезапно обратились тишиной.

У меня защемило внутри — чувство, что я никогда раньше не испытывала. Всепоглощающий страх и невозможность осмыслить происходящее. Почему я здесь, как я сюда попала, кто эти женщины, что окружили меня и недовольно смотрят, будто я вселенское зло? Наверное, они так же удивлены моим прибытием сюда, как и я сама?

— Я...— произнести что-то осмысленное не получилось. Голова раскалывалась на тысячи осколков, а язык будто в костёр запихнули.

Кто они? Почему эти женщины в тёмных туниках кольцом смыкались вокруг меня? Что им нужно? И почему так придирчиво они рассматривают, будто кусок мяса на рынке?

Словно прочитав мои мысли, одна из женщин со злыми глазами толкнула меня в бок.

— Ну что, новая рабыня? Страшненькая, конечно, сутулая. На пару золотых тянешь.

— Посмотри на это белое лицо, — произнесла другая, беспардонно прикоснувшись к моей руке. — А волосы? Что за цвет? Краска нильского ила?

Она дёрнула за прядь, от чего я зашипела. Однако незнакомке очевидно плевать на мои неудобства. Старуха потёрла прядь двумя пальцами.

— Натуральный цвет. Значит, продать её можно подороже.

— Продать?!

— Начнём твои уроки, дева, завтра. И только подумай сбежать — меша тебя быстро вернут назад. Только ногтей и пальцев не досчитаешься.

— Какие уроки? Какие ногти? Вы о чём? Я прибыла с группой студентов из Ростова. Мы путешествуем по пустыни в поисках гробницы фараона Кемета. Пожалуйста, сообщите в город, что я потерялась. Моя группа ищет меня! Преподаватели уже бьют в колокола! Они уже сообщили в посольство России!

Разодетые в длинные самодельные наряды женщины не особо вслушивались в мой лепет. Их не испугало, что я иностранка. Скорее наоборот, впечатлило. Несколько взрослых египтянок начали перешептываться, но довольного громко, чтобы остаться неуслышанными.

— Странная девка. Не дай Ра нам её Сет послал в наказание.

— Из-за волос беспокоишься? Красноволосая... — говорящая презрительно осматрела меня, мои волосы, мою одежду. — Проделки Сета, и пусть. Денег за неё дадут хороших.

— Уверена, Мут? Вдруг заразная. Хворь по Нилу ходит.

— Уверена. Видела в Абидос специально похожих рабынь завозят, они нравятся мужчинам.

Их разговор настораживал. Рабынь?

— Что вы собираетесь делать со мной? Я прибыла с делегацией из России!

— Прикуси язык, змея иноземная, — уж точно по-змеиному шипит одна из женщин. — Молись Исиде, чтобы забрали тебя в хороший дом. А сейчас иди!

— Что вы делаете?!

Не спрашивая моего разрешения, да и мнения эти бабы потянули ко мне свои грязные руки. Морщинистые и старые ладони рвали одежду, запутывались в волосах и тянули меня за собой. Будто вихрем женщины увели меня из прихожей в какую-то странную комнату, где на коврах валялись пухлые красные подушки.

— Раздевайте её, — потребовала единственная из шести незнакомок, что не трогала меня, а командовала процессией.

— Да что тут раздевать, она и так голая. Распутная шлюха. Кто купит такую?

— Надо быстрее привести её в порядок и продать, пока молодость не увяла.

Они продолжали обсуждать меня, ничего не стесняясь. Я была для них предметом, товаром, вещью! И как бы я не боролась с этими тётками — ничего не выходило! Они сильнее, их больше, да сам Сет, чёрт бы его подрал, на их стороне!

Мне до сих пор было сложно осмысленно разговаривать. Голова кружиласьнастолько сильно, что меня мутило от каждого произнесённого слова.

— Отпустите меня! Хватит!

Но их вездесущие руки быстро срывали одежду до тех пор, пока я не осталась полностью голая. Они даже не дали прикрыться. Осмотрели, что-то проворчали и велели нацепить балахон, чтобы больше не светить срамными местами. Кажется, их всё устроило. А мне... я так устала, что даже не спорила. Упала там же, куда меня бросили и забылась в беспокойном сне.

***

С тех пор, как меня привели в этот дом, каждый день становился испытанием. Я была в плену у женщин, чьи взгляды полны презрения и ненависти. Даже любая лукавая улыбка, что я изредка получала, скрывала за собой холодное лезвие судьбы, готовое вонзиться в мою душу. В этот раз, когда я утром тихо пыталась налить воду в кувшин, ко мне подошла одна из других рабынь — Назира.

— Как ты?

— Как обычно, спасибо.

С Назирой мы познакомились сразу, как я очнулась. Её отправили ко мне показать дом и обучить главным правилам. Их оказалось немного и все они неимоверно поросли мхом и илом. Как бы не хотелось верить, что я как в дурацком фильме стала жертвой пранка, неделя ада в этом доме оказалась реальной.

— Аменет сегодня забрали, — сообщила Назира, помогая мне разлить воду по кувшинам. Мало таскать тяжеленные ведра с Нила, надзирательницы, как я их называла, требовали разливать её по маленьким тарам. — Чует моё сердце и тебя скоро купят.

Других рабынь в этом можно было по пальцам пересчитать. Теперь на одну стало меньше.

— Кто её забрал?

Я уже не спрашивала зачем. Одним вечером Назира рассказала, чем занимаются надзирательницы под предводительством Саи, самой старой и злобной старухи, что ходит на всём белом свете.

— Господин из столицы. Приехал ночью ради Аменет и увёз, пока слухи никто не распустил, что видели его у нас в доме.

Дом Саи был известен каждому в Фивах, именно в этом городе я очутилась против воли. Дом напоминал средневековый бордель — здесь обучали девушек, как служить мужчине, заставляли раздвигать ноги перед заглянувшими на огонёк воинами и зажиточными горожанами, а также торговали девушками не иначе, как обычной тряпкой на рынке.

Ужасно. Кошмарно. Но выхода отсюда не было.

— Зачем ему Аменет? Он нормальный? Не убьёт её?

— Нет, что ты! — шикнула на меня рабыня и стукнула холодным кувшином по плечу. Её привычным рукам легко давалось таскать тяжести. — Теперь она будет при хозяине. Без ежедневных подъемов за водой, без учёбы и испытаний от Саи! Быть может, господин даже сделает её наложницей!

Её загорелое лицо сияло от зависти и предвкушения. Назира ещё при знакомстве заявила, что стать наложницей богатого дядьки самое прекрасное, что с нами может случиться. Я же воодушевления совсем не испытывала. Какая наложница? Это дикость!

Пусть Сая со своими надзирательницами и издевались надо мной, заставляя заучивать наизусть стихи и заискивающие унизительные фразы, пусть требовали послушания и покорности, зато они не выставляли меня перед похабными мужиками. У меня даже было свободное время, чтобы...

— Что это у тебя?

— Ой! Дай! Назира!

Но из рук девушки уже не получалось вырвать клочок ткани, который я использовала в качестве бумаги для заметок. Как бы там ни было, я продолжала конспектировать всё, что видела. Устои, обычаи, моду, диалекты. Всё-всё-всё, что имело бы ценность для будущей дипломной работы.

О возвращении домой, я думала, как о неизбежном. Пусть вначале всячески и пыталась всеми силами и правдами вернуться в настоящее время. Осталось только выкрасть амулет, притащившийменя а прошлое, у надзирательницы. Иных путей к спасению своей жизни от заключения в теле рабыни я не видела. Ни побеги, ни молитвы всем возможным богам не помогли, а унывать сил уже не оставалось. После трудовых будней и беготни по поручениям главной в доме, я возвращалась в скромные общие покои выжатая, как лимон.

Зато теперь нарисовались проблемы иного характера.

— Что это? Что за язык, я не понимаю ни иероглифа? — Назира повертела бумагу в пальцах, поднесла к лучу света из окна, но от того кириллица ей понятнее не стала.

— Это моё! — вырвав из её рук ткань, я быстро спрятала её в балахоне. Девушка не стала бороться за непонятный ей предмет. — Заметки для научной работы...

— Наука? Перегрелась, дорогая Лисис?

Они называли меня этим выдуманным именем. Настоящее же, Алиса, почему-то надзирательницам не приглянулось.

— Совсем с ума сошла. Кто разрешит тебе учиться? Радуйся, что Сая грамоте обучит, а большее... не наше это дело, Лисис. Мужчины бьют женщин, если те лезут с заумными советами. А нам с тобой с мужчинами часто придётся иметь дело.

— Но…

— Ты так и не осознала, куда попала? Думаешь, на хозяйстве всю жизнь проведёшь?

Я покачала головой. По моим подсчётам нужно пробыть здесь ещё с неделю, чтобы собрать достаточно информации о бытие простого люда. А потом за амулетом и домой.

— Сегодня вечером, забыла сказать, в дом должны нагрянуть воины из Мемфиса. Говорят, среди них будут те, кто видел фараона!

— И что?

Сердце пропустило удар. Я не хотела думать, что это могло значить.

Хорошо, что в руках больше нет тяжелого кувшина, он в миг бы раскололся на тысячу глиняных кусочков.

— Думаешь почему у нас сегодня нет работы? Днём нужно накрасится, намыться и подготовиться встречать мужчин.

— Зачем? Почему они придут сюда? О боже… — до меня, наконец, дошло.

— Именно поэтому и придут, дурочка глупая. Ты когда-то знала мужчину?

Я не понимала о чём она. И заметив смятение, Назира пояснила.

— Никогда никто не вторгался в твоё лоно? Не дарил ласку? Нет? Ох, Лилис, надо сообщить это Сае.

— Она знает.

Главная уже задала всевозможные неудобные вопросы.

— Значит, ты сегодня лучик этого вечера. Думаю, не один мужчина захочет полакомиться тобой этой ночью.


Наложница фараона. Вот это я попала...

Подняться наверх