Читать книгу Родная старина - В. Д. Сиповский - Страница 13

Предания о первых русских князьях
Быт русских в девятом–десятом столетиях

Оглавление

Из преданий видно, что первые князья, кроме Ольги, мало думали о своей земле. Собирали они дань с подвластных им славян, брали у них людей в свое войско, делились данью с храброю дружиной своей и больше всего думали об удалых походах и богатой добыче. Не всегда даже князья могли, как следует, защищать подвластные им племена от врагов. Но все-таки совершилось великое дело: восточные славяне соединились под одной властью, составили один народ. Явилась сила, которая мало-помалу должна была сплотить разрозненные племена и роды в одно целое. Силою этою был князь с дружиною своей. Он стоит выше родовых споров; ему нечего мирволить одним, обижать других; он становится князем всей земли, и для него подвластные роды и племена равны. Не слушаться его опасно: у него под рукою надежная сила – его верная дружина, с нею он заставит себе повиноваться – словом, в князе у восточных славян явилась сильная правящая власть, которой раньше не было и без которой не может быть и государства.

Первые князья, как это видно из преданий, не привязаны еще к той или другой части населения, к тому или другому месту: Олег перенес столицу в Киев; Святослав подумывал водвориться еще южнее, в Переяславце-на-Дунае. Связаны первые князья неразрывными узами лишь с дружиною – в ней вся сила их, без нее ни лихого похода нельзя предпринять, ни оборониться от нападений хищников, нельзя даже и дани собрать с некоторых данников своих и сдержать в своей воле покоренные, но непокорные племена – словом, князь без дружины шагу ступить не может, без нее он – что голова без тела, да и она без князя – что тело без головы. С дружиной князь совещается, с нею делит боевые труды и добычу, старшим дружинникам (боярам) дает в управление города и области. Предприимчив князь да удачлив – нет недостатка и в лихих удальцах, готовых служить в его дружине, идут в нее из народа сильные да удалые люди. Задумал князь большой поход, который сулит богатую добычу, но мало ему дружины – стоит только клич кликнуть, из населения найдется всегда множество охотников до боевой потехи, до богатой добычи, до пиров веселых – и вот у князя собирается, кроме постоянной дружины, и временное войско. Вот почему Олег, Игорь и Святослав могли предпринимать большие походы на богатый юг. Но мало-помалу начинают князья сознавать, что и у себя дома дела довольно: то в одном месте поднимается мятеж от беспорядочного сбора дани, сравнивают алчного сборщика с хищным волком; то в другом месте население сетует и корит своего князя за то, что он чужие земли воюет, а своей не блюдет. Приходится князьям подумать о порядке в стране, о том «наряде», для которого, по преданию, и призваны были они; необходимо заняться устройством земли, охраною ее от врагов-хищников. Своя же личная выгода побуждает князей оборонять своих подданных от разорения. И вот князья мало-помалу из непоседливых воителей, ублажающих свою дружину славой и добычей, должны обратиться в устроителей земли своей, в охранителей ее. Для обороны страны и для управления ею строятся новые города, куда князья сажают наместниками своих бояр с отрядами дружины.

Хотя при первых князьях сословия не обозначались еще резко, но все-таки видно, что княжьи мужи, бояре и дружинники, занимают первое место, затем идут свободные люди, низший разряд которых составляли смерды. Наконец были еще рабы, пленные, захваченные на войне. Почти беспрерывная борьба с хищными кочевниками доставляла рабов, вероятно, очень много, так что русские торговали ими.

Около городов собирается все больше и больше населения, усиливаются разные промыслы и торговля. В городе живет князь или княжий боярин с дружиною. Война дает дружинникам богатую добычу, князья делятся с ними и данью. Есть чем платить, тут был бы только товар пригодный, а покупатель найдется. Нужны дружинникам и жилища хорошие, и одежда красивая, и обувь, и оружие: немало работы разным пригородным ремесленникам: плотникам, скорнякам, кузнецам, оружейникам и др. Находятся и люди, которые тем промышляют, что в одном месте купят какие-нибудь вещи, а в другом продадут их с выгодою для себя, с большим барышом. Где явятся такие купцы, или гости, как их называли в старину, там усиливается сбыт изделий, разные промыслы и ремесла идут лучше.


Крепостная стена русского города X в. Реконструкция


Князь и дружинники в старину, между прочим, и сами часто торговали. С наступлением зимы они выходили за сбором дани (на полюдье), весною возвращались в Киев и привозили с собою множество мехов, воску и меду; избыток всего этого отправляли в Византию, туда же посылали они на продажу и рабов. На севере, где было вдоволь лесу и между жителями было много плотников, за зиму заготовлялось множество лодок. С наступлением весны их сплавляли по Днепру к Киеву. Здесь их отделывали, снастили, грузили товарами и отправляли в Византию. Новгород и Киев, расположенные на водном пути с севера в Византию, все больше и больше богатели благодаря торговле. Из Греции привозили тонкие ткани (паволоки), вина, различные южные плоды, золото. Ездили русские купцы и на Восток для торговли в землю хазар, обыкновенно тоже водным путем: по Черному морю плыли в Азовское море, затем в устье Дона, поднимались вверх по этой реке до хазарской крепости Саркела (Белой Вежи), перетаскивали отсюда свои ладьи волоком до Волги и спускались по течению ее в Итиль, столицу хазар. Главным товаром, который сбывался здесь, были дорогие меха. С Востока же к русским шли драгоценные камни, золотые и серебряные изделия; цепочки, ожерелья, кольца, серебряные украшения для одежды, для конской сбруи, разные материи и пр. С Востока же, из Греции, попадали к русским золотые и серебряные монеты. Они очень ценились и наравне с другими украшениями переходили из рода в род, закапывались с покойниками, по старому обычаю, в могилы.

Предки наши, верившие, что и за пределами гроба продолжается жизнь, погребая покойника, словно снаряжали живого человека в путь: клали в могилу все вещи, которые особенно любил умерший, некоторые драгоценности его, ставили ему даже питье и яства в сосудах. Вот почему в древних могилах иногда много драгоценностей. В землю же наши предки скрывали обыкновенно свои сокровища – другого лучшего способа хранить их они не знали. Отлучаясь на торг или на войну, зажиточный человек тем временем зарывал тайком где-нибудь недалеко от жилья свои деньги и другие драгоценности, клал на это место камень, или сажал дерево, или как-нибудь иначе по разным приметам запоминал место, чтобы, вернувшись, найти свое достояние. Нередко случалось, что обладатель клада умирал или погибал на чужбине, не сказав о нем, и тогда целые века земля хранила скрытые драгоценности, и они попадали в руки ученых-исследователей или каких-нибудь счастливцев, случайно открывших их. По древним торговым путям много находили на Руси таких кладов. Иные из них весили по нескольку пудов, заключая в себе тысячи монет; особенно много найдено арабских денег IX–X вв. по восточному торговому пути. Это доказывает, что уже при начале государственной жизни и даже раньше у предков наших шла деятельная торговля с Востоком. По южному торговому пути, то есть по Днепру, найдено немало византийских, римских и других денег, начиная от первых веков христианства и до X в. Все это свидетельствует о древних торговых сношениях с Византией.

Кроме того, вели торговлю и с соседними народами, с болгарами, жившими по Волге и Каме, и финскими племенами. Торговля на севере с полудикими народами шла больше меновая. Вот что говорят о подобной торговле болгар с весью (одним из финских племен). Приезжают болгарские купцы в определенное место, оставляют там свои товары, а сами удаляются. Туземцы приходят, раскладывают свои вещи рядом с болгарскими. Болгары через некоторое время возвращаются и, если находят, что мена для них выгодна, берут с собою туземные товары, а свои оставляют. Если же им кажется, что финны мало предлагают в обмен, то удаляются опять, не тронув товаров. Это значило, что желают прибавки. Финны надбавляли своего товара и таким образом удовлетворяли болгар. Такую торговлю арабы называли «немою». Вероятно, русские таким же способом, как болгары, производили обмен с полудикими финскими племенами, жившими на далеком севере.

Разные промыслы и занятия вели к тому, что люди стали больше различаться, чем прежде, и по занятиям, и по состоянию. Те занятия, где нужно было больше силы, ловкости и смелости, давали и больше значения людям. Война и охота были главным делом дружинников. Когда князья затевали большой поход, то одной дружины было мало, и они набирали воев. В войско шли из народа крепкие и смелые люди, «мужи», как их называли в старину, а те, что были слабее и мало годились для войны, «мужики» (уменьшительное имя от «муж»), те оставались дома и занимались мирными промыслами: земледелием, пчеловодством, скотоводством и разными ремеслами.

Война и торговля обогащали некоторых. Богатые люди, дружинники и купцы стали больше отличаться от бедных, чем прежде. Жилье начали себе строить, конечно, лучше, просторнее и удобнее, одежду делать богаче, носить дорогие украшения, пищу употреблять более изысканную. Торговля доставляла русским разные плоды, тонкие ткани, серебряные и золотые украшения, разные драгоценности. Все это шло на потребу более богатых людей. Особенно женщины любили рядиться; в большом ходу были серьги, браслеты, ожерелья (особенно любили женщины носить зеленые бусы на шее). При раскопках древних могил много найдено этих вещей.

Родная старина

Подняться наверх