Читать книгу Разведчики и резиденты ГРУ. За пределами отчизны - Валерий Кочик - Страница 3
Часть первая
Московские руководители разведки
Первый начальник мирного времени Арвид Зейбот
ОглавлениеАрвид Янович Зейбот (1894–1934)
Создание военной разведки молодого Советского государства началось в 1918 году. Но до 1921 года говорить о серьезной, стратегической военной разведке не приходилось. Ведомство выполняло, в основном, оперативные задачи, его лихорадило от постоянных преобразований, руководители сменялись раньше, чем успевали что-либо сделать. К этому времени практически полностью поменялся и личный состав центрального аппарата.
Только после окончания гражданской войны, 4 апреля 1921 года, было создано Разведывательное управление Штаба РККА (Разведупр), которое стало центральным органом военной разведки. С апреля 1921 года Разведупром руководил Арвид Янович Зейбот, человек, который много сделал для организации эффективной деятельности ведомства. Проблем было много: неопытность, нехватка кадров, недостаток финансирования, параллелизм в работе различных органов военной разведки, голод. Зейбот был всего три года начальником и весной 1924-го ушел из разведки «по собственному желанию», поскольку не чувствовал ни малейшего влечения к этой работе.
Тем не менее, он передал своему преемнику Яну Карловичу Берзину нормально функционирующий аппарат военной разведки. Зейбот не был ни профессиональным разведчиком, ни профессиональным военным, однако обладал другими качествами, позволившими ему успешно выполнить именно эту задачу – организации и становления.
Арвид Янович Зейбот родился 21 августа 1894 года в Риге, в семье рабочего. Рос энергичным, предприимчивым, был вожаком окрестных ребят. Всю жизнь любил петь, хотя совершенно не имел музыкального слуха. Остроумный и начитанный, он учился в школе на «отлично». Новый подъем революционного движения в начале
1910‑х годов прошлого века захватил и Арвида, который провел детство в пролетарской, революционной среде. 18 лет от роду, учеником Рижского реального училища он стал в декабре 1912 членом Социал-демократии Латышского края.
Окончив в 1913 году училище, он поступил на механический факультет Рижского политехнического института, но проучился в нем недолго, вскоре уехал в Петербург и поступил на физико‑математический факультет университета. Специализировался по профессии математик-статистик. Помимо учебы занимался общим и партийным самообразованием. Чтобы заработать средства на проживание он давал уроки и работал в Статистическом бюро комитета по оказанию помощи беженцам, (родители помогали ему материально только до 1912 года). Но главное его дело – активное участие в революционной работе – не позволило завершить учебу. Из-за угрозы ареста он вынужден был покинуть в 1916 университет, где практически закончил обучение (не сданы были только государственные экзамены), и перейти на нелегальное положение.
После Февральской революции Зейбот вернулся в Ригу, где примкнул к группе меньшевиков-интернационалистов. Вспоминают, что, даже будучи меньшевиком, он нередко занимал большевистскую по сути позицию, а в начале 1918 года окончательно перешел к большевикам. С марта 1917 года он работал в Рижском совете рабочих депутатов, а затем в Видземском совете безземельных, был членом Исполкома латышских стрелков, входил в состав ЦК Союза молодежи Социал-демократии Латвии (СДЛ). Когда немцы оккупировали Латвию, Зейбота, как революционера, отправили в концлагерь – сначала в Даугавгрив, затем в Вентспилс. После заключения Брестского мира его выпустили на свободу, однако, имея все основания опасаться нового ареста, он уехал в Советскую Россию.
Осенью 1918 года, непосредственно перед восстановлением советской власти в Латвии, Арвид Зейбот вернулся на родину с мандатом Российского Бюро ЦК СДЛ. Он снова работает в Совете, в городе Валке, участвует в издании его органа – газеты «Сарканайс карогс», здесь вместе с ним работал будущий советский разведчик-нелегал Ян Биркенфельд (Тропин).
После победы революции и в этом уголке российской империи перед разрушителями старого строя встали задачи создания и управления новым обществом. И Зейбот с лучшей строны проявил себя в этом качестве, в каковом впоследствии был востребован и Разведупром, где его также оценили как превосходного организатора и руководителя. На первом съезде Советов Объединенной Советской Латвии он был избран членом ЦИК, а с начала января 1919 года стал комиссаром статистики советского правительства Латвии.
Статистика, как известно должна знать всё, и новой власти для правильной организации народного хозяйства следовало провести учет промышленности, сельского хозяйства, транспорта, запасов продовольствия, численности населения и прочих важных вещей. Организацией этой работы и занялся Зейбот. В феврале в Латвии произвели перепись населения и учет продовольственных и сельскохозяйственных ресурсов, а вскоре начался учет промышленных ресурсов и изучение бюджета рабочих.
«Он, можно сказать, буквально покорял работников Комиссариата и всех, кто с ним встречался, – пишет о Зейботе работавшая с ним в то время М. Крустыньсон. – И не только своей энергией, знанием дела, веселым характером, но и большой простотой, сердечностью и вниманием к людям, выдержкой и самообладанием в трудную минуту. Суеты и нервозности с его стороны никто не видел. Работать с Зейботом было легко. Признаться ему, что „этого я не знаю“, не было ни страшно, ни стыдно. Он всегда приходил на помощь, терпеливо, просто разъяснял непонятное и этим вселял уверенность в своих силах. Он пользовался очень большим авторитетом»1. А было народному комиссару в ту пору всего 24 года.
Недолго продержалось у власти советское правительство в Латвии. 22 мая 1919 года интервенты захватили Ригу. Вместе с отступающими частями ушел в Россию и Арвид Зейбот. В июне он вступил в Красную Армию, был помощником начальника, начальником политотдела 15-й армии (июнь 1919 – январь 1920). Эта армия, которая до мая 1919 называлась Армией Советской Латвии, известна, в частности, и тем, что дала немало людей для военной разведки, в том числе и двух её начальников – Арвида Зейбота и Яна Берзина. Из армии он был направлен на работу в Псков в Загранбюро Компартии Латвии, занимал должности секретаря бюро и заведующего агитационным отделом. Выступал с лекциями и докладами.
27 сентября 1920 года Арвид Зейбот был назначен помощником начальника Регистрационного управления Полевого штаба РВС Республики – так тогда называлась военная разведка. А 15 апреля 1921 года стал начальником Разведупра Штаба РККА (с ноября 1922 преобразованного в Разведотдел Штаба РККА). О том, чем занимался первый послевоенный начальник этого ведомства, видно из его заявления в ЦК РКРП (б) с просьбой о переводе на другую работу, написанном 9 февраля 1924 года.
«Я нахожусь на разведывательной работе в штабе с 1920 года. Сначала, пока надо было насаждать агентуру и чистить тот аппарат, который создавался в прежние годы и носил весьма случайный характер, требовалась чисто организационная работа, с которой плохо ли, хорошо ли, но все-таки можно было справляться. В последние годы обстановка резко изменилась в том отношении, что после насаждения работающей агентуры центр тяжести работы переносится на систематическое военное изучение иностранных вооруженных сил, а для этого необходимы глубокие военные знания и узкая специализация в этом направлении. Не питая никакой склонности к военной работе, я поднимал в течение последних двух лет несколько раз вопрос о моем освобождении от этой работы, но напрасно, так как иногда этому мешала напряженная международная обстановка, иногда говорилось, что ввиду бедности в людях отпускать работников РВС не согласен. Сейчас, с одной стороны, условия изменились, так как появились новые работники, есть заместитель т. Берзин, с другой стороны, настало самое последнее время заменить меня и для пользы дела, и для пользы меня самого: сидя четвертый год на работе, к которой не чувствуешь никакого влечения, начинаешь терять инициативу, заражаешься косностью, одним словом, видишь, что начинаешь определенно портиться. Поэтому прошу об отозвании меня в распоряжение ЦК РКП и переводе на какую-нибудь хоз. работу»2.
Из этого четкого и ясного, написанного хорошим русским языком заявления можно сделать вывод, что Зейбот был отличным организатором разведывательного дела, но начал тяготиться работой, когда дело наладилось.
Оценка его деятельности была дана 10 марта 1923 года начальником Штаба РККА П. П. Лебедевым и комиссаром С. С. Даниловым в приказе по Штабу № 151, где говорится о «чрезвычайно быстром развитии разведывательного дела в Красной Армии, охватывающего, в сущности говоря, весь мир, характеризующего современное состояние вооруженных сил иностранных государств, следящего за развитием военного дела за границей, учитывающего новейшие изобретения сухопутной, морской и воздушной военной техники. Многочисленные нити связывают Разведывательный Отдел Штаба РККА со всеми военным политическими и гражданскими государственными учреждениями и войсковыми частями, пользующимися результатами трудов этого Отдела, собирающего отовсюду сведения, книги, журналы, образцы и прочие материалы. Периодическая печать почти всех стран мира проходит через горнило центральной разведывательной машины. Разведывательный Отдел зорко следит за всеми событиями и в этом смысле является оком Красной Армии, обеспечивающим ее от неожиданностей. … По приказанию Главнокомандующего объявляю от его имени, а также от себя глубокую благодарность Начальнику Разведывательного Отдела тов. ЗЕЙБОТУ и всем сотрудникам Разведотдела».
При Арвиде Яновиче работа Управления резко пошла в гору, о чем свидетельствует, в частности, и такой документ: в предисловии к одному из справочников Разведупра отмечается: «Работа по составлению сборника … была задумана и начата еще в конце 1921 г. при наличии сравнительно скудных материалов, позволявших рассчитывать на выполнение лишь самого сжатого и беглого обзора … Однако по мере поступления новых, значительно более обширных материалов, явилась возможность расширить рамки труда и приступить к систематическому рассмотрению воздушного флота каждой отдельной страны, а равно и её авиапромышленности и гражданской авиации (последние две области – с военной точки зрения) … Работа … была закончена лишь в мае 1923 г., причем в продолжении всего периода работы непрерывно продолжали поступать новые материалы… Благодаря использованию богатой авиационной литературы и печати, изданной сейчас в Западной Европе и САСШ, и собственных материалов, нам удалось по большинству стран дать в значительной степени полное и почти всестороннее (за исключением тактики) освещение состояния воздушного флота»3.
К этому можно добавить, что в этот период в главных европейских государствах и странах Востока появляются первые резиденты военной разведки. Одним из центров разведывательной деятельности в Европе стала Австрия. Резидентами в этой стране (под легальным прикрытием) были Ю. Я. Красный, В. Инков (Ф. Вольф), М. А. Логановский. В альпийской республике в начале 20‑х годов работали также: Я. Г. Локкер, А. О. Глезнер, С. А. Губер, Б. К. Ильк, М. Ю. Тылтынь, Э. Ф. Мадарас, Б. Ф. Лаго, С. Л. Узданский и другие.
Несколько резидентур Разведотдела, нацеленных, в основном, на борьбу с белой эмиграцией, было создано в Болгарии. Сильная нелегальная организация действовала с 1921-го в Софии под руководством Христо Боева. Легальным прикрытием для резидентур военной и внешней разведки была миссия Советского Красного Креста (военный резидент Борис Николаевич Иванов, работавший под фамилией Краснославский, Шапошников). По Болгарии и Румынии работала варненская резидентура Стояна Джорова и Койчо Касапова. Особняком стоит группа Григора Чочева, созданная в Варне в 1919‑м по распоряжению ЦК БКП. Её обширные возможности использовали и болгарские коммунисты и Коминтерн, а также обе советские разведслужбы. Сотрудником военной разведки в составе группы Чочева был, например, Жечо Гюмюшев («Шварц»). Свою группу возглавлял в Болгарии И.Д. Анисимов.
Задания советской военной разведки на Балканах выполнял А.Д. Андреев (Илиеш).
Объединенная резидентура Разведупра Штаба РККА и ИНО (Иностранного отдела) ВЧК формируется в 1921‑м в Германии, которая также становится центром работы разведок в Европе. Во главе её стояли А. К. Сташевский и Б. Б. Бортновский – опытные уже разведчики, отличившиеся в период гражданской войны на Западном фронте. В стране работали: С. Г. Фирин, В. Г. Кривицкий, А. Я. Песс, В. Р. Розе, Ф. Фишер, Б. Ф. Лаго, Я. М. Фишман, Э. Г. Тененбаум. В 1922‑м начинается многолетнее тайное военное сотрудничество Германии и СССР, основное участие в котором принимали как раз легальные представители СССР в Берлине. Советская военная разведка активно участвовала в подготовке ряда революционных событий в этой и других странах Европы (1923–1924 гг.).
Первые резидентуры, которые охватывали ряд городов Северной и Южной Италии, были организованы Я. М. Фишманом, Я. Я. Страуяном. Среди многочисленной агентуры, приобретенной ими как среди русских эмигрантов, так и среди итальянцев, были Н. Н. Зедделер (Герберт), работавший впоследствии в Китае; А. Сильва, позднее нелегал в Австрии и Румынии; Р. Л. Бартини, ставший крупным советским авиаконструктором; Б. М. Иофан, воследствии известный советский архитектор, построивший «Дом на набережной», а также Э. А. Амброджи.
В Китае, по договоренности с правительством Сунь Ятсена, с 1922 года работают десятки советских военных советников, которые оказывают помощь на фронтах гражданской войны и в подготовке кадров военных специалистов. Их оформлением и отправкой занимался Разведотдел Штаба РККА. Среди них были и военные разведчики, некоторые из военных советников пришли на службу в военную разведку уже после китайской командировки. Там действовали: Б. Н. Мельников, Д. Д. Киселев, А. И. Геккер, В. А. Белли, З. В. Мосина, И. Г. Герман, Я. Г. Минский, М. А. Бабичев, М. Р. Аронштам и многие другие. В длительной командировке в Японии побывал востоковед старой школы О. В. Плетнер (1918–1922), на территории оккупированного Японией Северного Сахалина резидентом был В. С. Ощепков (1922–1924).
Немало советских разведчиков работало в пограничной с Советской Россией Персии в период Гилянской революции (май 1920 – сентябрь 1921) и в последующие периоды, как, например, К. А. Батманов, Г. Т. Магерамов, Р. П. Абих, В. П. Рогачев, М. Р. Тагиев, А. П. Аппен, П. А. Вейнер, Х. М. Мугуев, М. С. Свечников, И. Р. Туманов и др.; а также и в Афганистане: Б. Н. Иванов, А. Х. Баратов, Б. П. Постников, Э. М. Рикс, Б. И. Тутолмин, А. С. Шипек и др.
Среди основных объектов деятельности военной разведки в этот период важнейшими были ближайшие западные соседи Советской России, в том числе и Латвия. На нелегальной работе там, в начале 20‑х годов были братья Эрнст и Вильгельм Янберги (впоследствии известны как Э. К. Перкон и А. П. Лозовский). Многие годы (1920–1928) проработал в Латвии Я. К. Шиман. Одним из руководителей военной разведки в этой стране был помощник начальника, затем начальник Регистрационного отдела Петроградского военного округа Р. М. Кирхенштейн.
Польша стояла тогда на первом месте в списке государств, которым военная разведка уделяла внимание еще во время гражданской войны. Там работали Р. К. Китаин (1919–1922), З. Линк (1920–1924), И. С. Порецкий (1921–1923), Е. В. Горвиц-Самойлова (1922–1924), В. С. Марищук (1922–1924), Г. К. Богуславский (1923–1927), П. А. Атлас (1923–1925) и др. Среди других успешно действовала в начале 20‑х годов нелегальная резидентура в Кракове, созданная С. А. Залесской. Её люди были и в польской политической полиции (дефензиве). Многочисленная разведгруппа «ДАР», сформированная в основном из русских эмигрантов, действовала в 1920–1924 гг. в Гданьске (в то время – «Вольный город Данциг»). Руководили её работой гданьские коммунисты А. Раубе и Б. Гинце, а также бывший белогвардейский капитан И. И. Беланин. В вооруженных силах Польши действовал польский коммунист Б. Я. Овсянко (Овсиенко). Руководили военной разведкой в Польше в основном легальные сотрудники Разведупра – Разведотдела штаба РККА С. Л. Узданский, М. А. Логановский, М. А. Карский.
Разведкой на территории Румынии, как уже упоминалось, занимались резиденты военной разведки и члены революционного комитета «Добруджа» С. Джоров и К. Касапов. Их штаб-квартира находилась в болгарском городе Варна, поскольку они входили также в состав партийно-разведывательной группы Г. Чочева. В самой стране работали М. Я. Красовский, И. К. Парфелюк, С. Ф. Гаврилюк и др.
Нелегальным резидентом Региструпра Полевого штаба – Разведупра Штаба РККА с 1919 года был Н. Трайчев (Давыд Давыдов), который занимался революционной деятельностью в Константинополе еще с 1908-го. Помогали резиденту присланные Центром болгарские коммунисты Х. Катев и А. Деведжиев. В этот период в Турции работали также разведчики Е.К. Феррари, В.Ф. Воля, И.В. Саблин, М. М. Погорелов, А. И. Готовцев, В. Я. Аболтин, Ф. П. Гайдаров, А.А. Арутюнов, И.Д. Анисимов. Военным атташе и резидентом в 1921–1923‑м был К. К. Звонарев.
Резидентом в Хельсинки был военный атташе А. А. Бобрищев, а его помощником – А. Лиллемяги (А. Я. Песс). Одну из разведгрупп резидентуры возглавлял служащий типографии, член Социал-демократической рабочей партии Р. Дроккило. Более года (1921–1922) проработал в Финляндии Р. Д. Венникас (И. И. Бергман), который затем занимался этой страной в качестве начальника Разведотдела штаба Петроградского военного округа. В стране почти год проработали Р. Э. Ахола (1919–1920) и Я. К. Ашневиц (1921–1922). Разведкой в соседней с Финляндией Эстонии занимались А. Я. Песс и А. К. Рандмер.
Деятельностью военной разведки во Франции в 1921–1924 годах руководили Б. Н. Иванов, С. П. Урицкий, Я.-А. М. Тылтынь, которым удалось создать обширную агентурную сеть, поставлявшую информацию о военной промышленности и армии, и о белой эмиграции. Им помогали М. В. Скоковская, Г. О. Зозовский, Е. К. Феррари, М. Ю. Тылтынь, а также М. М. Лещинский, Н. Г. Левинсон, П. М. Арман, А. Стон (Моисеев), В. Г. Ромм, Н. Я. Яблин и другие.
В Чехословакии работали по легальной линии А. Г. Ганзен, М. Ю. Тылтынь, а также разведчики нелегалы В. А. Горвиц-Самойлов, Ш. Б. Горышник. Более 3‑х лет в зарубежной командировке находился Л. А. Анулов.
И это лишь малая часть штатных сотрудников и агентуры зарубежных подразделений советской военной разведки того времени.
В этот период налаживается более четкая координация действий между различными разведорганами. Устраняется параллелизм в работе между ними, разграничиваются зоны их деятельности.
Так, например, летом 1921 г. врид начальника РУ штаба РККА А.Я.Зейбот и начальник 2-го отдела РУ Я.К.Берзин распорядились «во избежании параллелизма в агентработе и в целях большей экономии в силах и средствах» перевести «агентуру регистбюро «А» и регистбюро Фин» в полное распоряжение РУ Петроградского военного округа и обозначили «разграничительные линии района разведываемого Разведупром П.В.О.» в Финляндии, Эстонии и Латвии. А агентуру этого РУ в Норвегии, Швеции, а также Эстонии и Финляндии западнее указанных линий приказали передать Агентурному отделу центрального аппарата. Через месяц разведке ПВО разрешили «иметь для информации своих резидентов по одному в г.г. Ревель и Гельсингфорс»4.
А в марте следующего года за наведение порядка в этом вопросе взялись на Дальнем Востоке, где тогда ещё существовал Восточный фронт Народно-революционной армии Дальневосточной Республики. Начальник РУ штаба помощника Главкома по Сибири С.Г.Вележев приказал: «В целях избежания наблюдающегося до настоящего времени параллелизма в работе разведорганов изучающих Дальний Восток (Разведупрсиба, Разведупра НРА, Разведотарма 5), а также большей специализации каждого разведоргана по отдельным государствам, полного и всестороннего, при ограниченном наличии работников, использования всех поступающих по иностранным государствам материалов – необходимо провести строгое распределение работы между указанными разведорганами»5.
Изучение Монголии было возложено на РО штаба 5-й армии, Китая – на Разведупр НРА ДВР, Японии и Америки – на ведомство Вележева. Изучением внутренних фронтов должен был зниматься «каждый соответствующий разведорган», а Приморьем – РУ НРА. Подобное распределение обязанностей было весьма важным событием, если учесть, что некоторые приграничные армии (в том числе 5-я) стремились ранее вести разведку не только на сопредельных территориях, но и в дальнем зарубежье.
К середине 1920‑х годов приграничные военные округа (и приравненные к ним армии) проводили разведку в следующих сопредельных странах (на глубину своей ответственности и выделенной им зоны): Петроградский – Ленинградский ВО: Финляндия, Эстония, Латвия; Западный фронт – Западный военный округ: Польша, Литва; Отдельная Кавказская армия – Кавказская Краснознаменная армия: Турция, Персия; Туркестанский фронт – Среднеазиатский ВО: частично Персия, Индия, Афганистан, прилегающие к Туркестанскому фронту северо-западные районы Китая; 5-я армия – Сибирский ВО: Китай, Монголия; ОДВА: Япония и Маньчжурия.
В первые годы после окончания Гражданской войны и интервенции военной разведке приходилось решать и некоторые контрразведывательные задачи. Имеется ввиду борьба с зарубежными белогвардейскими организациями и с бандитизмом на своей территории («внутренний фронт»). В 1921–1922 гг. она проделала большую работу по своевременному раскрытию готовившихся на территории сопредельных государств выступлений белогвардейцев против СССР. Отдельным резидентурам вплоть до 1926 г. одновременно с разведывательными ставились и контрразведывательные задачи – выявление агентуры белогвардейцев на территории СССР, разложение белогвардейских отрядов, подрыв авторитета белогвардейских руководителей. По мере укрепления позиций Советской Республики задачи по борьбе с внутренней и внешней контрреволюцией все в большей мере возлагаются на ВЧК, а затем и на ОГПУ.
В качестве примера можно привести фрагмент доклада об организации и распределении работ в 3‑м (информационно-статистическом) отделении Разведотдела 5-й армии Восточного фронта (27.12.1921): «…3) Внутренний фронт: в круг обязанностей заведующего этим сектором входит: а) составление ежедневных сводок по Внутреннему фронту, б) ведение журнала непроверенных сведений и книги заданий, в) в связи с этим составление заданий по указанию Начальника 3-го Отделения, г) систематическое нанесение на карту движения банд и д) всестороннее изучение бандитизма и составление двухнедельных обзоров по Внутреннему фронту. Материалами для оставления сводок и обзоров служат разведсводки частей 5 армии, агентурные, документальные, опросы пленных, перебежчиков и проч., а также сведения имеющиеся в Оперупрарме 5…»6.
Дополняет этот материал цитата из рапорта начальника РО штаба 5-й армии И.Н.Репина от 17.01.1922 г.: «…Отмечается, что на внутреннем фронте агентурная разведка, хотя не редко с большими запозданиями, давала больше материала, чем войсковая. Работа же команд юных разведчиков принимавших активное участие на внутреннем фронте заключалась в ведении дальнего и ближнего разведпоиска, проверке сведений добытых агентурой, опросе местных жителей, захвате документов и т. п. Принимая во внимание, что группировки бандитов происходят обычно в районах, где им в той или иной мере симпатизирует население, ведение войсковой разведки, как это предусматривают наши наставления и уставы в известной мере затруднительно и не всегда достигает своей цели – в видах более успешной борьбы с бандитизмом вызывается необходимость особой интенсивной агентурной разведки…»7.
Изучением ситуации на внутреннем фронте в центральном аппарате военной разведки в 1921–1922 гг. занимался Ян Петрович Дзенит. Ранее он возглавлял разведывательное отделение (войсковая разведка) Оперативного управления штаба Западного фронта. Сектором внутреннего фронта Информационно-статистического отдела Разведупра он заведовал наряду с учебой в Военной академии РККА.
Примером работы по предотвращению военных акций белогвардейских организаций против СССР могут служить документы РУ штаба Петроградского ВО:
Сов. Секретно
Агентурная сводка № 46
Агентурного Отдела Разведупра Штаба ПВО
контрразведывательного характера
к 28 февраля 1922 года.
Финляндия
По агентурным сведениям от 22/II – 22, в Гельсингфорсе находится главная организация русских контр-революционеров. Подведомственные организации находятся в Выборге и Териокки. Териоккская организация носит название – Комитет БОЙСМАНА – и руководителем таковой состоит русский генерал БОЙСМАН. Функции Комитета следующие: оказывать помощь русским контр-революционерам, желающим перебраться из Советской России в Финляндию, добывание разного рода документов и организация шпионажа в Советской России. Главными деятелями этого Комитета в пограничной полосе являются: указанный уже генерал БОЙСМАН, землевладелец ГОЛИКОВ в Уусикирко, ротмистр БАНКОВ и СОКОЛОВ в Териокки. БАНКОВ ведает допросом прибывающих из Советской России через Келломякский карантин граждан с целью получения необходимых сведений. СОКОЛОВ ведает шпионажем и лично переходит границу: летом на моторной лодке, зимой по льду.
БАНКОВ и СОКОЛОВ имеют тесную связь с представителями Англии и Франции в Финляндии, получая от таковых постоянное жалование. Средства на ведение шпионажа получаются от представителей Англии и Франции, а также от Центральной организации русских контр-революционеров из Парижа.
Пом. Начразведупра Штаба ПВО [И.П.] Кудраш
Начоперода [Г.А.] Гофберг
10.03.1922 г. тот же Кудраш направил члену РВС округа А.М.Лиде «копию письма С.Павловского (начальника контр-разведки Савинковской организации) на имя начальника Штаба Информационного Бюро Н.С.З.Р. и С.». Этот материал, по мнению РУ, «заслуживает полного доверия»8.
В Разведупре наряду с собственным и зарубежным опытом работы в период руководства Зейбота изучался и использовался опыт российских предшественников. Вот некоторые факты.
Управление издало для внутреннего использования книгу бывшего генерал‑майора П. Ф. Рябикова «Разведывательная служба в мирное и военное время» (М., 1922–1923; Впервые опубликована в Томске в 1919 г.). Кстати его книгу переиздала в те годы для себя и чехословацкая военная разведка, ровесница советской.
Бывший штабс-капитан В. М. Цейтлин занимался для Курсов разведки разработкой основного предмета «Агентурная (тайная) разведка», читал на Курсах лекции. В 1922–1924 гг. там же преподавал бывший генерал‑майор Н. П. Сапожников, как и на Военно-академических курсах и в Военной академии РККА. Прочитанный им на разведкурсах материал «Задачи разведки» был размножен для слушателей в 1925 г. Позднее (вместе с бывшим штабс-капитаном А. И. Гречаником) он выпустил учебное пособие «Разведывательная служба штаба корпуса, дивизии и полка в боевой обстановке» (М., 1928).
Военная академия РККА напечатала у себя книгу другого генерал‑майора П. П. Сытина «Разведывательная служба» (М., 1924), где он касался не только работы собственно разведки (в основном), но и контрразведки. Он писал: «Главная цель разведки мирного времени заключается в стремлении изучить свойства будущего противника и проникнуть в его план войны, определить предел напряжения его военной мощи и выяснить способность его к продолжительной борьбе. Многие из указанных сведений сохраняются в глубокой тайне, а потому могут быть добыты только путем посылки смелых, смекалистых, грамотных и толковых людей, специально подготовленных агентов», получены «только ловкостью, хитростью, путем обмана, подкупа, иначе говоря путем нелегальным, путем тайных агентов или шпионов… Для правильной и систематической работы разведывательной службы в центральном Штабе РККА должен быть организован особый орган разведки, который занимается а) всесторонним и широким изучением иностранных государств и их вооруженных сил и б) устанавливает правильную постановку дела разведки в нашем государстве. Главным таким органом у нас в Штабе РККА является Разведывательное Управление». Ранее, в 1920–1922 гг. Павел Павлович был советским военным атташе в Грузии и состоял в прикомандировании к РУ штаба РККА.
Полковник российской армии А. В. Косматов с февраля 1922 г. состоял в распоряжении начальника Региструпра ПШ РВСР. Служил военным представителем в дипломатической миссии РСФСР при правительстве Латвии (март – май 1921), начальником отдела войсковой разведки РУ штаба РККА (май 1921 – март 1922), затем в прикомандировании к Разведупру и в его резерве (март 1922 – февраль 1923). Одновременно в 1921–1923 гг. был начальником Курсов подготовки начсостава того же Управления.
В аппарате военной разведки, в том числе и зарубежном, служили также: штабс-капитан Ф. Е. Ильяшенко, подполковник А. К. Коленковский, полковники М. С. Свечников и И. А. Троицкий, генерал‑майор М. В. Фастыковский.
Разведупр издал «для служебного использования» исторический труд своего ответственного сотрудника К. К. Звонарева «Агентурная разведка» (М., 1929–1931), первый том которого назывался «Русская агентурная разведка всех видов до и во время войны 1914–1918 гг.».
Ссылки на дореволюционные труды по разведке и добытые российской разведкой материалы встречаются в советских военных публикациях на данную тему, а также в изданиях первых лет Информационно-статистического отдела (части) РУ штаба РККА.
Обложка книги К. К. Звонарева «Агентурная разведка».
Репринт издания 1931 года
Нужно отметить еще одну особенность в деятельности советской разведки в те годы. Не редко партийные руководители требовали от разведчиков-нелегалов участия в коммунистической работе, а для этого они должны были состоять членами местных компартий, в тех странах где им предстояло действовать. Когда же они возвращались в Москву не исполнив этого задания, то им и их начальникам приходилось оправдываться, что неисполнение связано со спецификой разведработы. Впоследствии партия исправила эту свою ошибку, запретив такие контакты и использование в разведке за рубежом действующих членов местных компартий. Как известно этот запрет соблюдался не всегда.
* * *
ЦК партии удовлетворил просьбу Зейбота.
В июне 1924 года он был уволен из армии в бессрочный отпуск и назначен консулом, а затем генеральным консулом в Харбин, куда отправился под именем Ивана Петровича Грандта.
На этом посту, где он совмещал дипломатическую и разведывательную работу, Арвид Янович пробыл до 1926 года. Вернувшись домой, он последовательно работал в наркомате путей сообщения, наркомате рабоче-крестьянской инспекции и Совнаркоме. С 1928 года – помощник зампреда Совнаркома СССР Яна Рудзутака.
Умер Арвид Янович Зейбот 9 ноября 1934 года и похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. На похоронах присутствовали Я. Э. Рудзутак, Я. К. Берзин, А. М. Никонов, Д. Бейка и другие. Прощальное слово от РККА произнес заместитель начальника Разведупра А. М. Никонов.
Примечания
1 Крустыньсон М. Арвид Зейбот // Коммунист Советской Латвии. Рига, 1970. № 2. С. 79–80.
2 РГАСПИ. Ф.17. Оп.100. Д.17974.
3 Вологодцев Л. К. и др. Воздушный флот иностранных государств. М., 1923. Ч.1: Европейские страны. По данным 1922— 23 г. С. VII–VIII.
4 Приказы по фронтовым и окружным Разведупрам 1921 г.: № 17 от 23.06. и № 18 от 20.07.
5 РГВА. Ф.185. Оп.3. Д.1108. Л.17.
6 Там же. Л.1об.
7 Там же. Д.1162. Л.42.
8 РГВА. Ф.25888. Оп.1. Д.103. Л.45, 55.