Читать книгу Хрущевка на курьих ножках. Сказка-хоррор - Валерий Ларченко - Страница 3

Туман был холодным и липким. Он обволакивал легкие, заставляя дышать чаще, и казался живым, едва заметно шевелился, словно сотни невидимых змей ползли по земле. Мишка держал фонарик дрожащей рукой, пытаясь пронзить им эту мертвенную дымку. Звук хруста прекратился, но голос, что донесся из тумана, теперь был совсем рядом, низкий и скрежещущий, будто ржавое лезвие по мокрому стеклу.

– О, какие аппетитные… детки. Давно не ел такой свежатинки. Обычно тут крысы бегают, но они уже надоели, мелкие, костлявые. А вы… вы прямо как пирожочки. С мясом.

Ленка, которая только что визжала от боли в коленке, внезапно перестала стонать. Она резко поднялась, её глаза были широко раскрыты, а на лице появилось выражение, которое Мишка хорошо знал: смесь любопытства, возбуждения и полного отсутствия инстинкта самосохранения.

– Кто это? – шепнула она, прижимаясь к Мишке. – Бабайка? Или тот странный дед с третьего этажа, который собакам суп варит из голубей?

– Не знаю, но точно не дед с третьего этажа, – прошипел Мишка, пятится назад, надеясь, что двери лифта откроются по его мысленному приказу. Они, конечно, не открылись. – Стой за мной. И держи свой фонарик ровно!

Ленка послушно направила луч своего телефона вперед, немного правее Мишкиного фонарика. Две тонкие полоски света попытались прорезать туман. И тогда они увидели его.

Это было нечто огромное и бесформенное, возвышающееся над ними в тумане. Сначала казалось, что это просто старый пень или куча гниющих корней. Но потом, когда фонарики сфокусировались, проступили детали.

Существо было действительно похоже на пень, но только с одной, огромной, налитой кровью, выпученной глазницей посередине. Глаз был размером с футбольный мяч, с вертикальным зрачком, который медленно двигался, фокусируясь на детях. Вокруг глаза кожа была сморщенной, потрескавшейся, покрытой лишайниками и мхом, но под ними проглядывали старые, глубокие шрамы. Из-под «пня» торчали толстые, узловатые корни, которые на самом деле были ногами, неуклюже переступающими по земле. И из этого же «пня» свисали длинные, жилистые отростки, похожие на обрубленные ветви, но с явно видимыми костяшками и острыми когтями на концах.

Существо медленно наклонилось к ним, издавая тот же скрежещущий звук, который они слышали ранее. От него пахло болотом, гнилью и чем-то еще, очень знакомым и отвратительным – запахом старого, немытого человека.

– Деточки, – прохрипело оно, и Мишка заметил, что у этого создания нет рта. Звук исходил откуда-то изнутри, из самой глоткой глазницы. – Потерялись? Или пришли навестить дядю Лихо?

Лихо Одноглазое. Легенда. Один из самых мерзких и докучливых персонажей русского фольклора. Существо, которое приносит беду и несчастье, просто находясь рядом. И оно, похоже, теперь жило в их подвале.

– Мы не потерялись, – соврал Мишка, хотя сердце колотилось, как отбойный молоток. – Мы… мы просто вышли не на том этаже. Мы в лифт обратно.

Он сделал шаг назад. Лихо двинулось следом, переступая своими корнеобразными ногами. Каждый шаг сотрясал землю и поднимал облака гнилостной пыли.

– В лифт? – протянуло Лихо. – А зачем? Тут так весело! Столько игр! Хотите сыграть в «догонялки»? Я люблю догонялки. Особенно когда маленькие человечки бегают и кричат.

Мишка поднял руку с баллончиком.

– Не подходи! У меня… у меня освященный перцовый газ!

Лихо громко, с присвистом, «засмеялось». Это был звук, от которого волосы вставали дыбом, как от крика в хоррор-фильме.

– Газ? От Лиха? Милый мальчик. От Лиха спасает только судьба, а ей не прикажешь. Иди ко мне, дай я тебя обниму, маленький мой пирожочек…

Один из его когтистых отростков потянулся к ним, медленно, с неизбежностью движущейся грозовой тучи. Коготь был ржавым и острым, как старое лезвие.

– А ну брысь! – неожиданно для самого себя заорал Мишка и нажал на баллончик.

Облако едкого газа вылетело из сопла и врезалось прямо в огромный, налитый кровью глаз Лиха.

Раздался такой вопль, что Мишка подумал, что у него лопнут барабанные перепонки. Лихо задергалось, его огромное тело завертелось, как волчок, корни-ноги начали беспорядочно топтать землю, разбрасывая комья грязи и щепки.

– А-а-а-а-а! Жжот! Мои глазоньки! Какой же ты противный! Злой мальчик! Я тебя съем! Я тебя ПЕРВЫМ съем!

Ленка схватила Мишку за руку.

– Бежим!

И они побежали.

Куда бежать, они не знали. Туман был везде. Земля под ногами была скользкой, покрытой корнями и мокрой листвой. Где-то вдали слышалось бульканье и хлюпанье, словно кто-то огромный переваливался через болото.

Лихо, ослепленное и разъяренное, продолжало истошно орать и крутиться на месте. Это дало им пару драгоценных секунд форы.

– Куда мы бежим? – запыхавшись, спросила Ленка. – Здесь же нет выхода!

– Просто бежим! – Мишка изо всех сил старался сохранить спокойствие, хотя его внутренний прагматик уже рисовал самые ужасные сценарии их гибели. Быть съеденным Лихом Одноглазым в подвале собственной панельки – это был бы позор.

Впереди, сквозь туман, проступили какие-то очертания. Это были остовы старых сараев, наскоро сколоченных из досок и ржавого профнастила. Стены их были покрыты мхом, а крыши провалились. Из-за одной такой развалины выскочила тень. Быстрая, серая, с длинным хвостом.

– Крысы! – Мишка посветил фонариком.

Это были не обычные крысы. Они были размером с небольших собак, с красными, светящимися в темноте глазами. Шерсть их была жесткой, как проволока, а из пастей торчали огромные, острые резцы. Они неслись прямо на них, скаля зубы.

– Оборотни, – прошептала Ленка, когда одна из крыс, прыгнув на груду мусора, на секунду показала свою истинную форму: человеческие глаза, а потом снова превратилась в огромную крысу.

Мишка быстро оценил ситуацию. Бежать от Лиха, натыкаясь на стаю крыс-мутантов. Шикарно.

– На дерево! – крикнул он, увидев справа от себя огромное, разлапистое дерево. Его корни были толстыми и скользкими, но ветви выглядели достаточно крепкими.

Они рванули к дереву. Ленка, несмотря на раненую коленку, была на удивление ловкой. Она первая ухватилась за толстый корень, торчащий из земли, и, кряхтя, полезла наверх. Мишка последовал за ней, чувствуя, как острые когти крыс, царапают его штаны.

Они взобрались на первую толстую ветку, тяжело дыша. Под ними, у самого ствола, сбилась в кучу стая крыс-оборотней. Их красные глаза злобно сверкали, они рычали и пытались запрыгнуть на ветку, но она была слишком высоко.

– Теперь что? – запыхалась Ленка, прижимаясь к стволу. – Они же не полезут на дерево?

Мишка покачал головой.

– Оборотни не полезут. Они боятся высоты и… – Он не успел договорить.

Из тумана, громко топая и причитая, вывалилось Лихо. Его огромный глаз всё еще был красным и слезился от перцового газа, но оно, похоже, восстановило зрение.

Лихо подняло свою огромную корнеобразную руку и с лязгом ударило по стволу дерева.

Дерево застонало. Сверху посыпались сухие листья и мелкие ветки. Мишка и Ленка вцепились в ветку изо всех сил.

– А, вот вы где, маленькие вредители! – прохрипело Лихо, злобно скаля невидимые зубы. – Думаете, я вас не достану? Я достану! Я терпеливый. Я дождусь, когда вы сами свалитесь. Или я вырву это дерево с корнями!

Лихо замахнулось своей другой рукой.

– А ну, стоп! – раздался громкий, отрывистый голос откуда-то из-за сараев.

Все, включая Лихо и крыс, замерли.

Из тумана, медленно и неторопливо, вышла фигура. Это был старик. Очень старый, очень высокий и очень худой, но с широкими плечами и жилистыми руками. Он был одет в телогрейку, заляпанную грязью и чем-то еще, что Мишка не хотел даже идентифицировать. На голове у него была потрепанная ушанка, а в руке он держал вилы. Обычные ржавые вилы, но выглядели они в его руках как смертоносное оружие.

У старика было длинное, бородатое лицо, покрытое глубокими морщинами. Глаза были маленькими, но пронзительными и цепкими, как у совы. В одном глазу у него был стеклянный протез, с нарисованным на нем якорем. От него пахло махоркой, сырой землей и.… свежим мясом.

– Лихо, – спокойно сказал старик, глядя на чудовище. – Опять бесчинствуешь? Я же тебе говорил: это моя территория. И моих клиентов не трогай. Они за крыс пришли.

Лихо заворчало.

– Дядь Митрий! Я ждал этих! Они меня газом в глаз пшикнули! Я голодный! Мне надо!

– Надо – терпи, – отрезал старик. Он подошел к Лиху и ткнул его вилами в один из корневых отростков. – Ты помнишь, что я тебе обещал, если ты еще раз полезешь к моей клиентуре?

Лихо вздрогнуло. Его единственный глаз тревожно забегал.

– Помню… – проскрежетало оно. – Просрочка… три дня… не кормить…

– Вот именно. А теперь марш на свой пост. И не смей даже смотреть на этих ребят. Они под моей защитой. За крыс пришли.

Лихо обиженно заворчало, но, судя по всему, дядь Митрий имел над ним какую-то власть. Оно медленно попятилось назад, бормоча проклятия, и снова скрылось в тумане.

Стая крыс-оборотней, видя такое дело, тоже быстро разбежалась, исчезнув в темноте между сараями.