Читать книгу «Вагнер» и «Шторм Z»: из грязи в небо - Владлен Чертинов - Страница 13

Часть 1
«Вагнер». Искусство войны
«Ангел пнул меня в плечо»
Другая реальность

Оглавление

20 сентября 2022 года Капсула получил тяжелое ранение после удара «Хаймарса». Его доставали из-под груды кирпичей. Две недели он находился в коме. Когда очнулся в больничной палате, не понял, как туда попал. Последнее, что помнил – своего друга и командира Алексея Нагина, с которым они пили чай. Удивился: что за телепорт такой?

Он чувствовал только правую часть тела – левая была парализована, левый глаз не видел. Сначала даже подумал, что он в плену, в украинской больнице, и его хотят «разобрать на органы».

– Я стал дергаться, материться. Тут из слепой левой зоны вышла жена и сказала: «Володя, успокойся. Ты в больнице в Москве».

Жена рассказала, что в момент взрыва их средняя дочь, как и в 2018 году, когда он чудом не погиб в Сирии, пришла к ней со слезами: «Мама, папе опять больно!»

– А вечером я увидела в группе «Оркестр Вагнера» в соцсети анонс премьеры фильма «Лучшие в аду» – его друг Алексей Нагин там значился в рамке. Ниже я прочитала, что он героически погиб 20 сентября. Меня волной огня ошпарило с головы до ног. Я поняла, что и с Володей тоже беда, потому что накануне мы с ним разговаривали, и они были вместе с Алексеем, – вспоминает супруга Капсулы.

Она выхаживала мужа – помогала заново учиться есть, одеваться, ходить. У Владимира было серьезнейшее ранение головы: ему поставили титановую пластину от лба до затылка 11 на 13 сантиметров. Провел в госпитале 5 месяцев. Еще столько же длилась реабилитация. Он собирался вернуться в «оркестр». Но случился «Марш справедливости» и «Вагнера» не стало. Капсула считает, что до «похода на Москву» Пригожина довели:

– Он говорил: «Смотрите, враг может продавить тут и там». За год предупреждал о вторжении в Курскую область. Но должного внимания к его предупреждениям не было.


Тот самый анонс фильма. Алексей Нагин не дожил до его премьеры. Фото предоставлено Капсулой


Что бы про Пригожина ни говорили, и каким бы он ни был человеком, главным показателем для Владимира является то, что он берег своих бойцов.

После ликвидации ЧВК, многие «музыканты» продолжили воевать – заключили контракты с Минобороны, пытались передавать вагнеровский опыт, но в новых подразделениях его не всегда были готовы воспринимать.

– Отношение было такое: раз ты вагнеровец, то первым на штурм и пойдешь. Человек говорил: «В „Вагнере“ перед каждым штурмом мы делали артнавал». И слышал в ответ: «Ты – суперштурмовик. Справишься и без артиллерии». Очень многие наши пацаны рассказывали о таком. Многие и погибли в этих штурмах, – с горечью говорит Капсула.

Сам он заключил контракт с ЧВК «Редут»: позвали перешедшие туда командиры взводов его 10-го штурмового отряда. Там он обучал добровольцев, набранных из колоний, как работать с электронной картой и взаимодействовать с артиллерией – измерять расстояния, снимать и передавать координаты, выстраивать маршруты и по ним двигаться. В этот раз общался с бывшими заключенными гораздо плотнее, жил с ними в одном доме. И опять это были вполне адекватные люди без зоновских и уголовных замашек.

– Порядки и отношения в нашем «Редуте» установились совершенно нормальные, потому что все инструкторы – бывшие вагнеровцы. И по той же причине потери личного состава были минимальны. Отношения порождают отношения, – считает Владимир.

Потом он заключил контракт с добровольческим Центром спецназначения беспилотных систем «БАРС-САРМАТ». Был старшиной в роте радиоэлектронной борьбы и ремонта. Там бывших вагнеров хоть и было поменьше, чем в «Редуте», но имелось немало других людей с боевым опытом, сидевших в окопах, участвовавших в штурмах – то есть знающих, как правильно вести себя на войне.

«Вагнер» и «Шторм Z»: из грязи в небо

Подняться наверх