Читать книгу Плов для стражников - Яна Тарьянова - Страница 11

Глава

10

Мартин с Любомиром немедленно побежали во двор. Зоя чинно проследовала за ними, здраво рассудив, что два крепких парня всяко лучше нее спасут неизвестную ей девицу.

– Помогите! Убивают! – продолжала надрываться незнакомка. – Ой, здрасьте, господа стражники. А тут вот. Это.

– Веревка, – констатировал факт Любомир. – Лежит.

– Ой, мамочки, – всплеснула руками девица. – А я иду, смотрю – змея! Напугалась как, аж сердце в пятки ушло. Здрасьте, госпожа магичка! Меня батя прислал. Там мужики с ручьев вернулись, рыбу наловили, спрашивает, рыбу надо вам?

– Нет! – хором рявкнули оба стражника, не дав Зое шанса ответить. – Не надо рыбу!

– Ну как скажете, а то хорошая рыба, свежая. Живая еще. Прыгает.

– Нет-нет, спасибо, пока всего достаточно, – отказалась Зоя, представив себе прыгающую по кладовой рыбу.

– Ну как знаете, – развела руками девица. – А только батя просил передать, что рыбы долго еще не будет. Тама наверху камни обвалились, к ручьям не пройдешь теперь.

Стражники переглянулись.

– Сами обвалились? – обманчиво мягким тоном спросил Любомир.

Довольная вниманием девица затараторила что-то о ночном дожде, оползнях и срубленных в прошлом году деревьях. При этом она не переставала вертеться, улыбаться обоим стражникам и с легким превосходством посматривала на Зою. Та мысленно сравнила себя и пришлую нахалку – одни нахалы в этих Бобрах! – и приуныла. Крепенькая, как наливное яблочко дева была наряжена в рубашку тонкого полотна и теплое шерстяное платье с яркой вышивкой. На плечах у нее красовалась отороченная мехом накидка, в ушах поблескивали серьги. Довершали картину светлая коса толщиной с Зоину руку и яркие голубые глаза, обрамленные пушистыми темными ресницами. Встрепанная Зоя в мятом сером платье под горлышко смотрелась рядом с ней, как воробей рядом с павлином.

– Так будете рыбу брать? – вырвала ее из невеселых мыслей девица.

– Нет, – чуть более резко, чем следовало, ответила Зоя. Солнечные лучи уже разбежались по двору, согревая заиндевевшую за ночь землю, но ветерок все еще веял морозцем. Зое отчаянно хотелось вернуться на теплую кухню, к печке, а приходилось стоять на пороге и смотреть, как эти двое любезничают с дочкой старосты.

– Пойдем, Даянка, до дому провожу, – улыбаясь, предложил Мартин. – А то вдруг кто еще веревку потерял, так я тебя сразу спасу, чтоб тебе на помощь звать не пришлось.

– С превеликим нашим удовольствием, – ответила девица и гордо посмотрела на Зою. – Отчего ж не пройтись с хорошим человеком.

Продолжая обмениваться улыбками, парочка вышла за ворота. При этом Мартин даже не обернулся, чтобы кивнуть Зое на прощание. Ну конечно, у Даянки этой и коса, и серьги, и грудь не меньше третьего размера… Тьфу! Зоя отвернулась и пошла в дом.

Любомир просочился за ней. Обиженная на весь белый свет Зоя хотела было его выставить, но он притащил охапку поленьев, сложил их в дровяной ларь и принялся подкладывать чурбачки в печку. Требовать, чтобы он оставил ее дрова в покое было как-то глупо, а потом, когда он уселся за стол и притих, выгонять его было вроде как и поздно.

– Оладьи будешь? – спросила Зоя.

Любомир закивал. Зоя сходила в кладовую за продуктами, быстро смешала большую миску теста и принялась аккуратно выкладывать его ложкой на раскаленную сковороду.

По кухне поплыл ни с чем не сравнимый запах, всегда возвращавший Зою в детство. Ветерок колышет белую тюлевую занавеску, на столе, накрытом клеенкой веселенькой расцветки, уже стоят мисочки со сметаной, вареньем и медом. Вьется пар над чашками с настоящим индийским чаем. Мама торжественно заносит с кухни большую миску – красную, в крупный белый горох – и ласково спрашивает:

– Проголодалась, дочка? Иди мой руки, будем завтракать.

Как обычно, стоило ей замечтаться, и оладьи тут же пригорели. Зоя, ругаясь сквозь зубы, принялась быстро перекидывать их со сковороды на тарелку. Любомир следил за ней с немалым удивлением, словно никогда не видел, как жарят оладьи.

По ноге проехался пушистый хвост. Проснувшийся Бублик подтянулся на запах и начал деликатно намекать, что неплохо было бы уделить толику еды такой красивой и послушной собаке.

– Тебе вредно, наверное, – задумчиво сказала Зоя. – Заболеешь еще.

Бублик тихо гавкнул, обещая, что оладьи ему нисколечко не повредят.

– Ты б так на чужих лаял, – недовольно попеняла ему Зоя. – Охранник. Толпа народу туда-сюда пробежала десять раз, а ты даже глаз не открыл.

– Оно и к лучшему, – неожиданно сообщил ей Любомир. За Бубликом он наблюдал со странным выражением лица. Словно он и завидовал Зое, и в то же время хотел оказаться от Бублика как можно дальше.

– И то верно, – согласилась Зоя. – Он же мелкий, начал бы под ногами путаться, мешать. Еще наступил бы кто.

Любомир посмотрел на нее круглыми глазами, открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут Зоя брякнула перед ним тарелку с оладьями, и он переключился на еду. Зоя проводила глазами один оладушек, второй… Потом спохватилась, что неприлично в упор смотреть на человека, когда он ест, и переключилась на быстрые взгляды из-под ресниц. Смотреть на Любомира было приятно, и потребовались немалые усилия, чтобы изгнать из головы пробравшиеся туда игривые мысли.

С медом и травяным чаем оладьи пошли просто замечательно. Любомир сначала осторожничал, видимо, не доверял Зоиным кулинарным умениям, а потом вошел во вкус и ей пришлось срочно жарить добавку. Ну и хорошо, все знают, где находится правильный путь к сердцу мужчины!

За едой они обсудили старосту, рыбу – предыдущий трактирщик обожал рыбу и готовил ее три раза в день семь дней в неделю, отчего все стражники теперь ее дружно ненавидели. Зоя рассказала о ночном происшествии с ведром и кошкой, Любомир охотно посмеялся а потом жалобно спросил:

– А ты таверну когда открывать собираешься? А то мы четвертый месяц на сухом пайке, поперек горла уже эти сухари и солонина.

– Ой не знаю, – вздохнула Зоя. – Надо посчитать. Сегодня надо в кладовой все в порядок привести, да хоть вещи свои из сумки вынуть. Потом прибрать нужно тут все, это завтра уже. Посуду опять же перемыть и пересчитать. Продукты на неделю распределить, а тогда уж готовить. Дня три, я думаю.

– Понятно, – кивнул Любомир. – Слушай, я пойду, пожалуй. И это, можно тебя попросить?

– Попробуй, – уклончиво ответила Зоя.

– Не говори никому, что я у тебя тут ел, – страшным шепотом взмолился Любомир. – Мужики узнают – ночью придушат! От зависти!

Зоя расхохоталась. Любомир улыбнулся, махнул рукой и вышел из кухни. Хлопнула входная дверь таверны, потом калитка. Зоя подумала, что нужно бы ее запереть, а то проходной двор какой-то, но выходить на холод не хотелось совершенно.

Скормив Бублику остатки оладьев, она снова вернулась в кладовую. На столе со счетными книгами лежал сверток, который Любомир принес ей утром, уверяя, что это ее вещи. Зоя уже успела забыть о нем, но теперь ее любопытство разгорелось с новой силой. Развязав узел веревки, она развернула ткань, в которую было завернуто содержимое и ахнула.