Читать книгу Тульский Зубодёр - Юлия Александрова - Страница 5

Лес за коттеджным посёлком был не живописным, а казённым – ельник, посаженный ровными рядами, между которыми бежали, спотыкаясь о корни, два силуэта.

– Куда мы… куда мы бежим? – задыхался Максим. Его ноги, привыкшие к коврику для йоги, путались в промокших джинсах. – Мне… мне нужно позвонить Нине!

– Молчи и беги, – бросил Зубодёр, не оборачиваясь. Его дыхание было ровным, как тиканье метронома. Лишь подошва с прилипшим тортом издавала при каждом шаге влажное чмоканье. Он держал в одной руке дипломат, в другой – непочатую бутылку, как трофей.

– Но она же ждёт! Я сказал, что к десяти буду! – голос Максима срывался на фальцет. Его мозг, миновав стадию шока, теперь лихорадочно проигрывал грядущий разговор с женой. Это было страшнее встречи с людьми с битой. – Она будет звонить… Она подумает, что я… что я опять…

– Опять что? – спросил Зубодёр, резко останавливаясь перед ручьём. Он обернулся, и в лесной темноте его лицо было похоже на каменную глыбу. Золотые клыки навязчиво блестели.

– Опять всё просру! – выдохнул Максим с отчаянием истины. – В прошлый раз я забыл про годовщину её родителей, а потом привёз в подарок её маме тот же самый чайник, что она подарила нам на свадьбу! Месяц спал на балконе! В позе мёртвого жука, потому что диван она заняла кошкой!

Доктор смерил его долгим, непонимающим взглядом. Проблемы этого человека лежали за гранью его реальности.

– Позвонить не сможешь. Тебя уже ищут. По номеру найдут за минуту.

Максим похолодел.

– А твой телефон? Дай позвонить! Я скажу, что… что у меня сломался!

Зубодёр с отвращением, будто ему предложили пожевать дерьмо, потрогал карман с «Нокией».

– Нет. Это рабочий. Не для… этого.

– Для чего «этого»?! Это моя жена! Она волнуется! – Максим полез в свой карман, но телефон, конечно, остался в коттедже, вместе с дельфинчиком и остатками его старой бесперспективной жизни.

Вдруг в лесу, далеко, но отчётливо, завыла сирена. Одна. Потом другая. С воем, раскатывающимся между ёлками.

Зубодёр мгновенно преобразился. Вся ему неведомая доселе эмпатия, в моменте растворилась в лесном влажном воздухе. Он схватил Максима за куртку.

– Вперёд. Через ручей. Быстро.

Они перебрались, промочив ноги по колено. Зубодёр, не выпуская из рук пенистое, повёл их вглубь, в самую чащу, где ряды елей смыкались в непроглядную стену. Вскоре он нашёл то, что искал – полуразвалившийся блиндаж военных времён, засыпанный хвоей. Затолкал Максима внутрь. Пахло сыростью, грибами и тоской. Дантист достал из дипломата не инструмент, а маленький, но мощный фонарик, закрепил его на потолке из коряг. Свет выхватил из тьмы их испачканные лица.

– Сиди. Не шуми, – приказал Доктор, ставя бутылку на земляной пол. Он приоткрыл дипломат и вынул… карту Ленобласти на плотной бумаге, сложенную вчетверо, и компас. На карту он положил простой карандаш.

Максим смотрел на него, дрожа от холода и осознания всей глубины своего падения. Он не купил продукты на неделю. Он не заплатил за кружок сына. Он даже не забронировал тот правильный коттедж. И теперь он сидит в блиндаже с маньяком-стоматологом, а Нина… О, боги. Нина.

– Она подумает, что я ей изменяю, – прошептал он в тишину, словно признаваясь самому себе в самом страшном. – Она всегда говорит: «Макс, если ты опять налажаешь, лучше сразу скажи, что у тебя есть любовница. Это хоть как-то объяснит твой идиотизм». А я не изменяю ей! Я просто идиот!

Зубодрал, изучавший карту, даже не взглянул на него.

– Жена должна внушать уважение. А не страх и истерику.

– Она и внушает! – горячо возразил Максим. – Она бухгалтер! У неё всё по полочкам! И мои полочки тоже! А я… я как щенок, который знает, что нагадил в тапок, ещё до того, как она скажет! У неё взгляд такой… металлический.

Зубодёр наконец поднял глаза. Взгляд его тоже был холодный. Но другого сорта. Обчекапишься на месте. Сдашь и мочу и кровь одновременно.

– Металл требует закалки, а не скулёжа. Ты сейчас не в тапке. Ты в дерьме по уши. И твоя жена – последняя из проблем. Понял?

Максим понял. И от этого стало ещё страшнее. Потому что Нина с её «взглядом» по крайней мере была чем-то знакомым, хоть и пугающим. А то, что ждало его снаружи блиндажа и по ту сторону карты этого мрачного типа, было абсолютно неизвестно. И в этой неизвестности не было ни одной знакомой, уютной полочки.

– Что мы будем делать? – тихо спросил он.

Дантист провёл карандашом по карте, поставил точку.

– Ждать. Потом идти. И найти патефон. Это единственный способ всё прекратить. И для тебя в том числе.