Читать книгу ЛермONтOFF - Юлия Я-Т - Страница 6

Встреча в Летнем Саду

Оглавление

Я переживала смогу ли я, как в Тарханах войти в состояние полузабытья и очутиться в 1838 году. Но, получилось уже легче, чем во второй раз в парке Тархан. Так же я переживала, как будет происходить мое исчезновения из 21 века и появление в 19. Кругом люди. Решили с Мариной пойти в Летний сад и попробовать там, на малолюдной аллее, среди деревьев. Нужно не забыть ее спросить, как это выглядит со стороны. Надеюсь, не страшно, без свечения и хлопков. Улыбаюсь про себя.

Но, вот я и в 19 веке. Одета в меховую тужурку, и как-то совсем не жарко. А что делать, нужно идти и не создавать своим видом картинку замерзшей Настеньки из «Морозко». Я в Летнем саду, прохожу по дорожкам, направляюсь в сторону Садовой улицы. Внутри абсолютно пусто, это не соответствует обычным моим ощущениям. Такое впечатление, что что-то идет не так, что сегодня ничего не будет, что закралась какая-то ошибка в мои расчеты. Я понимала это на интуитивном уровне, а своей интуиции я начинала верить все больше и больше. Но, нужно разобраться, что не так. Холодно, очень холодно. И ничего не происходит. Не вижу знакомые лица. Хотя, кого я могу знать. Не вижу одного – единственного знакомого лица! Мысли от холода и ветра застыли в моей голове. Бросила взгляд на газетный лоток и обомлела. Пришлось стащить один листок, как нехорошо, но нужно разобраться. Обратно в Летний сад и домой к Марине.

Марина меня ждала там же, где я ее оставила. Мы переживали, что что-то может пойти не так. И я вернусь быстро. Так оно и вышло. Но, листа газеты в моей руке не было, а он был точно перед возвращением, я уверена. Наверное, я не могу что-то вещественное забирать с собой, потом подумаем об этом.

Первое, что сказала мне Марина, что, когда я перемещаюсь, это не выглядит страшно и ужасно, просто растворяюсь в прямом смысле слова, как в туман ухожу, и, так же выхожу из тумана.

– Марина, что-то не так. Я не понимаю. На газете была дата не та, не сегодняшняя. Я почти уверена, что 13 января. Не могут же газеты выпускаться так нерегулярно. Что же это за новости с таким сроком давности. Не понимаю, еще и по датам смещаться я тоже могу? Как-то нужно выбирать, куда я хочу попасть? Может как-то программировать в голове… Может, я, и в лето могу попасть.. А? Может, и в другие места тогда тоже могу? Голова пухнет. Мыслей куча, сосредоточиться не могу. Так замерзла. Пойдем погреемся в гостиницу.

Я посмотрела на нее. Она улыбалась. Ее взгляд говорил, что она что-то знает, понимает. Смотрит на меня, как на ребенка неразумного. Я опешила даже от неожиданности.

– Почему ты так на меня смотришь? На мне, что пальма выросла?

– Я поняла, в чем дело. Пойдем в гостиницу. У нас куча времени с тобой для отдыха и обдумывания наших планов, более детальной проработки. Может, оно так и лучше. Ни второпях, ни с бухты -барахты, а основательно и подготовлено. Ты же хотела запросы написать в музей по предоставлению копии найденного стихотворения. И на это у тебя будет время и на многое другое.

– Ничего не понимаю. Сейчас заплачу.

Пришли в гостиницу. Марина напустила на себя вид профессора и начала.

– Дорогая Мария, ты же помнишь, что в 1918 году Россия перешла на Григорианский календарь, а до этого времени жила по – Юлианскому. Какова разница между календарями?

– Да! Точно, в 19 веке – 12 дней. Конечно! В 20 веке – 13, до 2100 года разница будет уже 14 дней. Вот почему в 19 веке сейчас 13 января. Еще 12 дней до 25-ого. Блин! Как все просто! Как ты так быстро поняла?

– Брат – инженер! Все просто, мыслишь сразу в нескольких направлениях, обычно находишь путь быстрее, если не начинаешь себе дурманить мозги, а отметаешь один путь за другим, которые не могут быть реальными по многим параметрам. Вот в нашем случае, тебя понесло слишком далеко. Если бы ты могла так просто перемещаться по датам и тем более местам, ты бы это уже знала точно. Значит, было объяснение более простое. Сопоставление фактов и дало быстрый ответ. Ну, и знания, конечно. Хотя знание о смене календаря у тебя тоже есть, но ты – витаешь в облаках. С другой стороны, если бы у меня была возможность видеть и беседовать с моим обожаемым Есениным, я не уверена, могла бы я трезво рассуждать и здраво думать. Поэтому завидую белой завистью!

Мы ждали 6 февраля. Я успела сделать запросы в музеи о предоставлении мне копии стихотворения, найденного в доме Карамзиных. Если честно, особо не верила я в успех. Но время есть и попробовать стоило. Обновила свои знания о биографии Лермонтова. На период конец января и до апреля, за все года. А еще, предусмотрительно, попросила у моей знакомой – костюмера одного из московских театров, контакт костюмера Санкт-петербургского театра. А то, вдруг бал, а мне не в чем будет идти. Они, конечно, не любят такие вещи, но на один вечер, обычно, мне удается убалтать, а больше мне и не нужно. Покупать бальные платья очень дорого, а я, и правда, аккуратна в их использовании.

Так еще есть более недели каникул. Временем, которым я могу располагать на свое усмотрение. А дальше нужно будет думать, что делать. Скоро начнутся очень насыщенные дни. Наконец-то, дождалась -6 февраля! Даже не знаю, почему именно 25 января, но почему-то решили ждать эту дату, интуиция, может. А, может, что-то более весомое.

Ура! Я опять в Летнем саду, 19 век. Холодно так же. Иду по центральной аллее… И вижу Михаила Юрьевича с другим гусаром, так же в офицерском звании.

– Мари!

– Добрый день, Михаил Юрьевич!

– Боже, Мария Андреевна! Я Вас чем-то обидел? Не думал я, что опять услышу такое ко мне обращение. И Михаил-то было мне наказанием за проступки, а Михаил Юрьевич, это я убил кого-то, наверное, не ведая это? Не иначе. Мы давно не виделись. И не списывались совсем. Но, это не моя вина, я не знаю куда писать. А наша договоренность, что мы увидимся 25 января в Летнем саду. Видите, я все помню! Пожалуйста, не наказывайте меня своей холодностью – ведь я не понимаю ровным счетом, за что.

Его взгляд такой открытый, искренний, лучезарный. Я была поражена. Как я могу на него сердиться, за что-то его наказывать. Но, как к нему обращаться. Если Михаил- это имя за проступки, то доверимся интуиции.

– Мишель! Я очень рада, просто счастлива, видеть Вас! Почти год не виделись. Как многое нужно узнать. Как Вы изменились. Стал другой взгляд, и манеры.

Здесь, я поняла, что второй гусар пристально смотрит на меня.

– Мария! Меня Вы тоже рады видеть? Или это только прерогатива нашего Мишеля?

– Конечно! (Опять доверимся интуиции) Алексей, я, счастлива, видеть Вас!

Опровержения не последовало. Значит, я была права, это Алексей Аркадьевич Столыпин – кузен и один из самых верных и преданных друзей, они с Мишелем вместе росли, учились и служили. И сейчас продолжали снимать общие комнаты. Он и правда, был очень приятной наружности, располагал к себе улыбкой.

– Но, меня рада больше! Мари, сейчас самое главное событие – это встреча с Жуковским. Говорит, Вы знакомы, спрашивал о Вашем здоровье и новостях. И кого, меня? На что я мог ответить? Напомнил, что был на Кавказе, и, что не имел честь видеть Вас почти год, и самому впору задавать этот вопрос ему. Посмеялись. Но, я заверил, что скоро буду иметь радость видеть Вас, и обещал передать привет. Предаю! Вы знакомы, похоже, со всем бомондом. То там, то здесь слышу, что знают Вас, и спрашивают о Вас. Чудеса. Таинственная дама – Мария Андреевна Болконская из Москвы, акционер Ост-Индской компании. Мои произведения печатаются. Скажите, что читали «Бородино» и «Калашникова». Мне так интересно, что же вы думаете.

– Да, конечно, читала! Я думаю, что, народные песни – это очень самобытно, да.. Интересный опыт, но не продолжайте работать в этом стиле – народничества, кажется, он называется. У Вас, Мишель, есть более сильные стороны. А «Бородино» – это шедевр, он войдет в историю. Это, если кратко. Я думаю, их уже разобрали на цитаты, и перетерли по каждой строчке.

– Восторга в голосе не слышно. –Улыбка и смешок. – Да, про «Калашникова» мне так и говорят критики, что это опыт, но и одного его достаточно, я полагаю. Я с этим соглашусь. Да, перетерли целиком и частями, тем ценнее слышать короткое резюме, без детального разбора. Спасибо! Вы всегда знаете, что я хочу услышать, чувствуете меня без лишних слов.

– Расскажите, как Кавказ? Он прекрасен, горд и неприступен? Сильно на вас повлиял?

– Весь год в дороге. Природа – прекрасна, горный воздух, воды. Но, дороги, странствия, казалось, им не будет конца: Тамань, Кизляр, Шуша, Кахетия, Тифлис. Я выглядел, как черкес, с ружьем за плечами, и спал в поле, и ел, и пил, как истинный горец. В Тамани подсматривал за контрабандистами, даже стал писать одну вещицу, может, позже расскажу или, как закончу, лучше покажу. На Кавказе много декабристов. Есть отличные ребята, мы с ними подружились. Ссылка – оказывается место для очень интересных знакомств. Но, вот военные операции, их не было вовсе, два раза ночью отстреливались от черкесов, на бой я опоздал, вторую экспедицию отменили, Его Императорское Величество видел на смотре. Вот и все мои достижения. Еще одно: от скуки много гулял, начал учить язык татарский, без него там худо, как без французского в столице. Так много нужно сказать еще, но нужно уйти, нас ждут, и это не интересно для дамы. Это очередные ученья перед очередными смотрами. Это есть одно из возможных неудобств, когда планируешь встречу так заранее. За год… Ты не можешь быть уверенным в том, что сможешь располагать целым днем по своему усмотрению. Мы можем встретиться вечером, под покровом сумерек, теперь только так я могу спокойно передвигаться. На меня сейчас бешеная мода в Петербурге!

Он улыбнулся по-ребячески гордой улыбкой. У меня было только одно сравнение, это когда ребенок лет 8-10 показывает свое сокровище, типа, найденного черного жука или с переливающимися зелеными крылышками, или еще что-то в этом роде. Пока мы стояли минут 20 и разговаривали, к нам подошло групп 10 молодых людей, маменек с дочками, господ, и пр. И все, с большим усердием, привлекали внимание Мишеля к себе. Бесконечно приглашали его на дневные кружки, ужины, даже приемы, обещая выслать официальное приглашение сегодня же, но, с возможностью заверения сейчас же, своего присутствия Михаилом. Это было так забавно наблюдать. Наконец, когда образовалась передышка, мы продолжили наш разговор.

– Я думаю, это все благодаря ссылке и опале Императора. Они изменили отношение ко мне в свете. Двор хотел, что бы я стал изгнанником, всеми презираемым прокаженным. А получилось все наоборот. Меня раздирают на куски, соперничают за мое внимание. Я самый популярный нынче человек в столице.

ЛермONтOFF

Подняться наверх