Читать книгу Буря ведьмы - Джеймс Клеменс - Страница 9

Книга первая
Темные дороги
Глава 5

Оглавление

Магия текла реками холодного пламени с открытой ладони Элены, танцевала блуждающими огоньками вокруг запястья. От напряжения в бровях поблескивали бусинки пота – девушка всеми силами удерживала энергию на привязи. Эр’рил обучал только основам, которые уяснил сам за время служения Ордену, и со сложными манипуляциями она пока не справлялась.

Впрочем, неподготовленность с лихвой окупалась природной одаренностью: мало что выживало под ударами дикой магии. Поток ледяного пламени омывал опутанную паутиной впадину, и все, чего он касался, мгновенно превращалось в лед, покрывалось инеем. С громким треском лопались стволы, замерзшие корни вырывались из-под земли, с грохотом падали могучие дубы и клены. Заиндевевшее кружево тончайших нитей рассыпалось на тысячи осколков даже от легкого ветерка.

Облако холодного тумана, поднявшееся над лесом, гнали в дымное небо все новые всплески метавшейся в овраге магии. Стужа, не более милосердная, чем огонь, жадно поглощала деревья и их обитателей. Два пожара, равные по разрушительной силе в своих крайних проявлениях, пожирали все на своем пути. Размышляя о собственных невероятных возможностях, Элена смотрела, как в небе сливаются белая мгла и черный дым. Эр’рил рассказал, что характер магии определяется восстанавливающим светом: солнце дает ей власть над огнем и зноем, лунный свет – надо льдом и морозом. Получается, магия отражает ее сущность, делимую двумя крайностями – женщиной и ведьмой.

Над головой ледяная пелена схватилась в неистовом вихре с черным дымом – и там борьба за главенство. Остекленевшие листья дребезжали, точно кости мертвецов; ветви, трескаясь, взлетали в воздух. Само небо стонало, явившись полем невероятной битвы.

Неистовство охватило Элену, магия пела в ее крови, звала в бой. Сердце отчаянно ухало в груди в такт симфонии разрушения. Девушка боролась с ее заманчивыми призывами так же яростно, как дым пытался победить туман, однако другая часть существа – ведьма – ликовала, присоединившись третьим голосом к треску голубого пламени и вою ветров.

Элена зажмурилась и сосредоточила все внимание на себе, стараясь выровнять дыхание. Она прислушивалась к собственному телу: к мышцам и сухожилиям, к связкам и костям, к крови и жизненно важным органам. Девушка почувствовала боль на внутренней поверхности бедер от длительных верховых переходов, пульсирующий синяк на плече, заработанный ударом о низко нависшую ветку, даже с некоторой нежностью ощутила, как у нее набухает грудь. Она больше чем потоки дикой магии. Она – женщина, и одно это уже волшебство.

– Элена, ты справилась с оврагом, – вторгся голос Эр’рила. – Достаточно.

Она едва заметно наклонила голову, не открывая глаз. Действительно, не время любоваться ужасающей красотой текущей по венам силы – медленно опуская ладонь, она почувствовала, что пальцы промерзли до самых костей. А если при попытке сжать кулак они отвалятся? Девушка осторожно, один за другим, точно цветок, смыкающий лепестки на ночь, заставила их подчиниться, заглушив поток холодного огня. Отголоски магии возмущенно запротестовали, и рука задрожала от едва сдерживаемой силы. «Еще! – пела кровь. – Испытай свое истинное могущество!» Один палец потихоньку распрямился, и тут ее снова остановил голос, но на сей раз в нем не слышалось акцента станди:

– Нет!

Сама Элена взывала к энергии, бушевавшей внутри и снаружи. Она напрягла кулак, чувствуя, как в сжатой ладони пульсирует сердце. Девушка усилием воли успокоила его бег. Веки были по-прежнему сомкнуты, но она знала: ослепительно-алмазное сияние на ладони превратилось в привычное уже красное пятно. Рука упала на колени.

– Добрая Матушка, девочка! – выдохнул Крал, подъехав ближе. – Ты только посмотри!

Элена открыла глаза и увидела наконец, что творится вокруг. Овраг серебрился, скованный стужей; толстый слой инея покрывал сучки и листья; тысячи ледяных копий, достигавших в длину мужского роста, усеивали стволы и ветви. Они не клонились к земле, а торчали вертикально, как если бы их метал сильнейший ветер. Девушка поняла вдруг, что сама напустила ураган на сверкающие шипы.

Пока Элена изучала плоды своих трудов, дымное небо на мгновение прояснилось и замерзшую впадину залило закатное солнце. Лучи коснулись льда, и в воздухе расцвели тысячи радуг – будто из сна путникам на мгновение явился сказочный хрустальный лес.

– Как красиво, – хрипло прошептала Ни’лан. – Словно застывшая песнь деревьев.

Элена отвела взгляд: эта неправдоподобная красота таила гибель и разрушение. Слезы обожгли ее замерзшие щеки – смерть не должна быть столь прекрасной.

– Что такое? – спросил Эр’рил. – Ты ранена?

Элена покачала головой и взглянула на руку: даже на пронзенном кинжалом пальце не осталось и следа – ранка заросла. Перемены произошли только с правой кистью: магия вытекла из пореза, и краснота практически сошла. Вместо рубиновых вихрей на ладони осталось розовое пятно, словно от сильного солнечного ожога. Чтобы уничтожить лес, потребовался почти весь запас колдовской энергии, от которой остался лишь бледный след. Элена показала руку Эр’рилу.

– Я в порядке. Но вот магии почти не осталось.

Посмотрев на ее руку, воин кивнул.

– Ничего, теперь мы выберемся из леса, а ты всегда сможешь пополнить запас магии, когда она полностью иссякнет.

– Зачем ждать? Можно ведь восстанавливаться постепенно. – Она опустила руку. – Разве не безопаснее для всех нас, если я буду постоянно наготове?

– Вот теперь ты рассуждаешь как настоящая ведьма, – фыркнул Эр’рил, и обеспокоенность на миг исчезла с его лица. – Мой брат Шоркан постоянно на это жаловался. Многие маги его времени пытались пополнить запас магии прежде, чем он весь выйдет, и неизменно терпели неудачу.

– А если сначала израсходовать остатки?

Эта идея казалась Элене очень разумной, но от мысли, что ей снова придется открыться неистовой силе, у нее сжалось сердце. Лицо наставника потемнело от беспокойства, голос прозвучал напряженно:

– Нет, даже не думай. Магия – это дар, и он не терпит легкомысленного обращения. Используй его только ради истинной цели. А пока оставь все как есть. – Станди сжал пятками бока коня и махнул рукой остальным. – А теперь – в путь.

Элена догнала его.

– Почему же? Какая разница? Разве нельзя пользоваться собственной силой, когда хочешь?

– Это опасный путь, Элена, – не глядя на нее, ответил Эр’рил. – Небрежное и безрассудное колдовство в мои времена развратило многих магов.

Он молча ехал по тропе, не замечая, казалось, ледяного леса вокруг. Решив, что разговор закончен, девушка было отвернулась, но воин вдруг резко оборвал молчание:

– Опьяненные своим могуществом, вскоре эти маги морально погибли. Так появилось Братство Темных Магов. – Он перевел на нее взгляд. – Уясни: не только смерть грозит тому, кто бездумно растрачивает дар. Подобное поведение чернит, разлагает душу.

Элена понимала, что наставник прав: она сама испытала соблазнительный зов, и часть ее существа откликнулась на дикую песнь силы – девушку передернуло. Как скоро ведьма пересилит ее? Дрожащими пальцами она натянула перчатку и твердо решила использовать магию только в безвыходных ситуациях, но даже и тогда думать дважды, прежде чем принять ее помощь.

Эр’рил что-то пробормотал.

– Ты мне? – спросила Элена, усердно пряча правую руку.

После долгой паузы воин поднял на нее полные боли глаза.

– Тебе нужен лучший наставник. Я слишком мало знаю, чтобы обучить тебя всем тонкостям управления магией, и я не подскажу, как уберечь душу. Неопытность в обращении с подобной силой таит огромный риск.

Впервые Элена увидела, насколько глубокие страдания скрываются за жесткими, словно вырезанными в камне, чертами его лица, и поняла, что эта неистовая энергия принесла горе не только ей.

– Я справлюсь. Ты хороший учитель. – Она криво улыбнулась. – Да и выбирать не приходится: ты – мой единственный наставник.

Его лицо потеплело.

– Как бы там ни было… Соблюдай осторожность.

– Обязательно, – пообещала она.

Подъехали Мерик и Ни’лан. Элв’ин сильно клонился вперед, но, вцепившись в луку седла, старался держаться прямо.

– Пожар подбирается к границе леса, – прохрипел он. – Мы потеряли слишком много времени. Нужно выйти прежде, чем Орда снова захватит выжженный проход.

– Тогда поезжай вперед. Ни’лан, держись рядом и помоги Мерику.

Повернувшись к фургону, ползущему позади, Эр’рил крикнул:

– Могвид, не жалей лошадей! Нужно обогнать пауков!

Оборотень кивнул, и Элена увидела его бледное, искаженное страхом лицо. Свистнул бич, и фургон помчался вперед – Тол’чак и Фардейл вывалились из повозки и побежали рядом. Элену поразило, как быстро и ловко двигается громадный огр.

Однако Эр’рил был далек от восхищения.

– Нет! Забирайтесь внутрь! – рявкнул он. – Мы не сможем ждать, пока вы догоните фургон!

– Лошади пойдут быстрее, если облегчить ношу, – спокойно ответил Тол’чак, огромными прыжками нагоняя повозку. – Огры быстро бегают – по крайней мере, на короткие расстояния. Я продержусь до границы леса. Мы с Фардейлом не задержим вас.

Эр’рил явно сомневался.

– Пауки…

Тол’чак показал на обочину – плененные льдом, насекомые походили на красные крапинки внутри алмаза.

– Вряд ли они нас догонят.

Мгновение поколебавшись, воин принял решение и крикнул Кралу:

– Держись сзади! Прикрой тылы!

Крал отсалютовал и занял место за развевающимся тентом.

Эр’рил натянул поводья, пуская коня быстрее.

– Твоя кобыла продержится до конца тропы? – спросил он Элену, скакавшую рядом.

– Дымка справится. Устанет, но, думаю, вынесет меня из этого проклятого леса.

– Тогда вперед. – Воин сильнее ударил в бока скакуна. – Осточертели мне эти деревья. Скорей бы уж выбраться.

Элена ласково уговаривала лошадку не отставать – Дымка фыркнула и вскинула голову, радуясь, что можно прибавить шагу. Девушка держалась наставника, глядя в его широкую спину.

Всадники преодолели уже полпути по мертвому оврагу. Ветви сплетались над головами ледяной крышей, Мерик и Ни’лан, скакавшие впереди, превратились в крошечные фигурки. Элена видела, как они мчатся сквозь замерзшую паутину и нити, рассыпаясь на тысячи блистающих осколков, мечутся невесомой снежной пылью. Она натянула на лицо маску, упавшую во время колдовского ритуала, ей не хотелось, чтобы даже эти крошечные частички зла касались кожи. Ее передергивало всякий раз, когда они садились на плащ и капюшон. Дымка испуганно ржала, и Элене не приходилось подгонять кобылку.

Вскоре путники, благополучно выбравшись из впадины, вернулись в выжженный лес. Но радость была недолгой. Жар за несколько мгновений согрел Элену, и вскоре, поглощенная ядовитым дыханием огня, она закашлялась. Расстояние между ней и Эр’рилом быстро росло, за спиной слышались колокольчики настигавшего фургона. Наклонившись вперед, девушка погладила взмокшую лошадиную шею.

– Давай, девочка, ты сможешь, – уговаривала она, чувствуя, как горячий воздух обжигает горло. – Еще чуть-чуть.

Дым и пепел скрывали тропу, но она надеялась, что не обманывает своего питомца. Некоторое время назад Элена потеряла из виду Мерика и Ни’лан, а теперь и Эр’рил превратился в призрачный силуэт. Она хотела окликнуть его, но сообразила, что в том нет нужды: он не заставит Дымку бежать быстрее.

Она похлопала лошадку по боку и ласково шепнула ей на ухо, что необходимо поспешить. Та в ответ громко фыркнула – копыта застучали по земле. Бока тяжело вздымались, кобыла сражалась с дымным воздухом. Фигура Эр’рила постепенно обретала более четкие очертания, и Элена пропела Дымке на ухо:

– Умничка. Я знала, что ты справишься.

Вдруг, зацепившись за корень, кобыла нырнула вперед. Элена отчаянно взмахнула руками, изо всех сил стараясь удержаться, но почувствовала, что падает. Она приготовилась к сильному удару о землю, но ее подхватили сильные руки.

Девушка подняла голову и увидела жуткое клыкастое лицо – Тол’чак. Он бежал, одной рукой прижимая ее к груди, и щека терлась о жесткую, словно кора, кожу. Потное тело огра пахло мокрой козлиной шкурой. Краем глаза Элена заметила, как черной тенью мимо пронесся волк, а следом – Дымка.

– Спасибо, Тол’чак, – выдохнула она. – Я бы точно ноги переломала. Дальше могу сама.

– Времени нет, – проскрежетал, точно жернова, огр. – Пауки настигают со всех сторон.

Элена посмотрела на обочину. Она была настолько поглощена тропой, что не заметила смертельной угрозы. Тысячи блестящих глаз следили за ней из окутанного дымом леса. Красные потоки текли к путникам единым разумным существом. Пышущая жаром земля поглотила сотни их собратьев, но иные сотни теперь перебирались по телам, как по мосту. Казалось, армию толкает вперед одна – общая – цель, одно сознание. Элена поняла, почему их зовут Ордой.

Продвигаясь огромными скачками, огр не сбавлял хода, однако теперь горбился от усталости. Чтобы поддерживать равновесие, он на бегу опирался о землю свободной рукой. Полуживотное-получеловек, Толч’чак невероятно быстро мчался по лесной тропе.

Послышался грохот копыт, и вскоре с ними поравнялся Крал.

– А ты ловкач, огр, вовремя подхватил девочку! Но теперь я ее заберу.

Роршаф, огромный боевой конь горца, казалось, совсем не устал и теперь пританцовывал на стальных подковах, вороная грива развевалась на ветру.

Тол’чак не спорил: никакого ненужного героизма, только здравый смысл. Элена почувствовала, как ее перекинули в седло. Крал усадил девушку перед собой и что-то скомандовал Роршафу на гортанном языке горных лошадей – конь молнией ринулся вперед. Деревья стали зеленой стеной, и всего через мгновение всадники, пролетев мимо Дымки, догнали Эр’рила.

– Эй! – завопил Крал. – Орда наступает со всех сторон. Чтобы выбраться из леса, нужно прибавить ходу.

Стянув с лица маску, воин удивленно посмотрел на Элену. Оглянувшись, он увидел быстро нагонявшую Дымку.

– Что случилось? – пробормотал он и тут же покачал головой. – Ладно, не важно. Крал, вывези ее из леса. Я помогу Тол’чаку с фургоном.

Крал молча кивнул и помчался дальше. Элена намертво вцепилась в вороную гриву Роршафа, стрелой летевшего сквозь дым. Она вдруг поймала себя на том, что едва дышит от страха – не за себя, за тех, кто остался позади, с пауками.

Крал наклонился к ней и прошептал:

– Похоже, уже совсем недалеко.

Хотелось верить, но кто знает наверняка, где обрывается тропа? Она напряженно вглядывалась в завесу вихрящихся дыма и пепла. Неужели этому конца не будет?

Словно в ответ, черная стена на мгновение расступилась, и показалось зеленое поле – всего лишь на расстоянии выстрела из лука. Порыв ветра нагнал гарь, и тропу снова затянуло. Мираж? Обман зрения, рожденный надеждой?

– Хвала Доброй Матушке, – пробормотал Крал себе под нос и пришпорил Роршафа. – Ты же все видел, старый мешок с костями! Давай, выбирайся из дрянного леса!

Роршаф сердито фыркнул. И, словно чтобы устыдить хозяина, явил истинный дух породы – он будто обернулся ветром. Сильные тугие мышцы рождали столь легкий и стремительный галоп, что казалось, конь летит, не касаясь копытами земли.

Еще мгновение, и жеребец вынес всадников из темного душного леса в свежую зелень холмов и лугов. С воплем ликования Крал натянул поводья, давая понять Роршафу, что тот может замедлить бег. Огонь опалил высокую траву на четверть лиги, но разлившиеся ручьи и буйная растительность остановили его, остались лишь угольки. Горец повел коня широким кругом – копыта зашлепали по сырой земле.

Элена восторженно провожала последние лучи закатного солнца, проникавшие сквозь просветы в затянутом дымом небе; полевые цветы яркими островками раскинулись на пологих склонах – все-таки они выбрались из проклятого леса!

Неожиданно из знойного марева за спиной выскочила кобыла и промчалась мимо.

– Дымка! – позвала Элена, но маленькая серая лошадка, перепуганная до смерти, неслась к холмам. – Крал, нужно догнать ее…

Горец поднял руку, заставляя ее замолчать. Вытянувшись в седле, он оглядывал поле, медленно ведя коня по кругу.

– Где же Ни’лан и Мерик? – пробормотал он. – Они должны были…

Вдруг над ухом просвистело, и Крал свалился с седла, чудом не утащив за собой Элену. Девушка ошарашенно оглянулась: всадник лежал на спине, из плеча торчала оперенная стрела. Хватая ртом воздух, он попытался сесть. Сумев приподняться на локте, горец что-то быстро скомандовал на языке горных лошадей.

Роршаф колебался.

– Скачи, чертова навозная куча! – прорычал Крал. – Рор’ами дестро, Роршаф, ном!

Боевой конь громко заржал и, резко развернувшись, помчался в луга – Элена отчаянно вцепилась в гриву. Над головой просвистело сразу несколько стрел.

Не в силах сдержать слезы, девушка припала к вороной холке. Жеребец черным вихрем мчался по пустынному полю. Где остановятся они? Элена бросила через плечо быстрый взгляд – лес стремительно исчезал из виду. Роршаф миновал вершину холма, и деревья полностью скрылись. И вместе с ними – все, чем она в этом мире дорожила.

Буря ведьмы

Подняться наверх