Читать книгу Измени меня! Академия Стихий - Алекса Вулф - Страница 3

– Нет! Я повторяться не люблю. С тобой на бал я бы не пошла, даже будь ты самым по…

– На память не жалуюсь, – фыркнул дракон, перебивая меня. Мой отказ его нисколько не зацепил – кажется, он даже понравился ему. Вот же… нелогичная ящерица!

Айдахар медленно наклонил голову, будто собирался поцеловать меня, и я не выдержала. Накала эмоций, энергий, магии, что искрила между нами. Поэтому трусливо саданула старшекурснику каблуком ботинка по ноге, а когда дракон с яркими ругательствами разжал пальцы и выпустил меня из захвата, пулей вылетела в коридор.

Оборачиваться, чтобы понять, догонял меня этот гад летающий или нет, не стала. Мчала по узким, похожим на тело каменной змеи, ходам, стремясь как можно скорее оказаться подальше от злополучной каморки с хозяйственными принадлежностями. Хорошо, что отработку на сегодня я закончила, – у дракона хватило стыда запереть меня уже после уборки класса зельеварения.

В просторном холле, куда я вылетела, словно пробка из игристого, было пусто. Ну конечно, большинство студентов уже поужинали и разбрелись по общежитиям.

Столовая!

Живот скрутило голодной судорогой. Может, хоть что-нибудь удастся перехватить после набега саранчи, коими были вечно голодные растущие организмы обучающихся?

На моё счастье, еда осталась. Попросив «упаковать» скромный ужин с собой, я решила не тратить время на рассиживания в пустой столовой и сразу отправилась в свою комнату. Усталость после очередного наполненного событиями дня давила к земле, нашёптывая о прелестях казённой кровати.

В комнатке, ставшей мне домом в новом мире, было тихо и пусто. Моя соседка, светловолосая магичка с сильным даром целительской магии, скорее всего, пропадала на факультативе по эликсирам. Мы пока не успели как следует узнать друг друга, но я сразу почувствовала, что с Блум подружимся. Она была лёгкой на подъём, эмпатичной и довольно бойкой девушкой, а оттого с ней не было скучно и в её присутствии постоянно хотелось улыбаться или творить шалости. Мне же, натуре по природе более замкнутой и обстоятельной, подобная живость была, как говорят, «что доктор прописал». В разумных пределах, конечно.

Вздохнув, я сменила учебные ботинки на удобные тапочки, щедро предоставленные академией. Как, впрочем, и всё остальное: студентам при зачислении полагался необходимый минимум, покрывавший все базовые потребности. От нижнего белья и носочков до тёплой мантии (вместо привычного пальто или куртки) и шапки. Учебники, тетради и прочее выдавались тоже. Что мне, попаданке без роду и племени, было очень на руку, ведь, в отличие от той же соседки, родни в этом мире у меня не водилось.

Вздохнула. Положила перед собой честно захваченное из столовой питание и погрузилась в воспоминания.

Сегодня шёл седьмой день моего «попадания».

Всего неделю назад я, студентка первого курса педвуза, бежала после пар домой.

Сентябрь выдался дождливым, и я то и дело попадала ботинками в лужи. В ногах противно хлюпало, а обувь скользила по мокрому асфальту, вынуждая балансировать на грани.

В очередной раз взмахнув руками в тщетной попытке удержать равновесие, я поскользнулась и упала на острое ребро бордюра. Копчик прострелило резкой болью, а из глаз мгновенно брызнули слёзы. Слишком много навалилось в последние дни. Измена парня, предательство подруги, издевательства одногруппниц, оказавшихся свидетелями моей некрасивой драмы… Это падение стало последней каплей, завершающим штрихом моей разбитой, разломанной, расколотой жизни.

– Ай, ау-у-у-у! – взвыла я, перестав тщетно пытаться поправить задравшуюся юбку. Мимо бежали по своим делам равнодушные прохожие, и никому не было дела до одной неудачницы, собравшей всё «комбо» из возможных неприятностей по пути домой.

Тем неожиданнее была рука, вдруг появившаяся на уровне моих зарёванных глаз. Подняв взгляд, я уставилась на неприметного вида старушку. Небогато, но опрятно одетая, с мягкой улыбкой и какими-то слишком молодыми глазами на морщинистом лице, смотревшими на меня с искренним сопереживанием.

– Давай помогу, деточка.

Я побоялась, что из-за своего веса заставлю старушку очутиться возле меня на асфальте, но рука, схватившая меня за нерешительно протянутые пальцы, оказалась неожиданно сильной. Моментально очутившись на ногах, я с удивлением моргнула, а старушка улыбнулась ещё шире и теплее, будто пыталась согреть меня в этот день своей улыбкой.

– Совсем худо, да, милая?

Я всхлипнула. Нетрудно догадаться, что на моём лице можно было без проблем прочитать, в каком отчаянии я была. Кивнула, борясь с желанием разрыдаться прямо здесь, посреди затопленной лужами улицы. Первому встречному человеку, проявившему заботу.

Мне ведь даже выговориться некому было: родители в другом городе, а подруг, как оказалось, у меня и не осталось.

Мотнув головой, прогнала недавние воспоминания. Собрала посуду, сложила в пакет и отставила его на край стола. Завтра отнесу в столовую, когда пойду завтракать.

Соседка по комнате так и не появилась, хотя время факультатива уже давно закончилось. Наверное, на свидание упорхнула. Вроде у неё там намечалось рандеву с каким-то симпатичным мальчиком.

Прибрав за собой, я прихватила со спинки стула банное полотенце и отправилась в ванную комнату. Благо здание академии и прилегающих к ней общежитий было поистине огромным, и в каждой комнате имелась своя небольшая ванная с удобствами.

Набрав воду, я погрузилась в ароматную пену и прикрыла глаза. Помимо воли воспоминания снова захватили меня, возвратив в первый день, когда я очутилась в этом мире.

Не знаю, кем была та добрая старушка, но после короткого разговора с ней я вдруг почувствовала, как резко закололо в сердце, и провалилась в темноту. До сих пор гадала, был ли это сердечный приступ или же происки неведомых сил, выдернувших меня из привычного мира в этот.

Прикрыв глаза, отдалась воспоминаниям.

…Темнота. Бескрайняя, безграничная, лишь мерцающие огни вдалеке, будто звёзды в ночном небе, разбавляли эту тьму.

Лишённая тела, я словно парила в невесомости, почему-то понимая, что я – это душа. То, что осталось от меня прежней. И сейчас я особо остро чувствовала, какой никчёмной была моя жизнь. И я сама.

Слабая. Позволяла помыкать собой, обманывать себя, пользоваться добротой. Будто наяву услышала смех и издёвки бывшей лучшей подруги и парня, обсуждающих меня за моей спиной.

И вдруг пришла ясность. Как всё было. Я задавалась вопросом – зачем он вообще начал со мной отношения, если хотел быть с Мариной? К чему эти игры, это двойное дно?

А сейчас поняла. Банально, но всё сводилось к деньгам. Им обоим было удобно, что попалась богатенькая дурочка, обеспечивающая им их прихоти. Квартира, за которую никогда не просила денег, продукты, что всегда водились в холодильнике. Интернет, компьютер… А вскоре папа обещал подарить свой старенький фольц, и я могла бы стать личным «водителем» зарвавшейся парочки. Но их планам не суждено было сбыться.

Сначала я застала их в своей квартире. На своей кровати. А после… после случился дождь, бордюр и старушка. И новый мир…

– Ари! Ты там уснула? – В дверь ванной комнаты настойчиво постучали. Скорее всего, уже не в первый раз.

Нырнув под воду, я тут же вынырнула и, сдув пену с губ и носа, ответила:

– Сейчас выхожу!

Наспех обмывшись и высушив волосы полотенцем, я переоделась в домашнее и вышла из ванной.

Блум сидела на своей кровати и разбирала учебную сумку. Услышав меня, девушка оторвалась от своего занятия и улыбнулась мне.

– Прости, что поторопила. Устала безумно, хочу помыться и завалиться спать.

– Расскажешь, как всё прошло?

– Ты про что? – И взгляд такой честный-честный, наивный и ничегошеньки не понимающий. Даже слишком.

– Свидание. Как там его звали…

– Эдриан, – ответила Блум и мило покраснела. – Всё прошло… хорошо. Но, если ты не против, я бы предпочла пока не делиться подробностями. Только не обижайся.

– Да какие обиды. – Я махнула рукой. – Главное, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива, – улыбнулась Блум и резвой козочкой вспорхнула с кровати, на ходу схватив своё полотенце. – Спасибо, Ари!

Я ответила на улыбку соседки и проводила её задумчивым взглядом до двери. Всё же на редкость светлый человечек. Надеюсь, Эдриан не разобьёт ей сердце, как в недалёком прошлом это сделал со мной бывший.

Так, не думать. Я приказала себе выбросить прошлую жизнь из головы и возвращаться к терзаниям и душевным мукам не собиралась. Мне подарили новую жизнь, новые знакомства и безграничные возможности. Тратить время на слёзы по прошлому в мои планы не входило.

Чпоньк!

– А-а-а… А где? – Материализовавшись на моём стуле, Касс потянулся на лапах, заглядывая в пакет с посудой из-под ужина.

– Вовремя приходить надо, – фыркнула я, не испытывая ни грамма угрызений совести. Не после того, как стараниями этой пушистой задницы я влипла в… дракона.

– Жестокая! Изверг! Я буду жаловаться!

– Валяй, – махнула я рукой. – Ручку дать?

– Злая. Неудивительно, что эта ящерица к тебе прицепилась. Рыбак рыбака…

Я вздрогнула. Касс уже не впервые употреблял словечки и выражения из моего мира, но я списывала это на нашу связь. Однако стоило во всём разобраться получше, потому как в этом комке белой шерсти хранилось секретов на целую академию.

– Как у тебя хватило мозгов украсть у него амулет? Я молчу про сам факт кражи, – вздохнула я. – Но… у него?! Ты чем вообще думал?

– Твой дракон мне сразу не понравился, – фыркнул кот. – И вообще. Он сам виноват – оставил амулет без присмотра. А я просто… взял на хранение.

– На хранение? – Я неверяще приподняла бровь. – Ну-ну. Так же, как и заколку Блум позавчера? Или как ошейник карликового вилохвоста профессора Ингрид Скадис? Это за него мне назначили отработку! По твоей вине меня наказали дважды!

– Клетка дракона на наказание не тянет, – лениво зевнул кот, но вовремя заметил закипающий во мне гнев и в одно мгновенье слетел со стула. – Ариведерчи, злюка!

Чпоньк!

Исчез, гад. Нет, с ним однозначно надо было что-то делать. Неправильный фамильяр мне достался. Вместо помощи и поддержки я получала лишь бесконечные подколки и проблемы на свою головушку.

Отбой в академии отмечался тихим перезвоном, после которого шастать по общежитию не советовалось. Не то чтоб появление после звонка в коридоре грозило штрафом или отчислением, но к таким студентам присматривались внимательнее, а прицепиться всегда можно найти к чему, было бы желание.

Я же старалась быть прилежной и следовать своду правил академии, который выдали абсолютно всем первокурсникам на вступительной лекции. До сих пор листок с красивой золотистой рамочкой и названием «Свод правил Академии стихий» лежал на моём столе, придавленный цветочным горшком. Чтоб не упорхнул при малейшем порыве ветра из окна.

Пожелав соседке спокойных снов, я отвернулась к стене и моментально уснула, успев лишь ощутить привычную тяжесть в ногах от вернувшегося кота.

Тьма. Кругом тьма и невесомость. Я снова и снова попадала в этот сон.

Я парю, не ощущая тела. Чувствуя себя зрителем со стороны, я осознаю происходящее будто кино. Кино про слабую, неуверенную в себе девушку, которая никогда не могла за себя постоять. Медленно в фантомной груди закипает злость. На себя, на ту слабохарактерную амёбу, которой я была. Гнев разрастается у солнечного сплетения, которое я не чувствую физически, но всё равно ощущаю. Жаром, пламенем, бурлящей лавой. И не выдерживаю. Кричу в пустоту тьмы:

– Я не хочу быть ею. Я не хочу быть той, кто сдаётся. Той, что не смогла защитить себя. Той, кто умерла, потому что была слишком слабой… Нет! Я не хочу быть ею!

– А чего же ты хочешь? – вкрадчивый голос из темноты. Он повсюду, он заползает в фантомные уши, проникая в самый центр сознания.

«Отомстить» – первая мысль, которая тут же растворяется, не оформившись в словоформу. Потому что на самом деле мстить не хочется. «Стать сильнее» – да, но для этого придётся перекроить себя, сшить заново из лоскутков разорванной личности, сформировав новую… ту, кем никто и никогда не сможет манипулировать. Ту, которая не позволит обмануть себя и выбросить, как ненужную вещь.

– Измени меня! – кричу, вкладывая в эти слова всю боль и разочарование прошлой жизнью. – Измени! Я не хочу быть той, кто сдаётся. Я хочу стать сильной!

– Сила требует жертв. – Голос спокойный и чуть насмешливый. Он снисходителен, но в нём чувствуется некоторая заинтересованность. Я развлекаю его своей трагедией. – Ты готова отдать всё, что имеешь?

– У меня ничего не осталось. Всё, что у меня есть, – это я. И я больше не хочу быть слабой. Измени меня!

– Такова воля твоя. Что ж, ты получишь то, о чём просишь. Прими меня. Прими силу, что дарую тебе. Забудь о прошлом. Ты больше не она. Она умерла. А ты – ты выживешь.

Мощный удар в фантомную грудь, и меня, будто мячик, швыряет назад. Вспышка голубой молнии, ещё одна. Вскоре вся тьма превращается в полотно из многочисленных разрядов, бьющих молниями прямо в моё фантомное сердце. Удар, удар, ещё удар. Я теряю связь с реальностью и проваливаюсь в бессознательное.

– Помни: сила – не только дар. Но ещё и испытание.

Слова невидимого существа едва достигают моих ушей, теряясь в вязком тумане поглощающего сна без сновидений.

А потом я просыпаюсь…

– Вставай, соня! Завтрак пропустишь!

В меня полетело нечто мягкое, что спустя секундное замешательство после сна я смогла идентифицировать как подушку.

– Ну ма-а-ам, ещё пять минуточек!

– Сейчас водой оболью! – со смехом отозвалась Блум, забирая у меня свою подушку, которую я уже мостила обнимать.

– Я таки протестую! – раздалось со стороны моих ног, и я совершенно без зазрения совести спихнула тяжесть на пол. Я до сих пор злилась на Касса, поэтому жалости и сострадания к котику-клептоману не испытывала. – Рмя!

Но шутки шутками, а опаздывать на завтрак не хотелось. Да и спокойнее сразу поесть и сбежать до того, как шумный поток голодных организмов заполнит собой всё помещение академии.

– Тебя никто не спрашивал. – Отбросив одеяло, я свесила ноги с кровати, на ощупь находя тапочки. – Блум, ты уже была в ванной или устраиваем забег, кто первый?

– Твоё счастье, я уже умылась, – усмехнулась соседка. – Так что врезаться в закрытую перед носом дверь тебе не светит. По крайней мере, сегодня.

– Ой, один раз продула-то! – воскликнула я, машинально растирая уже давно не болевший нос.

– Зато какой!

– Ой, всё.

Я накинула на плечи халат и потопала в ванную комнату.

Через пять минут, зевая и дозаплетая на ходу косу, я готовилась к новому учебному дню.

– Что у вас первой парой?

– Основы зельеварения. А у вас?

– Не помню… дай гляну. – Подцепив локтем ящик стола, я заглянула в листок с расписанием, лежащий поверх учебников и тетрадей. – История магии.

– Скукотища, – хмыкнула Блум.

– Ой, у вас не лучше, – не осталась в долгу я.

Так, пререкаясь и хихикая, мы собрались и вышли из комнаты. Запирались двери магическим образом, считывая наши ауры, и особого ключа не требовалось.

В коридорах общежития лениво сновали редкие сонные мухи – студенты. Большинство приходило на завтрак позже, это Блум приучила меня к ранней побудке, показав на практике, насколько лучше есть в относительной тишине и покое, нежели наслаждаться какофонией горланящих во весь голос студентов.

Едва переступив порог просторного помещения для трапез, я почувствовала сводящие с ума ароматы свежей выпечки. Ммм! Скорее к раздаче!

Наспех огляделась: пока в столовой были лишь я с Блум да парочка старшекурсников в дальнем углу. Видимо, в последний перед выходными учебный день многие дали себе слабинку поваляться в кровати подольше. Но нам это только на руку.

– О, гляди, твой явился, – легонько пнув меня в бок, прошептала Блум, кивая в сторону дверного прохода. Я хотела возразить, что дракон никакой не мой, но обернулась и широко улыбнулась, перехватывая взгляд чуть светящихся алым глаз.

– Зейдан! Иди к нам!

Высокий, темноволосый, с бледной кожей и темными глазами, зажигающимися алым во время эмоциональных вспышек, – таким был Зейдан, с которым провидение столкнуло меня в первый день моего попадания в академию.

Обрушившись из ниоткуда на землю, я буквально влетела в парня, просто обходившего по дуге огромную очередь из претендентов на поступление. Реакция у Зейдана была сверхчеловеческая, поэтому он с лёгкостью подхватил меня рукой и не дал нам грохнуться на каменные плиты академического сада.

– Ты чего?

– Я…

– Первогодка? На поступление?

– Я… я не…

– Понятно, тяжёлый случай. Ладно, помогу. Глядишь, и голосок прорежется. – Парень потянул меня через длиннющую очередь к самым дверям. Большим, красивым. Дверям… замка? Хогвартс существует?

Я ещё не успела собрать себя по кусочкам после смерти в своём мире, осознать, где я и что я, – лишь вдохнула полной грудью сладковатый воздух, как меня с головой окунули в бурный водоворот жизни. Пока совершенно для меня чужой и незнакомой.

– Вот, следующей пойдёшь!

Пихнув меня прямо перед дверью, мой спутник обернулся на шикающих позади первогодок.

– Кто-то хочет возмутиться?

Тогда-то я и увидела впервые, как зажигаются алым глаза вампира. Да, меня угораздило врезаться не в абы кого, а в самого настоящего вампира!

– То-то же. Ну всё, бывай, малявка.

Зейдан тогда исчез, оставив меня на волю богов и провидения, но позже жизнь нас столкнула вновь.

Быстро оценив обстановку, парень широко улыбнулся, обнажив скромные в спокойной форме клыки. И кивнул, принимая приглашение.

– Зачем? – прошептала Блум, но тут же нацепила на лицо улыбку, чтобы старшекурсник не почуял неладное.

– А что, ты против? Тогда я отсяду?

– Не говори чушь, – вздохнула Блум. – Просто… Эдриан…

– А-а-а, – протянула я. – Прости. Сильно ревновать будет? Скажи ему, что Зейдан – мой друг. Или хочешь, я сама ему скажу?

– Да не, не бери в голову, – махнула рукой Блум и расслабилась, снова став тем солнечным зайчиком, которым я её знала. – Лучше расскажи, не пригласил ли он тебя на бал?

От неожиданности я икнула.

– Зейдан? Почему он должен был меня пригласить?

Ответить Блум не успела. Поставив свой поднос на наш столик, вампир изящно вскинул брови в вопросительном жесте:

– И куда это я должен был тебя пригласить, мелкая?

Секундное замешательство и осознание ситуации.

– А-а-а, – протянул Зейдан. – Понятно.

И, отодвинув стул, как ни в чём не бывало уселся рядом. Взял в руки булочку и со вкусом откусил.

– Что? Кушайте, малявки. А то сил магичить не будет.

Не то чтобы я жаждала услышать приглашение из уст вампира, но… мог бы хоть что-то ответить!

Поймав многозначительный взгляд соседки, явно забавлявшейся всей ситуацией, я хмыкнула и отдала всё своё внимание завтраку. В словах вампира было зерно истины – магия требовала прорву энергии, часть которой восполняла питательная пища.

Магия. До сих пор не могла привыкнуть, что во мне есть волшебная сила. Пока лишь искра, но…

Тогда, когда неведомое нечто в подпространстве шандарахнуло меня молнией, в сердце моём зажглась искра силы. А после, когда меня так подставил вампир и я оказалась в аудитории с принимающей комиссией, именно эта сила стала решающим фактором в моём поступлении.

Будь в академии привычные любому землянину вступительные экзамены, я бы провалилась. А как иначе, если я даже названия страны, куда забросило меня этим попаданием, не знала? Да что там страны… как представиться этим суровым строгим преподавателям, я не знала.

Но и тут повезло. Неизвестно, что за силы руководили моим перемещением, но, когда я переступила порог аудитории, где сидела комиссия, никто имени моего не спросил. Один из преподавателей указал рукой на ромбовидный кристалл, стоящий в центре помещения.

– Подойдите к распределяющему кристаллу, претендентка Арани ла Флор, – устав ждать моих действий, сказал один из преподавателей. Я даже лица его не рассмотрела, настолько было страшно поднять взгляд от пола.

Значит, Арани… Ну, почти Анна. У этих вершителей судеб оригинальное чувство юмора.

Подошла, всё ещё сомневаясь в реальности происходящего. Какой-то затянувшийся фантасмагоричный сон. Моя медлительность рассердила преподавателей.

– Претендентка ла Флор, вы отнимаете наше время. Делайте, что положено.

А что положено? Хоть бы кто объяснил…

Тогда на помощь мне пришла невысокая женщина с приятной улыбкой. Она взяла меня за руку, подвела к кристаллу и приложила мой указательный палец к острой вершине.

– Ай! – воскликнула я, машинально засунув окровавленную подушечку пальца в рот. Что за варварские методы?

Я мало что поняла в цветном фейерверке брызг, высыпавшихся из кристалла. Услышала лишь: «Боевой». И всё. Будто стало понятнее.

Так и закончился мой вступительный «экзамен». Но доискиваться причины, почему меня, попаданку без роду и племени, вдруг приняли как свою, местную, не стала. Сначала надо осмотреться, а после уже допытываться до деталей.

– Ари, просыпайся! – помахав перед моими глазами рукой, со смешком сказала Блум. – Там твой дракон явился.

Я посмотрела на соседку испепеляющим взглядом – по крайней мере, хотелось его таким считать. То вампир «мой», то дракон. Кто услышал, подумал бы, что я та ещё легкомысленная особа.

Но невольно посмотрела вперёд, туда, где на пороге столовой застыл Айдахар собственной персоной. И будто не было между нами десятков метров стремительно заполняющейся студентами столовой. Его взгляд безошибочно нашёл меня, остановился, просканировал и, несомненно, оценил фигуру вампира, сидящего рядом. Даже не разбирая издалека выражения лица дракона, я знала – тот остался недоволен увиденной картиной.

Но почему? Я – не его собственность!