Читать книгу Поиск. Часть 2 - Александра Морозова - Страница 5

Однажды, уже в августе, я позвонила Саше утром узнать, есть ли у него планы на вечер, а он лишь прохрипел не своим голосом:

– Нет. Я заболел.

Я оторопела.

– Сильно?

– Да.

– Сейчас приеду. Скинь адрес.

– Да ладно, Юль, – попробовал протестовать он. – Тебе сегодня не до меня.

– Ты не один? – прямо спросила я.

– Один. Нет, это не то, что ты подумала…

– Тогда скинь адрес.

Саша выдохнул.

– Хорошо.

Я побросала в сумку всё, что полезного нашлось у меня в аптечке, и вызвала такси. До этого я не бывала дома у Саши, и когда на звонок в домофон мне ответили женским голосом: «Кто там?», подумала, что ошиблась квартирой.

Благо я быстро сообразила, что раз голос был возрастной, то, скорее всего, к двери подошла Сашина мама.

– Это Юля, – отозвалась я. – Пришла проведать Сашу.

Дверь запищала и открылась. Я поднялась в квартиру и увидела своего пациента уже в коридоре в халате поверх домашних брюк и футболки, небритого, с шарфом на шее, растрёпанными волосами и лихорадочно блестящими глазами.

– Юля! – прошептал он и скривился.

Слишком сильно болело горло.

– Ты почему не в постели?

Я скинула обувь, подошла к нему, сделала знак, чтобы он наклонился, и коснулась губами его лба.

– Да у тебя температура! Тридцать восемь с половиной – не меньше. Саша, ты что? Быстро в кровать! Где можно помыть руки?

– Вторая две… – Саша болезненно поморщился и коснулся рукой горла.

– Иди ложись, сама найду.

Возле двери в ванную я столкнулась с Сашиной мамой. Она была ниже меня на голову, но казалось, что самая высокая точка на её теле – кончик вздёрнутого носа.

– Здравствуйте, – пробормотала я, невольно обозлившись на себя за нетвёрдый тон.

Мама Саши лишь кивнула в ответ.

Впрочем, я приехала не к ней. Пусть хоть вообще не замечает.

Вымыв руки, я направилась к Саше в комнату.

– Ну! Улёгся – хорошо. Теперь приподнимись, я хочу тебя осмотреть.

– Боюсь заразить, – прошептал Саша.

Я засмеялась.

– Ты чего? Я уже почти опять фельдшер. Мы все заговорённые. Так что не выдумывай и открывай рот.

Я достала фонарик и шпатель.

– Только не засовывай мне в рот эту палку, – попросил Саша. – С детства терпеть не могу.

– Хорошо, если ты сам откроешь рот и высунешь язык.

На самом деле, я уже давно поняла, что с ним.

И всё же он открыл рот, я посветила фонариком и увидела горло, покрытое белым налётом с ужасным воспалением и точками на миндалинах.

По личному горькому опыту знаю, что на каждом глотке оно болит так, словно тебе в шею с разных сторон вкалывают маленькие, невозможно острые кинжалы.

– Ангина, – констатировала я. – Гнойная.

Саша не удивился, только рассматривал меня снизу вверх, думая о чём-то своём в болезненной перемешке мыслей.

Я коснулась его горла под краями нижней челюсти, он скривился.

– Потерпи, – прошептала я.

Лимфатические узлы оказались сильно увеличены.

– Да уж, Санька.

Я присела к нему на разложенный диван.

– Не вовремя я, – почти беззвучно произнёс он и снова поморщился. – Такой день…

– Не напрягай горло. Ложись. Я прописываю тебе антибиотики. – В своей сумке я нашла упаковку и положила перед Сашей на кровать. – Принимать ровно семь дней. Даже если на второй день станет лучше, не бросай. Не доверяешь мне – вызови участкового терапевта. Девяносто девять и девять процентов, что тебе выпишут то же самое.

– Доверяю, – прошептал Саша и коснулся моей руки своей горячей ладонью.

Я кивнула.

– Хорошо. Это было раз. Два – полоскания.

Саша поморщился.

– Знаю, но это обязательно. Я лично предпочла бы соляной раствор с парой капель йода. Йодом не увлекайся.

Саша смиренно кивнул.

– Дальше жаропонижающее. Измерь температуру и прими таблетку, только если будет выше тридцати восьми с половиной. Если меньше – ничего не глотай, договорились?

– Хорошо.

– Можешь просто кивать, если больно говорить. – Я снова залезла в сумку. – Ещё вот это брызгать, а это рассасывать. Это после антибиотика. Пропей полный курс, пожалуйста, две недели.

Саша всё кивал, пока перед ним на постели росла куча таблеток.

– Постарайся есть. Понимаю, что больно и не хочется, но тем не менее. Бульон, супчик какой-нибудь, только не очень горячий.

Послышались шаги, потом дверь открылась и в комнату вошла мама Саши с подносом в руках.

– Я приготовила чай, – сказала она, вталкивая поднос между нами так, что мне пришлось отодвинуться подальше.

– Отлично, – улыбнулась я. – Как раз вовремя. Пей, Сань.

– А вы не будете? – неожиданно обратилась мама Саши ко мне.

– Будет, – ответил за меня Саша и приподнялся, морщась от боли. – Садись сюда, Юль.

– Не надо так близко, заразишь, – сказала его мама. – Вот, возьмите стул.

– Благодарю, – отозвалась я.

– Саша, ешь калину, – мама пододвинула к нему блюдце с вареньем. – Она полезная. Всего пару ложек – и убьёт всю заразу.

– Мам, – Саша опять поморщился. – Я терпеть не могу калину. Ты же знаешь.

– Перетерпи. Я же не прошу у тебя съесть целую банку.

– Юля оставила мне лекарства, не надо калины. Умоляю.

– Да что там эти лекарства!

Я вздохнула. Действительно. Зачем человеку с фолликулярной ангиной антибиотики? Можно же просто лежать, страдать и ждать отёк гортани.

– Скажите ему, – опять внезапно обратилась ко мне его мама. – Калина – это полезно.

– Полезно, конечно, – ответила я. – Но если он не хочет, не вижу смысла заставлять. Ему сейчас и так плохо.

– А мороженое мне можно? – с улыбкой спросил Саша.

– Что? – округлила глаза его мать. – Ну какое мороженое, Саш, ты что?..

– Можно, – негромко ответила я.

Саша засмеялся, но тут же застонал от боли и вовсе затих.

Мама Саши сжала губы так, что они исчезли с её лица.

– Я вас оставлю, – сказала она и ушла.

– Прости, – прошептал Саша, и мне было больно смотреть, как он старается говорить. – Мама у меня хорошая, просто со своими заморочками. Тут аптека под окнами. Я приехал, думал сестру погонять. Только её нет. Зато мама зачем-то с дачи вернулась, и началось… Дома надо было болеть.

– Спи побольше, ладно? – улыбнулась я.

Саша кивнул.

– Так неудобно, что выдернул тебя в такой день.

– Глупости. Ничего в этом дне нет особенного.

– Ну как же? У тебя ведь день рождения.

– Ну и что? – пожала я плечами. – Он у меня каждый год. И что хорошего? Только старею.

– Ты прекрасно выглядишь, – возразил Саша.

– Ещё несколько дней рождения, и золушка превратится в старую тётку.

– Не смеши меня, мне больно смеяться.

Я провела рукой по его горячему, мокрому лбу, убирая волосы.

– Поправляйся скорее. Без тебя даже праздновать не хочется.

Саша поймал мою ладонь, подержал немного в своей.

– У меня для тебя есть подарок.

– Да ты чего, Сань! Не надо ничего.

Но Саша мотнул головой.

– Возьми, пожалуйста, на столе.

– Сань…

– Мы будем спорить? Пожалей моё горло.

Я улыбнулась, подошла к столу.

– Будем играть в «Горячо-холодно»?

– В «Найди предмет». Он плоский и белый.

На столе у Саши соблюдался относительный порядок. Ноутбук, наушники. Стакан с ручками и карандашами. Несколько книг: Дэн Браун, Теодор Драйзер, Умберто Эко… Конверт без подписи.

– Конверт? – спросила я.

– Бинго.

– И что там?

– Открой и увидишь.

– Надеюсь, не деньги?

– Всё в этом мире так или иначе – деньги.

– Их не приму.

– Да не деньги там! Открывай уже.

Я открыла конверт и достала два билета на рок-концерт «Общий сбор».

В наш город время от времени приезжали всякие знаменитости (всё-таки не так далеко от Москвы), и каждый год в первых числах сентября устраивали концерт, где выступали сразу несколько крутых рок-групп. Я очень хотела на него попасть, но что-то обязательно не складывалось и год за годом приходилось отказываться от этой идеи.

– Ты ведь любишь такую музыку, – сказал Саша.

– Очень, – прошептала я, ещё не веря своим глазам.

– Вот и отлично! Сходишь с Климом. Или с сестрой. В общем, уверен, подарок не пропадёт.

– Сашка!

Я подлетела к нему, приземлилась на колени перед диваном и поцеловала в небритую щёку.

– Ну ты чего? – зашуршал он. – Заразишься!

От него пахло жаром и потом, но как-то ненавязчиво, едва ли не приятно. Как-то по-домашнему знакомо.

– Тогда будет твоя очередь приезжать ко мне с таблетками.

– Заманчиво, конечно, но я не хочу, чтобы у тебя так болело горло. Да и Клим меня прибьёт.

– Глупый! – засмеялась я и потрепала его волосы. – Спасибо тебе огромное! Не представляешь, как я мечтала попасть на этот концерт.

– На здоровье, Юлик.