Читать книгу Человек. Сборник рассказов-2 - Алексей Дьяченко - Страница 23

Рыбачка

Оглавление

У Леонида Утесова, в популярной песне о Косте-моряке была рыбачка Соня. А у меня, в моей жизни, далекой от песни, была знакомая – рыбачка Катя. Катерина Судакова. Баркасами, как это делала в песне Соня, она управлять не умела, а вот на удочку и спиннинг рыбку ловила с большим искусством. И то сказать, постоянная практика с семи лет, когда отец впервые взял ее с собой на речку и дал в руки удочку. Пятнадцать лет непрерывного рыбачьего стажа.

Так и подмывает соврать, сказать, что и познакомились на рыбалке, но – нет, лгать не стану. Познакомились мы с ней в магазине. Катя там работала продавцом, а я в магазин пришел за покупками. И разговорились.

– Дайте хлеба черного буханочку, – сказал я, не глядя на Катю, глазами бегая по полкам с мыслью о том, чего бы еще купить. Это, видимо, ее сильнее всего и задело, то есть, что я на нее никакого внимания не обращал.

– Дать не дам, – зло ответила она, – могу продать.

– Ну… Так… Это и имелось ввиду, – стал оправдываться я, – неужели не понятно?

– Нет. Представьте, – нет. Я поняла вас так, что корочку хлебушка за Христа ради просите. Тот, кто хочет купить, говорит: «Продайте».

– Интересная вы девушка.

– Девушку Екатериной Судаковой зовут. Можно просто – Катя.

– Да, Катя. С вашим языком и темпераментом здесь долго не задержитесь.

– А я и не намерена держаться за работу. Пусть работа держится за меня.

– Вы холостая? – Сам, не зная, зачем, поинтересовался я.

– Холостыми бывают патроны, а девушки незамужними. Если вас это интересует, я не замужем, – ответила Катя и, тут же предложила поехать с ней на рыбалку.

Ее предложение было настолько неожиданным, казалось таким неправдоподобным, что я согласился. И, надо сказать, не пожалел. Смущало одно обстоятельство. Мужчины, как правило, тянут женщин с собой на хоккей, на футбол, на рыбалку, а в нашем случае инициатором подобных походов была она. И это не было притворством, желанием угодить, это был ее образ жизни.

Мне только наказы давала, что из съестного купить, чем запастись. До сих пор список «продуктовой корзины рыбака» помню наизусть. Проверяйте: два окорочка, буханка черного хлеба, соль, пшено – одна пачка (для ухи), чай – одна пачка, вермишель мелкая – одна упаковка, две банки тушенки, зелень, лук, чеснок, килограмм картошки (тоже для ухи), специи, помидоры, огурцы, полкило сухофруктов, килограмм сахарного песка и четыре бутылки водки.

Помню, в первый раз, когда услышал о таком количестве водки, забеспокоился, стал роптать.

– Не много ли? – Говорю. – Не станут нас после четырех бутылок потом с собаками искать?

– Не много, – спокойно, со знанием дела, ответила Катя, – на три дня не много. Мы же в пятницу едем и только вечером в воскресенье вернемся.

И как в воду глядела – водки нам не хватило. У костра, на свежем воздухе, под уху, под песни (Катя сочиняла удивительные стихи и, аккомпанируя себе на гитаре, их пела для меня), выпили за два дня и не заметили.

В другой раз взяли пять бутылок и ни одной не выпили, не до этого было, провалялись все три дня в палатке. И, такое бывало. Назад водку не повезли, закопали в укромном месте, через неделю предполагая туда вернуться. До сих пор, наверное, там лежат. На то место больше не ездили. Зато поездили по другим, мыслимым и немыслимым рыбачьим местам. После чего у меня появилось подозрение, что Катя родная сестра Карлсона, тоже имеет в себе вделанный моторчик. С той лишь разницей, что у сказочного обжоры и любителя варенья он располагался на спине выше пояса, а у Кати, чуточку ниже.

Ну, не сиделось ей на месте, слишком была беспокойная. Как я ее ни успокаивал, так до конца успокоить и не смог. Из медицинского института выгнали, из магазина, как я и предрекал, тоже попросили по-хорошему. Как ни позвонишь, или на рыбалке (одна ездила, я часто ездить не мог), или на футболе-хоккее, в зависимости от сезона (тоже мне увлечение для девушки), или взяла велосипед и «десятку» с подругами накручивает.

«Десять километров раз в неделю – это святое», – такие слышал я от Кати слова. Как-то, узнав про очередную велосипедную прогулку, я не выдержал и закричал в телефонную трубку:

– Ты скоро превратишься в павиана. У тебя от этого велосипеда скоро зад сделается огненно-красным, как у этой обезьяны.

Не обиделась, только рассмеялась, любила меня.

И все же страсть к рыбалке у нее была на первом месте. Была в крови. Ничего подобного, женщину-рыбака имею в виду, ни до, ни после Катерины я не встречал. Из-за этой чертовой рыбалки мы с ней, в сущности, и расстались.

Говорю, учись, готовься к пересдаче экзаменов, какой там, «червяков копать надо». Ну, думаю, и копайся и ищи в земле своих червяков. Того и гляди, скоро сама червяком станешь. Склюет какой-нибудь вороненок всю без остатка, вместе с моторчиком.

Прошу понять. Для меня рыбалка хороша исключительно как отдых, и то, в дозированных, ограниченных количествах. А, для нее рыбалка – это не отдых, не страсть и даже не любовь, а сама жизнь. «Если мой котенок рыбу не ловит, значит, мой котенок не живет», – говорил о Катерине ее отец и был прав.

Каких только чудес не бывает на белом свете. Для меня Катя Судакова – восьмое чудо света. И пусть у нее ловится рыбка большая и маленькая, пусть поплавок уходит под воду и колокольчик на «донке» звенит без умолку. А мы, чтобы ей не мешать, пойдем своей дорогой. Не хочу. Нет никакого желания, на Катю-рыбака смотреть даже издалека.

2001 г.

Человек. Сборник рассказов-2

Подняться наверх