Читать книгу Мир плацебо - Alexander Monterio - Страница 1

Дрожащие руки мужчины потянулись к водопроводному крану. По периметру крана наблюдались потёртости, красовались сотни, а то и тысячи отпечатков пальцев людей, которые побывали в этой уборной на втором этаже. В больнице явно не было уборщиц. Никто не хотел идти за низкую заработную плату и копаться в грязи. Кафель не протирали давно. На полу раскидан мусор в виде использованных медицинских масок и бахил. Полотенце, висящее рядом с краном, имело тухлый запах.

Но не это его должно сейчас беспокоить, просто он думал об этих вещах, чтобы хоть как-то отвлечься от создавшейся ситуации.

Его отец находился в тяжёлом состоянии, поскольку «Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью». Том Бейкер часто слышал эти предостережения. По телевизору, радио и от самого отца, который знал о подобном не понаслышке.

– Мистер Бейкер? – окликнул его голос, когда он с мокрыми руками вышел из уборной.

– Да, это я, – ответил Бейкер незадачливо.

– Ваш отец, – доктор сделал паузу, – находится в тяжёлом состоянии, прошу вас спуститься в зал ожидания и побыть там. Вы сможете к нему подняться, но чуть позже, через полчаса. У нас сейчас важное собрание.

– Какие у него шансы выжить? – робко спросил Том. – С ним можно разговаривать?

На мгновение доктор замолчал. Как же часто ему задавались эти вопросы. С ума можно сойти.

– Вы сможете к нему подняться чуть позже. А пока – только ждать, – настойчиво повторил врач.

Том взглянул на бейджик у доктора на груди: «Михаэль Кройф». Вновь посмотрел в зелёные глаза доктора, на остром носу висели круглые очки в металлической оправе. Белый халат свисал с его тощего тела.

– Он не в состоянии говорить. Понимаете? – добавил доктор.

Секундная пауза.

– Я вас понял. Спасибо, – кивнув, Том подошёл к лестнице и, шагая вниз, медленно начал считать ступени. Копаясь в своих мыслях, он наткнулся на одну очень важную. Он так много не сказал отцу. Как много не высказал, что у него накопилось. Том и сам был в этом виноват, он это понимал, но не принимал – до сегодняшнего дня, когда уже могло быть слишком поздно что-то говорить отцу.

…«Стоун-технолоджи. Эвтаназия – это ваш выбор. На рынке больше тридцати лет», – с такими словами за кадром прокрутился по телевизору видеоролик.

– Срочные новости, – послышался голос из того же телевизора. Том Бейкер сидел в зале ожидания. Он поднял голову к стойке ресепшена, над которым висел экран.

– В связи с военным положением на территории страны, продолжительность которого превышает больше двух месяцев, препарат «d1-815», одобренный Министерством здравоохранения, будет заменён на препарат «d1-915». Данное лекарство показало лучшую статистику и меньшее количество побочных эффектов. Также антивирус замедляет распространение вируса в теле и в некоторых случаях подавляет его. Напоминаем, что атака биологического оружия пришлась на два штата – Калифорнию и Флориду – со стороны стран…

В этот момент раздался телефонный звонок и карман штанов Тома задрожал от вибрационной конвульсии. Мобильники были проданы каждому жителю по правительственной программе обеспечения безопасности.

– Алло.

В ответ только шипение из динамика телефона.

– Алло? Мама? Грёбаная связь, – злость просочилась в голосе Тома. В отличие от других детей, которые ругались и дрались, Том всегда был сдержанным мальчиком, умеющим контролировать свой гнев. Но если Тома спровоцировать, то он мог сильно разгневаться.

– Том, мальчик мой. Связь плохая. Я в про… – вновь звуки голоса матери прервались шипением.

– Я в больнице у отца. Мам, ты меня слышишь?

– В пробке стоим, не знаю, сколько ещё потребуется времени, – прозвучал голос из динамика телефона.

– Хорошо. У медперсонала совещание, только через полчаса дадут возможность увидеть отца.

– В каком он состоянии? – мгновенно переспросила мама.

– В тяжёлом. Сама знаешь, у него не в первый раз, он и раньше в таком состоянии попадал в больницу.

– Том? – прозвучал мамин голос и вновь сменился шипением.

– Да, что-то со связью уже второй день подряд, – нервно проговорил Том Бейкер в мобильный телефон, издающий противное шипение.

– Территории оцеплены и находятся под тотальным контролем. Просьба выходить на улицы в крайних случаях. При себе иметь телефон в случае чрезвычайных происшествий, – донёсся голос из телевизора.

Связь оборвалась, и на экране высветилась заставка телефона – семейная фотография с женой и детьми. Кэтрин Бейкер – прекрасная жена и мать двоих детей. Чуть ниже мужа ростом, спортивного телосложения. Светлые ухоженные волосы свисали на её худые плечи. Карьеристка в прошлом. Том очаровал её, и вместо карьерной лестницы в одной из ведущих фармацевтических компаний Кэтрин стала домохозяйкой.

В нижней части фотографии стояли два ангелочка, Лукас и Джуди. На этой фотографии Лукасу исполнилось семь лет. Был день рождения сына, и родители устроили детям прогулку в детском парке и катание на аттракционах. В тот день стояла июльская жара и дети выпили большое количество замороженного сока, чтобы утолить жажду. Но это лишь усиливало желание пить. Далее была борьба с ангиной и неделя её лечения.

Волосы Лукаса искрились на солнце, в отличие от Джуди. Тёмные длинные пряди падали на спину дочки, будто маленький водопад. Она младше своего брата всего на один год, но смышлёная не по годам.

Отец безумно любит своих детей, для него это две галактики в едином космосе.

Том улыбнулся, вспомнив о детях. Заблокировав телефон, он убрал его в карман джинсов.

– Прошу прощения, – Бейкер обратился к женщине, сидевшей напротив.

Дама перевела взгляд на Тома, оторвавшись от чтения больничной брошюрки.

– А что за срочные новости? – вежливо спросил он. – Я пропустил часть выпуска.

– Вирус бешенства, ничего нового. Вы наверняка слышали о нём. СМИ сообщают, что всё под контролем, – женщина вновь уткнулась в брошюру.

– Я, если честно, не особо слежу за новостями. Понимаете, отец… – Том глазами указал наверх.

– Сочувствую. А я из-за сестры. Она здесь работает, мне нужно её увидеть, – с беспокойством ответила женщина, как показалось Тому. – Меня Лея зовут.

– Очень приятно, Лея, а меня Том, – Бейкер протянул кисть и пожал Лее руку. Женщина с русыми волосами, сидевшая напротив, была в чёрной кожаной куртке поверх синего платья с узорами. Она была молодой, но тональный крем на лице не скрывал, а подчёркивал её возраст, делая старше, чем она казалась бы без макияжа. На безымянном пальце левой руки блестело обручальное кольцо.

– Вы пьёте лекарство? – спросила Лея…

– «d1-815»?

– Ну да, так сказать, на всякий случай. «d1-915» пока дойдёт до нас, мы все уже переболеем. Я, конечно, понимаю, что территории оцеплены, но мы все знаем, что бывает на самом деле. И к тому же Четвёртая мировая не за горами.

– Полностью с вами согласен. Я пью препарат, как и прописано – защитим здоровую нацию! – сжав руку в кулак, Том поднял его.

– Вот что им не сидится на месте, воюют и воюют.

– Человечество всю жизнь воюет. Это как любить. Любовь всегда будет существовать. Война также. От неё никуда не сбежать. Будто инь и ян. Баланс.

– Первая мировая, Вторая, Холодная, Третья. Сколько можно?

– Знаете, как говорится? «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о детях, погибших на войне».

Она удивлённо посмотрела на Тома.

– Прямо в точку, Том, – подтвердила Лея. – Моя подруга Джин столкнулась с потерей ребёнка, не смогла справиться и покончила с собой.

– Я думаю, мало кто может справиться с подобной ситуацией. Это что-то запредельное. Даже адом не назвать.

Лея опустила глаза.

– Грустная тема для разговора.

– Лея Томпсон, просьба пройти в двести семнадцатый кабинет, – прозвучал голос из громкоговорителя.

– Мне пора, ещё увидимся, – женщина быстро встала и ушла.

– До свидания, – медленно ответил Том, зная, что эти слова прозвучали в пустоту, поскольку женщина уже ушла.

Том Бейкер сидел и наблюдал картину – не маслом или ещё чем-то написанную, а жизненную. Картину, как в больницу заходят люди в отчаянии в поисках близкого им человека.

Пока кто-то пытается спасти человеку жизнь, кто-то её забирает. Он размышлял о разном.

«Вирус бешенства, кто же мог подумать. На этой планете чего только не может произойти. Что дальше? Инопланетяне прибудут? Хотя и они однозначно есть. Наверно, улетели в своё время с этой планеты, зная, что она обречена на гибель. А может, прилетят к нам, когда мы друг друга поубиваем? Что за мысли лезут в эту дурную голову». Том потряс головой, пытаясь сосредоточиться на актуальной проблеме.

Он не так часто видел в последнее время отца, Джон Бейкер был одиночкой, и больше времени он проводил с самим собою, а может, и с кем-то, но каким бы он ни был, Том любит отца, несмотря ни на что. Он так тщательно скрывал свою любовь к отцу и прятал её так глубоко, что в итоге она превратилась в неловкость, в вечный страх сказать или сделать что-то не так. Ведь мужчины зачастую держат эмоции в себе.

– Сколько я уже тут сижу? – Том повернул руку на девяносто градусов, открыв обзор часов.

Стрелки показывали десять часов сорок пять минут утра.

Через окна виднелись бегущие серые облака. Капал обещанный прогнозом погоды слабый дождь. Осень, в ней есть своя красота, даже с её серостью и дождливостью. Том называет осень «Обновление себя», будто ты открываешь новую главу своей жизни.

Капли, падающие на асфальт и рисующие на нём меняющиеся узоры, – целое произведение природного искусства.

Дорожный трафик в начале военного положения выглядел практически голым и пустынным, но в последние недели он будто ожил. На самом деле, голым и пустынным он был и до военного положения, смена власти и диктаторский режим внесли свои поправки во многое. Но любая ситуация может выйти из-под контроля.

Жителей города контролируют и следят за ними с помощью телефонов. Допустимы только звонки внутри сети. «Возможно, мы чей-то эксперимент, – размышлял Том. – Что будет, если крыс запереть вместе с другими крысами? Они сожрут друг друга. К чему это приведёт – не знаю, но явно ни к чему хорошему».

За стенами прозвучала речь из громкоговорителя. Снаружи тревожно вещал рупор проезжающего БТР.

– После двадцати одного часа выходить на улицу запрещено. В случае обнаружения нарушителей применяется правило номер пятнадцать. Да прибудет с нами правда.

«Странная штука, эта ваша правда. Её или просто нет, или для каждого она своя, – подумал Том. – В любом случае правда – это иллюзия достоверного».

– Том Бейкер. Просьба подняться на третий этаж, – прозвучало из громкоговорителя.

Том встал и ускоренным шагом устремился к лестнице, ведущей на третий этаж.