Читать книгу Очевидец сверхъестественного - Алиса Елисеева - Страница 3

Застучав в дверь и заорав «Михалыч», я надеялась на лучшее, ни капельки не боялась. А зря. Крик испуганной женщины, то есть меня, распахнул дверь довольно быстро. И я увидела картину маслом. Несмотря на год отшельничества, одежду далеко не первой свежести, Алексей Михалыч Донской выглядел привлекательным широкоплечим атлетом. Он был лохмат, бородат, усат, а его серьёзные глаза очаровательно блестели. По крайней мере так я себя успокаивала. Зрелище было дай боже!

Итак, прямо напротив меня стоял здоровенный, высоченный, состоящий из одних мускулов рыбак Донской.

Даже в таком виде он не был похож на душегуба своей жены, какой бы изменницей и транжирой она ни была.

Любитель рыбалки, который считал, что его жена вернется на то же место, откуда исчезла, не открывал двери журналистам.

После осмеивания в социальных сетях на их вопросы больше не отвечал. Но он был честным, как мне казалось в прочитанных и просмотренных несколько раз интервью.

– Я к вам, Алексей Михалыч! Там что-то рычит так страшно! Что-то большое! Это ме… медведь? – произнесла я с чувством, что сейчас меня обзовут и выгонят в шею. Именно так он расправлялся с журналистами, которые подбирались к нему весной, зимой и летом.

Сейчас наступала холодная осень. Я надеялась, что мой потрепанный вид будет только на руку, поэтому специально растрепала волосы. В итоге мы бы с ним смотрелись парой, потому, что его борода была длиной, чуть ли не полметра. Волосы тоже были длинные и лохматые.

– В чем дело? Кто ты? Что тебе нужно? – напрягся он, нахмурив брови. И вдруг показал мне охотничий нож, стиснутый в руке.

Я от неожиданности даже присела.

– Ничего. Мне не нужно ничего, я просто к вам ехала из другого полушария, хотела… познакомиться. Отметить с вами год исчезновения вашей жены! То есть, посидеть, вспомнить её. А тут, возле вашего дома кто-то рычит, и там, где мост, где обитают русалки по местной легенде… Тоже кто-то рычит. Можно войду ненадолго? Пока оно не уйдет?

– Где твоя машина?

– Меня привезли и выкинули, как ненужный хлам, – всхлипнула я. – Простите, я такая впечатлительная. Мне не даёт покоя ваша жена. Понимаете, кажется, мы с ней кармические близнецы., и я хочу вам помочь её найти.

У Донского в глазах завелись чертики.

– Я не то хотела сказать! Мне стало интересно, пропадет ли еще человек в это же время года. Говорят, ваша жена была четвертая, – быстро произнесла я, едва понимая, что несу, – А я могу быть пятой, и на мне его поймают.

– Кого? – раздался недоверчивый низкий голос.

– Того, кто вашу жену похитил. Я не буду говорить «убил», или еще разные глупости. Она же не русалка, ну что вы, в самом деле. Это просто сказки. Или она сама сбежала, или её похитили. Или вы её… кокнули. Случайно, например. Вы такой огромный и сильный. Разбушевались, рассорились, кому какая удочка достанется. И ударили её… кулаком. А много ли таким, как она, надо? Помогите мне, пожалуйста. Я должна пожить у вас и пройти её дорогой, чтобы понять, кто преступник. Кто придумал этих дурацких русалок, кто включает в тайге их смех и подбрасывает чешую.

– Где ваши вещи?

– Вон там чемоданчик, из машины выбросили. Я тащила, тащила. Подумала, что, вдруг вы меня не впустите вообще. Потом схожу, чтобы не тащить его просто так, я положила в кусты. А там рычать кто-то задумал. Ну, я и домчалась до вашей двери. – Набрав побольше воздуха, обняла себя руками и оглянулась. – Михалыч, я испугалась страшно! Пойдемте вместе за моим чемоданом, Михалыч. Можно я так буду вас называть? Не возражаете?

– Кто тебя сюда привёз?

– Женщины на попутке. Они уже уехали.

Вдали послышался тихий звук двигателя машины.

С коллегами Тиной и Лидой мы договорились, что если не пустит, я вернусь. А если пустит, потом им позвоню. Забрать они меня должны были ровно через час.

– Пойдем, – сказал уставшим голосом богатый затворник, – Только зря думаешь, что я не понял, кто ты такая.

– Да? А как вы поняли, кто я такая? Меня Вика зовут. А вы можете победить медведя?

– Ладно, хватит, – усмехнулся Алексей Донской. – Можешь не бояться медведя. Ему, поверь, на нас плевать, даже если приблизился к моему дому. Медведя я одного прикармливаю. Ты – желтая пресса? Угадал? Да не смущайся, я уже привык к вашим хитростям и вторжениям. Ты переплюнула всех.

– Но вы хотите найти свою жену или нет?

– А что я здесь делаю, по-твоему?

– Рыбу… удите. Спортом занимаетесь. Медведя кормите… Что еще?… Бороду отращиваете, в городе такую держать нельзя, – пожала я плечами. Послушайте, я простой начинающий журналист. Это моя мечта. Я здесь её хочу превратить в возможность, а потом осуществить. Здесь у вас так красиво, сердце замирает… Я просто думаю, что если вы хотите найти свою жену, пресса в таких поисках чуточку лучше полиции. Давайте напишем прекрасную статью, её прочитают миллионы людей, и ваша жена…

– Меня позорят на всю страну ваши пр-рекрасные статьи! Вы хоть читали заголовки?

– Не обижайтесь. Мы все пишем для читателей, а большинство любят всякую жесть и обзывали вас. Но я наоборот. Я хочу написать историю, которая заставит людей задуматься и помочь вам в поисках. Если, конечно, вы не прихлопнули вашу жену. Это место идеально для сокрытия её тела.

– Как называется ваше издание?

– Очевидец сверхъестественного. Наш девиз: Смотри глазами очевидца, а думай своей головой. Кроме того, в Интернете часто пишут для того, чтобы просто сделать сенсацию. А мы её разоблачаем. Вы же не верите в русалок?

Я старалась не глазеть на него, как искатель сенсаций. Он тоже перестал смотреть на меня и отвернулся.

– Всего лишь на месяц приехала, – скромно потупив глазки, и решилась сразу предупредила, – Ночевать могу в селе, там, где люди живут.

– А я что, не человек по твоему? Как тебя там…

– Вика.

– Садись. Какая у тебя задача? – спросил он ровным голосом.

– Найти такую информацию, чтобы правильно оценить побег вашей жены. Вот какая у меня задача, – честно ответила я. – Это же несчастье для вас. И для её родителей. Они живы?

«Михалыч» медленно покачал головой в непонятные стороны.

– А у вас?

– Я из детдома.

– А еще родственники есть?

– Брат и две сестры были у меня. Потерял, когда в приют забрали. Искал безрезультатно, их сразу на усыновление отдали.

Я даже не успела подумать головой, как словно по щелчку вспомнился тот зеленоглазый сосед, который меня за руку взял и пульс считал.

Уставившись на руку Михалыча с обручальным кольцом, я начала усиленно соображать. Пальцы у них совсем не похожи. А вот глаза… И глаза не похожи. Где же я этого мужика видела с болотными глазами?

– Прошу вас, нахмурьте, пожалуйста, брови, Алексей Михайлович!

Тот нахмурился, а я вздохнула.

– Показалось. Невероятно, но мне подумалось, что ваш брат летел рядом со мной в самолёте. Случай один на миллион, конечно. У вас же фото публиковали, вдруг они увидели и узнали своего старшего братца…

– Молчи-ка ты лучше, б-барышня! Давай только по делу. – Обиделся Донской. – Несешь какую-то пургу!

– Вот! Всегда так. Вы даже обижаетесь одинаково с моим мужем, только он молчит и более вежливый! А вы почему мне не верите? Это слишком сверхъестественно? А то, что вы уже тут целый год сидите и ждёте русалку с лицом вашей жены, это как?

– Я не желаю больше… слушать… Она еще и замужем!

– Не выгоняйте, Михалыч. Я пригожусь, – голосом золотой рыбки заговорила я. – Только представьте, что произойдет, если ваш брат или сестры увидели ваше фото в интернете и решили встретиться. А может они вот-вот появятся на пороге! Кстати, мужа у меня на самом деле отняла подруга, его больше нет. Я три месяца назад застала его с нашей соседкой. И моей подругой. Знаете, глаза у вас почти одинаковые с моим мужем. Только у него они немного… спокойнее. А у вас такие… холодноватые. Впрочем, холодность может быть напускной. Он у меня сейчас худой, лицо такое вытянутое, щеки впали. Губы у него… Верхняя такая узкая, а нижняя… В общем, глаза похожи! Выражением и чувствами!

Я чувствовала, что этот амбал внутренне уже смирился, что ему придется рассказать мне все свои мысли и предположения.

Он молчал, поэтому я продолжила не допрашивать, а мыслить вслух.

– Не знаю, кто сидел со мной на соседнем кресле в самолёте, его имя и фамилию, но он наблюдательный тип. Такой… внимательный. Возможно, это просто журналистское чутье.

– Чуйка, – вздохнул Михалыч.

– Я могу составить фоторобота, и сейчас жалею, что не сфотографировала его. Ну откуда же я знала? И почему рядом со мной сидел такой внимательный симпатичный тип? Кто мог знать, что я сюда еду? Только мой муж, подруга, редактор, секретарь редактора, она, кстати, заказывала билет… И брат мой младшенький… Не родной, я тоже сиротой осталась на первом курсе. В этом мы с вами на одной волне. – Грустно залепетала я. – А вот брата вашего и сестер усыновили, и им повезло больше.

– Еще скажи, твоего брата усыновили. Кошмар какой-то. Откуда ты взялась?

– Это двоюродный брат Вова. Сестра моего отца его родила, они тоже в Москву переехали потом. Живет хорошо, квартиру купил в ипотеку.

Донской подошел к одноконфорочной плите, включил газ под огромной кастрюлей, потом открыл холодильник и сказал.

– Что-то у меня уже мозги закипают.

– Отлично, я очень голодная, – машинально ответила я.

Он странно посмотрел на меня исподлобья, а я раздумывала, как может случайно его брат сесть рядом со мной в самолёте? Это же не Ленка, мой кармический близнец. Билеты были куплены давно, наверное, за два месяца до путешествия. Сильное, невероятное чувство, что я зеленоглазого уже видела или слышала его осторожный голос.

– Алексей Михайлович…

– Можно просто Михалыч.

– А можно спросить? Я сильно похожа на вашу жену, которая пропала? Просто я сама заметила очевидное сходство. Меня отправили в такую даль на целый месяц!

– На целый месяц, говоришь? И что будет за этот месяц?

– Это вы её… прикончили? Скажите честно. А то я как на иголках сижу.

– Нет, конечно, – тяжело вздохнул Донской. – Я любил свою жену, несмотря ни на что. Она уговорила меня поехать в это место. Три женщины пропали, похожие между собой. И моя Оленька придумала развлечение. Выкрасила волосы в темный цвет, увеличила их длину, сняла свои ресницы. Интересно ей стало. Сказала, что со мной не страшно. Очень хотелось ей выяснить, кто похищает девиц. Прочитала, что здесь всякая нечисть, русалки хохочут. Пока она не пропала, я всё делал, чтобы мы не развелись. Но… кто-то у моей жены был, это точно. Кто-то третий появился в нашей семье. Только я не мог вычислить его. Она меня, конечно, любила, продолжала любить, но кто-то был. Я чувствовал.

– Да, вы сказали это прессе.

– И меня окрестили рогоносцем, кукловодом и тому подобными эпитетами. На всю страну.

– Так вы, поэтому здесь живёте отшельником?

– Я живу надеждой. Если она уехала к нему, вдруг передумает и вернется.

– Я бы вернулась. Вы очень симпатичный. И надежный… Вы её не били, случайно?

– Никогда, – с грустью ответил этот грозный мужик. – Я её любил. И люблю.

– Когда человек так долго ждёт… Любовь не проходит?

– Ждал, – коротко ответил Донской и поднял на меня печальное лицо. – Больше не жду. Я просто понял, что если еще одна пропадет – моя жена стала жертвой маньяка. Хотела его подразнить…

Он снова открыл кастрюлю и посмотрел на меня.

– Будешь?

Я скромно кивнула.

Вскоре на столе появился старый хлеб, который Донской выудил из холодильника, суп с капустой и мясом непонятного, явно дикого зверька и жареные холодные куски рыбы. Я немного поела, похвалила еду и скромно начала упрашивать:

– Алексей Михалыч, расскажите сами мне всё, как было. Как помните. Все, что думаете. Как она исчезла? Это же случилось днём? Куда поехала? Или… Может, вы поругались?

– Мы ночью ловили. Потом в дом вернулись, спать легли. Я проснулся в тот момент, когда её машина уже уезжала прочь. Позвонил ей минут через пять, метался, телефон искал. Она не ответила. Что было дальше… Я звонил, звонил, дошел до места, где стояла машина. В траве лежал её телефон вниз экраном и вибрировал. Поднял мобильник. Батарея была почти на нуле. Звонок от абонента «мама» был перед моими звонками, а это была не мама. Абонент вне зоны. Номер не её матери. Но моя Ольга сохранила этот номер, как «мама». А номер матери записала под буквой «я», это потом выяснилось. С мамой она разговаривала последние месяцы… Я и подумать не мог, что это звонок от любовника или неизвестно от кого. Полиция проверяла – номер зарегистрирован на деда из Владыкино, который никогда не звонил моей жене, он еле передвигается по комнате. Так как машины у меня не было, я пошел пешком. Сердце подсказывало – случилось с моей Олей плохое. Не просто так она сюда приехала. Будешь чай?

– Да! А магазин здесь далеко?

– Не близко. Есть один частный, торгуют всем подряд, километра два пешком.

– Я схожу, пока не стемнело? Куплю что-нибудь… нормальное.

– Одна не пойдёшь.

– Опасно?

– Похоже, очень опасно.

– А выкуп у вас не требовали? Точно? Честно не пожадничали?

– Выкуп? Ты смеешься что ли?

– Вы же достаточно богатый.

– Да я бы любой выкуп отдал. Ни звонка, ничего. Она не хотела от меня уйти. И не боялась. Но я однажды сказал, что если Оля меня бросит, я не дам ей жизни с другим.

– Что же случилось? А если её избранник ваш брат? Она влюбилась по уши, но чтобы не ранить вас этой новостью, сбежала вот так…– мысль была абсурдной, но чем черт не шутит.

– Это тебе не индийский сериал! – разозлился он.

– Но что же было такое … непонятное в ваших отношениях? Я вот чувствовала, что последние несколько месяцев мой муж отдалялся… все дальше и дальше, пока не увидела эти две чашки…

– Откуда ты взялась?

– Из Москвы прилетела. За вашим таёжным романом и за русалками. Я серьёзный человек, в банке работала на хорошем счету, но мне все время хотелось приключений.

– Когда мы приехали, Оля приготовила мне странный чай. Я не стал пить. Вкус был горьким.

– Жена исчезла после того, как напоила вас чаем? Или вы не рассматривали пропажу с данной позиции?

– Я вылил его, она не заметила. Постоянно спрашивал себя: «Что я сделал не так? Почему она уехала?»

– Потому что. Просто скажите себе, что иногда случается плохое. Просто так. Да я сама тоже всё время себя спрашивала, почему я не послала эту соседку, почему? Если бы мы не дружили, она бы не купила квартиру в нашем подъезде. Я уверена, что Ленка это сделала специально, чтобы стать еще ближе. Ходила и предлагала большую цену за эти маленькие квадратные метры. Простите. Я просто всего три месяца, как рассталась и давно мужа не видела. Приеду, на развод подам. Вы говорите, телефон лежал в траве?

– Да. – Кивнул Михалыч.

– А вы уверены, что ваша жена была за рулем этой машины?

– Вот знаешь… Как тебя там…

– Вика.

– Ты не первая задаёшь мне этот вопрос! Нет, я не видел, кто был за рулём машины моей жены. Но это дикое место, мы здесь были совершенно одни, и в машине обнаружены только наши следы. Меня тоже обвиняли! Потом отпустили.

– Он мог быть в плаще и в перчатках, – задумчиво произнесла я. – То есть, её любовник. Или кто там… Как его, похититель! Это было осенью, через три дня годовщина. Знаете, каждый год осенью в октябре происходит странная русалочья романтическая история. Этот телефон она могла уронить в траву, когда подошел тот, кому она звонила. От неожиданности. А потом…

Я увидела, что борода затряслась прежде, чем посмотрела на глаза.

– Я не следователь, я просто журналист. Но расследование очень важно для каждого сверхъестественного случая.

Он сидел неподвижно, видно, пытался справиться с нахлынувшим страхом за жену.

Замирая от волнения, в упор разглядывая странного человека, которого звали у нас в редакции «Михалыч», я пыталась сообразить, как его направить на более подробный рассказ. Утверждали, что он крутой мужик, был охотник, потом нашел волчат, пожалел, передал зоопаркам и стал рыболовом. Я изучила его лицо, которое было сейчас заросшим, как у Робинзона.

Наконец Михалыч смог взглянуть мне в глаза.

– У меня жена не умерла. Она стала русалкой. Так легче.

Я его поняла. Мой Лешка гордился мной, восторженно поощрял каждую мою работу. Радовался вместе, когда взяли в редакцию, и я получила смешную должность помощника журналиста, потеряв две трети в зарплате. Я была его любимейшей женой! И вот теперь он тайно пьет кофе и ходит в гости по утрам поступая совсем не мудро. Пусть радуется, что я исчезла. Но не говорит, что умерла. Кстати, а Ленка-то как обрадуется! И если бы Лёшка пропал на целый год без вести в тайге, я бы тоже так сказала. Что у меня муж не умер. Он стал волшебным единорогом. Так легче.

– Ты похожа на Ольгу. У меня жена не умерла. – Сказал он после долгого молчания.

– Сильно?

– Еще сильнее ты похожа на вторую, пропавшую без вести.

– А что мне делать теперь? Осень пришла, скоро кто-то еще пропадет.

– Я буду тебя охранять. Но не отпущу. Ты права. Надо его поймать, – резко бросил он и поднялся во весь рост.

– А можно я только позвоню брату, а то он меня возненавидит? И еще там одним коллегам?

– Звони. И ни шагу без меня.

– А где здесь туалет?

– Идём!

Мы пошли в глубь дома, я заглянула в ванную, где сушились огромные панталоны Михалыча, стояли два веника и целая коробка с шампунями для мужчин. Конечно, такие-то волосы надо мыть почаще, иначе блохи заведутся, и шишки в них запутаются.

Шторка была бурого цвета, к ней даже прикасаться не хотелось. При ближайшем рассмотрении я поняла, что она не грязная, просто такой расцветки с хаотичными пятнами цвета детской неожиданности.

– Нужен душ? Включу котёл.

– Пока нет. Я хочу поговорить с братом так, чтобы он успокоился. А для этого мне надо уединение. На улице же опасно?

– На улицу только со мной. Как тебя… там… зовут?

– Вика.

– Обещай, Вика.

– Да я сама уже боюсь.

Я увидела пять пропущенных сообщений.

И тринадцать звонков. Три были с неизвестного номера, остальные десять от брата.

Первым делом позвонила Лиде и сказала, чтобы они возвращались, а я остаюсь у Михалыча в гостях.

Следом до меня дозвонился брат.

– Привет, Вовка! – произнесла я. – Долетела хорошо, я на месте. Всё получилось.

– Вика! Вика, ты меня слышишь? – раздался голос брата, а следом голос мужа

– Дай мне её срочно!

Голос Лёшки мне совсем не понравился. Сдавленный, как будто его за горло кто-то держит. Неужели дерутся?

– Она не будет с тобой разговаривать! Стой! Отвали! … Вика, ты где? С тобой все хорошо?

– Ну как сказать. Я в доме с огромным мужчиной. У него длинные волосы и борода. Год человек не стригся. А так все нормально.

– О Господи! Дай мне мою жену!! – заорал Лёшка.

– Вик, почему ты не отвечала! – нервно спросил брат.

– Телефон был в сумке, мы кушали и болтали. О, мама дорогая, там же на улице в кустах мой чемоданчик! А на улицу мне нельзя, там опасные медведи.

– Извини, милая. Вика, я не хотел! Прости меня. Ну прости же ты меня! – снова заныл мой муж

– Так, Вовка, давай по делу. Вы там не деретесь?

– Там с тобой в самолёте летел чувак из убойного отдела, мент, следак. Он сел тебе на хвост. Только никто не знает, как он выглядит. Всё подстроено! Ты приманка!!! Вика!!! Он летел тем же рейсом, тайно!

Сердце моё начало биться о грудную клетку.

– Какая приманка? – спросила я, уже все давно понимая.

– Господи, нет! Надо срочно туда, Вика! Не доверяй никому! Вика, скажи, ты где? – взвыл мой муж, и мне захотелось его успокоить, хотя сама дрожала, как лист на ветру.

– Лёша, успокойся. – Басом ответила я, – Где я… В надежном доме, с амбалом, у которого исчезла жена! Тихо!

– Ты приманка!!… Я еду! Я к тебе! Я сейчас!… Почему ты не осталась там, где я просил!

– Леша, ты не можешь сейчас ко мне приехать. Я выполняю задание редакции. Вовка, что у вас там происходит?

– Муж обвиняет твою подругу в том, что она сделала тебя приманкой. У преступника поехала крыша на русалках, он каждый год крадёт девицу. Может быть очень привлекательным и миловидным. Съехала крыша у больного местного жителя, и он выбирает себе жертву с твоими приметами.

Лёшка снова заговорил, в его голосе появилось отчаяние, как будто меня уже поймали и скоро превратят в холодную мертвую русалку.

– Вика, ты не могла бы…. Срочно отрежь волосы! Постригись, срочно! Спрячься и жди меня! Ты можешь вызвать полицию, только местную? И поехать, куда я тебе сказал? Я не знал, что всё так серьёзно!

– А когда узнал?

– Вика, твоя подруга сказала, что ты познакомилась по интернету с мужчиной и хочешь испытать то, что со мной никогда не получалось. Я хотел только, чтобы ты … А потом узнал, что она предложила тебя в качестве приманки!!! В редакции работает её бывший мужик, он ей рассказал! Они сотрудничают со следствием. Ты ничего не должна была знать, иначе бы отказалась!

– Что?

– Она всё плела о какой-то тайне. В то утро сказала, что ты переписываешься с мужиком из Владика, и он тебя зовёт к себе. Ты сама напросилась в редакции на целый месяц. Я был в шоке. Я не уделял тебе внимания! Ты в меня не влюбилась, вышла замуж, чтобы не пропасть! А сейчас всё серьезно!

– Пожалуйста, Лёша! Мне надо идти, меня ждут, я тут… в туалете сижу, с вами разговариваю.

– Дорогая, я прошу тебя. Я прошу… На тебя хотят поймать преступника без твоего ведома! – произнес мой Лёшка тоном, в котором я услышала истерические нотки.– Прошу тебя! Я прошу…

Он так и не сказал, чего просит.

Я ответила:

– Ладно!

И отключила звонок. Потом подумала и написала сообщение:

– Не звоните, ложусь спать.

Рассматривая на карте точку, куда мне предстояло ехать, я вполне изучила этот район. Рядом были сёла с улицами из старых-старых домов. Место глухое, все друг друга должны знать. Ну как может появиться в таком месте серийный производитель русалок? Сколько их вообще? Этих-то приметили и написали в прессе за месяц до того, как пропала жена у Михалыча. Все туристки, все молоды и темноволосы. Все пропали осенью.

– А если весной он похищает блондинок? – мелькнула глупая мысль, которую я произнесла вслух.

Вся покрывшись сомнениями, начала вспоминать. Понятия не имела, зачем Ленка придумала мне воображаемого мужчину. Хотя, если вспомнить, мы с ней вместе искали нераскрытые сверхъестественные дела для моей работы. Только кто здесь из местных может стать похитителем?

В дверь раздался осторожный стук.

Я вышла и увидела Михалыча с ножницами в руках.

– Не надо меня стричь!

– Я знаю. Иначе ты не будешь похожей. Себя подровняю. Слышал, тебя уже предупредили, что ты приманка?

– Михалыч, а вы знали?

– Нет. Но я думал. Это жестоко. И может спасти… другие жизни. Вот посмотри на неё. Это моя Оля. Она была среднего роста, примерно такого же телосложения, как и у тебя.

Я улыбнулась.

– Михалыч, не волнуйтесь, она должна найтись живой.

– Вчера я слышал женский смех. В лесу у воды. Ночью. И не только я.

– И не только ночью. Мальчишки слышали у речки, где мост.

– Там нашли машину моей жены.

– А собаки нюхали следы? Искали?

– Собаки дошли до реки и потеряли след. Осенью льют дожди. Убери волосы назад. Заплети их в косу.

– Почему вы такой… Вам меня жалко?

– Я должен показать тебе вторую жертву. Смотри.

Фотографии в сети не были такими четкими. А вторая жертва на его фото была как живая..

Я каждый день видела это лицо. Потому, что вторая исчезнувшая русалка была я сама. Только спустя несколько минут оцепенения поняла, что девушка немного другая. Мы отличались незначительно. Заметнее всего – формой бровей. У меня они более тонкие, изогнутые.

– Ты не из приемной семьи?

Я помотала головой.

– Муж сказал, что если я отрежу волосы, буду в безопасности.

– Тогда в опасности будет кто-то другой.

– Как ваша жена приманивала? Она же хотела подразнить преступника? Как она это делала?

– Ходила по селам.

– Что если мне поселиться в той гостинице, что и вы были сначала?

– Наши фото публиковали в прессе. Так хотела Ольга. Мы сами пришли и дали интервью, что приехали рыбачить.

– Стоит только попасть на страницы сайтов, и приманка сработает.

– Если приманка сработает, моя жена не вернется.

Ночью я чувствовала, как нужна ему. Алексею номер два. Но подойти не осмеливалась. Ближе к утру, он стал мне нужен. Замерзла так, что колотило.

Я трясогузкой, подошла к нему и прилегла спиной к спине. От Михалыча шел жар, а я разбудила его своим холодом и дрожащим тельцем. Он накинул на меня своё ватное огромное одеяло и придавил рукой.

Я подумала, что ничего страшного. Это просто большая дышащая печка. И тут же начала проваливаться в сон, как в перину. Мягко утонула. Потом почувствовала, как начал трястись Михалыч. Но мне уже было всё равно. Я уснула, измученная полётом, болтовнёй и тем, что меня сделали куском мяса, которое уже наверняка почуял плотоядный голодный хищник. Рука постороннего мужика оказалась у меня на плечах, а я даже не почувствовала. На несколько секунд пробудил шепот в ухо. Кто-то называл меня Оленькой.