Читать книгу 7 станций перед желанием - Анастасия Райнер - Страница 7

Колкий снег закручивался в вихри. Овеянная стужей, София неслась с рюкзаком наперевес, лавируя в толпе в поисках нужного вагона, попутно высматривая наглеца Теодора, чтобы ненароком снова с ним не столкнуться, ведь тогда он потребует свой билет обратно. А София ни за что не готова была расстаться с предметом, который сама судьба послала ей в руки. Предметом, обещающим самое потрясное новогоднее приключение в ее жизни. Да еще и на некий загадочный «Северный полюс»! О таком она даже не мечтала.

Огибая галдящую группу веселых студентов с немыслимым количеством чемоданов, София лихорадочно вспоминала, что же она вообще знает о Северном полюсе. Знаний обнаружилось не много. Находится он в Арктике, и там всюду, куда ни глянь, снежные и морские просторы. Белые медведи ныряют на глубину в поисках пищи, встречаются песцы, а шустрые полярные зайцы и северные олени делают все возможное, чтобы этой пищей не стать. Пингвины же в Арктике не обитают. Вот, пожалуй, и все познания Софии об этом месте. Теперь же она надеялась их приумножить, поэтому едва не спотыкалась на бегу.

Всего за один день она успела стать отчаянной искательницей приключений. Ей так нравились эти перемены, что счастье буквально захлестывало девушку. И если хорошенько подумать, то разве не для того придуманы зимние каникулы, чтобы в полной мере вспомнить, каково это – быть счастливым и свободным?

Как и ожидалось, второй перрон пустовал. Кроме Софии здесь не было ни одной живой души. Быть может, все уже заняли свои места внутри старинного поезда? Либо желающих отправиться на «Северный полюс» нашлось совсем мало, что само по себе удивительно, поскольку вблизи поезд выглядел просто великолепно. Еще более великолепно, чем издали. Начищенный до блеска «Арктик-экспресс» красовался на путях и производил куда более мощное впечатление, чем его простоватый желто-черный сосед. Поезд казался поистине величественным. Каждый его вагон был причудливо расписан серебряным орнаментом, напоминающим поток вьюги и снежинок.

Не сбавляя скорости, София обернулась и посмотрела на башню с часами. Поезд отправлялся ровно через три минуты. Побежав вдоль вагонов, девушка принялась их отсчитывать. Нумерация шла с головы, и ее вагон был третьим по счету – добежать не успеет либо придется запрыгивать на ходу. Да и то если двери не закроются перед самым носом.

А если закроются – пиши пропало. Тогда вообще никуда не поедет, и новый год начнется снова в Джуно. Не сбудется очередное желание из ее и без того короткого списка, которому она вдруг начала придавать столь огромное, даже судьбоносное, значение. И где-то между небом и землей разочарованно цокнет Люси, наблюдающая за этой неудачей. Наверное, когда очередной год подходит к концу, вполне нормально, что его последние дни кажутся поворотными, особенно значимыми. Решающими. Именно поэтому люди начинают особенно рьяно завершать дела, отдавать долги, просить прощения у тех, кого успели обидеть, и приводить жизнь в какой-никакой порядок. Чтобы будущий год начать с чистого листа и с легким сердцем.

А вот сердце Софии норовило вот-вот вырваться из груди. Во время бега она часто дышала, но воздуха в легких все равно не хватало. Кровь кипела. Снежинки таяли у нее на щеках. Ветер льнул, пытался пробрать до самых костей.

Седьмой вагон…

Стрелка часов преодолела еще одно деление.

Мощный порыв ветра сорвал шапку с головы Софии и унес неведомо куда. Догонять бессмысленно. Шапку купить она всегда успеет, а загадочный поезд вот-вот уедет.

Шестой вагон…

Чуть не поскользнувшись, София перепрыгнула наледь и чудом удержалась на ногах.

Пятый…

Поезд предупреждающе загудел. Из трубы локомотива повалил густой серый дым, вздымаясь к облакам. Нет, она уже точно не успеет добежать. Надо садиться в другой вагон, а потом просто пересесть. Тем временем проводники полярного поезда уже начинали поднимать подножки. Резко остановившись у начала пятого вагона, София окликнула мужчину в бордовой форме и протянула ему билет:

– Подождите… – Она согнулась пополам от нехватки воздуха. – Подождите меня! Пожалуйста!

Мужчина удивленно глянул из-под фуражки вниз на платформу, где стояла запыхавшаяся София. Он был немолод. Седина уже коснулась его волос, усов и густых бровей, а морщинки, собравшиеся в уголках глаз, выдавали его, должно быть, веселый нрав.

– Опаздываете, мисс! – с важностью произнес он, наклоняясь и принимая из ее дрожащих пальцев билет. Скользнув взглядом по тексту билета, он нахмурился и спросил: – Это вы Теодор Хьюз?

– Что? – растерялась София, отказываясь понимать столь странный вопрос. Мужичок словно был не от мира сего. – Нет! Конечно же, нет!

Тот лишь невозмутимо поправил пышные усы:

– Каких только имен я не встречал, знаете ли. – С этими словами он опустил перед Софией подножку и помог ей подняться в вагон.

Как только ее вторая нога оторвалась от перрона, «Арктик-экспресс» резко дернулся, готовый отправиться в путь.

– Меня зовут София, – представилась девушка, принимая из рук проводника свой билет и отмечая красивого серебряного оленя на его фуражке. А еще золотую медаль. Интересно, за какие заслуги его наградили?

– Бурдберг Гольдштеффен! – выпалил проводник, слегка поклонившись. – К вашим услугам старейший и самый почетный проводник поезда!

«Ну что за чудное имя? – подумала София, едва не рассмеявшись. – Разве ж можно его запомнить?» Он ведь только что представился, а она уже забыла… Как он сказал? Бурбик Гольфштейн? Бервинг Гольдешфен? Ай, незадача! Но не переспрашивать же.

Поезд тронулся с места и начал медленно набирать скорость. В дверной проем задувал промозглый ветер, и лишившаяся шапки София вжалась в стенку вагона, опасаясь простудиться. Дверь в четвертый вагон здесь отсутствовала, а значит, в поезде не предусмотрены сквозные проходы между вагонами.

Машинист с труднопроизносимым именем убрал-таки подножку, после чего с шумом захлопнул дверь и снова обернулся к Софии.

– Так как меня зовут? Запомнили? – строго вопросил он.

Поезд набирал ход, и София внезапно подумала, что этот чудак вполне может выкинуть ее в сугроб, если она тотчас же не ответит. В смятении она чуть было не назвала его бургером, но вовремя осеклась.

Внезапно машинист расхохотался:

– Никто никогда не запоминает! – Похоже, он этим гордился. Он продолжал хихикать еще какое-то время, наблюдая, как София изумленно хлопает глазами. – Еще раз: меня зовут Бурдберг Гольдштеффен, моя дорогая! Бурд-берг Гольд-штеф-фен! – по слогам повторил он, поправляя китель и гордо вскидывая голову. – А теперь пройдемте в купе. Подыщем вам местечко до ближайшей станции, а там уже сможете перейти в свой вагон.