Читать книгу 7 станций перед желанием - Анастасия Райнер - Страница 8

В поезде оказалось тепло, так что София сразу расстегнула пуховик. Пока чудной проводник вел ее за собой, девушка думала лишь о том, что никогда прежде не видела таких красивых поездов. Невероятных. Ни на открытках, ни в кино, ни где бы то ни было еще. Она словно провалилась в другую эпоху или в иное измерение, которого никогда не существовало. Пол был устлан бордовым ковром с мелким рисунком из серебристых снежинок. Стены и потолок отделаны панелями из красного дерева и щедро украшены светящимися гирляндами. Золотые занавески, обрамлявшие каждое окно, придавали интерьеру особый уют. А кое-где в напольных горшках встречалась пышная пуансеттия[5].

Здесь было на удивление просторно. Это никак не укладывалось у Софии в голове, ведь снаружи казалось, что поезд обычных размеров… В коридоре могли без проблем разойтись сразу три человека. Да и спальные места здесь оказались гораздо шире тех, что бывали в обычных поездах. То были не простые полки, прикрученные к стенкам купе, а полноценные кровати. Не узкие и тесные, а широкие, явно удобные, с новеньким постельным бельем такого же насыщенно-бордового цвета, как и сам «Арктик-экспресс». И с красивейшей композицией из еловых ветвей и новогодних шаров у высоких резных изголовий. А еще здесь играла музыка. Из небольших круглых динамиков, развешанных у самого потолка, лилась тихая приятная мелодия, в праздничном мотиве которой звучали бубенцы. Что уж говорить! Даже в самом воздухе витали нежные ароматы хвои, иногда шоколада, а иногда и выпечки с корицей.

Однако, продвигаясь вперед, София не могла отделаться от мысли, будто что-то не так. В первую очередь ее напрягали пассажиры: все они сидели на своих местах неподвижно и безмолвно, глядя каждый в одну точку, сложив руки на столах или у себя на коленях. Никто из них не одарил ни проводника, ни Софию хотя бы самым коротким взглядом. Они таращились потухшими, остекленевшими глазами в стену перед собой. Лица каменные, как у скульптур. Или, точнее, сосредоточенные. Никаких разговоров, никакой суеты или копошения в сумках. Что за странности здесь творятся? И почему эти пассажиры вовсе не пугают Софию, а лишь вызывают жгучий интерес, желание разобраться?

– Ну что же, мисс, – проводник наконец-то остановился возле пустующего бокового кресла, – прошу вас временно присесть сюда. Похоже, все кровати уже заняты. Но ведь кровать вам пока ни к чему, так ведь?

– Да-да, прекрасно! – София сняла с себя пуховик и повесила его на крючок за креслом. – Спасибо огромное!

Бросив короткий взгляд на странных и почти неподвижных людей в купе – седого полноватого старика и рыжего ребенка лет семи, – София позволила себе оценить интерьер более внимательно. Здесь было так много деталей, которые хотелось разглядывать! На столах приятным оранжевым светом горели лампы с золотыми абажурами. Рядом стояли блюда, полные апельсинов и винограда. Всюду висели картины. На них были изображены северные пейзажи, нарядные новогодние елки, олени или горы подарков. Все это создавало неповторимую атмосферу. Довольный реакцией Софии, проводник улыбнулся:

– Впечатляет, не правда ли?

– Не то слово! – восхищенно произнесла София.

– Придется ехать сидя, но только три часа, – сообщил он. – А там уже и следующая станция, где сможете пересесть в третий вагон, согласно вашему билету. Со своей стороны я обещаю сделать эту поездку максимально комфортной.

«Куда же еще комфортней?» – подумала София, утопая в мягком кресле. Вытянув ноги, она поймала себя на мысли, что это самое удобное кресло в целом свете. Но вслух ничего не сказала. Только положила билет на стол перед собой.

– Могу ли я предложить горячие напитки, чтобы мисс скорее согрелась? – В голосе проводника послышалось оживление. – Что предпочитаете? Какао? Чай? Сырный латте или, может быть, тыквенный?

И вновь София едва удержалась, чтобы не уронить челюсть.

– А что, у вас правда все это есть?

– Шутите? – насупился Бурдберг Гольдштеффен. – Это же «Арктик-экспресс», право слово! Вы хоть что-нибудь о нем слыхали?!

– Слыхала! – с вызовом ответила София и стыдливо отвела взгляд. Лгать она ненавидела, вот только ситуация как будто сама подтолкнула к этому. – Мне сырный латте, пожалуйста.

– Разумеется, мисс. Как пожелаете. – Проводник обернулся к пассажирам, сидевшим с другой стороны купе. – А вы, господа, чего изволите?

Полноватый старичок медленно повернул голову и низким, умиротворенным голосом спросил:

– Сейчас можно выбрать только напитки? Уж очень кушать хочется…

– Еда будет подаваться позже, сэр, – ответил Бурдберг. – Можете пока изучить меню.

– В таком случае принесите мне, пожалуйста, облачное суфле.

Рыжеволосый мальчик тоже оживился:

– А мне, будьте добры, земляничный сок.

– Конечно-конечно. – Проводник еще раз поклонился, развернулся на каблуках и энергично затопал в начало вагона.

София все больше убеждалась, что угодила прямиком в сказку. Но сколько же стоят все эти вкусные удовольствия? И хватит ли у нее денег? Папка с меню лежала на столе прямо перед носом. Живот заурчал: девушка успела сильно проголодаться, поскольку беготня по перронам отняла немало сил. София открыла меню и снова не поверила глазам: представленные блюда были просто невероятными! С такими же невероятными названиями: «морозный бисквит», «танцующее жаркое с грибами и лесными травами», «творожно-лавандовый смешливый пирог», «сливочный картофель-хохотун с тертым корнем хентуса», «фрикадельки на мшистом пару», «рулет из взбитой печени со снеженикой», «овощной букет с молодыми еловыми побегами»…

Какая-то высокая кухня, ей-богу. При этом ценники отсутствовали. Неужели угощения входят в стоимость билета? София сомневалась, стоит ли уточнять такое у проводника или лучше потерпеть и ничего не заказывать вовсе, дабы не вызывать подозрений. Если она начнет сыпать вопросами, проводник может подумать, что она оказалась в поезде по ошибке, и начнет допытываться. Наверное, лучше сидеть тихо и лишний раз не отсвечивать. Уж три часа как-нибудь вытерпит, а на станции закупится какими-нибудь пирожками. Захлопнув меню, София отвернулась к окну, игнорируя жалобное урчание в животе.

Поезд стремительно набирал ход, оставляя позади и шумный вокзал, и сам Анкоридж. Пассажиры «Арктик-экспресса» по-прежнему сидели бесшумно и почти недвижимо, будто восковые фигуры. Только ребенок на соседней кровати легонько болтал ножками, а его дедушка едва заметно постукивал пальцами по столу в нетерпении.

В этот момент из кармана пуховика раздалось уведомление о новом сообщении. София вытащила смартфон и прочитала послание от мамы:

«Как ты там? Уже села в поезд?» – интересовалась она.

София быстро набрала ответ:

«Да. Только не в тот, на который купила билет. Но так даже лучше! Поезд невероятный! Сейчас пришлю фотку».

Включив камеру, София подняла смартфон, чтобы сфотографировать интерьер. Вот только экран оставался черным, словно что-то загораживало объектив.

«Ну ты даешь! Как это вышло? – писала мама, пока София тщетно пыталась разобраться с техникой. – И где же фотки?»

«Кажется, камера накрылась. Попробую перезагрузить телефон».

Перезагрузка не помогла. Телефон по-прежнему отказывался делать снимки, так что Софии ничего не оставалось, кроме как рассказать детали в очередном текстовом сообщении. Отношения с матерью у нее сложились доверительные, поэтому девушка не стала ничего скрывать и написала так, как есть.

«То есть ты стащила билет у этого парня?! Ничего себе! Конечно, я тебя такому не учила и не поощряю подобное поведение, но, с другой стороны, эта новая, дерзкая София мне нравится! Хотя согласна, что парень напросился сам… Кстати, он был симпатичный?»

От этого вопроса София едва не фыркнула.

«Мам, ну какая разница, симпатичный или нет? Я все равно его больше не увижу!»

«А вдруг увидишь? – не унималась мама. – Я бы на твоем месте не зарекалась. Жизнь – удивительная штука. Вечно подкидывает сюрпризы, когда меньше всего их ожидаешь».

«О! Философская минутка. Обожаю», – напечатала София и ткнула в кнопку «Отправить».

«Я ведь уже рассказывала, как мы с твоим папой дважды встретились случайно, перед тем как познакомиться поближе? Лучшие истории любви обычно так и начинаются. Столкнулись, зацепились…»

«Обменялись колкими фразами», – ехидно продолжила София.

«Вообще-то я хотела написать “запомнились друг другу”. Но твой вариант тоже ничего», – написала мама.

«Ага. Вряд ли этот парень когда-нибудь забудет то, как девчонка с (по его мнению) дурацким цветом волос стащила у него билет на поезд! Ха-ха!»

«Ты, главное, не войди во вкус, детка!»

«Не волнуйся, мам. Я буду умницей».

Когда пейзаж за окном превратился в смазанное пятно с пролетающими мимо снежными хлопьями, Бурдберг Гольдштеффен вернулся с подносом в руках, на котором покоились три разномастных сосуда.

– Ваш земляничный сок. – Он протянул мальчику небольшой стеклянный бокал с густой розовой жидкостью. Затем он передал глубокую пиалу с целой горой сливок старичку. – Облачное суфле для вас, мистер Граббс. И наконец… – Он повернулся, поставил перед Софией высокую стеклянную кружку, наполненную ароматным напитком до самых краев, и провозгласил: – Сырный латте!

– Благодарю, – учтиво улыбнулась София, придвигая к себе кружку. И все-таки неуверенно спросила: – Я вам что-то должна?

Бурдберг Гольдштеффен отреагировал уже не столь эмоционально:

– Мисс, вся еда и напитки во время путешествия включены в стоимость. Вам не о чем волноваться. – Его интонация была такой доброй, что на душе у Софии совсем потеплело. А потом он прямо из кармана извлек сахарную тросточку и, подмигнув, протянул ее девушке: – Это вместо сахара.

София взяла тросточку, снова поблагодарив проводника.

– И вместо ложки, – добавил тот, бросая короткий взгляд на билет. – Я так понимаю, вам кто-то подарил эту поездку?

– Да, – тихо отозвалась девушка, едва сдерживаясь, чтобы стыдливо не втянуть голову в плечи.

– В таком случае вам несказанно повезло, мисс! Просто расслабьтесь и наслаждайтесь путешествием. А если что-нибудь потребуется, звоните. – Он кивнул на небольшой медный колокольчик у самого кресла, который София прежде не заметила.

И не успела она моргнуть, как Бурдберг уже умчался прочь.