Читать книгу Заря людского господства - Андрей Александрович Таркинский - Страница 5

Старый приятель

Оглавление

«Что ж так холодно-то?».

Эта мысль сидела в голове Орисса последние шесть дней, едва он покидал свою комнату в трактире. Думы о ранней весне испарились, словно и не появлялись вовсе. Улицы Атфельда замело спустя сутки после того, как Орисс провалил своё задание. Однако провалом это назвать можно было лишь отчасти, потому как наёмник не успел заявить о своём отказе заказчику.

Мощёная улица, покрытая свежим снегом, была почти пустой. В такую рань, когда солнце только-только вернулось на небосклон, люди не торопились покидать свои тёплые дома и возвращаться на мороз. Орисс глубоко выдохнул, согревая свои замёрзшие руки сквозь меховые перчатки, и присел на скамью. Улица без людей ему нравилась гораздо больше – не чувствовалось никакой суеты, никто не одаривал его презрительным взглядом, и дети, носившиеся по всему городу, не мозолили глаза.

Орисс залез в карман и достал оттуда злополучное кольцо. Трудно было сосчитать, сколько раз он так делал за последние дни. Золотой цвет вперемешку с зеленоватым отблеском очаровывал, но вместе с тем и пугал. Наёмник до сих пор не забывал того полукровку, который умер на его глазах. Смерть заказчика его не беспокоила – он видел достаточно трупов в своей жизни и успел привыкнуть к этому. Орисса беспокоило то, как убили Вермунда, и то из-за чего. В том, что полукровка был кем-то убит, сомнений не было – невозможно умереть от тоненькой струйки крови, текущей из уха. Ещё больше Орисса волновало то, что среди полукровок, покидающих свою родную страну Латорию, не было простолюдинов или рабов. Выходило, что убийство Вермунда было не простым преступлением, а цель убийц, скорее всего, находилась в руках наёмника.

Услышав хруст снега недалеко от себя, Орисс мигом спрятал кольцо в карман и поднял голову. Мимо него прошёл человек в чёрной одежде с вышитой сорокой на куртке. Решив, что пора отправиться в «сорочье гнездо», Орисс встал со скамьи и пошёл по направлению к зданию, напоминавшему обычную таверну, однако предназначалась она лишь для наёмников. Отсюда и происходило её название – «сорочье гнездо». Именно здесь собирались «сороки» со всего города и близлежащих деревень, чтобы получить от наводчиков очередной контракт или просто посидеть и поговорить о делах, не боясь быть услышанными людьми короля. Хоть стражники и смотрели на наёмников сквозь пальцы, спокойно слушать о том, кто что украл или кто кого убил, они не станут.

С невысокой крыши здания свисали длинные сосульки, образовавшиеся из-за резкой смены погоды. Само здание было из серого камня с коричневой черепичной крышей. Кроме того, в нём отсутствовали окна со стороны улицы. Это было сделано, чтобы никакой случайный прохожий не увидел, что происходит внутри. Такие случаи уже бывали, но происходили они очень давно – когда само сообщество «сорок» только зарождалось. Наводчики наёмников быстро поняли, что окна являются лишь помехой для их работы, поэтому впоследствии помимо входной двери «сорочье гнездо» не имело никакой другой связи с внешним миром.

Подойдя к входу, Орисс постучался. С другой стороны послышался шорох, сопровождаемый шагами. Едва звуки прекратились, из-за двери послышался грубый голос:

– Зачем пришёл?

– Надо кое с кем поговорить.

– С кем?

– С Дуинандомом.

Как только Орисс произнёс секретное имя, послышался скрежет щеколды, после чего дверь открылась. Его встречал рослый, крупный наёмник в пластинчатых доспехах. На лице охранника красовалась татуировка сороки, расположенная на правой щеке. Коротко кивнув в знак приветствия, Орисс вошёл в «гнездо». Наёмник-охранник кивнул в ответ и захлопнул дверь.

Орисс снял с головы капюшон, освобождая свои белые волосы, мигом спустившиеся ниже плеч. Короткий коридор быстро сменился просторным помещением, которое ярко освещало большое количество факелов и свечей. Эта комната была заполнена наёмниками, которые выпивали, болтали о всякой всячине, хохотали над очередной грубой шуткой – иными словами, отдыхали от своей опасной работы. Значительная часть столов была занята, но вместе с тем найти свободный не составляло труда. Откуда-то из угла доносился стрёкот сороки, сидящей на плече своего хозяина-наёмника. Орисс обрадовался тому, что такой любитель ручных сорок сейчас всего один, иначе птичий гомон стал бы просто невыносимым.

Беглый осмотр помещения не принёс ровным счётом ничего. Орисс искал своего наводчика, который должен был вернуться после завершения своих дел. Он даже прислал гонца с письмом, в котором сообщалось о согласии на встречу. Однако если наводчик и был здесь, то, скорее всего, он сидел в подвальном помещении. Решив немного согреться перед разговором, Орисс подошёл к разливному столу, который находился в центре комнаты. Присев на стул с невысокой спинкой, наёмник попросил вина и тут же положил два серебряных силбера13. К нему подошёл мужчина возраста чуть меньше среднего, невысокий, короткостриженый, одетый в чёрные штаны и чёрную рубаху с вышитой на ней сорокой. Это всё, что мог рассказать об этом человеке любой наёмник Атфельда, разве что добавил бы, что его зовут Том. Никого не интересовало, кто он такой и как сюда попал, но все точно знали, что наёмником он никогда не был.

Сметя со стола силберы, Том достал откуда-то снизу кубок и доверху наполнил его вином. Поблагодарив его, Орисс отпил немного и тут же почувствовал, как по телу разливается тепло, а в голову слегка ударил хмель.

– Пива налей, – раздался чей-то голос около правого уха наёмника.

Орисс обернулся и увидел рослого «сороку», который приземлился на соседний стул и положил на стол один силбер. Несмотря на то, что лицо наёмника частично скрывал капюшон, Орисс узнал этого человека, который взял принесённую кружку в левую руку и сделал внушительный глоток пива.

– И тебе тоже не хворать, Дезмонд, – не дождавшись приветствия, сказал Орисс, салютуя собеседнику своим кубком.

– Ага, – буркнул Дезмонд, снова делая глоток.

– С заказа, что ли, вернулся? – поинтересовался Орисс. Его нелюдимый собеседник всегда был немногословным, а сейчас, похоже, вообще не был настроен на беседу.

– Не, – ответил Леворукий. – Я уже две недели не работал.

– Что так? – из вежливости поинтересовался Орисс. – Виралл не очень любит, когда мы долго отдыхаем, сам же знаешь.

– Я не отдыхаю, – проговорил Дезмонд. – У меня есть одно дело… важное.

– Хм, даже так. Я бы спросил о подробностях, но ты же не скажешь, так ведь?

Отсалютовав собеседнику, Дезмонд чокнулся с ним кружкой, и наёмники допили каждый своё пойло. Орисс хотел было попросить добавки, но в какой-то момент передумал, решив, что перед разговором с наводчиком не следует налегать на выпивку. Леворукий, в отличие от него, был не против повторить и протянул ещё один силбер. Том взял монету в руку и подлил ему пива.

– Твоего дружка тут нет, надеюсь? – спросил Дезмонд.

– М-м? – не понял Орисс, но быстро сообразил, кого его собеседник имеет в виду. – А, ты про Райана. Нет, не думаю, что он здесь. Вознаграждение, поди, тратит в каком-нибудь борделе.

При слове «бордель» Дезмонд едва заметно напрягся. Орисс удивлённо посмотрел на него, однако Леворукий сделал вид, что не заметил заинтересованного взгляда. Возможно, Дезмонд так отреагировал из-за того, что слишком сильно не любил приятеля Орисса – Райана. Однако раньше такого не было заметно. Наёмник предположил, что эти двое уже успели вновь поцапаться, но Леворукий был слишком спокоен.

– Не волнуйся, мы с Райаном, скорее всего, в столицу скоро отправимся, так что вы вряд ли в ближайшее время пересечётесь, – успокоил его Орисс. – Ещё до половины второй луны, думаю, уйдём. В бордели не заглядывай дней шесть-семь и точно с ним не увидишься.

– Я сам буквально завтра утром уезжаю в Стедмар, – сказал Дезмонд, допивая вторую кружку пива почти залпом. – Так что точно ни с кем из знакомых не пересекусь.

– В Стедмар? – Орисс снова удивился. – С какой это радости ты решил туда отправиться?

– Есть одно дело…, не хочу об этом говорить, – отмахнулся Леворукий. – Мне пора, пожалуй – не буду тебя задерживать. Если ты к Вираллу, то он внизу.

– Ага, спасибо, – поблагодарил его Орисс. – До скорого.

– Вот уж в чём сомневаюсь, – усмехнулся в ответ Дезмонд.

После этих слов Леворукий наёмник встал со стула и направился к выходу. Орисс немного посидел, размышляя о том, что у Дезмонда на уме. Так ни к чему и не придя, Орисс пошёл по направлению к лестнице, ведущей на нижний этаж. Внизу тоже было достаточно света. Такое же большое количество факелов хорошо освещало помещение, не оставляя ни одного тёмного уголка. Столов здесь было в разы меньше, чем наверху – за ними в основном сидели наёмники, которые пересчитывали полученную награду или рассматривали листы пергамента, содержащие письменные заказы либо карту Кемендума. Также с противоположной стороны помещения находилась дверь, ведущая на склад оружия и доспехов. Он был не бесплатным, однако его хозяин никогда не интересовался, зачем кому-то понадобилось то или иное оружие, или откуда у «сороки» вдруг появился меч или топор. Кроме того, хозяина склада можно было попросить подыскать почти любое оружие, чтобы оно хорошо подходило наёмнику.

Сделав пару шагов к центру комнаты, Орисс, наконец, заметил своего наводчика, который стоял около стены, прислонившись к ней спиной. Недолго думая, наёмник быстро подошёл к нему. Наводчик имел типичную внешность для кемендумца – бледноватая кожа, карие глаза, прямой нос, тёмные волосы. Вираллу довелось стать наводчиком именно благодаря неприметному облику, который позволял ему оставаться незаметным, даже находясь на улице. Однако одна опознавательная черта у него имелась – его правое ухо был чуть-чуть надорвано в верхней части, будто там не хватало маленького кусочка. Именно из-за этого Вираллу пришлось отрастить волосы до середины шеи, чтобы они скрывали эту деталь.

– О, а вот и ты, – вместо приветствия сказал наводчик. – Ну, выкладывай, почему задание не выполнено?

– Спасибо, что беспокоишься, Виралл, я тоже рад тебя видеть в добром здравии, – с ухмылкой съязвил Орисс.

– Когда не выполняют работу, меня не интересует ничего, кроме причины, – отрезал наводчик. – Зная тебя, я уверен, что она у тебя действительно есть.

– Приятно, что ты обо мне такого мнения, – проговорил Орисс уже более серьёзным тоном. – История действительно интересная.

Наёмник пересказал собеседнику всё, что с ним произошло несколько дней назад. Чем больше подробностей рассказывал Орисс, тем мрачнее становился Виралл. Наёмник опасался наткнуться на заинтересованные взгляды, направленные в его сторону, однако, судя по всему, на их беседу никто не обращал никакого внимания. Каждый присутствующий в этом помещении был слишком занят своими делами, чтобы отвлекаться на кого-то ещё. Именно за это Орисс любил подвальную комнату.

– Мда-а-а, – протянул Виралл, когда собеседник закончил говорить. – Неприятная история. Надо было вытрясти из него деньги перед работой. Зарекался ведь: с полукровками никаких поблажек. Долбаные полукровки, мать их.

– Да остынь ты, – попытался успокоить его Орисс. – Мне, знаешь ли, ничуть не лучше – задание-то именно я провалил.

В течение нескольких минут Виралл смотрел пустым взглядом куда-то перед собой, пытаясь сообразить, что делать в дальнейшем. Орисс предложил ему подняться и выпить вина, чтобы лучше думалось, но тот отказался. Виралл никогда не выпивал, если находился на работе. Орисс и не думал, что наводчик согласится – он просто хотел нарушить гнетущую тишину.

– Может, это колечко продать можно, – предположил «сорока», доставая артефакт из кармана.

– О, оно у тебя с собой, – оживился наводчик. – Дай-ка хоть посмотрю, из-за чего этого латорианина убили.

Орисс протянул ему кольцо, и между ними снова повисла тишина. Виралл разглядывал кольцо всего пару минут, но его взгляд становился всё более удивлённым. Видимо, он никак не мог понять, что же такого ценного есть в этой побрякушке. Наводчик даже попробовал надеть кольцо, но ничего не изменилось. Орисс посоветовал ему не слишком доверять незнакомой вещи, на что Виралл лишь махнул рукой и продолжил с интересом рассматривать кольцо, но этот самый интерес достаточно быстро испарился.

– Так что насчёт продажи? – повторил Орисс своё предложение, поняв, что его собеседник, наконец, изучил артефакт со всех сторон.

– А кому ты собрался его продавать? – спросил в ответ наводчик. – Я знаю, что эту штуку можно отдать скупщикам подобного дерьма – они хорошие деньги за них предлагают. Но единственный такой скупщик, которого я знаю, сейчас не в Кемендуме. Слушай, а колечко никаких странностей не вытворяло? А то, я почти уверен, что оно непростое.

– За это не переживай, – успокоил его Орисс. – Эта штука – точно артефакт. Вот только силу его я не понял.

– Значит, волшебный барьер оно поставить не может, – заключил Виралл, возвращая кольцо собеседнику. – А то я видел однажды нечто подобное…

– Нет, эта побрякушка так не работает, – помотал головой наёмник. – Когда я зашёл в дом полукровки, кольцо начало вибрировать и светиться, хрен его знает с чего. А когда я подошёл к самому полукровке – это кольцо чуть ли не на куски разлетелось и светилось похлеще факела.

Несмотря на непонятное поведение артефакта, его сила очень заинтересовала Виралла. Он попросил Орисса восстановить события в мельчайших подробностях. Наёмник изо всех сил напрягал память, чтобы ничего не упустить, однако это было сложно, потому что он понятия не имел, что из этого является важным, а что нет. Тем не менее, Орисс рассказал всё, что смог выудить из своей головы. Наводчик задумался на некоторое время, но так и не высказал ни одной идеи. Вираллу не хотелось признавать, что он не знает, как поступать в этой ситуации. Пока он уяснил для себя лишь то, что он должен найти тех, кто убил заказчика-полукровку.

– Слушай, а может кузнецу его отдать? – предложил Орисс. – Конечно, он даже тысячи кларонов14 нам не предложит, но хотя бы избавимся от кольца.

– Не знаю. Поступай, как хочешь – считай это наградой за задание, раз уж ничего другого я тебе предложить не могу, – буркнул в ответ Виралл, но внезапно ухмыльнулся. – Погоди-ка. Ты что, всё-таки поверил в примету? Испугался?

– Конечно, аж два раза, – огрызнулся наёмник. – Примета или не примета, но всё это мне не очень понравилось, знаешь ли.

– Хах, не обижайся, малыш, я не хотел тебя обидеть, – продолжал ухмыляться наводчик. – Ладно, Орисс, хватит с меня на сегодня проблем. Да и с тебя тоже. Надо выяснить, что за подонки угробили нашего полукровку – терпеть не могу заниматься подобными делами. Погуляй пока, я тебе сообщу, если что накопаю.

– А с кольцом-то что делать? – это был единственный вопрос, на который так и не был дан ответ.

– Решай сам, – пожал плечами Виралл. – Говорю ж, награда это твоя. Пойду я. Не завязывай с поисковыми заказами, а то их и так некому выполнять – все наши сразу в штаны делают, стоит мне только заикнуться об этом.

– Пошёл-ка ты, – проворчал в ответ Орисс. – В следующий раз – сто раз подумаю, прежде чем соглашаться.

***

Погода ничуть не улучшилась, когда Орисс покинул «сорочье гнездо». К усилившемуся холоду добавилась метель, швыряющая острые снежинки прямо в лицо. Орисс накинул капюшон и поднял шарф до носа, чтобы защитить от мороза хотя бы половину лица. Проклятый снег упорно летел точно в область глаз, поэтому приходилось щуриться. Негромко хрустя свежим снежным покровом, наёмник отправился в западную часть города. Ветер, будто почувствовав смену направления, стал дуть на восток. Орисс грубо отозвался в сторону погоды у себя в голове, слегка наклонив тело, подставляя под летящие снежинки макушку, защищённую капюшоном.

Наёмник был не единственным, кто ходил по улице в столь ужасную погоду. Горожане тащили дрова для затопки печей, катили телеги с продуктами. Однако даже надоедливая детвора не носилась по мостовой – видимо, такой холод для них был слишком тяжёлым испытанием. Некоторые мальчишки, всё-таки, были вне дома и помогали взрослым, но по своей воле они бы точно этого не сделали – лишь уважение к своим родителям заставляло их пойти наперекор своим желаниям. Хуже всего приходилось гонцам, которые были вынуждены доставлять письма в любую погоду. Из-за того, что они быстро передвигались, им даже в мороз было жарко, но раздеваться они не собирались, опасаясь подхватить простуду.

Где-то впереди послышалось пение. Подняв голову, Орисс увидел слева от себя огромный храм, около входа которого собралась небольшая кучка людей. Священники тоже были способны читать свои проповеди в любую погоду, будь снаружи хоть метель, хоть гроза, хоть ураган. Сам храм был посвящён великомученице Виргане Непорочной. Орисс всегда подвергал сомнению то, что она действительно была непорочной, потому как, по легенде, у неё был сын. Однажды наёмник мимоходом высказал вслух свои сомнения, не заметив, что рядом проходил один из послушников храма Вирганы. Тот разговор был одним из самых тяжёлых в его жизни.

Однако же сейчас его никто не уговаривал раскаяться во всех своих грехах, поэтому Орисс беспрепятственно прошёл мимо храма. Наёмник не вслушивался в речь проповедника – лишь скользнул беглым взглядом по собравшимся людям. Они стояли без курток, шуб или любой другой тёплой одежды и поэтому все люди без исключения дрожали, словно листы осенью. Особенно жалко было детей, которых родители потащили с собой на проповедь – у одного мальчика руки побелели настолько, что невольно пробегала мысль, будто они заледенели.

«Совсем уже головы нет, что ли? – яростно пронеслось в голове Орисса. – Хрен с ним, что себя не жалеете – детей хоть пощадите. Они ж не так легко мороз переносят, как взрослая женщина, которая жила больше тысячи лет назад».

Наёмник не высказал своих мыслей вслух, потому что это всё равно ничего не изменит. Как бы ему не было жалко детей – взрослых фанатиков ничто не убедит в их неправоте. Вновь пробежав злобным взглядом по толпе, Орисс мельком скользнул глазами по самому храму. Большое здание из серого камня с высоко расположенными окнами было увенчано красивыми остроконечными башенками наверху с вычурным обрамлением рам и самой крыши. Волей-неволей, но даже Орисс всегда восхищался подобными сооружениями – смотря на эту красоту, страшно подумать, во сколько денег обошлось строительство этого храма. Эта религиозная постройка была не единственной – в Атфельде было, как минимум, ещё три церкви, однако храм Вирганы Непорочной был самым большим из них.

Орисс внезапно почувствовал какой-то толчок в спину. Резко обернувшись, он столкнулся взглядом с мальчонкой лет десяти, в глазах которого появилось некое подобие страха, едва он увидел значок сороки на плаще. Отец мальчика, идущий рядом, подозвал сына к себе в грубой форме, недобро посматривая на наёмника. Наблюдая эту недолгую картину, Орисс почувствовал себя плохо. Что-то кольнуло в области сердца, и наёмник стиснул зубы, чтобы сдержать вздох печали. Каждый раз, видя перед собой нечто подобное, старая рана даёт о себе знать. В такие моменты наёмник был готов отдать всё, лишь бы на миг очутиться в теле ребёнка под крышей дома своих родителей. Но эти мгновения быстро прекращались, потому Орисс судорожно сглотнул и продолжил свой путь.

В скором времени перед ним предстало небольшое кирпичное здание. Фонарь над дверью и пёстрые решётки красного цвета на окнах давали понять, что людям, уважающим свою честь, здесь делать было нечего. Очень обрадовавшись, что холод остался позади, Орисс открыл дверь и вошёл внутрь.

В нос моментально ударил приятный запах благовоний, но гораздо больше Орисса обрадовало тепло, которым его встретил бордель. Сняв капюшон и шарф с лица, «сорока» прошёл вглубь помещения. Оно представляло собой общий зал, где посетитель обычно либо знакомился со своей сегодняшней дамой, либо ждал, когда освободится та, которую он больше всего любил. Сегодня же диваны в центре комнаты были заняты самими проститутками, которые тут же обернулись в сторону гостя и почти одновременно изобразили лукавые улыбки на лицах. Несмотря на то, что в помещении было тепло, большая часть «девочек» была одета в тёплые плащи, скрывавшие их обнажённые тела. Их взгляд будто говорил: «Мне холодно – будь тем, кто меня согреет». От одной только мысли о том, что последует дальше, Орисс чувствовал приятное возбуждение. Он знал, что дело было в специальных благовониях, заставляющих ускорить прелюдию.

Помотав головой в ответ на призывающие взгляды проституток, Орисс обогнул диваны, на которых они сидели, прошёл мимо нескольких столиков, находящихся в полутёмных углах комнаты и ступил на лестницу, ведущую в личные номера. За спиной послышалось недовольное мурлыкание, но наёмник лишь махнул рукой и не стал оборачиваться. Он пришёл не к «девочкам».

Полутёмный коридор второго этажа был слабо освещён свечами, часть которых уже догорала. Пройдя примерно треть коридора, Орисс осознал, что не знает, в какую комнату ему нужно идти. Наёмник хотел уже развернуться, но услышал женские возгласы и громкую, басовую усмешку. Поняв, куда лежит его дорога, Орисс отправился прямо по коридору. Чем дальше он продвигался, тем громче слышались крики. Подойдя к двери, Орисс распахнул её настежь, нарочно не постучавшись.

– Ну какого ж хрена-то? – раздался грубый голос с кровати. – Занято, не видишь, что ли? Проваливай, пока на куски не зарубил.

– Сейчас в штаны прямо наложу от страха, – ухмыльнулся в ответ Орисс.

Комната была небольшой, но уютной. Помимо большой двуспальной кровати здесь был столик с двумя бутылками вина, пара стульев, тумбочка с тарелкой фруктов и шкаф. На кровати вальяжно расположились две девушки: обе лежали полностью обнажёнными, без стеснения демонстрируя свои красивые тела, глаза обеих были направлены в сторону нежданного гостя. Рядом с кроватью стоял мужчина с кинжалом в руке, готовый в любой момент исполнить свою угрозу.

– А, Орисс, – более спокойным голосом сказал он, убирая кинжал в складку на сапоге, стоявшем около кровати.

– И тебе привет, Райан, – ответил Орисс, подошёл к столу, взял бутылку и пригубил немного вина. – Ваше здоровье, дамы.

– А ты не обнаглел ли, моё вино пить? – ухмыльнулся Райан, вновь плюхаясь на кровать.

– А ты моё? – парировал Орисс, многозначительно посмотрев на собеседника.

– Да это всего пару раз было.

После этих слов Орисс отпил ещё немного вина, чувствуя, как оно согревает его внутренности. Тем временем, одна из проституток встала с кровати и начала медленно приближаться к нему. Орисс ухмыльнулся и приглашающе указал взглядом на своё колено. Девушка облизнула губы и вспорхнула на колено наёмника, поправляя руками свои длинные, белокурые волосы. Орисс даже узнал её, но имени так и не припомнил. Проститутка томно дышала, приближаясь губами к шее наёмника, одновременно с этим расстёгивая пуговицы на его куртке.

– Слушай, если ты трахать её собрался, то тут это бесплатно не делается, – хохотнул Райан, повалив вторую проститутку на спину и взобравшись на неё сверху.

– Ну, не совсем так, – ответил Орисс, поглаживая светленькую проститутку по спине. – Я к тебе направлялся.

– Э-э, нет, друг мой, меня мужчины не интересуют, – вновь усмехнулся Райан, покрывая поцелуями грудь девушки, которая тут же вновь начала стонать.

Орисс тоже улыбнулся, но решил, что настало время переходить на серьёзный тон.

– Райан, надо поговорить, – произнёс он, с сожалением приложив палец к губам светленькой девушки и помотав головой.

– Умеешь ты в душу нагадить, – сказал в ответ Райан, слезая с проститутки. – Девчонки, оставьте нас пока.

Обе дамы деланно надули губки и покинули комнату.

– Ну и что у тебя случилось? – поинтересовался Райан, подходя к приятелю, в чём мать родила.

– Штаны хоть надень, – попросил Орисс. – Как-то неудобно себя чувствую наедине с голым мужиком.

– Неженка. Так и скажи, что хозяйству завидуешь, – усмехнулся Райан.

Однако он, всё же, надел бриджи, после чего подошёл к столу, взял вторую бутылку, и наёмники, чокнувшись, выпили немного вина. Райан почти не изменился с того момента, как они виделись в последний раз. Он был высокого роста – чуть выше Орисса. Телосложением Райан не сильно отличался от своего приятеля – разве что, в плечах был немного шире, из-за того, что предпочитал работать топором. В контраст Ориссу, Райан был брюнетом, а лицо его покрывала грубая щетина. На груди виднелся небольшой рубленый шрам. Орисс вспомнил, как приятель рассказывал о том, как получил его – это была далеко не самая приятная история. С другой стороны, некоторым женщинам нравится, когда мужчина отмечен в бою. Райан смачно рыгнул и повторил свой вопрос.

– Видел когда-нибудь что-то подобное? – спросил Орисс, протягивая приятелю кольцо.

Райан взял его в руки и немного покрутил, осматривая со всех сторон. Трудно было поверить, что ещё пару минут назад он был готов хорошенько развлечься с двумя проститутками. Орисс тоже скользнул взглядом по кольцу, и перед его глазами тут же вновь пронеслась та ночь, когда он проник в дом мёртвого полукровки. Помотав головой, наёмник глотнул вина.

– Мне кажется, или оно зелёным чуть-чуть светится? – проговорил Райан, закончив осмотр.

– Да, оно светится, но это ещё слабо, – протянул в ответ Орисс. – Оно тут недавно так светилось, что факел могло бы заменить. А ещё и вибрировало, как сумасшедшее.

– Интересно, – задумчиво сказал Райан, кинув кольцо владельцу. – Повезло тебе – артефакты можно хорошо продать нужным людям. Кстати, откуда оно у тебя?

– Долгая история.

Орисс рассказал приятелю о том, как ему досталось это злополучное кольцо. Чем дальше заходила история, тем больше Райан хмурился, и тем более внушительные порции вина поступали ему в горло. За дверью послышалось недовольное бурчание. Видимо, дамам надоело ждать, пока наёмники закончат свой разговор. Однако Орисса это ничуть не смутило – он продолжал рассказывать то, что с ним происходило шесть дней назад, не упуская ни одной детали.

– Мда-а-а, – протянул Райан точь-в-точь как наводчик. – Всё, что я могу сказать – ты в дерьме.

– Это с чего бы? – встрепенулся Орисс. – А, примета.

– Ага, – кивнул Райан. – Везение рано или поздно заканчивается, друг мой. Вечно убегать от плохой приметы ты не сможешь.

– Ну, вообще-то, я задание так и не выполнил, – уточнил Орисс, делая большой глоток вина, чтобы унять разбушевавшееся волнение. – Работа считается завершённой лишь после того, как наёмник получает деньги от заказчика. Деньги я так и не получил, да и контракт выполнить не успел.

– Это да, но ты получил награду не в виде денег, – напомнил ему Райан. – Ладно, оставим эту тему. Это всё очень занимательно, но ко мне-то ты на кой ляд припёрся?

– Ты вроде говорил, что знаешь кузнеца, который не только обычные побрякушки покупает.

Райан молча кивнул и уже догадывался, к чему клонит его собеседник. Дальнейшие объяснения были не нужны, но Райан без слов дал понять, что прямо сейчас он никуда идти не собирается, указав взглядом на дверь. Орисс понимающе кивнул, однако покидать комнату не торопился. Заметив это, Райан сказал:

– Ты если остаться хочешь, то гони монету. Я, как бы, за них обеих платил и просто так делиться не хочу. Сразу говорю, цена за твою – двадцать кларонов.

– Сколько? – повысив голос, переспросил Орисс. Однако столкнувшись с невозмутимым взглядом Райана, поджал губы, подумал немного и, всё же, протянул ему деньги. Усмехнувшись, Райан чокнулся с приятелем бутылками, допил остатки и отправился к двери.

После приглашения войти, девушки впорхнули внутрь. Одна из них тут же бросилась в объятия Райана, а светленькая озадаченно посмотрела на Орисса. Тот некоторое время сидел и потягивал вино, после чего игриво ухмыльнулся и быстро стянул с себя куртку. Когда он остался в одной рубахе, проститутка прильнула к нему и их губы встретились в поцелуе.

***

– По-моему, он нас, всё-таки, ободрал, – хмуро проговорил Орисс.

– Ты же хотел только от кольца избавиться, а этот мужик – единственный в городе, кто может предложить тебе цену, отдалённо похожую на правду, – пожал плечами Райан.

Они сидели в таверне «Питьевой родник» и ждали, пока им принесут их заказ. Райан привёл Орисса к знакомому кузнецу, который согласился купить кольцо за две сотни кларонов. Орисс был не силён в торговле, но он всегда чувствовал, когда его пытались надуть. Это самое чувство не покидало его до сих пор, однако желание избавиться от кольца было в разы сильнее жажды наживы. В кои-то веки Орисс решил приглушить свою любовь к деньгам в пользу защиты от плохой приметы.

Народу в таверне было много. Большую часть столов заняли работяги, желающие отдохнуть после трудового дня. Все они болтали о всякой всячине, лишь бы она не касалась работы. Возле камина у одной из стен сидели несколько стариков, коротая вечер за игрой в кости. В дальнем конце таверны находилась своеобразная сцена, на которой выступали барды, исполняя песни, собранные с разных концов Кемендума. Окружающая обстановка расслабляла, и Орисс постепенно перестал переживать по поводу обмана кузнеца.

В скором времени работница таверны принесла две кружки пива. Наёмники одновременно взяли их и подняли.

– За шлюх? – усмехнулся Орисс, предлагая тост.

– За проституток, друг мой, за проституток, – с улыбкой ответил Райан, соприкасаясь с приятелем кружками. – За шлюх пить нельзя – не достойны они этого.

– Поверю тебе на слово.

– Да уж, поверь.

Перед тем, как выпить, Райан на мгновение задержал руку с кружкой около своего лица, после чего Ориссу показалось, что его собеседник едва заметно сглотнул. Однако это длилось не больше секунды – стоило Райану сделать несколько глотков, как он снова стал улыбаться.

Очередная песня закончилась, и публика отблагодарила барда редкими аплодисментами. Судя по звуку, на сцену поднимался другой артист. Орисс сидел спиной к сцене, поэтому не видел нового барда. Его это и не интересовало, но внезапный гул хлопков заставил Орисса обернуться и посмотреть, кого публика так радостно встречает. К сожалению, наёмники находились в другом конце таверны, поэтому толком разглядеть любимчика толпы не удалось. Однако стоило зазвучать новой песне, как Орисс сразу понял, кто выступал. Красивый голос Эрил Сладкоголосой нельзя было перепутать ни с чем.

– Ого, – присвистнул Райан, тоже уткнувшись глазами в сцену. – Это что за пташка к нам прилетела?

– Эрил Сладкоголосая, – ответил Орисс, бросив попытки рассмотреть филиду.

– Давно ли ты всех бардов по именам знаешь? – вскинул брови Райан, тоже перестав высматривать девушку.

– Она в «Кружке» выступала – там случайно и встретились, – ответил Орисс, отпивая ещё пива.

– Даже так, – протянул Райан. – Ну, голосок у неё действительно красивый.

Орисс немного удивился такой похвале от его приятеля – он вообще редко кого-нибудь хвалил, а женщин так вообще никогда. Но тут, видимо, был особенный случай. Эрил так хорошо пела, что смогла пробить на похвалу даже Райана. Она не слишком старалась, но именно это придавало её пению особенный облик. Орисс даже не хотел поворачиваться – ему вполне хватало звука её голоса.

– Мне кажется, или она сюда идёт? – произнёс Райан, когда девушка закончила петь.

Орисс обернулся и увидел, что Эрил действительно сошла со сцены и двигалась по направлению к их столу. Наёмник удивлённо нахмурился, наблюдая, как девушка обходит восхищённых слушателей, пробиваясь всё ближе к «сорокам». Подойдя, почти вплотную Эрил подмигнула Ориссу и спросила слегка сбивающимся голосом:

– Привет. Можно присяду?

Орисс переглянулся с Райаном – тот пожал плечами, словно говоря, что ему всё равно. Орисс приглашающе указал на третий стул за их столом. Эрил поблагодарила его и плавно приземлилась на стул, сразу перекинув ногу на ногу. Только сейчас Орисс осознал, что облик филиды несколько изменился с тех пор, как он видел её в последний раз. Платье и башмачки сменились на одежду походного типа: плотные штаны, облегающие её прямые ноги, лёгкая куртка, из-под которой виднелась нательная рубашка, и кожаные сапожки.

– Куда-то собралась? – поинтересовался Орисс, указав взглядом на её одежду.

– Да, – кивнула Эрил. – Надо и в других городах побывать – не всё ж ваших горожан радовать.

– Сама скромность, – буркнул Райан, недоверчиво осматривая филиду.

– Это Райан, мой собрат по работе, – объяснил Орисс, наткнувшись на удивлённый взгляд Эрил. – Ему тоже пришлось по душе твоё пение.

– Очень рада, что тебе понравилось, – улыбнулась девушка, смотря на второго наёмника, однако встретилась с недовольным взглядом.

– Не обольщайся, это пока единственное хорошее, что в тебе есть, – грубым голосом ответил Райан, выпив чуть больше половины кружки пива.

Эрил не ожидала такого резкого отношения к своей персоне, поэтому слегка опешила. Но Орисс поспешил успокоить её, пояснив, что его приятель всегда такой недовольный. Эрил понимающе кивнула и поспешила вернуться на сцену, потому как зрители требовали продолжения. Орисс проводил её взглядом, не упустив момента насладиться хорошим видом её бёдер, обтянутых штанами.

– Согласен, задница у неё неплохая, – проговорил Райан, допивая своё пиво.

– Это да, – кивнул Орисс, тоже принявшись за выпивку, когда Эрил скрылась в толпе.

– Не доверяй ей.

Такого заявления стоило ожидать от Райана, но Орисса немного удивило то, насколько серьёзным тоном он это произнёс. За спиной вновь раздалось приятное пение девушки, сопровождаемое полной тишиной – никто даже шептаться не смел, чтобы не перебивать выступающую филиду.

– Райан, я ж не собираюсь с ней семью заводить, в самом деле, – сказал Орисс, расправившись со своим пивом. – Ты так постоянно говоришь про всех женщин – это уже не смешно.

– Ты попадаешься на её кокетство, – тем же голосом проговорил Райан, тоже допивая своё пиво. – Не доверяй ей, если не хочешь превратиться в такого же, как я.

– Слушай, перестань уже, – деланным умоляющим тоном попросил Орисс. – Не все такие, как твоя бывшая жена.

– Назови мне хотя бы одну не такую, – громким шёпотом сквозь зубы процедил Райан. – Назови хотя бы одно имя, и я заберу свои слова назад. А потом вновь их повторю, когда эта «не шлюха» будет валяться в постели с другим.

Орисс не успел ему ответить, потому что некоторые люди уже начали шикать в их сторону. Райан грубо ответил тем, кто их прервал, и больше никто к ним не лез.

– Я тебя предупредил, Орисс, – повторил он, поднимаясь со стула. – Думай своей головой, а не тем, что у тебя между ног. Понимаю, не хочется, но я надеюсь на твоё благоразумие.

С этими словами Райан вышел из таверны. Орисс понимал, как его приятелю тяжело приходится после того, что с ним произошло шесть-семь лет назад. Однако помочь ему ничем не мог – разве что он был способен время от времени делить с Райаном бутылку вина. Но выпить вместе в спокойной обстановке им удастся ещё нескоро. Они решили отправиться в столицу Кемендума – Райан должен был выполнить для Виралла какое-то поручение, и Орисс захотел составить ему компанию. В какой-то момент наёмник подумал о том, что ему повезло, что Эрил тоже уезжает – может быть, у них получится где-нибудь встретиться.

13

Силбер – серебряная монета в Кемендуме.

14

Кларон – золотая монета Кемендума.

Заря людского господства

Подняться наверх