Читать книгу Безупречный. Ты не мой маг! - Анна Одувалова - Страница 6

Я, правда, была не сильна в «Погонщиках». Никогда не любила карты. Мне просто было скучно. В детстве я предпочитала активные игры, а если уж хотелось тихо посидеть, в качестве развлечения выбирала книги. Но хотя бы правила игры я знала и втайне надеялась, что в этой компании окажется хоть кто-то, кто играет хуже меня. Моим чаяниям не суждено было сбыться.

Даже Келли играла лучше.

Сестрички Алисия и Олсен оказались фаворитками и загнали своих драконов в стойло быстрее всех. Алисия первая осталась без карт на руках, следом за ней, передав шестёрку химер Ненси, из игры вышла Олсен. А мы продолжили вчетвером. Незнакомка с серебристыми волосами молчала почти всё время, поэтому мы даже не заметили тот момент, когда она осталась без карт. Келли повернулась к ней, а та лишь с легкой улыбкой продемонстрировала пустые руки. Следом вышла Ненси, ну а мы с Келли продолжили упорную борьбу, которую я, разумеется, проиграла.

Я не была азартна, и поэтому мне было, в общем-то, всё равно. Я обещала сыграть и сыграла, преследуя конкретную цель. Едва девчонки собрали карты в колоду, я тут же спросила:

— Где мой хомяк?

— Подожди, — хмыкнула Ненси, поднимаясь и одергивая подол слишком короткой даже для дома юбки. — Я помню свои обещания, но и ты не забывай.

— А что я тебе обещала? Я сыграла с вами, как мы и договаривались.

Мне совсем не нравилось то, что здесь происходило. Не зря, моя интуиция призывала не общаться лишний раз с Ненси и ее компанией. Они были мерзкими, хотя никогда ничего плохого мне не делали. Возможно, до этого момента и, возможно, пока я не приближалась к ним, разумно держась в стороне.

— Да, играла. И проиграла.

— А при чём тут хомяк?

— Он ни при чём, — отозвалась Ненси. — Но ты должна нам желание, как проигравшая.

— Мне должна желание, — с холодной улыбкой поправила Алисия, взглянув на Ненси с нескрываемым превосходством, словно демонстрируя, кто тут самая главная звезда.

Я закатила глаза.

— И что ты хочешь? — поинтересовалась я у неё, надеясь, что меня не заставят кукарекать на рассвете под окнами ректора. Как узко я мыслила!

Алисия придумала кое-что похуже.

— Говорят, ты в хороших отношениях с нашим ледяным принцем, Рейвеном? — с холодной улыбкой поинтересовалась она, глаза при этом оставались ледяными.

— Я бы так не сказала.

— Жаль… — Судя по её выражению лица, жаль ей было совсем не это. — Если бы всё было так, как судачат… — Она усмехнулась. — Было бы не так неловко.

— Не понимаю тебя? — Я нахмурилась. Разговор пошел куда-то совсем в другую сторону, и чем дальше, тем некомфортнее мне становилось в этой компании.

— Моё желание: завтра в столовой во время завтрака подойди к Рейвену. Присядь к нему на колени, скажи «Спасибо»… и… — Алисия хитро усмехнулась. — И поцелуй! По-настоящему, в губы!

— Ты совсем, что ли? — Я даже растерялась от такой наглости. — Не буду я его целовать!

— Айлин, — пропела Ненси. — Ты проиграла желание. Это святое.

— Да мне плевать! — Я раздраженно фыркнула, решая, что лучше сейчас сама пойду на кладбище искать мелкого зверька, которого надо оживить. У некромантов после практики часто оставался нужный материал.

— Ну тогда попрощайся с доступом к экзамену, — отрезала Ненси, презрительно посмотрев на меня.

— То есть тебе можно нарушать данное слово, — ехидно поинтересовалась я, намереваясь уйти. Для себя я выводы сделала и решение приняла, а дальше пусть сами разбираются. — А мне нет?!

— Я не нарушу слово, — Ненси пожала плечами. — Я отдам тебе умертвие хомяка в любом случае...

А вот это что-то новенькое, неужели у стервы взыграла совесть?

— Вот и прекрасно! — сказала я и шустро схватила банку с хомяком со стола.

— Но если ты откажешься исполнять желание… магистр Доминик узнает, как именно ты зарабатывала себе допуск… даже если ты решишь оставить хомяка нам...

— Вот гадина! — зашипела я. — Все же покупают умертвий! Вы, что ли, исключение?

— Но не все попадаются. — Она даже спорить не стала. — Ну так что, Айлин? Честно: я обещала тебе умертвие за игру. Ты проиграла и должна желание.

— Да зачем вам, чтобы я его поцеловала? Что это за бред?!

— Это тебя не должно волновать, — Отрезала Алисия. — Один поцелуй, и твоя жизнь будет такой же, как и прежде. А с него не убудет. Иначе ты не сдашь некроминалистику никогда. Поверь!

Я верила. Магистр Доминик отличался удивительной принципиальностью. Прости меня, Рейвен, но, кажется, тыоим мечтам никогда со мной больше не пересекаться сбыться не суждено.

В комнату я вернулась уже совсем поздно. Кэрри давно спала, свернувшись калачиком под одеялом, и я, чтобы её не разбудить, не стала зажигать свет. На ощупь пробралась к тумбочке, пристроила банку с хомяком между нашими кроватями, стараясь не стукнуть стеклом о дерево. В темноте было почти ничего не видно, только серебристая полоска лунного света пробивалась сквозь щель в шторах и ложилась на пол узким холодным лучом.

Я тихонечко сходила в душ — вода была тёплой, уставшее тело благодарно расслабилось, но в мыслях всё ещё крутились события вечера. Выбравшись из душевой кабинки, я натянула пижаму и забралась под одеяло. День выдался таким насыщенным и долгим, что вырубилась я сразу же, едва голова коснулась подушки.

А утром меня разбудил визг.

Резкий, пронзительный, он ворвался в сон, как сирена. Я подскочила на кровати, сердце ухнуло куда-то в пятки, и застыла, наблюдая финал драматической сцены: несчастный, многострадальный хомяк красивой дугой вылетал в распахнутую форточку.

— Кэрри! — взвыла я, кидаясь к подруге и к окну одновременно. — Ты что делаешь?!

— Он… он… он… полз по мне! — заикалась она, пятясь от меня с вытаращенными глазами. — Что это за тварь?!

— Это мой последний шанс получить первый допуск к некроминалистике!

Я метнулась к шкафу, выхватила первые попавшиеся штаны и начала натягивать их на себя, прыгая на одной ноге:

— Я его вчера ночью… ты просто не представляешь, с какими жертвами забрала у Ненси! Принесла сюда и тихонечко поставила на тумбочку!

Хомячья банка сейчас валялась на боку, жалобно поблёскивая стеклом в утреннем свете. Не знаю, кто из нас с Кэрри задел её во сне рукой. А может, само умертвие оказалось слишком шебутным и уронило свой временный домик.

— Ой, прости, Айлин! — Кэрри тоже начала собираться, но в отличие от меня ограничилась плащом, накинутым прямо на ночную сорочку. — Я правда очень испугалась! Глаза открываю, а тут он мне в лицо ползёт! Морда оскаленная, глазик один почти вывалился… ну я и выкинула его на автомате!

Я передёрнула плечами, испытывая одновременно жалость к себе, к Кэрри и к этому несчастному зверьку, который мало того сдох, что само по себе печально, после смерти попал на опыты некроминалистам. И даже на этом его злоключения не закончились.

— Мы обязаны его найти, — твёрдо сказала я, застёгивая штаны. — Ты просто не представляешь, что было вчера. Ещё одного подобного позора я точно не вынесу.

О своих злоключениях и перепутанных мертвого опоссума и живого скунса, я рассказала подруге по комнате, пока мы бежали по пока ещё пустынному коридору общежития. Шаги гулко раздавались в тишине, лишь где-то в конце этажа хлопнула дверь. Большинство студентов ещё досматривали последние сны.

Оказавшись под окнами, мы огляделись. Утро выдалось серым, сырым, с молочно-белым туманом, оседающими на листве. Как я и предполагала, судьба снова повернулась ко мне своей странной частью: хомяка нигде не было. Пусто. Только мокрая трава да скукоженные листья.

— Ну-у, блин же! — простонала я. — Я не хочу целовать Рейвена просто так!

— Ты будешь целовать Рейвена? — оживилась подруга и замерла на месте вместо того, чтобы искать хомяка.

Пришлось рассказать и про это позорное условие от Алисии, параллельно я обшаривала кусты, раздвигая мокрые ветки и заглядывая под каждый лист.

— Ну где же ты? — бормотала я, чувствуя, как от отчаяния хочется выть

— Ой! — радостно воскликнула Кэрри. — Кажется, я его вижу!

Я подняла взгляд на подругу, но спросить ничего не успела, потому что с ветки дерева прямо на меня спикировало что-то мелкое и неопознанное. Я автоматически подставила руки, и в них приземлился многострадальный и, кажется, слегка помявшийся во время падения хомяк.

— Вот же он! — довольно отозвалась подруга. — Кажется, просто среди веточек запутался.

Рейвен

— Нет, папа, такое больше не повторится. Да, я понимаю все последствия. И что мне надо было? Пострадавшую студентку бросить в кустах? Полагаешь, это лучше бы отразилось на моей репутации? Или на репутации нашего рода?

Последняя фраза была явно лишней. Обычно я вёл себя сдержаннее. Не потому, что боялся отца — нет, то время давно прошло. Просто я не люблю скандалы и не провоцирую их в вещах, которые для меня не принципиальны.

Голос отца, раздающийся из пластины ещё что-то вещал — про ответственность, про то, что «Фейкосты не таскают на руках неизвестно кого на глазах всей академии» и так далее. Я слушал вполуха, глядя, как за окном медленно рассеивается утренний туман. Серое небо над академией постепенно светлело, окрашивая верхушки старых лип прозрачными солнечными бликами. Где-то там, в общежитии, сейчас просыпается та самая девчонка с опоссумом. Интересно, она хоть представляет, какой переполох устроила в одном уважаемом семействе?

Пропустив мимо ушей большую часть нотаций, я дождался того момента, как отец закончит, и нажал отбой. Плоская, блестящая пластина связи, похожая на небольшое зеркало в изящной серебряной оправе, погасла. Вещица была баснословно дорогой и крайне мною нелюбимой. Я бы предпочёл более редкие сеансы связи с домом, но отец настаивал на еженедельных отчётах. Спорить по этому поводу было мелочно и бессмысленно — таких мелочей в моей жизни накопилось предостаточно, и все они вели к одной цели.

Я убрал пластину в шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную перламутром, и захлопнул крышку.

— Что, достали? — сонно отозвался со своей кровати Вейк.

Он благополучно проспал весь день, потом прогулял всю ночь, и сейчас традиционно не мог заставить себя оторваться от подушки. Рыжая голова торчала из-под сбившегося одеяла, один глаз приоткрылся, мутно посмотрел в мою сторону и тут же закрылся обратно. Вейк вздохнул, перевернулся на спину и зачем-то попытался натянуть одеяло на голову, но запутался в нем ногами и выругался.

— Ему уже доложили, — ответил я, наблюдая за его бесплодными попытками укутаться. — И, как сам понимаешь, он был недоволен.

— Кто бы сомневался, — пробурчал Вейк в подушку. Голос у него был хриплый, спросонья. — Когда уже ты его пошлёшь куда подальше?

Он зевнул, широко и со вкусом, и перевернулся на живот, по-хозяйски обнимая подушку обеими руками.

— Через двести семьдесят пять дней, — ответил я спокойно.

Цифра заставила Вейка даже приподнять голову. Он уставился на меня одним глазом, второй так и не желал открываться.

— Ты что, считаешь? — Голос его звучал так, будто я признался в поедании младенцев на завтрак.

— Ага. С первого курса, — равнодушно признался я.

— Ты страшный человек, Рейвен!

Я усмехнулся и покачал головой, откидываясь на спинку стула. Комната постепенно наполнялась утренними звуками: где-то в коридоре хлопнула дверь, за стеной зашумела вода в душевой, снизу доносился приглушённый гул — общежитие просыпалось.

— Не страшный, — поправил я, глядя, как Вейк снова пытается вернуться в состояние полной неподвижности. — Просто продуманный.

В моей семье иначе нельзя: или ты хитрый, или ты сломленный. Мой старший брат выбрал второе. Я видел, во что он превратился за эти годы: идеальный наследник, послушный сын, марионетка с потухшим взглядом. Он делал всё, что велел отец, женился на той, на кого указали, работал там, куда определили. Иногда я ловил его взгляд на семейных обедах, и в нём не было ничего, кроме усталой пустоты.

Я уже давно решил, что выберу для себя другой путь. Но подростковый бунт подавили бы быстро и жёстко — у отца есть масса возможностей испортить жизнь неугодному сыну. Поэтому я пошёл другим путём. Я идеальный сын, лучший студент, аристократ с безупречной репутацией. Именно поэтому от меня не ждут неповиновения: я ведь никогда не спорил с родителями, никогда не давал повода усомниться в своей лояльности.

И не буду. Просто в определённый момент приму то решение, которое интересно мне, а не им. Это разозлит семью, только вот сделать они ничего не смогут — к тому времени у меня будет диплом, репутация, связи. Всё, что нужно для самостоятельной жизни.

Но для этого нужно ещё немного побыть безупречным. Всего-то двести семьдесят пять дней. По крайней мере, на людях.

— Ты идёшь на завтрак? — спросил я, поднимаясь.

Вейк что-то невнятно промычал в подушку. Я воспринял это как «нет» и направился к двери, на ходу поправляя воротник свежей рубашки.

Айлин

Я всё же всучила магистру хомяка в качестве первой контрольной работы. Но смотрел на меня преподаватель так, что я поняла: в следующий раз лучше всё делать самой, и не допускать никаких накладок, если, конечно, не хочу сдавать некроминалистику до летней практики по ней же. Кабинет я тоже до завтрака успела убрать от следов пребывания скунса. Они обнаружились под столом, в углу, ну и ещё поганец изодрал какие-то документы. Магистр Доминик долго и витиевато жалел, что нельзя меня заставить переделать и их. Я по доброте душевной, конечно, предложила посодействовать, но ответом мне был такой суровый и многообещающий взгляд, что я решила не искушать судьбу и как можно быстрее сбежать. Магистр, занятый составлением пазла из обрывков какого-то листа с гербовой печатью (точнее, с её остатками), мне не препятствовал.

В итоге в коридор я выскочила воодушевлённая и в отличном настроении. Я всё же смогла завершить долгий и позорный квест с первым допуском к экзамену по некроминалистике! А до второго допуска был ещё целый месяц. Всего надо было заработать четыре, и я очень надеялась, что остальные три пройдут без таких задорных приключений.

А впереди меня ждало ещё более суровое испытание, и, признаться, к нему я была совершенно не готова. Я бы с большим удовольствием ещё раз убрала последствия жизнедеятельности скунса. Но я знала, какие слухи ходят про Алисию с компанией. Да и Ненси от неё далеко не ушла. Если не выполню желание, которое я, по их мнению, проиграла в честном бою (хоть и не испытывала ни малейшего желания с ними состязаться), то, боюсь, не сданная некроминалистика будет не самой большой моей проблемой.

В конце концов, поцеловать симпатичного и даже немного знакомого парня на глазах у всей столовой — это, безусловно, выход из зоны комфорта, но не самое страшное, что могло со мной произойти. Утешала я себя этой мыслью, пока шла по коридору, но сердце всё равно колотилось где-то в горле, а руки противно и мелко дрожали.

Я решительно вошла в столовую и оглядела её пристальным взглядом, надеясь, что Рейвена тут не окажется. Но мне не повезло. Он не просто здесь был — он сидел почти в центре зала, за одним столиком с помятым и зевающим Вейком и черноволосым некромантом, который вчера вместе с нами ловил скунса (точнее, ловил опоссума, а поймал скунса). Троица о чём-то негромко переговаривалась, Вейк с трудом держал глаза открытыми и постоянно клевал носом, а Лиар лениво ковырялся в тарелке.

Я бы, наверное, не смогла преодолеть смущение и сбежала бы, но Алисия и Ненси тоже были здесь. Они сидели за разными столиками в окружении подружек, и едва я появилась на горизонте, тут же повернулись в мою сторону. Алисия хитро улыбнулась, а Ненси сложила пальцы в жест, который должен был выражать поддержку. Очень хотелось посоветовать ей эту поддержку засунуть в одно место, но это я оставила на потом.

Понимая, что чем дольше тяну и собираюсь, тем сложнее будет решиться, я выдохнула и прямой наводкой направилась к столику парней, в противный внутренний голос в голове начал отчет от десяти в обратную сторону. Когда в сознании прозвучало «раз», я улыбнулась, полагая, что выгляжу как идиотка, и остановилась прямо перед Рейвеном, поймав его недоуменный взгляд. Помогите мне боги!