Читать книгу Русские звезды парижского неба. Серия «Уютная история» - Анна Пейчева, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 14

Попасть в Айю-Софию оказалось непросто, женщин в мечеть не пускали, тем более – с кистями и красками; и Лидия отправилась в Кахрие-Джами – бывшую церковь Христа Спасителя в Полях, там тоже сохранились византийские мозаики. Ехать было далеко, почти час до города, там еще час на трамвае. Старый муэдзин за 20 пиастров позволил ей срисовывать фрески; небольшая цена за то, чтобы перенестись в другое, призрачное и бесконечно красивое измерение.

«Как чудесно – совсем отрешиться от внешнего мира, а целые дни проводить в этой прелестной Кахрие-Джами, – писала Лидия в дневнике. – Страстно работаю, в отдых лежу на циновке и опять смотрю на „моих“ чудесных сказочных ангелов – да, на „моих“ – я чувствую вся Джами стала моей – я изучила каждый уголок (хотя все еще кажется новым) пытливо угадываю колорит фресок под слоями штукатурки, пыли, заставляю их возникать из хаоса в стройное видение»65.

Работа спорилась. Ангелы были очень похожи на маму Лидии с заветной фотографии, пронесенной сквозь все невзгоды; рисовать их было легко и приятно; оставалось только придумать для небожителей подходящий цвет.

Как-то раз в Кахрие-Джами забрели англичане, восхитились акварельными мозаиками Лидии и приобрели сразу пять ее работ для музея Виктории и Альберта – за хорошие деньги.

10 февраля 1922 года воодушевленная Лидия познакомилась на выставке с молодым художником Георгием Артемовым из Ростова. Тот перебивался с хлеба на воду продажей «прелестных этюдов Стамбула», в которых, однако, сразу чувствовалась рука профессионала. Живописью Георгий занимался с шестнадцати лет – в 1899 году состоялась первая выставка его работ, он представил публике 50 картин. Потом были Московское училище живописи, ваяния и зодчества, мастерская Коровина66, стипендия для продолжения учебы в Париже – именно оттуда Артемов ушел добровольцем на фронт в Шампани, где был серьезно ранен. В 1917-м художник вернулся в Россию, чтобы сражаться с большевиками. Служил офицером связи в армии Врангеля, потерял деньги и имущество – все было украдено или отнято; сохранил лишь рукоятку фамильной сабли, украшенную редкими камнями. Деньги от продажи драгоценного оружия помогли на первых порах в Турции67.

Лида попросила Георгия позаниматься с ней рисунком; их общая страсть к искусству, как лесной пожар, перекинулась друг на друга; учеба закончилась любовной лихорадкой.

«Как жить дальше? – нервно писала Лидия в дневнике в разгар романа с Артемовым. – С Борей все построено на его терпимости и сильно развитом чувстве справедливости. У меня на страдании. Где найти в себе силу управлять собой самой, не причиняя боль другим?.. Как строить свою жизнь, если у другого она отнята, разбита?.. Как созидать, не разрушая? Как совместить дом и мир?»68

Лидия разрывалась между двумя мужчинами – харизматичным, талантливым Георгием и крепким Борисом, надежным, как белые травертины Памуккале. А что же Павел? От него осталась только тень, которую Лидия старалась удержать на бумаге, как своих византийцев.

Битву за сердце художницы выиграл Георгий. Он бросил к ее ногам Париж: выправил себе рабочую визу во Францию и сразу же оформил вызов для Лидии как для своей помощницы.