Читать книгу Редд - Атаман Вагари - Страница 9

Несколькими часами позже

Ром заехал за нами на машине. Пол уже сидел там. Эллен удивилась:

– Пол! Где ты запропастился? Мы с Клот уже подумали, что ты не поедешь.

– Меня уговорили поехать. Я действительно не горел желанием туда ехать, – усмехнулся Пол.

– Почему же? – удивились мы с Эллен.

– Просто не хотел. Концерт какой-то непонятной певицы – не то, как я хотел бы провести сегодняшний вечер.

– А как бы ты хотел его провести?

– В спортзале. Или поехать куда-нибудь на мотоцикле.

– Вот вместо этого поедешь куда-нибудь на машине, – подколола Эллен. – Ладно тебе, Пол! Ты же с нами! Я тебя сейчас стукну за то, что ты не радуешься возможности побыть с твоими лучшими друзьями! Как будто мы тебе до смерти надоели!

– Вот и я про то же ему твержу, – весело поделился Ром. – Возможности – в этом вся соль и вся фишка! Когда ты ещё на своём веку побываешь на халяву в таком элитном месте, ты, бедный студент? А так хоть на людей посмотришь, музыку живую послушаешь.

– Ладно, уговорили, не распаляйтесь только! Я с вами, – Пол примирительно поднял руки.

– Может быть, ты заболел? – тихо спросила я товарища, с заботой поглядев на него.

– Всё в порядке. Спасибо, Клот. Я уже выздоровел.

– Но вчера ты… – осторожно начала я.

– Не стоит об этом! Что было вчера – то вчера, сегодня я в абсолютной норме! – прервал Пол и широко улыбнулся.

– Да, а вот то, что ты чуть не отказался от поездки с нами в "Золотые волосы", говорит о противоположном – ты не в норме, – съязвила Эллен.

– Эл, хватит!

– Ребят, проехали! И поехали, – Ром нажал на педаль.

Постепенно градус общения в салоне потеплел. И с Полом действительно сталось всё в порядке, его капризы позади. Он уже весело шутил с нами и заставлял смеяться мою кузину.

Едем по красивому ночному городу. Весело беседуем. Ром даже предположить не берётся, на чей и какого рода музыкальный концерт мы приглашены. Настоящая интрига!

– Ты был внутри этого клуба? – спросила Эллен.

– Один раз, – ответил агент 004. – Там такой огромный сумрачный зал-бар, стоит чуть ли не сотня столиков, и сцена. Естественно, освещение цветное, официанты, напитки, закуски. Туда по ночам ходят богатые приличные люди, лишь для того, чтобы отдохнуть в тихой атмосфере и послушать музыку.

– Так уж больше информации накапливается. Надо быть готовым ко всему, – проворковала моя двоюродная сестра.

– Но вот тут я не согласен, – возразил Поджигатель. – Не надо быть готовым к приятным сюрпризам.

– О, мы на месте! Смотрите, "Золотые Волосы"! Какая яркая вывеска, – восхищённо произнесла моя кузина, выглянув в окно.

Ром успешно припарковался на свободном месте чуть поодаль от клуба, и мы отправились к зданию. Вывеска пылала всеми цветами яркого жёлто-золотого спектра неоновых огней. Мы некоторое время в восхищении постояли перед входом. Ром мне шепнул:

– У меня словно дежа-вю! Помнишь, месяц назад, в особняке у Альберта Брэдла, Ночь Весеннего Равноденствия?

– Как такое забыть, – улыбнулась я. И шёпотом проговорила: – Тогда с нами были Пит и Джейн, и я была в костюме Эллен Харви, и мы ловили маньяка…

– Ага, а в итоге нашли украденную рапиру. Украденную из музея! Заметь, Клот: вчера мы тоже начали некое расследование, связанное с музеем. Расследование исторических загадок, – пояснил Ром и подмигнул.

– Эй, ребята, вы идёте? – окликнула нас Эллен.

Она уже по-хозяйски взяла Пола под руку и бодро направилась к громадному амбалу в дорогом пиджаке у входа. Амбал отвечал за фейс-контроль. Эллен нисколько не сомневалась, что нас пропустят. Их и пропустили. Ром немного задержался и в смущении посмотрел на меня:

– Клот, я забыл совсем. Тут такие правила… Клуб очень специфический и он вправе устанавливать правила. Я даже как-то не подумал, не сообразил…

– В чём дело? – напряглась я.

– Альберт предупреждал об этом, что в клуб пускают строго пары, состоящие из молодого человека и девушки.

– Так в чём проблема?

– В том, что мы должны играть роль, будто мы – пара.

– Ром, а что тебя так в этом беспокоит? – я пристально посмотрела на Поджигателя.

– Э… меня – ничего. Точнее, что я забыл предупредить об этом.

– Не вопрос. Пошли! Мы же секретные агенты, и мы же – гениальные артисты, а это суть зачастую одно и тоже в нашей работе! – я широко улыбнулась и схватила друга под руку, почти таща его к дверям.

Есть ли, интересно, девушка у Рома? Я знаю, что у него много разных друзей, хороших знакомых, ещё у него есть замечательная троюродная сестра Триша, а вот тот фактор, есть ли у него девушка, – загадка. К слову сказать, у меня тоже нет и никогда не было парня. Считаю, что моя жизнь и без того слишком интересная и насыщенная, чтобы заводить себе лишние хлопоты из-за отношений. Да и рано мне ещё ударяться во всякие любовные дебри! А Рома я всегда воспринимала как старшего брата.

Разумеется, мы прошли этот странный фейс-контроль. Почему странный – так я сразу задумалась с любопытством, на основании чего такие правила. Если в клуб захотят прийти, допустим, две или три подружки без парней – неужели их не пустят? Или если захотят прийти два друга, познакомиться с девушками в клубе? Возможно, клуб запрещает кому бы то ни было с улицы знакомиться с девушками внутри себя? Или в клубе были конфликтные ситуации, когда туда приходили не пары? Вот пища для размышлений! Охранник скользнул по нами взглядом вроде бы лениво, однако от меня не укрылось, что он прочитал о нас с Ромом всю подноготную по нашему внешнему виду. Спасибо кудеснице Эллен, она помогла мне нарядиться поистине как на церемонию вручения международной премии по киноискусству!

Мы вошли вначале в просторный холл, где нас проверили металлоискателем, а также вежливо попросили у Эллен и Пола содержимое их сумок. Я увидала ещё несколько амбалов из охраны. Ром поделился:

– Не иначе как звезда мировой эстрады здесь!

– Или президент крупной страны, – пошутил Пол.

Затем нас запустили в зал, где были столики и сцена, и мы нашли свои места, уже забронированные согласно билетам. Пока собирались гости, мы имели возможность оглядеть публику. Здесь были представительные дамы в бриллиантах и дорогущих платьях и их мужья в вычищенных до блеска смокингах, один другого богаче. Мы тоже ловили направленные оценивающие взгляды. По одёжке встречают, как говорится.

Охранники чинно стояли в тени, не привлекая к себе внимания. Я насчитала их тут по меньшей мере шесть штук. Это не считая четырёх в прихожей-холле и одного на фейс-контроле на улице.

Гости собирались, ворковали, между столиками шныряли учтивые официанты в вылизанных костюмах и ботинках. Интрига нарастала.

Внезапно к нам кто-то тихо подошёл, мы не сразу его заметили, поскольку вращали головами по сторонам, стараясь впитать как губки все эти незабываемые впечатления от посещения такого места. Я первая увидела подошедшего:

– Господин Брэдл!

Да, это был Альберт Брэдл, наш спонсор и партнёр, в следующую секунду он пожимал руки мне, Рому и Полу, поцеловал ручку Эллен и весело заметил:

– Ах, друзья, оставьте эти формальности, какой я вам господин! Мы же договорились, я для вас только Альберт, и обращайтесь ко мне на "ты", мы же уже с вами почти родные! Очень рад вас видеть!

– И мы тебя рады видеть здесь. Даже не ожидали, такой сюрприз, – искренне сказал Ром. – Как твои дела, Альберт?

– О, шикарно, просто шикарно! Знаете, почему тут так сегодня помпезно? – Альберт хитро улыбнулся и наклонился над нами, мы все приблизили к нему уши. – Вы – мои друзья, поэтому я дам вам небольшой анонс, чтобы вы были морально готовы. Дело всё в том, что сегодня выступает сама Бариэн-младшая!

– Ах! – воскликнула Эллен. – Правда? Она?! Вот это да! Теперь я понимаю, почему так много охраны!

– Да, и сегодняшний концерт обещает быть фурором! Наслаждайтесь и развлекайтесь, друзья! Хлеба и зрелищ! – произнёс Альберт свою любимую речёвку и уплыл к следующим столикам, где тоже сидели его знакомые; ведь Альберт не последняя фигура в шоу-бизнесе.

– Вы знаете, кто это? – спросила я Рома и Эллен. И посмотрела на Пола: – Пол, ты знаешь?

– Бариэн? Нет. Это какая-то дива из любимой эстрады восьмидесятых?

– Пол, ты что, она младше тебя! – зашипела Эллен. – Клот, Пол, неужели вы не знаете? Её же показывали по телевизору! Моя мама тащится от неё! Призёрша конкурсов красоты, модель, певица! И добилась уже многого!

А Ром дополнил:

– Она наследная принцесса Уайтерлэнда, дочь очередной жены Эфедра Романи Бариэна Пятого, монарха этого государства.

– Что-что? – пробормотала растеряно я. – Принцесса?

– Как я угадал, – захихикал Пол. – Когда предположил, что тут выступает президент!

– Ну, не президент, конечно, и не прям уж принцесса. Она вообще-то незаконнорожденная, – Эллен сморщила носик.

– Эл, тихо! – предупредил Пол. – Наверное, тут так говорить неприлично, раз она через несколько минут будет нам петь.

– Ром, расскажи про неё, – попросила я Поджигателя. – Она действительно такая важная политическая фигура?

– Не совсем. Она скорее важная фигура в шоу-бизнесе, – пояснил агент 004. – Известно про неё очень мало. Как вы уже знаете, я увлекаюсь музыкой.

– Да, ты секретный металлист, – улыбнулась я, памятуя, что Ром серьёзно увлекается разными направлениями музыки и в особенности тяжёлым роком. У него много друзей-музыкантов и есть троюродный брат, играющий в джаз-бэнде.

– Поэтому интересовался в одно время таким феноменом в музыке, как молодые исполнители, или альтернативный поп-рок. Именно в этом стиле поёт Бариэн. Я читал про неё, слушал пару песен. Песни пишет для неё целая музыкальная студия, спонсируемая чиновниками Уайтерлэнда. Это совсем не гимны и не песнопения, это вполне себе современные модные песенки, которые задают тон направлению. Бариэн – дочь Прозерпины Анж, известной в прошлом поп-дивы и фотомодели. Это третья и ныне действующая жена короля Уайтерлэнда. Но отец Бариэн – не король, хотя Прозерпина и настояла, чтобы дочь носила фамилию нового мужа. Удивительно сложились обстоятельства, но у короля Уайтерлэнда больше нет наследников: его предыдущие жёны не рожали ему детей. После заключения брака с Прозерпиной, по неофициальным данным, король вступил с бывшей моделью в договор, что она родит ему наследника. Однако, Прозерпина рассматривала возможность обеспечить лучшую долю своей пока единственной дочке, сделать её принцессой если не на политической арене, то на музыкальной. С Бариэн-младшей с детства занимаются лучшие педагоги со всех концов страны, она едва ли не с пелёнок постоянно где-то выступает и снимается.

– Должно быть, очень избалованное дитя, высокопарное и высокомерное, – предположил Пол. – А имя у неё есть?

– Есть, конечно, – начал Ром.

И тут в зале вдруг возникла мёртвая тишина – по-другому и не скажешь, все, казалось, намерено затаили дыхание и даже приказали своим сердцам не биться. На сцену вышел конферансье и стал говорить формальные приветственные слова. Он оговорил, что нельзя фотографировать, снимать на видео, записывать на диктофон, и предупредил, что вооружённая охрана выпроводит нарушителя незамедлительно за пределы клуба. После оглашения столь строгих правил распорядитель объявил уже основную часть торжественного приветствия:

– Ещё раз добро пожаловать в Золотые Волосы! Желаем вам приятного и незабываемого вечера, меня зовут Марчелло, через несколько минут будьте готовы приветствовать жемчужину сегодняшнего перформанса. Только здесь и сегодня и только для ваших глаз выступит восходящая звезда, самая юная певица Уайтерлэнда, её высочество госпожа Йёргитта Бариэн!

Зал зааплодировал в немом восхищении. Меня захватило это представление тем, что этот господин Марчелло сказал "только для ваших глаз". Ненароком он произнёс кодовую фразу для любого тайного агента нашей организации, означающую, что надо напрячь самое пристальное внимание, открыть для восприятия все органы чувств и помнить, что всё сейчас происходящее – совершенно секретно и недоступно для непосвящённых.

– Йёргитта. Интересное у неё имечко, – прошептал Пол очень тихо.

Он и Эллен были настроены весьма скептически. Кажется, моя кузина немного завидовала этой певице. Ром и я, напротив, с большим интересом и любопытством ждали, чтобы увидеть, кто выйдет на сцену. Девочка, которая сейчас будет петь, должно быть, очень модная, гламурная, очень личностно зрелая и пробивная, раз ей приходится вариться в шоу-бизнесе, и наверняка выглядит лет на 25.

Освещение стремительно менялось. Зал погрузился в темноту, только сцена подсвечивалась огнями. Заиграла интригующая электронная музыка, которая являлась вступлением или прелюдией к авангардной песне. Тут я осознала, насколько нам повезло: Альберт Брэдл подарил нам такой столик, с которого сцена как на ладони, видно абсолютно всё.

На сцену вышла девушка, она действительно была одета модно и гламурно. В остальном все мои предположения и догадки относительно внешности и личности принцессы разбились в пух и прах. Фигурка Йёргитты была среднего роста, хрупкая и стройная, и от всего её облика веяло детскостью, наивностью и эфемерностью. Я удивилась, увидев, что "прожжённая акула шоу-бизнеса" выглядит взволнованной школьницей пятого класса, в огромных глазах которой плескался избыток всевозможных эмоций. Как будто перед выходом на сцену она получила выговор. А может, это её маска, фишка такая, чтобы завоевать доверие публики – мол, посмотрите на меня, я вся такая напуганная, любите меня и поддерживаете?

И публика поддержала. Снова послышались аплодисменты, которые накатывали, становились более ярыми и сильными. У певицы густые белокурые волосы ниже плеч, огромные голубые глаза, а вся косметика на лице делала её похожей на такую хорошенькую красивую куколку. Одета она тоже была как куколка, и мне даже показалось, что где-то её одежда выглядела слишком откровенно. Туфельки на высоком каблуке, коротенькая юбчонка, топик с большим вырезом, открытый пупок, обилие золотых украшений и бриллиантов. Вся её одежда и эти украшения сверкали, блёстки макияжа и глазища тоже. Девушка взяла в руки микрофон и с придыханием начала петь. Голос её был высоким, нежным, тихим, и журчал как ласковый ручеёк. Молодая знаменитость пела, прикрыв глаза, делая разные жесты и вставая в разные позы на сцене с микрофоном. Песня была медленная, о любви. Где-то она использовала довольно-таки неприличные жесты, и это смотрелось неестественно и наиграно. Будто её обучили и заставили, научили вкладывать маску души в песню, где души не было. Словом, у меня сложилось очень двоякое впечатление от выступления Йёргитты Бариэн.

Публике она нравилась. Ничего нового для себя и необычного я в её кривляниях не увидела. Она пела что-то про глаза, про любовь и про лето. Слов я не запомнила. Насмотревшись на неё вдоволь, я потеряла интерес, удовлетворив своё любопытство.

Посмотрела на друзей. Ром мило улыбался, глядя на сцену, однако я по его лицу отметила, что мысли его витали где-то далеко. Эллен сидела, критически насупившись. Похоже, двоюродная сестра разделяла моё впечатление о певице. В ответ на мой заинтересованный взгляд она тихонько подтвердила:

– Обычная попса, ничего особенного.

Я понятливо кивнула. А Пол… О, что же случилось с Полом? Я была изумлена, обнаружив, что наш друг буквально глазами не может отлипнуть от сцены. Точнее, от Йёргитты. Если внимание Рома было рассеянным и блуждающим, то Пол – он был весь там. Смотрел так, как будто ничего другого на свете не существовало. Он игнорировал всех и вся: нас с ребятами, зал – перед ним была толькоона одна.

Мне никогда бы даже и не приснилось, что Пол вот так вот может увлечься, так засмотреться на человека, на девушку… Но что это за взгляд? Мимолётная влюблённость, симпатия – скорее всего. Не могло же это быть большим, серьёзным взрослым чувством?

Принцесса-певица тоже в ходе песен смотрела на него. Но она и на меня, и на Рома тоже смотрела, то есть у каждого человека в зале могло создастся впечатление, что она смотрит именно на него. Этому профессионально учат в театральных институтах, и при ораторских выступлениях на публике – ловить контакт глазами, чтобы "зажигать" аудиторию.

Она закончила петь, а пела она около часа. Оглушительные аплодисменты. Хотя не было свистков и криков – элитное заведение всё-таки. Потом она ушла. Конферансье Марчелло объявил следующих исполнителей. Я заметила, что охраны стало значительно меньше. И не мудрено, что тут присутствовало столько горилл, пока пела принцесса!

Концерт окончился. Ром, воспринявший этот концерт нейтрально и дружелюбно, обратился к нам с предложением поехать домой. Мы согласились.

– Короткий был концерт, – сказала Эллен, когда мы уже сели в машину. – Хотя, наоборот, не короткий, если подумать. Она такая раскрученная пиар-личность, что было бы не удивительно, если бы она спела всего две песенки. Ребят, как оно вам? – поинтересовалась она.

– Интересная певица, интересный концерт, – ответила я.

– Да, талант есть. Видно, что своего добьётся. Умеет околдовать и заворожить зал, – улыбнулся Ром.

– Пол, а тебе как?

– О, – Пол немного мотнул головой, словно прогоняя наваждение. – Это волшебно! Я бы пожалел, если б не пошёл!

– Да, в самом деле? – иронично изогнула бровь Эллен. – То-то же!

Я задумчиво посмотрела на Пола. Он ушёл в себя. Я вдруг поняла, что с того момента, как мы поехали на концерт и встретились два часа назад в машине Рома, Пол сам не свой. Возможно, он всё-таки заболел?