Читать книгу Мелодия надежды - Дарья Котова - Страница 6

Скорпионы… Конечно, были существа и похуже – Лидэль успел понаблюдать еще один вид казни пустынников, когда голого заключенного опускали в бочку к жукам-трупоедам, делавшим из него всего за пару минут объеденные кости. Таких жуков выводили специально, и Лидэлю искренне хотелось узнать, что творилось в голове у того человека или нелюдя, который занялся подобным. Но все равно скорпионы тоже были ему неприятны – хотя бы потому, что они были слишком большими, слишком прыткими и слишком опасными.

«А жизнь становится все интереснее и интереснее», – с мрачным весельем, присущим только ему, подумал Лидэль. Он преодолел расстояние от Шарэта до окрестностей Эльтарела за рекордные две недели – так спешил. Лоренс предупреждал, что времени совсем мало. Возможно, Лидэлю уже некуда было возвращаться. Именно поэтому он был менее, чем обычно, разборчив в средствах. А еще он спешил, потому что знал – убийство в пустыне может остаться незаметным, а может вызвать серьезные последствия. Это был страшный край, где, умертвив сотню рабов, ты оказываешься безнаказанным, а перерезав горло какому-то толстяку в дорогих шелках или особо красивой блуднице – окажешься в той самой бочке с жуками. И предсказать результат иногда было очень сложно, но вот что Лидэль точно знал, так это то, что убийство наложницы в Шарэте не останется незамеченным. И те же ассасины пойдут по его следу, не говоря уже о теневых покровителях Зириэн. Время утекало быстрее, чем песок сквозь пальцы, и Лидэль бы соврал, если бы сказал, что, лежа сейчас на потрескавшейся крыше храма, он думал только о скорпионах, ползающих внизу. Заставив себя не отвлекаться на лишние мысли, он вновь посмотрел вниз. Храм был построен несколько столетий назад и уже успел уйти под песок. К счастью – не весь. Даже вход был расчищен: то ли природой, то ли "заботливыми" стражами. Только вот пройти к нему было нельзя – мешали все те же скорпионы и огромная каменная плита. Зато Лидэлю удалось забраться (по практически гладкой!) стене храма на его крышу. Слава Свету, она была не только плоской, но и имела отверстие, через которое особо удачливый и ловкий эльф мог бы пробраться внутрь. Оставалось только два вопроса: первый – как ему потом выбираться, и второй – что делать с бродящими внизу скорпионами. Те же, похоже, оказались ребятами ответственными и сторожили храм не только снаружи, но и изнутри.

«Да пусть меня сожрут демоны Глубин! – мысленно ругнулся Лидэль. – Как же мне пройти мимо вас? Я не умею превращаться в невидимку».

И тут его сознание посетила неожиданная и безумная идея. Он потрогал висящий на груди амулет – Пелену Карсена, – помолился Свету – больше по привычке, чем в надежде, что покровитель услышит голос его мятежной души – и спрыгнул вниз. За последние месяцы он наловчился пользоваться артефактом, похищенным сестрой, но все равно сейчас лишь в последний момент успел поменять облик. Еще и больно ударился – все же высота большая. Стражи обернулись и замерли. Замер и Лидэль, пытаясь понять, сработало или нет. Но скорпионы продолжали стоять и смотреть, не пытаясь атаковать. И Лидэль двинулся вглубь храма. Глянул вниз – и едва удержался от свиста. Карсен, и правда, был уникальным магом, пусть и человеком – Лидэль принял облик стража храма. Впору радоваться, да только ощущения были слишком странным.

«Наверное, потому что слишком сильно отличается от моего тела», – подумал Лидэль. Ему пришла в голову непрошенная мысль, что он уже позабыл, как выглядит. Интересно, помнит ли Эстель? Проклятье, вот о чем он думает?! Он уже заметил, что стал все чаще отвлекаться на задании. Все же раньше у него были перерывы, а сейчас он уже почти полгода жил в постоянном напряжении и чувствовал, что начинает сдавать. Проявляет слабость.

«Нельзя», – набатом прозвучал в голове голос отца – почему его, а не Лоренса? Может, потому что брат бы его пожалел. А отец нет.

«Вот и не жалей, а работай», – приказал себе Лидэль. Он уже полчаса блуждал по коридорам храма. Надо сказать, что тот маг, который построил этого каменного великана, определенно был человеком (или эльфом?) разумным, и Лидэль легко ориентировался в достаточно просторных проходах и комнатах. Здешний храм действительно представлял из себя одну сплошную библиотеку. Лидэль даже проникся уважением к ее уже мертвому хозяину – тот приложил колоссальное количество сил, чтобы создать ее. И это того стоило: многочисленные залы были заставлены фолиантами, из которых не меньше трети были времен едва ли не Раскола. Даже удивительно, что библиотеку забросили после смерти хозяина. Лидэль сильно сомневался, что отряд хороших наемников – мелочь, которую мог позволить себе любой обеспеченный эльф пустыни – остановили бы стражи храма. Возможно, скорпионы были не единственной опасностью… Эта мысль пришла в голову Лидэлю слишком поздно – когда он спустя несколько часов случайно не наткнулся на нужную книгу. Тогда, склонившись в тусклом пламени горящей излучины, он читал косые строки и радовался, что написано было достаточно современным языком, пусть и пустынных эльфов. Шаэ'рет хоть и был одной сплошной вязью, сводящей с ума мозг, но хотя бы был знаком Лидэлю. А вот тот же древнешесский – язык вампиров – не изучали даже в Темной Империи, на нем говорила лишь верхушка темных. И некоторые особенно безумные маги. Но, как уже думалось Лидэлю, здешний хозяин был на редкость разумным и все записи вел на понятном языке. Именно на этой мысли в сознание светлого эльфа проник звук – тихий шорох. Медленно, словно его парализовало, Лидэль обернулся, так и держа в руках раскрытый том и почти догоревшую излучину. Через порог комнаты пересыпался песок, как будто храм стал уходить вниз, под барханы. Но это было безумием! Храм не двигался, уж толчки землетрясения Лидэль с его координацией эльфа почувствовал бы точно! А тут полный покой – и песок, медленно заполняющий зал.

Лидэль решительно бросил излучину и захлопнул книгу. В темноте было сложно ориентироваться – он же не ликан! – но второй выход из зала он нашел быстро, закинув только книгу в сумку за спиной. Он не успел ее дочитать, но ясно видел, что там есть главы, посвященные убийству проклятой сущности. Он наконец-то нашел ответ, теперь было необходимо доставить книгу домой. Домой…

Песок перед ним резко взвился, Лидэль едва успел затормозить в этой непроглядной темноте коридоров. Насколько он смог различить, песок принял очертания человеческой фигуры. А потом совершенно отчетливо произнес:

– ВОР!

В жаркой тишине храма это прозвучало громче набата колокола. Лидэль лихорадочно оглянулся, но сзади его уже настигала волна песка. И что-то подсказывало ему, что пробиться через рассыпающуюся фигуру будет крайне сложно. Закрыв лицо рукой, он бросился вперед, прямо в песчаного человека…

***

Когда капля крови из разбитых потрескавшихся рук упала на занесенный песком пол храма, его стражи – скорпионы – тут же принялись оглядываться. Лидэль мысленно заскрежетал зубами и попытался вновь подтянуться. Он и так сделал невозможное – поднялся по наклонной стене, а потом смог, цепляясь за трещины в потолке и используя всю свою ловкость дотянуться до дыры, которая была далеко не вовсю крышу. Лидэль уже сотню раз проклял создателя храма, которому чем-то не угодили привычные вертикальные стены, и он сделал покатые. Если снаружи это было удобно – более пологий подъем, – то выбираться изнутри было неимоверно сложно. А еще влияла усталость и раны – песочный человек хоть и не смог его убить, но потрепал знатно. Теперь Лидэль едва сдерживался, чтобы не харкнуть кровью, перемешанной с этим мерзким песком. Руки заметно дрожали, и, повиснув на крае отверстия, он никак не мог найти силы, чтобы подтянуться и залезть на крышу. Пальцы кровоточили так, что поверхность под ними была липкая, и Лидэль боялся в любой момент сорваться: он понимал, что из такого положения не сможет правильно приземлиться и непременно разобьется. А теперь еще эта проклятая капля, всполошившая стражей! Но хуже было то, что песок в храме вдруг закружился и принялся подниматься все выше, напоминая настоящую пустынную бурю. А стражи, вопреки надеждам Лидэля, оказались смышленее животных и догадались посмотреть туда, откуда упала кровь – наверх. И вот тогда произошло то, чего он никак не ожидал. Стражи поползли по стене. Их четыре пары острых конечностей легко цеплялись за невидимые трещины в камне, и путь, на который светлый эльф потратил уйму сил и времени, занял у них едва ли минуту. Лидэль не выдержал: он громко выругался, да так грязно, что услышь его Лоренс – непременно бы отчитал. То ли помогли мысли о брате, то ли ругань, то ли страх за свою жизнь – но он смог наконец подтянуться и вывалиться на крышу. Вот только никакой радости он не испытывал, потому что понимал: сейчас за ним вылезут стражи. Они не сделали этого до сих пор по одной простой причине: их было слишком много, а дыра – слишком мала. Проклиная все на свете, начиная с северных орков и заканчивая Забытыми Богами, Лидэль встал и резво – сам от себя не ожидал – бросился прочь. Вылезшие наконец стражи – за ним. Жизнь, определенно, была прекрасна.

***

Боль в ноге была почти незаметна – все же зелье девицы помогло. Лидэль старался поменьше хромать, ему ни к чему было привлекать к себе ненужное внимание. Он и так наследил больше необходимого и теперь вновь ходил по краю. Один из скорпионов сумел-таки достать его своим жалом, подрезав сухожилие на ноге. Все бы ничего, Лидэль дошел бы и так, но в кровь явно попал яд. К тому моменту, когда стражи храма все же отстали от него, он валился от усталости, тело полыхало, и это было явно не последствия жары, а нога до колена превратилась в желе. Поняв, что в таком виде он пустыню не пересечет, Лидэль принял решение вернуться в Эльтарел. Это было очень плохо. По его следу шли, и большой шумный город был первым местом, где будут искать. Самым разумным было бы уходить в пустыню, идти на север. Вот только идти Лидэль как раз не мог. Пришлось возвращаться в город, надеясь, что смены облика – спасибо сестрице и Пелене Карсена – хватит для того, чтобы обмануть преследователей. Лидэль специально стал для этого человеком: искать будут полукровку, тот может сойти за эльфа, а вот за человека – никак. Правда, к людям здесь отношение было еще хуже, чем к кваграм. Пустынные эльфы правили жизнью, оборотни и полукровки окружали их. А люди? Люди были низшей прослойкой, лучшим из них выдавалось выбиться из слуг и рабов в купцы. Но век их был слишком короток. Однако именно среди людей Лидэль нашел приют. Золото творит чудеса – нашлась добрая вдовушка-травница, что подлечила его ногу, дала противоядие и позволила у себя отлежаться.

За неделю Лидэль поправился и собирался было уходить, однако тут началась полномасштабная облава. Он почуял это: были свои, особые, приметы, невидимые обычным людям и нелюдям. В толпе богатого города появилась подозрительные личности, Лидэль слышал ночью тихий свист и перезвон – условные сигналы. У любого места есть своя изнанка, теневой мир, и вот как раз в таком мире Эльтарела появились чужаки. Пора было уходить. Время подгоняло Лидэля. Путь обратно займет несколько недель – он вернется в Листерэль спустя почти семь месяцев. Если вернется… Такая мысль пришла ему, когда он свернул в квартал рабов и увидел двух ассасинов. Все бы ничего, они ведь не узнают его под личиной, вот только рядом с ними шел песчаный маг – их отличала малиновая мантия – и держал в руке амулет странной формы. Благодаря Линэль, Лидэль знал, что это был "поисковик" – особый артефакт, позволяющий найти человека (или светлого эльфа, к примеру) по его вещи. Только откуда у них его вещи? Лидэль не наследил, он был уверен! Однако цвет амулета явно указывал на то, что искомый объект близко. Очень близко.

Лидэль скользнул в сторону, пытаясь раствориться в толпе соседнего квартала. На беду, один из ассасинов успел его заметить. Троица двинулась за ним. Лидэль продирался через людской поток, ища глазами укромный уголок – ему нужно было на секунду оказаться в одиночестве, чтобы сменить облик. Вот впереди показались разноцветные шатры, и он юркнул между их полотнами, касаясь пальцами Пелены Карсена. И все же нельзя было оставаться на месте, ведь у песчаного мага был свой артефакт. Лидэль ни на секунду не останавливался. Он пробирался между шатрами, пока буквально не вывалился на небольшую площадь. Это был квартал явно зажиточных людей и нелюдей, отсюда было еще ближе до ворот, и Лидэль, легко лавируя в толпе, начал пробираться вперед. Подвела его все еще побаливающая нога и погоня, которой он только усугубил ситуацию. В общем, на мгновение ловкость ему изменила, и он едва не упал на стоящую перед ним девушку. К счастью, в последний момент он смог устоять на ногах и лишь слегка зацепил красотку. Кто бы мог подумать, что та поднимет визг? А хуже того было то, что Лидэля тут же подхватили под руки два амбала-стражника, явно из личной охраны муженька девушки, что сейчас спешил к своей ненаглядной.

– Он трогал меня! Он трогал меня! Он покусился на меня!

Бормотать, что это чистая случайность, было бессмысленно, судя по тому ору, что поднял в свою очередь уже купец. Смешно сказать, столько раз Лидэль по-настоящему приставал к женщинам и всегда избегал наказания благодаря своему обаянию и статусу, а теперь впервые, совершенно случайно хлопнул девушку по заду – и не может вырваться из хватки охранников. Те, несмотря на не самый умный вид, держали крепко и профессионально, даже Лидэлю не удавалось вывернуться.

– Как ты посмел, собака, коснуться моей третьей супруги! – потряс кулаком – и животом – купец. – Отрубите ему его поганую руку!

Словно из-под земли, рядом появились еще два охранника, у одного из которых был здоровый тесак, больше напоминавший очень широкий меч. Лидэль отчаянно попытался вырваться и, едва не прикусив язык, затараторил:

– О великий господин, не смей гневаться на меня, ибо ты сам виноват в случившемся!

От такого заявления замерли все – и купец, и охрана, и визжащая девка, и собравшиеся вокруг зрители. Решив ковать, пока горячо, Лидэль продолжил все тем же льстивым голосом – такой действовал на не особо умных, но добившихся влияния людей:

– Ты выбрал супругой своей столь прекрасную женщину, что другие мужчины, даже зная о великой каре, которая постигнет их в результате твоего гнева, не могут устоять. Так что твой безупречный вкус, всему виной!

По толпе пробежали смешки, но большинство, включая купца, остались серьезны. Толстяк поглаживал свою длинную бороду, лежавшую на животе, а рядом с ним сверкала улыбкой из-под платков его жена. Ей комплимент чужака пришелся по душе. В конце концов толпе надоело ждать, и повсюду стали раздаваться выкрики: "Руби руку!" "Лучше руби язык!" "Да отпустите парня!" "А что, красота жен Гарнеша всем известна! Пущай малого!"

Мнения разделились, и Лидэль похолодел, когда купец махнул рукой, и охрана принялась срывать с него одежду. Главное – чтобы не сняли медальон, хотя Линэль обещала, что он тоже будет изменять вид. Да какой медальон! Ему сейчас руку отрубят!

Однако ничего рубить ему не стали, лишь отволокли к стоящему посреди площади деревянному столбу. Лидэль знал их предназначение. Холодный пот пробежал по его обнаженной спине, когда его привязали к столбу. Сзади прозвучал ленивый голос:

– Сколько?

– Пятнадцать с него хватит, – зычно, но уже без ярости отозвался купец. – И за город его. Пусть там восхищается красотой женщин Эльтарела.

Толпа рассмеялась, и в ее смехе Лидэль не услышал, как свистнула плеть. Длинная семихвостая плеть с маленькими стальными зубчиками на концах. Любимая плеть пустынных палачей.

От неожиданности Лидэль больно стукнулся носом об столб, но едва ли он это заметил, когда с его спины сдирали кожу. Сцепив зубы и пообещав, что он будет таким же стойким, как и его брат, он начал отсчитывать удары. Это было демонически больно. Даже для принца, привыкшего к дракам и другим кровавым приключениям. Стараясь не изгибаться – иначе палач разозлится и наказание увеличат, – Лидэль слышал лишь шум в ушах и свист плети. Ожидание следующего удара стало самым страшным моментом. Он хотел скулить от боли, по разорванной в клочья спине бежали струи крови и падали на разгоряченный полуденным солнцем песок. Лидэль тяжело сглатывал, пока палач заносил руку для нового удара. Ничего не осталось вокруг – только боль. Он все же сбился со счета и думал теперь только о Лоренсе. Тот прошел через худшие пытки, но выжил. Он всегда гордо держал голову, он смог вытерпеть год издевательств, неужели Лидэль не справится с пятнадцатью ударами? Справится! И он стискивал зубы, прикусывал до крови щеку, но молчал, лишь бессильно вис на веревках, связывающих руки.

Когда удары прекратились, ему показалось, что прошла вечность. Безвольной куклой он чувствовал, как его тащили по песку. Потом бросили. Он долго катился по бархану вниз, пока не остановился. Он лежал на спине и чувствовал лишь боль: как песчинки забиваются в разорванные раны.

«Мать моя демоница! Лоренс, как ты это пережил? Ты, и правда, настолько упрямый?» – вяло подумал Лидэль. Он знал, что совсем скоро он встанет, дождется темноты и проберется в город в поисках потерянной сумки – ее прибрала охрана купца Гарнеша. Потом его будет ждать долгий путь через пески. Но все это потом, а сейчас он хотел лишь одного – умереть.