Читать книгу Танец Песчаного златоцвета. Том 2 - Дарья Котова - Страница 3

4348 от Великого Нашествия

Эльтарел

В реальность Алию вернул голос Тризара – он почему-то звучал очень громко и весело:

– Не будем тратить драгоценное время на долгое путешествие!

Она почувствовала его ладонь, крепко сжавшую ее предплечье, а затем рывок. Ее, словно пушинку, подхватил вихрь, мчащийся через пространство и время. Она не понимала, где находится и что происходит, зато очень четко чувствовала, что творилось с ее бедным телом. Ее растягивало в жгуты, сжимало, выворачивало наизнанку, а потом рвало на части. Казалось, тело ее перестало существовать, попав в эти страшные жернова. Ей было так плохо, что всякая выдержка покинула ее. Она хотела закричать, но не смогла – ведь ее продолжало разрывать на части, тянуть и выворачивать.

Сколько длился этот ужас, она не знала, но ей показалось, что вечность. И все же даже у вечности нашелся конец. Кошмар прекратился в один миг, Алия вновь почувствовала себя целой и почти не пострадавшей. Больно ударившись коленками о пол, она увидела перед глазами красивый халассийский ковер цвета меда, а потом ее стошнило, ибо терпеть это дальше не было сил. Кто-то успел сунуть ей красивую широкую вазу, которая и спасла халассийский ковер от осквернения. Узел в животе стягивался все сильнее, голова кружилась. Никогда еще Алии не было так плохо. Она едва соображала, стараясь справиться с бунтующими внутренностями.

Очередная пытка закончилась нескоро. Алию тошнило еще не меньше четверти часа. Вокруг нее кто-то ходил, говорил, потом наступила тишина, но все это казалось ей очень далеким. Наконец она смогла совладать с собой и, прижимая ладонь ко рту, рухнула на тот самый ковер, маячивший у нее перед глазами. Тут же рядом оказался смуглый паренек с темно-рыжими волосами, торчащими во все стороны. Он сунул в руку Алии пиалу с водой и протянул влажную тряпицу.

– Благодарю, – пробормотала женщина, чувствуя, как немеют ладони и бешено колотится сердце. Что, вообще, произошло?! Ох, это было невозможно – думать и бороться с отступающей тошнотой.

Рыжий с любопытством глядел на нее, словно решал какую-то задачку.

– Наверное, это тебя имел в виду Римо… – протянул квагр – теперь она разглядела острые уши в рыжем пламени волос. Однако ни спросить, ни как либо по-другому отреагировать на его высказывание она не успела – кто-то схватил ее и резко поднял. К горлу подступил ком, Алия прижала ладонь ко рту, моля Забытых Богов, чтобы ее не вырвало прямо на Тризара, а тот радостно вещал:

– Ну что, проблевалась? Да-а, прыжок – та еще гадость, к нему нужно привыкнуть.

«К такому привыкнуть невозможно», – подумала Алия, однако тошнота все же проходила, а вот жар от рук Тризара, который до сих пор придерживал ее, расходился по телу, пробуждая желание… стукнуть этого уродского мага.

– Но тратить время не хотелось, особенно когда у меня появилась ты, – продолжал балагурить Тризар. – Такой цветочек нельзя портить в пустыне.

Алия совершенно не разделяла его радости.

– Поэтому вы решили меня убить? – с достоинством поинтересовалась она, что стоило ей последних сил. Забытые Боги, как же ей плохо! Еще и Тризар… Невыносимо стоять рядом с ним и осознавать, что она теперь принадлежит ему.

– Не думаю, что тебя убьет простой прыжок. Так, помучить можно! – рассмеялся Тризар. – Так, Сельчо, это дерзкая красавица – Алия. Его величество подарил мне ее, чтобы она запрыгнула ко мне в постель, следила за мной и докладывала ему. Ну, с первым я разберусь, а вот вы сами будьте с ней аккуратнее, не болтайте лишнего. И посели ее где-нибудь рядом, отдельно от других девочек. Поближе ко мне.

Алия, которую каждый язвительный выпад Тризара колол больнее разъяренного шершня, неожиданно разозлилась. Сейчас ей было так плохо (не только телесно, но и душевно), что у нее было два выхода: совсем упасть духом или дать отпор. Сдаваться Алия попросту не умела, несмотря на нежный вид, поэтому с ледяной иронией заметила квагру:

– Можешь поселить меня прямо в постели господина, все равно он там будем со мной "разбираться".

– Нет, так близко не надо, – усмехнулся Тризар и хлопнул ее по заду. – Где-нибудь рядом. И покорми меня, Сельчо.

– Обед уже почти готов, господин. Мы ждали вас, – быстро и учтиво поклонился Сельчо – Алия даже удивилась, ведь рыжий квагр производил впечатление дерзкого и не признающего власть нелюдя.

Тризар нахмурился и спросил:

– Это что же, ты знаешь, что я буду делать? Я настолько предсказуем?

Чуя, что Тризар шутит – он, в принципе, был весельчаком, когда не злился, – Алия ответила за растерявшегося Сельчо:

– Так это несложно – предсказать ваши действия! Достаточно представить ураган, вносящий во все хаос.

Тризар фыркнул, еще раз полапал Алию и произнес, выходя из комнаты:

– Спелись. Но все равно будь осторожнее, Сельчо, с этой змеей. И принеси мне обед в покои!

– Да, мой господин, – ответил Сельчо пустому месту – Тризар умел двигаться вроде бы размеренно, но очень быстро.

Алия внимательно посмотрела на слугу. Сейчас в ее голове роилось слишком много мыслей, чтобы она могла верно оценить обстановку. Голова еще кружилось, да и мутило ее неплохо. Но все же она была рада передышке, которую дал ей Тризар.

– Пойдем, – позвал ее Сельчо. Стоило только исчезнуть Тризару, как приветливый слуга превратился в угрюмого раба, с подозрением косящегося на Алию. Чудесно, ее уже ненавидят здесь, мало ей самого Тризара.

Отчаяние накатило новой волной, и только необходимость жить и общаться с окружающими позволили Алии остаться в реальности, а не погрузится вновь в душевные терзания.

Сельчо провел ее по дворцу наместника. Алия видела его только издалека, когда жила в Эльтареле, и уж тем более ей никогда не доводилось бывать внутри. Сейчас они шли по коридорам жилой части, где обитал сам наместник и его слуги. Насколько Алия знала, еще во дворце были помещения и залы для приемов, советов и прочих городских нужд. Пусть Тризар иногда производил впечатление увлеченного юнца, а не зрелого мужчины, но он на протяжении долгого времени управлял самым большим после Шарэта городом, и управлял успешно! Наверное, это было еще более показательно – при всей своей вспыльчивости и непостоянности, Тризар ухитрялся быть хорошим правителем и даже на равных общаться с Эгралом.

Рыжеволосый квагр несся по коридорам со скоростью маленького урагана, не обращая внимания на Алия. Он резко остановился перед неприметной аркой с невзрачной полупрозрачной шторкой.

– Твои, – бросил Сельчо небрежно. – Завтрак ты уже пропустила, обедаем мы поздно, в комнате внизу, сама найдешь. И не надейся, что тебе кто-нибудь будет помогать здесь, убирайся сама. Покои господина там, откуда мы пришли, но даже не думай ему надоедать, он этого не любит.

Алия спокойно выслушала его речь, думая о том, что в ее состоянии завтрак был бы очередной пыткой.

– Хорошо, – спокойно ответила она, когда поток злого красноречия Сельчо прервался.

Квагр окинул ее недовольным взглядом – ни капли протеста на его выпады он не заметил, этим Алия смогла его удивить. Понятное дело: преданный слуга явно показывает свою агрессию врагу хозяина. Все так просто и ясно, особенно для наложницы, которая провела всю свою жизнь в различных гаремах и среди самых разных слуг. Алия их стольких видела, что один рыжеволосый хитрец ее не пугал. Но проучить его стоило.

Сложив руки, словно прилежная северная жрица, она продолжила в своем спокойном невозмутимом тоне:

– Где можно взять воды? Не подскажешь? Пожалуйста, Сельчо.

Взгляд квагра еще больше потемнел. Она внимательно следила за ним, не стараясь его соблазнить, но и не сдерживая свое природное обаяние. Ее взгляд заставил Сельчо едва заметно нахмуриться и сделать маленький шажок назад, почти непроизвольно. Понятно – женат и верен, явно влюблен в свою супругу. Даже удивительного для слуги, хотя… Итак, какая она, его жена? Роковая красотка или ласковая нимфа? Нет, слишком сам Сельчо независим, он никогда не был подкаблучником и кланялся только господину, которому был верен.

– Не переживай, я не собираюсь разбивать семью и соблазнять тебя, – по-доброму усмехнулась она. – Зачем обижать такую нежную нимфу, как твоя жена?

Темно-карие глаза, узкие от природы, как и у всех пустынных эльфов, даже нечистокровных, расширились до неприличных размеров.

– Откуда ты знаешь про Ливи и про то, что она нимфа?! – выпалил он удивленно, а потом разозлился: – Опять вы суете свой грязный нос не в свое дело. Нам хватило тут расспросов и угроз твоих черных дружков.

«А, значит, здесь уже побывали ассасины Джирана», – сделала вывод Алия, а вслух заметила:

– Я ничего не знала, всего лишь угадала. Как-то не думала даже, что в пустыне найдется представительница северной расы, так что слово "нимфа" я использовала лишь иносказательно. Но я ведь угадал? – с лукавой улыбкой вдруг поинтересовалась она. – Угадала, уже понимаю. Что ж, мой тебе совет: будь осторожнее, у Тризара много врагов, и, поверь, ассасины его величества будут действовать куда жестче. Не болтай попусту, ты явно приближенный своего господина, так не подводи его, поддаваясь на простенькие провокации.

Закончив свою речь этим серьезным предупреждением, Алия скользнула в свои новые покои. В спину ей прилетело:

– Внизу во дворе есть колодец, ребята набирают для девушек воду, если нужно!

Алия позволила себе маленькую победную улыбку, а потом упала на ближайшую потертую тахту. Она устала, очень устала. Жизнь перевернулась для нее, вновь возвращая ее в начало.

***

Эльтарел… Как давно она не ходила по его шумным улицам, не смотрела на водную гладь озера, не слушала ругань грузчиков в порту. Эльтарел был удивительным городом, жемчужиной пустыни, таким простым и в то же время необыкновенным. Только вернувшись в город своей юности, Алия с удивлением поняла, что скучала по нему. Она выросла в тени Эльтарела, здесь она впервые опробовала искусство наложницы, познала секреты мужчин и их соблазнения, здесь она придумала свой легендарный танец с клинками, отсюда ее продали в Шарэт… Ей вновь пришла мысль о том, что бы случилось, если бы Мират не отправил ее в столицу? Если бы ей удалось найти другого хозяина? И она бы переходила от одного мужчины к другому, к более могущественным и знатным, пока не оказалась бы во дворце наместника.

«И вот я здесь», – с грустью постановила Алия. Ее жизнь так круто изменилась, что потребовалось время – целых полчаса, – чтобы она обдумала, что делать дальше. Были некоторые вопросы, на которые сложно было найти ответы. Однако Алия точно знала одно – каково бы ни было желание Эграла, она не будет соблазнять Тризара. Никогда! Этот мужчина имел над ней слишком большую власть. Она не могла ему противиться, не могла лгать. Одно его прикосновение заставляло ее думать о нем в течении долгих часов. Тризар, такой наглый и веселый, дерзкий и бесстрашный, коварный и искренний. Он был клубком противоречий, но казался Алии куда более живым, чем изнеженный и властный Эграл. Разве могла она лечь под Тризара? Он был ее мечтой, ее любовью и болью, он причинял страдания одним фактом своего существования. Алия в ужасе представляла, как бы она пыталась его соблазнить. Хуже всего было то, что в глубине души она знала – она легко смогла бы покорить его. Но стоило ей только задуматься о том, что сделать, чтобы сильнее привязать к себе увлеченного ею Тризара, как ей становилось тошно. Нет, она не сможет. Любого мужчину, самого противного и жестокого она соблазнила бы и легла под него, но только не Тризара. Она выбрала бы даже смерть, только бы никогда не знать его ласк, не разделить с ним страсть ночи. Да, теперь она мыслила так романтично! Раньше все было просто и проще. Секс казался ей лишь одним из орудий манипуляции мужчинами, едва ли не самым эффективным. Сама она ничего не чувствовала, изредка ее любовникам удавалось доставить ей удовольствие, и уж точно она никогда не смотрела на все это, как на акт высшей любви. Что за глупости?! Однако мысли о Тризаре вызывали в ней желание прикоснуться к этой тонкой, эфемерной материи, почувствовать наслаждение, раствориться в одном мужчине…

Опять мечты. Как глупо, глупо, глупо! Она повторила себе это тысячу раз, но так и не смогла победить свое болезненное влечение. Подумать только: взрослая женщина, искусная наложница, знаменитый Песчаный златоцвет, она, которая смотрела на мужчин лишь как на добычу, привыкшая просчитывать каждый свой шаг и жест, чтобы соблазнить господина – сама влюбилась! Невозможно! Нельзя! Но как же хотелось…

После долгих душевных терзаний Алия пришла к выводу, что она не в силах сломать себя. Она не соблазнит Тризара, не выполнит поручение Эграла. Но король все равно простит ее, она сможет вернуть его расположение, когда Тризар выбросит ее, наигравшись. Да, ей все же придется ему уступить. Она не соблазнит его, однако он, одержимый ею, в любом случае возьмет ее. Ей придется перетерпеть. Возможно, его насилие над ней даже оттолкнет ее. Возможно, она перестанет любить. А потом… Потом она вернется к Эгралу. Представит все так, что Тризар не поддался ее чарам. Она вернется к королю, даже если ей вновь придется пройти весь путь от начала до конца. Хотя… она ведь не молодеет, ей может и не хватить времени. Тем лучше.

Она чувствовала странную апатию при мысли о временах после Тризара, словно после него ничего уже не будет. Наверное, так даже легче. Пусть ничего не будет, она подумает о настоящем. И немного – о Тризаре.

Алия подняла голову и посмотрела в окно. Небо постепенно темнело. Она даже не заметила, как просидела весь день не шелохнувшись. Теперь тело протестовало против такого насилия. Алия устало вздохнула, чувствуя себя не всесильной наложницей, коварной стервой, играющей мужскими сердцами, а просто женщиной. Усталой и измученной женщиной, которая неожиданно захотела странную для нее вещь – чтобы мужчины, наконец, оставили ее в покое.

Алия поднялась с тахты и направилась к арке. Надо было поесть и познакомиться со слугами. Пусть у нее впервые нет цели завоевать себе место в доме и в постели хозяина, поставив себя выше других, общаться с рабами Тризара все равно придется.

***

Алия посмотрела в окно, потом перевела взгляд на стену, разглядывая старую и явно несколько раз подлатанную занавеску. Она готова была делать все, что угодно, только бы не шить. Алия терпеть не могла рукоделие, и уже давно ей не приходилось брать в руки вышивание – только когда вдруг нападала хандра, и нужно было отвлечься. Но сейчас был явно не такой случай – Алии попросту было нечем заняться. Кажется, впервые в жизни. Уже много лет она не оказывалась в подобном незавидном положении, когда к ней плохо относились буквально все вокруг. Она резко потеряла свой круг общения (прощай ехидный Ариэн), занятия и увлечения. Обычно Алия руководила гаремом, проводила время с хозяином, читала. Сейчас она была отрезана почти ото всех. Ее не выпускали из дворца даже в сопровождении охраны, ей не разрешалось заходить на женскую часть, где жили наложницы Тризара. Она могла лишь выходить из своих покоев и бродить по коридорам для слуг, благо она как раз жила рядом с их комнатами и подсобными помещениями, но желания такого у нее не имелось. Ее не принимали. Тризар явно показал свое нерасположение, и Сельчо разнес эту новость по дворцу за считанные секунды. Алия не горела желанием навязывать свое общество тем, кто относился к ней с неприязнью. По правде говоря, она сама особо не прониклась симпатией к этим рабам. Слуги везде слуги.

Отчуждение стало ее вечным спутником. Тризар во дворце не появлялся, а если и бывал, то с нею не общался. Алия сидела целыми днями в своих покоях, вспоминая Шарэт: тренировки с младшими ассасинами, огромную королевскую библиотеку, уроки танцев у наложниц, долгие разговоры с Ариэном, когда они пытались уместить в бюджет все траты гарема. В столице у Алии была жизнь, полная и бьющая ключом, как говорят на севере, а здесь? Заперта во всех смыслах слова! Она, лучшая и прекраснейшая женщина пустыни, сидит, часами глядя в стену! Одним своим словом Эграл лишил ее всего, что составляло ее жизнь, чего она достигла! В Шарэте она была главной женщиной, по сути, хозяйкой во дворце. У нее были собственные слуги, портнихи, она присутствовала на заседаниях вместе с королем. Пусть Эграл никогда не позволял ей забыть, что она рабыня, рядом с ним она жила полной жизнью, ее таланты ценили. А теперь?! Тризар исчез, слишком резко лишив ее своего общества, жизнь превратилась в серую массу, когда она часами сидит и думает, а мысли ее становятся все мрачнее. Она начинала медленно сходить с ума, вновь и вновь ее одолевало отчаяние. Сколько бы она не боролась с собой, она не могла победить. Единственным выходом из этой тоски, из этого болота среди врагов, была постель Тризара. Но именно туда она не стремилась! Холодный расчет вступал в борьбу с чувствами и проигрывал, а самой Алии оставалось мучиться в одиночестве.

Она все же предприняла две попытки вырваться из этого круга Глубин. Сначала она стала общаться со слугами. Слушала их, узнавал все больше и больше, а потом попыталась участвовать в беседах. Именно попыталась. Алия еще никогда не сталкивалась с таким яростным и молчаливым осуждением. Одного слова Тризара хватило, чтобы все, абсолютно все его слуги перестали с ней общаться. Она была врагом, и даже Сельчо, проболтавшийся при первой встрече, больше не трепал языком. Алию немного тронула подобная преданность, она впервые встречала настолько привязанных к своему господину рабов. И ведь это был не расчет, не поиск выгоды, они действительно настолько любили своего хозяина, что, кажется, отпусти он их сейчас, и они остались бы служить ему добровольно. Так что здесь Алия потерпела поражение.

Второй ее попыткой стала библиотека. Понимая, что ей здесь никто оружие не даст и метать свои любимые ножи она не сможет, Алия решила хотя бы получить доступ к книгам. Шансов было откровенно мало – никто из господ не пускал в библиотеку рабов, исключение составляли особенно доверенные слуги и любимые наложницы (если тем вдруг взбредет в голову почитать и они, в принципе, будут уметь читать). Но все же Алия попробовала и в очередной раз убедилась в своей правоте. Без разрешения хозяина ее никуда пускать не собирались, и она продолжила бессмысленное занятие по вышиванию собственного платья, чтобы сделать из него достойный наряд (Сельчо принес ей немного одежды, но качество было под стать настроению слуги). Как назло, получалось у нее всегда отменно, но рукоделие вызывало у нее не меньшее отвращение, чем… Нет, пожалуй, даже сравнения не имеется. А тут еще Тризар…

Где он? Где пропадает наместник Эльтарела? Алия успела кое-как смириться со своим новым положением и ожидала, что ей скоро уделят внимание. В одном Эграл был прав – Тризар ею явно увлечен, особенно после нескольких отказов. Но его чувства не помешали ему исчезнуть почти на месяц. Где он? Вновь и вновь она задавалась этим вопросом, чувствуя тоску по мужчине, который никогда не будет ее.