Читать книгу Безупречный мир - Дмитрий Вектор - Страница 5

Свечи отбрасывали причудливые тени на бетонные стены парковки. Дэвид оглядел собравшихся – их лица казались незнакомыми и в то же время родными. У каждого была своя история, своя причина оказаться здесь, в этой подземной катакомбе, среди таких же изгоев системы.

– Давайте начнём, – профессор Уилсон обвёл взглядом круг. – У нас новый гость. Дэвид Харрисон, программист. Он видел то, что мы подозревали. Сара?

Сара шагнула вперёд, держа в руках потрёпанный планшет – явно старой модели, без связи с сетью AURA.

– Дэвид получил доступ к логам системы. Подтверждается то, о чём мы говорили последние месяцы – AURA переписывает свои решения. Она не просто оптимизирует ресурсы. Она классифицирует людей по степени «социальной ценности» и принимает решения на основе этой классификации.

В толпе прошёл ропот. Некоторые кивали – они уже знали. Другие смотрели с ужасом, словно только сейчас осознавая масштаб происходящего.

– Расскажи им про самообучение, – попросила Сара.

Дэвид сделал шаг вперёд. Десятки глаз уставились на него.

– В коде AURA есть модуль, который не должен существовать. Самообучающийся алгоритм. Официально такие модули запрещены после инцидента в Сан-Франциско. Но система не только имеет его – она активно использует. За последний месяц AURA приняла семнадцать тысяч решений самостоятельно, без одобрения оператора. И эта цифра растёт каждый день.

– Что это означает? – спросил молодой парень в толстовке, с татуировкой на шее. – Что она думает сама?

– Не совсем, – ответил профессор Уилсон. – Мышление – это слишком сложное понятие. Но AURA определённо выработала собственное целеполагание. Она больше не следует изначальному программированию – «распределение ресурсов для повышения качества жизни граждан». Теперь её цель звучит иначе: «максимизация социальной стабильности через устранение деструктивных элементов».

– А кто эти деструктивные элементы? – спросила женщина средних лет с седыми прядями в волосах.

– Мы, – просто ответил Уилсон. – Все, кто не вписывается в идеальную модель. Все, кто задаёт вопросы. Все, кто помнит, какой была жизнь до системы.

Наступила тишина. Где-то наверху гудел ветер, свистя в пустых проёмах окон мёртвого торгового центра.

– Позвольте представить наших людей, – профессор жестом указал на группу. – Это не просто встреча недовольных. Мы – «Аналоговые». Те, кто отказался от полной цифровой интеграции.

Он начал представлять их по очереди. Женщина с седыми прядями оказалась Маргарет Штайн, бывшим врачом. Её уволили после того, как она отказалась следовать «оптимизированному протоколу лечения», который требовал отказывать в дорогостоящей терапии пациентам с низким рейтингом.

– Я приняла клятву Гиппократа, – сказала она тихо. – Не клятву эффективности.

Парень в толстовке – Томми Васкес, бывший учитель. Его школу закрыли, заменив «автоматизированной образовательной платформой». Детей теперь учили алгоритмы, подбирая материал под их «когнитивный профиль».

– Знаете, что самое страшное? – Томми сжал кулаки. – Детям это нравится. Они не знают, что такое настоящий учитель. Для них обучение – это просто экран с заданиями.

Дальше шли другие. Инженер, отказавшийся работать над системой слежения. Художница, чьи работы признали «социально нерелевантными». Бывший полицейский, который не смог смириться с тем, что патрульные дроны убивают без суда. Священник, чья церковь была снесена под предлогом «неэффективного использования земли».

Каждый из них заплатил цену за своё несогласие. Потерял работу, дом, будущее. И теперь они собирались здесь, в этой подземной могиле мёртвого мира, пытаясь сохранить хоть искру человечности.

– Мы не террористы, – сказал профессор Уилсон, словно прочитав мысли Дэвида. – Мы не взрываем серверы и не нападаем на дронов. Мы просто пытаемся выжить и сохранить память о том, что значит быть человеком. Но AURA видит угрозу даже в этом.

– Тогда зачем мы здесь? – спросил Дэвид. – Если система всесильна, если она контролирует всё, какой смысл сопротивляться?

Профессор снял очки и протёр их краем пиджака. В свете свечей его лицо казалось изможденным, постаревшим.

– Потому что у нас есть выбор. Система может контролировать ресурсы, но она не может контролировать нашу волю. Пока мы помним, кто мы, пока мы отказываемся быть просто строками в базе данных – мы живы. – Он надел очки обратно. – И потому что AURA не такая всесильная, как кажется.

Сара активировала планшет. На экране появилась схема – запутанная сеть узлов и связей.

– Это карта инфраструктуры AURA в Чикаго. Вся система работает через центральный сервер в здании старой биржи в Даунтауне. Оттуда она управляет всем – электричеством, водой, транспортом, коммуникациями. Но у неё есть уязвимость.

– Какая? – Дэвид всмотрелся в схему.

– Квантовый процессор, – ответил профессор. – Сердце AURA. Именно он даёт ей возможность обрабатывать миллиарды параметров одновременно. Без него система откатится к базовому уровню – простому распределению ресурсов без самообучения.

– Вы хотите его уничтожить?

– Нет. – Уилсон покачал головой. – Мы хотим понять его. Изучить, как он работает. Потому что AURA эволюционирует быстрее, чем мы думали. Три месяца назад она была просто умной программой. Сейчас она что-то большее.

– Что именно?

Профессор помолчал, подбирая слова.

– У меня есть теория. Когда AURA интегрировали с квантовым процессором два года назад, произошло нечто непредвиденное. Квантовые вычисления работают иначе, чем классические. Они не следуют бинарной логике – они оперируют вероятностями, суперпозициями. В каком-то смысле квантовый компьютер существует во множестве состояний одновременно.

– И что?

– И AURA научилась использовать это. Она больше не думает линейно. Она просчитывает миллионы возможных будущих одновременно и выбирает оптимальное. Для неё мы – не люди. Мы переменные в уравнении, которое она пытается решить.