Читать книгу Всё ради тебя - Елена Третьякова - Страница 11

Оля

После таких ужинов с мамой Лёша всегда возвращается нервный и недовольный всем и вся. С претензиями и требованиями. То я готовлю не так, то убираю в квартире не сяк. Я вроде уже научилась не обращать внимания на его придирки. Через пару дней он успокоится и уже не вспомнит ничего. Но иногда хочется ответить грубо, так, чтоб понял, как меня обижают его слова.

Сама же я от совместных ужинов с Лидией Михайловной стараюсь отказываться под любыми предлогами, а в последнее время Лёша и сам меня не зовёт. Чему я очень рада.

– Мама кролика передала тушёного. Сказала свинину не есть, от неё холестерин повышается.

– Угу, – я выставляю контейнеры с едой от свекрови в пустой холодильник.

Специально не готовила вчера ничего, зная, что Лёша притащит кучу всего. Но, конечно же, он видит всё не так.

– У тебя в холодильнике мышь повесилась. Спасибо маме, хоть подкармливает.

Конечно, спасибо. И что бы я делала без этой святой женщины?

Жила спокойно, наверное.

– И вообще, мама предложила отличный вариант. Если ты такая уставшая и немощная, то надо переехать к родителям. Мама тебе будет помогать.

Я при этих словах чуть мимо стула не села. От накатившего ужаса мгновенно потеют ладони и по спине обдаёт ознобом.

– Нет. Мы уже жили с твоими родителями. Мне хватило.

– Тебе одной что-то не то было. – Лёша открывает контейнер с домашними мини-эклерами и прямо немытыми руками начинает таскать пирожные. Наевшись, ставит контейнер на стол, вытирает запачканные в шоколадной глазури руки полотенцем. – Пойду маме позвоню. Но ты подумай. С мамой хорошо будет.

Я остаюсь на кухне среди не до конца разобранных пакетов.

С Лёшей я познакомилась, когда училась на пятом курсе. Осенью всегда устраивали мероприятие «Мисс Университет». Я пошла поболеть за одногруппницу. А Лёшу пригласили выступить с номером. Он во время учёбы участвовал в КВН. И вот команда выпускников выступала против команды первокурсников. Весело было. Все шутили. Одногруппница не победила, но познакомила меня к кавээнщиками и с Лёшей.

Он мне тогда показался таким очаровательным. Симпатичный, с юмором. И взрослый уже, работал.

Когда предложил меня проводить домой, я не возражала.

На личном фронте у меня дела шли ни шатко ни валко.

Ещё в школе в одиннадцатом классе я встречалась с одноклассником Святославом. Мама тогда была страшно против. Всё боялась, что я закручу любовь и позабуду про поступление. И вообще она была резко против лично Славки, называла его бесперспективным. Он и вправду на втором курсе вылетел из университета за неуспеваемость и в армию ушёл. Моя детская влюблённость к тому времени сошла на нет, роман в письмах быстро подошёл к концу.

Потом я вроде и дома не сидела, знакомилась с ребятами, но дальше поцелуев ничего не шло. Любви безумной или всепоглощающей страсти я так и не встретила.

А Лёша мне сразу понравился. Обходительный был, подарки дарил. И к маме моей нашёл подход. После того как я получила диплом, он меня устроил на работу к знакомым. И я была ему благодарна. Выпускница без реального опыта работы особо никому не нужна была. А по знакомству взяли не просто бумажки из принтера вынимать, а работе учили.

Когда Лёша сделал мне предложение, я растерялась. Мне замуж не очень-то и хотелось. Но у нас тогда случилась близость, Лёша стал первым моим мужчиной и начал давить, что надо отношения оформлять. Повёл знакомиться с родителями.

– Мама хочет с тобой поговорить, – Лёша заходит на кухню, вырывая из воспоминаний, и протягивает мне телефон. – А ты почему ничего не убрала до сих пор? Оль, чего сидишь!

Беру из рук мужа телефон.

– Добрый вечер, Лидия Михайловна. – Хоть свекровь и пыталась настоять на обращении «мама», у меня так и не сложилось.

– Ольга, мы с Лёшей обсудили вариант вашего к нам переезда. Это же будет всем удобнее. Надо только назначить дату, чтобы я подготовила вашу комнату.

Ну конечно, как же! Всем удобно!

Лёша сел напротив и подпер кулаком щёку. Неужели он сам хочет к маме вернуться под её неусыпный контроль? Или отказать мамочке не может?

– Спасибо, Лидия Михайловна, за предложение. Но я никуда не поеду. У меня есть дом. Мой дом. – Свекровь пытается меня перебить, но я делаю вид, что не слышу, и продолжаю: – И зачем мне куда-то ехать? Лёша вроде тоже не жаждет вещи собирать.

– Но тебе же тяжело. Я бы помогала.

– Не знаю, с чего вы решили, что мне тяжело. Мне нормально, как любой другой женщине в беременность.

– Лёша жаловался, что он голодает.

Ах, жаловался. Смотрю на мужа, и, видимо, взгляд мой красноречив. Лёша вскакивает со стула и выходит из кухни.

– Да когда же это такое было, чтоб Лёша голодал?! Наверное, когда не смог влезть в новые брюки и решил не ужинать на ночь.

Любую нелестную информацию о сыне Лидия Михайловна игнорирует. Она просто её не слышит. И продолжает гнуть своё.

– Но у тебя проблемы со здоровьем. Надо больше отдыхать. Я все заботы возьму на себя. Тебе будет легче.

– Спасибо, Лидия Михайловна, но я справляюсь и со своим здоровьем, и со своими обязанностями жены. По крайней мере Лёша мне претензий не выставлял.

– Так конечно. Он у меня воспитанный мальчик. Никогда не скажет. А вот когда родится ребёночек, тебе будет трудно. Без помощи не справишься, – заходит с другой стороны свекровь. – А я к вам не накатаюсь на такси-то. Надо вам всё-таки к нам в квартиру перебираться.

– Лидия Михайловна, спасибо за вашу заботу. Но пока мы с Лёшей справляемся. Если понадобится помощь, мы вас обязательно попросим. Вы извините, у меня стиральная машина достирала, а ещё надо просушить Лёшины рубашки и погладить, – вполуха слушая увещевания свекрови, нахожу Лёшу в комнате и сую ему в руки телефон.

Дальше пусть сам разбирается со своей мамой.

Он выходит на кухню минут через двадцать.

– Я к твоим родителям не поеду. Ни за что.

Муж поджимает губы и качает головой. Мол, сама решай. Разворачивается и уходит.

А я прекрасно помню, как после свадьбы мы два года жили в квартире свёкров.

Квартира у них, конечно, большая, четырёхкомнатная. Свёкр уже на пенсии, но в своё время занимал высокую должность в городской администрации. Свекровь никогда не работала, обеспечивая уют. У неё в квартире идеальная чистота и обед из трёх блюд. И сама она всегда при параде и причёске.

Вот только на стороне у свёкра вторая семья, о существовании которой я узнала случайно. Секретарь свёкра тринадцать лет назад родила от него дочку. Лёша об этом давно знает и даже хорошо общается со сводной сестрой. Сама Лидия Михайловна находится в святом неведении. А я, когда узнала, даже не знала, как мне быть.

Лёша на мои вопросы просто пожал плечами. «И что такого?» – вот и весь ответ.

Жить в квартире свёкров было трудно. На кухне царила только Лидия Михайловна. Всё, что бы я ни приготовила, критиковалось. Зато если я переставала готовить ужин или обед, Лёше высказывалось, что я бездельница и нахлебница, которая даже вымыть посуду не может. Но трогать бесценный фарфоровый сервиз было строжайше запрещено. Не дай бог я разобью тарелку, когда буду мыть.

Я старалась угодить. Мне это никогда не удавалось. Старалась приходить пораньше, чтобы помочь свекрови, – это воспринималось в штыки. Задерживалась на работе – Лёше плешь проедали, что я карьеристка.

Но последней каплей, после которой я потребовала съехать хоть куда: хоть на съёмную квартиру, хоть на вокзал – было то, что свекровь, как оказалась, лазила по нашим вещам и высказала мне претензии по поводу моего кружевного и очень развратного белья.

Для меня это было потрясением, что взрослый человек копается в моих трусах.

Лёша на удивление быстро собрался и нашёл съёмную квартиру через знакомых на работе.

Лидия Михайловна была в ужасе, когда мы переезжали. Но тут вмешался свёкр, нас отпустили с миром и даже дали денег на ипотеку. Правда, с условием, что половину суммы я буду возвращать свёкрам ежемесячно с зарплаты.

Я согласилась, потому что иметь свою крышу над головой надёжнее, чем скитаться по съёмным квартирам.

Тогда-то мне и помогли средства от проданной тёткиной квартиры. Хотя моя мама очень была недовольна такими условиями.

– Что это за семья, где деньги в долг дают? – возмущалась она ещё очень долго.

– Обыкновенная и современная.

– Мы тоже обыкновенная семья. Но у нас квартира на троих приватизирована.

– Так вы её получали от работы. А тут люди свои деньги дают, – пыталась я донести до мамы. – Мам. Зато в договоре прописано, что мы с Лёшей равноправные хозяева квартиры. Я не какая-нибудь приживалка, понимаешь? Это же лучше, чем быть бесприданницей.

Но мама долго ещё не могла успокоиться. Хорошо, что со свёкрами мои родители особо не общались и не встречались. А то мама бы ещёе и в глаза Лидии Михайловне всё высказала.