Читать книгу Умолкшие - Эллисон Бреннан - Страница 7

Глава 4

Оглавление

Ноги Айви утопали в толстом золотистом ковре. Роскошный номер отеля странным образом напоминал ей цитату из Шекспира: «Все, что случилось с нами, лишь пролог»[4]. Она не хотела здесь оставаться, в этом слишком знакомом великолепии. Прошлое было живо, налито болезненным юмором; оно дразнило ее, напоминало, что побег невозможен. О том, что однажды она снова станет Ханной Эдмондс, стоящей вместе со старшей сестрой Наоми за спиной отца, с глазами, остекленевшими от наркотиков.

Наркотики притупляли боль и превращали ложь в правду.

Айви больше не была Ханной. Она не была и Наоми, добровольно закрывавшей глаза, чтобы не видеть правды. Она не отправит Сару обратно в красивый особняк, чтобы ей там промывали мозги, заставляя верить, что дочери-подростки рождены для того, чтобы удовлетворять сексуальные желания отца, что это нормально и богоугодно.

Доказательства? Посмотрите на дом! Посмотрите на парк! Разве дал бы Господь такое богатство и власть злому человеку? Конечно же нет!

– Айви?

Она услышала, как Джослин окликнула ее по имени, но не смогла ответить. Она никогда не была так слаба духом с того самого момента, как провела последний день с семьей. Она едва смогла покинуть гору. Она почти умоляла папочку простить ее, позволить служить ему, как подобает хорошей дочери. Страх перед неизвестным терзал ее, ужас перед тем, что находится за оградой их роскошной тюрьмы, уверенность в том, что там еще большее зло, чем ее отец. Он никогда не повышал голоса, никогда не бил ее, никогда не отказывал ей в пище или теплой постели. Когда-то она думала, что у него нимб вокруг головы. Теперь она знала, что это пламень ада.

– Ханна?

Айви повернулась к сестре, и весь ее гнев и боль обрушились на девочку.

– Никогда больше не называй меня так!

Из круглых глаз Сары хлынули слезы, и Айви тоже захотелось плакать. Не вышло. Вместо этого она прошептала:

– Пожалуйста.

Сара кивнула, но отвела взгляд и повернулась к Мэдди, которая обняла Сару за плечи и увела в соседнюю комнату. Сначала Айви оттолкнула от себя Мину, теперь вот Сару… Она теряла всех, кого обещала защитить. Она причиняла боль тем, кто ей был дороже всего. Что с нею не так? Она должна выбраться отсюда.

– Ты не могла бы нас отвезти куда-нибудь еще? – спросила Айви у Джослин.

– А в чем дело? – Социальная работница огляделась, явно не понимая, почему Айви так смущает этот красивый, благоустроенный номер. – Он великоват, но Крис знает управляющего, да и отель неприметный. Вы тут будете в безопасности.

Безопасных мест не бывает.

– Он слишком дорогой.

Джослин выдохнула.

– О деньгах не беспокойся, все оплачено.

Айви медленно обошла большую комнату, чтобы успокоиться. Джослин понимала, что привело девушку к занятию проституцией. Она не смотрела свысока на Айви и прочих, и, хотя Джослин не говорила этого напрямую, Айви подозревала, что и она когда-то побывала на улице. Что было еще важнее, Джослин не сдала ее копам за похищение ребенка. Она поверила, что Кёрк Эдмондс насиловал своих дочерей, и хотела, чтобы Айви сдала его полиции. «Чтобы отдать его под суд», – не раз говорила она. Но как могла Айви объяснить Джослин, что никто ей не поверит? Что, если отец хотя бы пять минут проведет с Сарой наедине, та ни слова против него не скажет? Когда Кёрк Эдмондс говорит, хочется верить каждому его слову. Ты захочешь поверить, что он прав, что он любит тебя и защитит. Он способен заставить любого поверить, что у него в руках ключи от рая, и если ты просто будешь делать то, что он скажет, ты спасешься. Он может заставить тебя почувствовать это и даже большее прямо перед тем, как выбить камень у тебя из-под ног. И твой мир рухнет.

Джослин села на диванчик и сказала:

– У меня есть план.

Айви смотрела в окно, но ничего не видела. Все, ради чего она трудилась последние шесть лет, погибло. У нее не осталось ничего, кроме четырнадцатилетней девочки, которую она должна защитить.

– Айви, сядь, пожалуйста.

Девушка подчинилась, глядя женщине прямо в глаза. Она уже знала, что Джослин не сможет решить их проблем. Но сейчас, на эти несколько дней, она была нужна Айви. А Айви умела лгать лучше многих. Главное – не разрывать визуальный контакт.

Джослин тридцать пять лет, это симпатичная женщина с бледной гладкой кожей, отчего смотрится моложе. Айви презирала добрых тетенек – они редко жили в реальном мире, – но Джослин была не такой. И то, что она помогла ей, когда им больше всего была нужна помощь, лишь делало тяжелее груз вины, что лежал на душе Айви.

Все хорошо, пока Сара в безопасности.

– Ты должна сообщить о поджоге, – сказала Джослин.

– Думаю, они уже знают, – отрезала Айви.

– Я слышала в новостях, что двое пожарных пострадали. У тебя есть информация, которая поможет им в расследовании!

– Что я видела кого-то в темноте? Да я даже не могу сказать, мужчина это был или женщина! Высокий там или толстый. Это вообще может быть игра моего воображения.

– Ты почувствовала запах спирта. Ты видела поджигателя. Огонь распространился очень быстро. Это был поджог. Кто-то пытался убить тебя, твою сестру, прочих девочек – неужели тебе все равно?

– Да! – Айви не хотела злиться на Джослин, но за последние восемь часов она дошла до предела. – Ты обещала, что если я когда-нибудь попрошу у тебя помощи, ты не пойдешь в полицию!

– Я не о полиции. Я поговорю с начальником пожарной команды, и он…

– Да какая разница! – Айви вскочила и начала расхаживать по комнате. – Они расскажут полиции, а я не могу… – Она осеклась. Этот разговор ни к чему не вел. – Не надо было мне обращаться к тебе.

– Я рада, что ты это сделала… Ладно, никаких копов, поняла.

– Правда?

Джослин кивнула. Лицо ее было искренним. Айви хотела ей верить, но сейчас она была на грани срыва.

– Они вас найдут, это вопрос времени, – сказала Джослин. – Ты не сможешь вечно прятать Сару.

– Я могу прятаться ровно столько, сколько потребуется, чтобы сочинить две новые личности.

Только у нее не было денег. Она снова опустилась в кресло и обхватила голову руками.

– Всё пропало, Джослин. Мой паспорт. Паспорт Сары. Деньги. Всё.

– Мы разберемся. Здесь вы в безопасности.

Айви не сумела даже изобразить улыбку. Она пошла в ванную, закрыла за собой дверь и заперлась. Ей нужно было побыть пять минут наедине с собой. Пять минут, чтобы подумать.

Проблема Джослин была в том, что она доверяла системе, а Айви знала, что система была гнилой. Но у Айви все равно не имелось денег, и ей нужно было место для перегруппировки сил.

Прятаться на виду – неплохая идея. Если они не будут выходить из номера, никто и никогда их не найдет. Им надо побыть на этой конспиративной квартире хотя бы пару дней. Она обзвонит остальных девочек и назначит им встречу здесь как можно скорее. Но Айви знала, что она не может бесконечно рассчитывать на Джослин. Номер стоил почти двести баксов за ночь, и хотя Джослин хотела им помочь, Айви не была так уверена в том, что ее муж будет на их стороне, когда узнает всю правду, а Джослин ясно дала понять, что собирается рассказать ему все. Она клялась, что Крису Тейлору можно доверять. Но одно дело – помогать жене выручать уличных проституток, и совсем другое – быть замешанным в киднеппинге.

Сначала Айви набрала номер Керри. Никакого ответа и никакой возможности оставить сообщение на одноразовом телефоне. Она сбросила звонок и позвонила Николь.

– Да? – ответила та.

– Это я. Ты в порядке? Как Мина?

– Сидим в дыре.

– Я нашла место для нас. По крайней мере, на пару суток.

– Неужели?

– Достаточно, чтобы решить, что делать дальше.

– Черт, Айви, мы всё потеряли! Единственное, что осталось, – идти на улицу.

– Дай мне пару дней на подумать, ладно?

– Где ты?

– В отеле «Потомак».

– Ни хрена себе, Айви! Ты рискуешь напороться на половину мужиков, которых ты кинула!

– Когда доберешься, дай мне знать, и я впущу тебя через боковую дверь. – Она не давала Николь шанса спорить, а продолжала говорить. – Дай мне поговорить с Миной.

– Она только глянула на эту дыру – и ударилась в слезы. Кроме того, она слишком светится в здешнем окружении. Потому я отвела ее к Марти. Ты сказала, что ей можно доверять.

Почему Айви не подумала о Марти? Та могла бы забрать их всех без вопросов. Только вот они не могли все у нее оставаться. Слишком маленькая квартирка, слишком много людей приходят и уходят. Но пока Мина будет в безопасности.

– Спасибо. Ты-то как там?

– Я в своем гнездышке. Я знаю это место лучше других, все входы и выходы.

– Будь осторожна.

Айви снова попыталась дозвониться до Керри. Опять нет ответа.

Джослин постучала в дверь.

– Ты в порядке?

Айви открыла дверь.

– Я звоню девочкам. Мне будет лучше, если мы будем вместе.

Джослин кивнула.

– Я всех вас устрою. Проголодаешься – вызови доставку в номер. Я схожу по магазинам. Тебе что-нибудь нужно?

– Одежду, самую обычную. Туалетные принадлежности… может, колоду карт, чтобы не дать Саре свихнуться. Чтобы она хоть чем-то занялась. – «И канадский паспорт», – хотелось добавить ей.

– Не проблема. – Джослин пожала ей руку. – Всё будет хорошо, Айви. Мы всё решим вместе.

Ну конечно, жди.

Девушка задвинула задвижку, как только Джослин ушла, затем легла на двуспальную кровать и закрыла глаза.

Пять минут просто ничего не делать.

Айви встретилась с Джослин больше года назад. Тогда Мэдди, которая годами боролась со своей наркотической зависимостью, снова сорвалась, когда один из ее клиентов подсыпал ей дряни в выпивку. Крошечная доза – и она сорвалась, и поскольку ее переносимость уже была ни к черту, у нее оказался передоз. Айви, боясь, что Мэдди умрет, срочно отвезла ее в больницу. Она ненавидела бумажки, санитарок, всех, кто совал нос в их дела, и расходы, но жизнь Мэдди была под угрозой.

* * *

– Ты меня помнишь? – Джослин Тейлор села рядом с Айви в приемном покое. Девушка была в жутком виде – ее волосы и одежда до сих пор воняли блевотиной Мэдди, хотя она отполоскала футболку в раковине в туалетной комнате.

Айви не хотела иметь дела с социальной работницей. Та задавала слишком много вопросов, и она не доверяла ей. Ее девочки не могли вернуться домой, и в тюрьму они тоже не пойдут. Она найдет другой способ забрать их с улицы, но система подводила слишком многих из них, и слишком часто. Потерянные, брошенные девочки. Айви не была бы против щепотки эльфийской пыльцы, если б прямо сейчас можно было бы попасть в Гдетотам[5].

– Мне кажется, мы не с того начали.

– Уходи.

Впервые они встретились, когда Айви пыталась помогать одной беглянке. Саму Айви загнал в угол сутенер с ножом, который был готов пустить его в ход, чтобы заставить девочек продолжать работать на него.

Джослин делала свое дело, и Айви понимала, кто она – социальный работник, пытавшийся помогать несовершеннолетним проституткам, – но они ни разу не разговаривали. Однако, когда Айви оказалась под угрозой, Джослин пришла ей на помощь. Она въехала на машине между сутенером и Айви, и та прыгнула в машину, таща за собой девочку.

Они потом не разговаривали об этом, но Айви присматривалась к Джослин и отправила к ней несколько других девочек, попавших в трудное положение, – тех, с сутенерами которых Айви связываться не хотела.

А затем появилась Эми Карсон, беглянка, которую Айви привела в дом на Хоторн-стрит. Эми была злой, ожесточенной и перепуганной, и когда Айви не было рядом, чтобы напоминать ей, откуда та ее вытащила, Эми возвращалась тусить со своими так называемыми друзьями. Немудрено, что эта въедливая соцработница нашла ее. Эми дала Джослин номер подруги, и с тех пор Айви не могла отвязаться от этой женщины.

– Я не та, кем ты меня считаешь, – сказала Джослин.

– Мне плевать, кто ты.

– Я не работаю на правительство. Я не работаю на округ. Я работаю на Общество помощи детям, попавшим в беду.

– Я не ребенок.

– Как ты во все это вляпалась, Айви? Из-за приятеля? Родственника? Ты умная девочка, и я могу помочь тебе выбраться.

Джослин не знала, насколько близка она к правде. Но Айви не хотела говорить ни с кем о том, как она стала торговать сексом.

– У меня есть план, и ты в него не вписана. Уходи.

Джослин несколько минут ничего не говорила, но и не ушла. Ее присутствие и успокаивало, и раздражало. Всякий раз, как Айви ее отталкивала, она оставалась на месте. Девушка не могла разозлить ее, хотя и не раз пыталась.

– Мать Эми хочет поговорить с нею.

Конечно, порядок есть порядок.

– Что ты будешь делать, если Эми не захочет говорить с матерью? Сдашь меня копам? Вот и все доверие…

Айви не хотела отвечать за Эми. Айви хотела, чтобы та поехала домой, но эта девушка жила на улице уже шесть месяцев. Когда Айви нашла ее, она выглядела на пять лет старше своего возраста и трахалась за двадцать баксов с клиента. Она не была уличным ребенком. Ее сманил трепливый бойфренд в самое хреновое время в ее жизни, и когда он бросил ее, у нее не осталось ни денег, ни самоуважения.

Айви не хотела в тюрьму. Она пыталась забыть, что Джослин однажды взяла ее на поруки, не задавая вопросов. Она не знала, почему эта соцработница, на кого бы там она ни работала, хотела помочь ей. По опыту Айви, никто никогда не помогал никому просто так. Но если б копы узнали, что она руководит сетью проституток, ее посадили бы. Копам было бы плевать, что она запрещала младшим девочкам вроде Эми и Мины заниматься проституцией. Если б Айви попала в тюрьму, то никогда не смогла бы спасти Сару, а рисковать сестрой она не собиралась. До четырнадцатилетия Сары оставалась всего пара месяцев. Айви не могла дать – и никогда не даст – ей пропасть.

– Уйди с глаз долой. – Она попыталась встать, но Джослин положила руку ей на плечо.

– Я была там же, где и ты, – спокойно сказала женщина. – И выбралась, когда была готова. Я смогу вытащить Эми. Поверь мне.

– Ты не знаешь меня и не знаешь Эми.

Джослин дала Айви свою визитку.

– Это мой телефон. Позвони, когда Эми будет готова, и я отвезу ее домой. Работа у меня такая – воссоединять семьи.

Айви уставилась на карточку. ОПДБ. Она сердито посмотрела на Джослин.

– А что, если ее семья еще хуже? И ты снова бросишь Эми в львиный ров, как Даниила, только ее никто не спасет!

Бог забыл о Своем народе. Или Ему было все равно.

– Если в семье нездоровая обстановка, у меня есть место для таких девочек, как Эми. Но ты знаешь, что мать Эми – не чудовище. Если б я не верила в это всем сердцем, если б нутром не чувствовала, что в этом доме для нее безопасно, не знала, что ее мать все простила, я бы никогда не вернула Эми. – Джослин помолчала. – Можешь поехать со мной, сама посмотришь.

– Просто уходи. Пожалуйста.

Джослин постучала по визитке, которую Айви крепко сжимала в кулаке.

– Ты делаешь правильное дело. – Она было ушла, затем обернулась и сказала: – Я заплачу за лечение Мэдди. С нею все будет хорошо. Я даже могу найти место для нее.

– Ей двадцать один год.

Как раз это и пугало Айви. Что будет, когда потерянные девочки достигнут совершеннолетия? Когда будет меньше шансов на спасение? Может ли у них быть шанс на настоящее будущее, когда их постоянно настигает прошлое?

– Это не имеет значения. Назовем ее вставшей на путь исправления, за неимением лучшего слова. Она сможет поступить в колледж, найти какой-то заработок. Ты тоже сможешь.

Айви закатила глаза.

– Я хочу, чтобы меня просто оставили в покое.

– Не хочешь.

Затем она пошла прочь.

* * *

Она позвонила Джослин лишь две недели спустя, после того, как Эми удрала к новому бойфренду.

Айви видела, что она возвращается на прежний саморазрушительный путь, поскольку не могла загнать ее в школу. Она не имела настоящей власти над Эми. Та знала, что Айви никогда не выгонит ее из дому и не сдаст полиции, так что угрозы не работали. Родитель должен быть готов пройти через все это. Но Айви не была ей матерью. Она была двадцатилетней девушкой, которая жила самостоятельно с того же возраста, что и Эми.

Джослин устроила звонок матери Эми, без всяких условий. Душераздирающие эмоции матери были понятны даже по телефону.

– Эми, я так тебя люблю! Мне не хватает тебя. Тайлеру не хватает тебя. Пожалуйста, возвращайся домой. Прости, я не понимала, как тебе было больно, когда умер твой папа. Я была эгоисткой, я думала только о своем горе, что только я могу так тосковать по нему. Я была не права.

Через два дня Айви позволила Джослин забрать Эми. Она решила не ехать с ней. Она не хотела да и не должна была ехать. Но она услышала правду в голосе матери – Эми была в безопасности, и ее любили. А это все, что нужно любому – ребенку или взрослому.

* * *

Айви проверила Мэдди и Сару – обе спали. Она снова попыталась дозвониться до Керри, но телефон по-прежнему не отвечал. Почему Керри не выходит на связь? Где она? Почему не отвечает?

Айви хотелось поговорить с кем-нибудь, кому она доверяла бы. Керри, как и Айви, пошла бы на все, чтобы защитить сестру. Может, она выбросила телефон, опасаясь, что ее как-то отследят… Но разве она не дала бы Айви знать, что завела новый телефон?

Пока она думала о Керри, зазвонил телефон, и Айви бросилась к нему. И чуть было не ответила, но увидела номер. Она узнала его – это был не номер Керри.

Она отключила телефон.

Насколько Айви понимала, человек, известный ей как Сержио, тем утром пытался убить их. Или попытался бы, если б узнал, что и его деньги, и диски, за которые он заплатил, погибли во время пожара.

4

У. Шекспир. «Буря», пер. М. Донского.

5

Гдетотам (Нетландия, Неверленд, Небыляндия, Нетинебудет) – сказочная страна из книг Дж. Барри о Питере Пэне, который научился летать при помощи эльфийской, или фейной, пыльцы.

Умолкшие

Подняться наверх