Читать книгу Умолкшие - Эллисон Бреннан - Страница 8

Глава 5

Оглавление

Венди Джеймс жила в маленьком, но дорогом кондоминиуме на краю того самого парка, в котором ее убили.

Сначала квартиру осмотрели Ной и два местных копа, затем в безупречные двухкомнатные апартаменты вошла Люси. Жалюзи были опущены, Армстронг поднял их и впустил яркий утренний свет. На рассвете вид на город отсюда, наверное, захватывающий, подумала Люси, хотя целая стена окон заставляла ее чувствовать себя неуютно. Отсюда по прямой были видны многочисленные офисные здания. Через бинокль или хороший объектив можно было заглянуть внутрь.

Из гостиной можно было попасть через раздвижную стеклянную дверь в небольшой дворик-патио. Там не было деревьев – только маленький чугунный столик и два таких же стула.

К Люси с громким мяуканьем бросился белый кот с оранжевыми пятнами и начал тереться об ее ноги. Кинкейд села на корточки, чтобы почесать его.

– Наверняка голодный, – сказала она.

– Я не думал, что ты кошатница.

– У меня никогда не было кошек – у папы на них аллергия. Надо отдать его какому-нибудь соседу, чтобы тот позаботился о нем, пока мы не найдем семью Венди.

– Компьютерщик проверяет ее жесткий диск, и Стейн едет сюда.

– Думаете, Слейтер прав? – спросила Люси. – Он заберет это дело потому, что оно громкое?

Ной посмотрел на нее странным взглядом.

– Полагаю, мне не стоит удивляться, что ты не в курсе офисных интриг.

– Я думала, что мне следует вести себя тихо, с учетом моего необычного положения.

– Стейн умный парень, но Слейтер прав. Ты ведь сфотографировала тело телефоном, верно?

– Да. Я понимаю, что судебный фотограф сделает снимки получше, но мне они нужны просто для справки.

– Не проблема. Дай-ка мне твой телефон…

Люси не понимала, к чему клонит Армстронг. Он просмотрел несколько десятков ее снимков, затем улыбнулся.

– Великолепно.

Ной рассматривал снимок с крупным планом руки жертвы, обглоданной собаками. Кинкейд верила, что у него есть план, поскольку ей не хотелось отдавать это дело. Остальные же просто хотели расследовать убийство. Оба – и Ной, и Мэтт Слейтер – были в своем деле специалистами. Но Люси была интересна сама Венди Джеймс. Эта двадцатипятилетняя блондинка сделала несколько ошибок, и, к сожалению, жители этого города скорее запомнят саму интригу, чем погибшую молодую девушку. Все будут говорить о конгрессмене Кроули – как это убийство отразится на его карьере, что подумала его жена, подаст ли он в отставку, пойдет ли снова на выборы и использует ли его оппонент эту любовную связь и убийство против него… А что, если Кроули виновен не только в супружеской измене?

Люси медленно обходила квартиру, пока Ной разговаривал с компьютерщиком. Стекло было повсюду – круглый стеклянный обеденный стол с декоративными цветами в центре, стеклянные столы в гостиной… Бледно-серый ковер. Такой минимализм мог бы сгодиться для комнаты отеля, сочетаясь с приглушенными тонами. Единственную яркость вносили солнце и кроваво-красные диванные подушки, разложенные по углам кушетки.

В квартире было две большие комнаты – гостиная, совмещенная со столовой, и спальня. Здесь имелись маленькая кухня, дополнительные шкафы и на удивление большая для такой квартиры ванная. В спальне не было личных фотографий. На книжной полке стояли популярные романы в твердой обложке, которые вряд ли хоть раз раскрывали. Даже в ванной, где большинство женщин держат косметику и туалетные принадлежности на столике, на первый взгляд почти ничего не было.

– Она вообще тут жила? – удивилась Люси.

Ной опять огляделся.

– Да.

– Негусто. Личных вещей нет.

– Минималистка. Я живу в своей квартире почти четыре года, и выглядит она почти так же.

– Потому что ты работаешь двадцать четыре часа в сутки.

– Или просто люблю порядок.

Люси надела перчатки и открыла аптечный шкафчик. Нашла два рецепта – один на противозачаточные таблетки, другой на валиум. Валиум был куплен две недели назад, но при поверхностном осмотре Люси увидела, что были использованы одна или две таблетки. Противозачаточные таблетки были на полугодовой курс. Коробка стояла в ящике. Таблеток оставалось на два месяца.

Венди держала свою богатую подборку декоративной косметики в двух ящичках. Все было разложено по порядку – каждый тип косметики в своем отделении: тени для век, помада, кисти, тушь. В косметичке в нижнем ящике имелся полный, но минимальный набор косметики.

Рулоны туалетной бумаги аккуратно сложены под ванной. Предметы женской гигиены лежат в разных отделениях. Никаких посторонних коробочек. В каждом ящике все четко структурировано. Шампунь, кондиционер, мыло расставлены в душевой этикетками наружу, абсолютно симметрично.

– Прямо-таки аккуратистка, – сказала себе под нос Люси. Она и сама не была неряхой, как ее сестра Карина, но не выстраивала свое личное пространство настолько аккуратно. Ей требовался небольшой беспорядок. Жизнь в такой обстановке бесила бы ее, как и жизнь в хаосе.

– Ты что-то сказала? – спросил Ной, входя в ванную.

– Мне кажется, что я чуть лучше понимаю жертву, – Люси указала на кое-какие черты характера. – Мелочна до стадии социопатии.

– Социопатии? – спросил Ной.

– Расстройство. Не безумие или психоз, но определенные неврозы у нее были.

– Мне это нравится.

– Ты тоже так аккуратно все раскладываешь по ящичкам? – Кинкейд выдвинула ящик.

– Нет, это чересчур даже для военного вроде меня.

– В компьютере что-нибудь нашлось? – спросила Люси, входя в спальню.

– Пока нет. Мы не можем найти ее сотовый, и городского телефона у нее нет. В шкафу висит сумочка вместе с кошельком, но водительского удостоверения нет. Ее машина – «Камаро» последней модификации – стоит в гараже. Ключи, которые мы нашли на месте преступления, – от машины и квартиры.

– Удостоверения личности на теле не нашли, верно?

– Пока ничего подобного.

– Я всегда беру с собой удостоверение и телефон на пробежку.

– Единственное, что нашли оперативники, – маленький газовый баллончик и ключи. Могли выпасть у нее из кармана во время нападения.

– Или она пыталась отбиваться, но не смогла достаточно быстро достать баллончик.

Баллончик – отличное средство, но только при должной сноровке. Потенциальной жертве нужно не только уметь эффективно его использовать, но также обладать навыками самообороны, чтобы лучше отслеживать окружение и потенциальную угрозу. Люси, которая всегда была настороже, порой во время пробежки корила себя за самоуверенность. Ритм ровного бега так легко убаюкивает…

– Не похоже это на разбой, – сказал Ной.

– Вы нашли что-нибудь в ящиках или шкафу?

Ной отвел взгляд, и Люси уловила легкую напряженность. Она посмотрела на него, подняв брови.

– Одежда, личные вещи. В шкафу был небольшой чемодан, набитый всякими вибраторами.

Люси не сразу поняла, что имеет в виду Армстронг.

– В смысле – сексуальные игрушки?

Он кивнул.

– Почему ты изображаешь удивление? – Кинкейд надеялась, что он деликатничает не из-за нее. – Венди Джеймс была привлекательной двадцатилетней женщиной и имела любовные связи. Резонно предположить, что у нее была активная сексуальная жизнь.

Она вышла из спальни, осознав, что ей как-то неуютно разговаривать о сексуальных игрушках с Ноем. Об убийствах, изнасилованиях, вскрытиях, психологии – без проблем. Но Люси не умела отпускать шуточки по поводу секса, как многие копы. Она винила в этом свое прошлое и желала просто быть нормальной. Или хотя бы вести себя нормально. Делать вид, что она такая же, как все.

Но она не была такой, как все. Кроме того, что Люси имела куда меньше опыта в расследовании убийств, чем Ной или Слейтер, она рассматривала место преступления совсем не так, как большинство. Армстронг методически прочесывал территорию и оценивал все, что видел, но Люси представляла себе, как тут жила Венди. Если она тут действительно жила.

Конечно, жила. У нее же тут кот. Косметика. Лекарства.

Кинкейд вспомнила то, что сказала Ною. Когда он заметил, что эта квартира похожа на его дом, она обронила, что это потому, что Ной так много работает…

Она обернулась и чуть не налетела на Армстронга.

– Извини.

– Что ты ищешь?

Сосредоточенно нахмурившись, Люси просмотрела все ящики в шкафу, все предметы одежды. Все чемоданы. Она вернулась в ванную и снова проверила все ящички.

– Сколько продолжался ее роман с Кроули?

– Судя по сообщениям прессы, чуть больше года.

– И он никогда тут не бывал?

– Понятия не имею, – ответил Ной. – Они могли шариться по отелям.

– Но ведь его скорее узнали бы в здешних отелях, не так ли?

– К чему ты клонишь?

– Она тут и есть, и нет. Она не работает тут, не приводит сюда мужчин – в ее спальне, шкафу, ванной нет ничего мужского. Забытого шампуня, носков, галстука…

– Ты же сама сказала, что она аккуратистка.

Люси не поняла, что Ной слышал, как она говорит сама с собой.

– Да… но снимки? Их нет! И никаких сувениров! Как долго она тут жила?

– Управляющий сейчас шерстит ее записи и пленки с камер.

Они вернулись в гостиную. Там, поджав губы, уже стоял Джош Стейн.

– Слейтер сказал вам, что я приеду? Вы уже покончили с осмотром? Это мое дело. – Он бросил взгляд на Люси, но обратился к Армстронгу. – Думаю, вы не понимаете, насколько щекотливо наше незаконченное расследование.

Стоявший рядом с Люси Ной выпрямился, от него просто пошла волна напряженности, но внешней перемены в нем она почти не заметила. Он поднял руки ладонями вверх.

– Оно твое, конечно. Слейтер позвонил в техотдел, чтобы те занялись компьютером; нам нужно было только опечатать квартиру да сделать поверхностный осмотр.

Похоже, Стейна раздражало, что Ной с ним не спорит.

– Нашли что-нибудь?

– Она хорошая домохозяйка и любит сексуальные игрушки, – криво усмехнулся Армстронг. Люси никогда не видела, как он шутит, но в глазах его усмешки не заметила. Однако Джош Стейн не заметил вообще ничего.

– Чего еще ожидать от такой, как она. – Он хмыкнул и оглядел большую гостиную.

– С… – Люси, разозлившись, шагнула было вперед, но Ной встал впереди нее и немедленно заставил замолчать.

– Кинкейд, – резко сказал он, – найди соседа, который позаботится о ее коте.

Она проглотила свою злость и вышла, не обронив ни слова. Постояла в прихожей, чтобы успокоиться. Такой, как она? В любовной связи замешаны двое. Для сексуальных игр тоже нужны двое. Почему тогда винят во всем женщину? Алан Кроули точно так же виноват в интрижке, и только он отвечает за ту ложь, которой пытался ее прикрыть. Стал бы Джош Стейн острить по поводу Кроули, если б жертвой был он? И первым начал Ной…

Я разберусь со Стейном.

Люси глубоко вздохнула, задержала дыхание и медленно выдохнула. Ной никогда не бывал груб; видимо, это часть его плана. Если Стейн отодвинет их в сторону, дело сведется лишь к политической коррупции, и все забудут о жестоком убийстве двадцатипятилетней секретарши.

Люси стучала во все двери на этаже Венди, но никто не отвечал – обычное дело для позднего утра в будний день. Тогда она спустилась к охране, чтобы узнать, не приютят ли те кота, пока кто-нибудь из родственников не приедет забрать имущество погибшей. Кинкейд сунула руку в карман, чтобы послать сообщение Ною, но обнаружила, что телефон остался у него.

– Агент… – окликнула Люси управляющая домом, шестидесятилетняя женщина с седыми волосами и пронзительными синими глазами.

– Люси Кинкейд. – Та протянула руку.

– Бетти Дэйр. – Управляющая передала ей пленку и папку. – Здесь информация, которую запрашивал ваш напарник.

– Спасибо, миссис Дэйр. Вы не могли бы позаботиться о коте мисс Джеймс, пока не приедет ее семья?

– Мне жаль, но у меня собака, которая терпеть не может кошек. Я могу обзвонить жильцов, но большинство народу работает весь день. Треть наших квартир вообще используется не все время.

– Это ведь кондоминиум, верно?

– Почти половина квартир в собственности. Управляющая компания не позволяет субаренды или сдачи внаем, кроме как через них.

– Мисс Джеймс была собственницей?

Миссис Дэйр кивнула и жестом показала на папку в руках Люси.

– Купила два года назад. Жалоб на нее не было.

– Вы хорошо ее знали?

– Здоровались, но я редко ее видела. Большинство жильцов приходят ко мне, только когда у них есть проблемы.

– А у мисс Джеймс не было проблем?

– Никогда.

– Это ведь охраняемое здание, верно?

– Абсолютно. У нас камеры в подъезде, над каждым входом, в подземном гараже. Двери подъезда закрыты с девяти вечера до пяти утра. У каждого жильца карточка для входа в дом и гараж.

– Вы сделали распечатку для карточки мисс Джеймс?

– Боюсь, нет. Минуточку…

Люси подождала, и через пять минут миссис Дэйр передала ей распечатку. Та оказалась на удивление толстой. Люси просмотрела ее. Венди в большинстве случаев не приезжала домой раньше двух часов ночи. Данных, когда она выезжала из гаража, не было, – только о возвращении.

– Большое спасибо.

– Если что-то еще понадобится – дайте знать. Я в курсе, что говорят о ней в прессе. Бедняжка… Но, насколько я знаю, она была вежливой, спокойной и доброй. В прошлое Рождество напекла для меня печенья. Очень милая. Мало кто из нынешней молодежи делает это, понимаете ли…

Люси вернулась наверх. Она вошла в дом, ее тут же перехватил Ной.

– Есть хорошая новость, и есть плохая, – сказал он. – Дело веду я, но тихо. Официально главный Стейн, я отчитываюсь перед ним и Слейтером. Но всё на нашу ответственность. Он не собирается вставлять нам палки в колеса, но будет присутствовать на допросах работодателей и коллег жертвы.

– Как тебе это удалось?

Ной сунул руку в карман и протянул Люси ее телефон. Подмигнул – в глазах его сверкнула редкая искорка.

– Твои снимки очень пригодились. – Затем он снова стал серьезным. – Следи за собой. Может, он и говнюк, но когда доходит до экономических преступлений – один из лучших. У него интуиция вроде твоей, только в другой области.

– Я поняла. – Кинкейд передала ему папку. – Я не смогла найти приют для кота.

– Сдается, ты ему понравилась… Почему бы тебе не взять его к себе?

– Я не могу.

– Почему?

Люси никогда не думала о том, чтобы завести себе питомца, поскольку была слишком занята.

– Ну, наверное… на время.

– Мы заберем его, когда допросим ее работодателя.

Кот. Надо будет предупредить брата и невестку, с которыми она жила. Или лучше сразу просить прощения, а не разрешения.

Умолкшие

Подняться наверх