Читать книгу Имя ей Джэнан - Эльвира Дель'Искандер - Страница 8

Через две с половиной недели я вернулась к групповым занятиям по танцам. Казалось бы, ничего не поменялось, тренер по-прежнему не обращал на меня внимания, все свое время уделяя другим ученицам, однако, если присмотреться, кое-что все же изменилось. Отношение ко мне девушек-трейни. Если в день знакомства со мной они демонстрировали любопытство, то теперь источали неприязнь.

Что им обо мне рассказали?

Мне не было до этого дела, их антипатия – меньшая из моих проблем. Я все еще считала, что тренер ко мне предвзят. А хотелось бы, чтобы мне уделяли чуточку больше внимания.

Я поговорила об этом с менеджером Кимом. Он огорчился и сказал, что поменять учителя будет непросто. Выделять мне одной персонального хореографа никто не будет, тем более, когда в качестве аргументов столь размытые формулировки вроде «я ему не нравлюсь». Все же работу свою он выполняет: согласно ежемесячному тестированию, ученицы демонстрируют прогресс. Персональная помощь – штука сложноизмеримая, никто не считает, кому и сколько раз тренер указал на ошибки. Нравится мне это или нет, преподавателей здесь не выбирают. А ногу я подвернула сама, это не причина для смены наставника.

Оставалось учиться на примере остальных. Я понимала, что за месяц не стану крутой танцовщицей, но я должна была выложиться на максимум своих возможностей. Моя цель, приведя себя в форму, показать себя так, чтобы у жюри осталось как можно меньше вопросов к моим навыкам. А еще чтобы не было стыдно.

Подумав, я пошла к человеку, который, как я надеялась, сможет мне помочь.

Кан Мину как обычно занимался в зале, но в этот раз не один, а с подтанцовкой. Время от времени он участвовал в рекламных съемках и посещал еженедельные телешоу, но, как верно заметила Дая, подобных съемок становилось меньше. Без сильного хита или громкого скандала, айдол был интересен лишь для второсортных программ и мелких рекламодателей. В громких скандалах он не участвовал, а что касается хита… на мой вкус, его песни очень даже хороши, но вот что-то у него не клеилось.

Подождав перерыва, я привлекла к себе внимание парня, и он подошел ко мне:

– Суен, не думал увидеть тебя так скоро.

«Я тоже не думала, что заявлюсь к тебе, но жизнь непредсказуема».

Не став ходить вокруг да около, я выложила, зачем пришла:

– Научи меня танцевать.

У Мину были мягкие черты лица, светлая кожа и каштановые волосы. Брови оттенком темнее обрамляли красивые глаза с двойным веком. И одна из этих бровей после моих слов взметнулась вверх.

– Я буду участвовать в кастинге в новую группу. У меня мало времени, и самостоятельно я вряд ли придумаю что-то толковое. Помоги… пожалуйста.

Мне все еще требовалось подготовить танцевальный номер. Если когда-то в прошлом меня и посещала дурная мысль попросить помощи у тренера по танцам, то лишь до момента нашего знакомства. Мысль улетучилась после первого занятия.

Мину был сильно удивлен. Изумление не сходило с лица даже когда он ответил «Ладно». Могло показаться, что он не понимал на что соглашался, однако следующие его слова были сказаны весьма убедительно:

– Приходи сюда после четырех. Я буду тебя ждать.

Я так и сделала, пришла после четырех. И начались совместные тренировки.

– Не переживай, я не помогаю в ущерб себе, у меня есть свободное время. А еще я действительно хорошо танцую, так что ты не пожалеешь, что обратилась ко мне.

Мне хотелось сказать, что он не должен передо мной оправдываться. Я проработала с ним недолго, но этих дней хватило, чтобы понять, насколько он хорош. Он учился у известного танцора, в окружении шутили, что танцует Мину не хуже Майкла Джексона. Вот только такого же успеха достичь не удалось, так как он не Майкл Джексон.

Подумав, что мои слова могут его оскорбить, я промолчала.

Занятие проходило легко. Связки движений рождались у Мину на ходу, и он накладывал их на разные музыкальные композиции, чтобы показать, что можно сделать их универсальными.

– Организаторы кастинга могут запретить включать свою композицию. В этом случае не теряйся. Просто расслабься и используй движения так, как велит душа. Ты смышленая, у тебя получится.

«Как велит душа». Такое мог сказать лишь настоящий музыкант. Моя душа пока втиснута в рамки, и ей сложно проявить себя.

Несмотря на это мне нравилось танцевать с Мину. Либо Мину был талантливым учителем, либо я способным учеником, но работа приносила удовольствие.

В какой-то момент обучение перешло в дурачества. В этот раз Мину включил песню своего исполнения. До этого он показывал движения, и я за ним повторяла, но теперь велел поэкспериментировать и выдать что-нибудь самой. А сам схватил телефон и начал записывать, как я танцую.

Не знаю, что ударило мне в голову в следующий момент, но внезапно, преисполнившись вдохновением, я показала за раз совершенно рандомные движения. Получилось смешно и прикольно. Мину в кадре не появлялся, однако его хохот, отражаясь от стен, резонировал с музыкой в кадре.

– Это было лучшее выступление, которое я видел! – сквозь дикий смех восхищался Мину.

Я была скромнее в своих оценках: это смотрелось странно, но энергично.

– Выложу у себя в соцсетях, – он продолжал копаться в своем телефоне. – Ты не против?

– Делай что хочешь.

Это был короткий двадцатисекундный ролик. Никто не возлагал на него ожиданий. Танцевальные шортсы Мину выкладывал каждый день. Поэтому, когда ролик взлетел в топы просмотров и превратился в вирусный, это изумило многих. И изменило жизнь Мину.

***

Кан Мину был не самым востребованным айдолом, однако имел свою преданную аудиторию. Его фанатам так понравился ролик, что они начали его репостить, и это породило цепную реакцию. В скором времени интерес вышел за пределы аудитории айдола: ролик смотрели и рекомендовали друзьям пользователи, которые впервые услышали о Мину. Для них он был не певцом, а обычным блогером, создавшим контент.

Песня Мину, под которую я танцевала, возбудила интерес людей, что удивительным образом отразилось на ее продажах. Пока одна часть аудитории, незнакомая с творчеством айдола, выясняла, чья это песня, чтобы скачать ее в дальнейшем, другая половина интересовалась девушкой, исполнившей вирусный танец.

Без преувеличения будет сказано, что я стала лицом его успеха. Когда же поклонники прознали, что я – бывший ассистент Мину, их любовь к нему возросла в разы. «Какой же он добрый и прекрасный, раз дружит со своим персоналом» – их умилял наш творческий союз. Мину рассказывал, что поклонники искала мои соцсети, но я их не вела, даже не регистрировалась в них, так что в поисках смысла не было. О чем я не преминула ему сообщить.

– Жалко. Это прекрасный шанс за короткое время нарастить аудиторию в соцсетях. Может, заведешь? – Мину шел рядом, безотрывно наблюдая за ростом просмотров в телефоне. Прошла неделя, а ролик не терял своей актуальности, просмотры продолжали расти. За это время ему поступило несколько выгодных рекламных предложений. Помимо этого его приглашали выступать с треком из шортса на известных телевизионных шоу.

– Вряд ли. Мне не до этого.

– Эх, ты многое теряешь… Это мой самый популярный ролик!

Его радость была прервана внезапно распахнувшейся перед нами дверью. Пришлось притормозить, выпуская из кабинета человека. Молодой мужчина посмотрел на нас: сперва на Мину, затем на меня, и улыбка неспешно покинула его физиономию.

«Чон Гихо. Вот это встреча. Не ожидала встретиться с тобой сейчас».

Я полагала, что увижусь с ним на прослушивании, не раньше. Я искренне этого желала. Так у него было бы меньше времени мне навредить. Однако жизнь распорядилась иначе.

Следовало признать, что он похорошел. Гихо всегда был привлекательным парнем, но теперь его образ наполнился лоском. Окрашивание в модной технике, стильная прическа по косому пробору, смазливое лицо. Дополнял красивую картинку модный костюм с укороченными, приталенными брюками.

Однако я смотрела только на глаза.

«Ты встретился с темным прошлым, которое отчаянно пытался забыть, скрыть за брендовой одеждой и фальшивой улыбкой. Каково тебе сейчас?»

Я наслаждалась этим мгновением, ради него я жила. Моментом, когда небо обрушилось ему на голову, и он не знал, как поступить. Думаю, он решил, что я ему привиделась.

Он помнил меня, я поняла это сразу. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами и хаотично пытался понять, что происходит. Я ли это? Как здесь оказалась? Для чего, зачем пришла? Наша встреча случайна или я явилась ему навредить?

Ублюдок был не далек от истины.

В поисках ответов на свои вопросы он перевел глаза с меня на Мину.

– Заместитель руководителя Чон, как поживаете? – добродушно поприветствовал его Мину.

– Мину, как дела? – смахнув растерянность, улыбнулся Гихо. – Как продвигается запись альбома?

– Спасибо, все хорошо. – Взглянув на меня, Мину произнес: – Не знаю знакомы ли вы, это Сон Суен, наш новый стажер.

Где бы я познакомилась с заместителем руководителя Чон, будучи рядовым помощником, работающим по временному контракту? Нельзя сказать, что шансы нулевые, но почти ничтожны. Плюс десять очков Мину за навыки дипломатии.

– Представляете, раньше Суен была помощником моего стилиста, а теперь стала трейни. И такое бывает! Если кому-то суждено, он обязательно отыщет путь к своей мечте.

Наивный Мину продолжал тараторить: он тоже уважал Гихо.

– Надо же… Какая удача, – острый взгляд обжигал мою кожу. – Подписали контракт? – Гихо обратился ко мне. Он уже вернул былое хладнокровие и натянул на лицо улыбку.

– Ага. – Я не стану говорить, что он на месяц.

– Действительно. Желающий найдет дорогу. На что только нынче не идут мечтающие о славе.

Намекает на то, что я лезу из кожи вон, только бы добиться популярности? Полагаю, он судит по себе.

– Разумеется, я не про вас, Сон Суен, – поспешно поправил себя Гихо. – За эти годы я такого навидался, что уже ничему не удивляюсь. Просто вспомнил.

– А! – показательно «понял» шутку Мину. А то мы тут оба прифигели.

Знал ли он, в каком убежище меня держали? И что с ним стало? А то, что я сбежала? У меня у самой было множество вопросов. Чон Гихо пришел за телом моего брата. Логично, что ему сообщили, что я за ним прийти не смогу. Уверена, он знает больше, чем известно мне.

– Куда сложнее здесь удержаться, – продолжал говорить Гихо. – Желаю терпения на вашем сложном пути.

– Не надо.

Брови Гихо взметнулись кверху.

– Что?

– Не нужно желать терпения, оно мне не понадобится.

Гихо перекинулся взглядом с Мину.

– Кхм, это почему же?

– Потому что я обладаю кое-чем очень важным, – я вспомнила слова Джинсу.

Заместитель руководителя хмыкнул, его забавляла моя напыщенность.

– И чем же? – скорее из вежливости спросил Гихо.

– Удачей, – улыбнулась я. – Разве не здорово?

Его озадаченное выражение лица заставляло сердце биться чаще.

– Что ж, успехов, – вернул улыбку Гихо. – Мину, увидимся позже, – махнув на прощание айдолу, он скрылся в конце коридора.

«Пока-пока».

А ведь я не сообщила главную новость. Не сказала, что буду участвовать в кастинге. И даже так чувствовала себя прекрасно. Но, если думала, что это конец, то как бы ни так.

***

      Конечно же, Гихо не мог проигнорировать внезапно возникшую большую проблему. На следующий день он подкараулил меня у туалетов и поймал при выходе в коридор.

– Что ты здесь делаешь? – Выражение лица ублюдка отличалось от продемонстрированного вчера: добрая улыбка, которая дарилась едва ли не каждому встречному, куда-то испарилась, оставив после себя поджатые в недовольстве губы и жесткий взгляд.

– Разве не слышал? Я здесь стажируюсь: буду айдолом. Что-то не так?

– Не смеши меня, – выпалил Гихо. – Ты здесь только для того, чтобы стать артистом?

– Для чего же еще?

Некоторое время он жевал свои губы. Затем усмехнулся.

– Ладно. Допустим. Действительно думаешь, тебе здесь место? Полагаешь, заслуживаешь стать звездой?

– Почему бы и нет? Раз такой низкопробный сутенер, как ты, смог стать уважаемым заместителем, почему бы и мне не испытать свое счастье? Стать одной из пяти не должно составить труда. Кстати, как ты сюда попал?

Вопрос, заданный чисто для заполнения словесных пустот, был проигнорирован. Гихо было не до него. Симпатичное лицо исказила отвратительная гримаса. Подступившись ближе, он резко схватил меня за плечо:

– Держи язык за зубами, полоумная сука, и даже не заикайся об этом! – В следующее мгновение он внезапно усмехнулся. – Ты, похоже, совсем не в курсах как тут дела делаются. Не знаю, как ты стала стажером, но считай, что тебе дико повезло. Однако даже не мечтай о чем-то большем. Твой удел промучиться на тренировках стажеров от силы пару недель и быть выгнанной с позором.

В одном я с ним согласна: мне действительно повезло с тем ненормальным, который клюнул на мое унылое лицо. Он поистине мой шанс на миллион.

Однако Гихо меня не расслышал.

– Какие тренировки стажеров? – я вырвала руку из крепкого захвата. – Зачем они мне, когда совсем скоро я стану важным членом крупнейшего за последние годы проекта Q-Entertainment?

– Членом… крупнейшего проекта? – на мгновение карие глаза расширились, а затем он громко рассмеялся, наполняя коридор приятным баритоном. – Только не говори, что ты вознамерилась пробоваться в группу Street Girls? – Он хохотал во весь голос, наплевав на сдержанность и благородный образ. – Ты? В новую группу? Да никогда в жизни! – Пальцы смахнули выступившие слезы.

Я могла его понять.

– Как давно ты стала стажером? Неделя-то есть? И вознамерилась попасть в Street Girls? Тебе там нет места, ясно? Да даже стань ты лучшей вокалисткой и талантливым танцором, тебе туда не попасть. А знаешь почему? Потому что все решают деньги, власть и положение. За каждым в этой индустрии кто-то стоит. Спонсоры, рекламодатели, покровители. Кто есть у тебя?

Я не отвечала.

– Ха-ха, еще вчера ты была никем и выполняла грязную работу, кто бы на тебя взглянул. А теперь раскатала губу. Знай свое место.

– Почему ты так зол?

– А?

– Не помню, чтобы мы враждовали в прошлом.

– Хватит нести чушь.

– Ты даже клеился ко мне.

– Заткнись.

– А я тебя отвергла, потому что поняла, что ты гнилье. Я видела, как ты уговаривал девочек и уводил их куда-то ночью. Должно быть, знакомил с толстосумами. Это был один из способов, которым твои хозяева получали желаемое. Но, Гихо, несовершеннолетние. Знаешь, что за такое полагается законом? А обществом?

– Замолчи!

Сжав мои плечи, он прижал меня к стене. Однако я не перестала говорить.

– Помню, как подговаривал и меня. Я отказывалась, но ты и не заставлял. Ты даже нахваливал меня, говорил, какая я невероятная, красивая и дерзкая, и если буду хорошей девочкой, то устрою свою судьбу. Ты мне явно льстил, но мне все равно было приятно. Тогда почему высмеиваешь сейчас? Ты мне лгал?

– Я сказал, закрой свой рот, дура ты крашеная!

Внезапно вспомнив, что мы в стенах компании, Гихо посмотрел по сторонам.

– Ах, потом неожиданно я оказалась в руках у мерзких ублюдков, которые прикинулись порядочными людьми, но ты-то к этому не причастен. Или причастен? Не знаешь, как так получилось? Не вышло уговорами, применили силу?

Со сговорчивым материалом взаимодействовать легче, чем с холодным и сырым. Потому торговцы людьми проделывали предварительную работу. Но не всегда получалось так, как они хотели.

Гихо схватил меня за горло и прижал затылком к стене.

– Я сказал, заткнись, пока я…

– Пока ты что?.. – прохрипела, чувствуя, как тяжело дышать.

В этот момент в конце коридора за спиной Гихо я увидела приближающихся людей.

– Больно, мне больно! – закричала я, обхватив сжимающее горло запястье. – Не могу дышать!

Теперь и он заметил, что мы не одни, и хотел отдернуть руку, но я не позволила, сжав запястье обеими руками.

– Прошу, отпустите!

– Что? – глаза расширились, и он все же вырвался из хрупких оков. Но этих мгновений хватило, чтобы нас заметили.

Гихо оттолкнул меня, и я упала на пол. Не то чтобы не могла устоять. Просто наступила на еще недавно травмированную ногу и посчитала, что нужно упасть.

– Заместитель руководитель Чон, зачем же вы так? Что я сделала не так?

Сотрудники, успевшие приблизиться, с удивлением смотрели на нас.

– Я больше не помощник, теперь я стажер и такие просьбы больше не выполняю. Попросите других.

Глаза напротив испепеляли и буквально кричали, что я лживая сука. Но вместе с тем он нашел в себе силы, и губы исказились в подобие улыбки.

– Простите, я не нарочно, – Гихо пожелал помочь подняться, но я ударила его по руке и неспешно поднялась сама. – Вы неправильно меня поняли. Ну же, поднимайтесь.

Зрители улыбнулись, выражая облегчение. Конечно, разве мог святой Гихо поступить так плохо с сотрудницей? Не мог. Пока не мог. Но сможет. Я сделаю все возможное, чтобы растоптать его репутацию.

– Суен, увидимся на прослушивании, – улыбнулся Гихо. – Вероятно, вы не знаете, но решение о приеме в группу принимаю в том числе я.

Только на этапе оценки жюри, ублюдок. Однако он прав, этот этап предстояло еще пройти, и я не представляю, что там меня ожидает.

Мы разошлись. Меня переполняли противоречивые чувства. С одной стороны, я была довольна, что сумела его разозлить и убедиться, что он ничуть не изменился: такой же мерзавец, какой был. А с другой стороны, накрывала тревога.

Под какофонию буйствующих чувств я ответила на звонок Джинсу. Он связался со мной вечером и, назвав неизвестный адрес, велел приходить по нему.